金野乃
美草苅葺
屋杼礼里之
兎道乃宮子能
借五百礒所念
あきののの
みくさかりふき
やどれりし
うぢのみやこの
かりいほしおもほゆ
Все думаю о временном приюте
В столице Удзи,
О ночах былых
Под кровлей, крытою травой чудесной,
Что срезана была на золотых полях…
* Временный приют (карио) — любая временная постройка для ночлега, обычно шалаши из камыша или тростника, а также сторожки на рисовых полях для охраны урожая от птиц, животных и т. п.
* Столица Удзи — здесь место, где находился дворец императора, а не место его постоянного пребывания и административный центр. В старину, во время путешествия императора, любые временные помещения, где он останавливался в дороге, назывались “временными дворцами” (кари-мия) или “дорожными дворцами” (юки-мия), а места, где находились эти дворцы, — столицами только потому, что там останавливался император.
* Обстоятельства и время создания песни неизвестны.
熟田津尓
船乗世武登
月待者
潮毛可奈比沼
今者許藝乞菜
にぎたつに
ふなのりせむと
つきまてば
しほもかなひぬ
いまはこぎいでな
В Нигитацу в тот час, когда в путь
Собирались отплыть корабли
И мы ждали луну,
Наступил и прилив…
Вот теперь я хочу, чтоб отчалили мы!
* Песня сочинена принцессой Нукада в 661 г., когда Саймэй отправлялась в военную экспедицию для покорения Сираги — одного из трех княжеств Кореи, и Нукада, бывшая в свите императрицы, сложила перед отплытием эту песню (МС).
莫囂圓隣之
大相七兄爪謁氣
吾瀬子之
射立為兼
五可新何本
しづまりし
なせあはずあけ
わがせこが
いたたせりけむ
いつかしがもと
На ночную луну
Подняла я свой взор и спросила:
“Милый мой
Отправляется в путь,
О, когда же мы встретимся снова?”
* Есть много вариантов расшифровки песни; приведен наиболее древний, приписываемый Сэнгаку (XIII в.).
* Появление образа луны в М. во многих песнях приписывают влиянию китайской поэзии. В народных японских песнях основное внимание уделяется солнцу, облакам, ветру, дождю — всему тому, от чего зависит урожай. Из М. образ луны перешел в японскую классическую поэзию Х—XIII вв., где получил широкое хождение в песнях осени, любви, разлуки.

冬木成
春去来者
不喧有之
鳥毛来鳴奴
不開有之
花毛佐家礼抒
山乎茂
入而毛不取
草深
執手母不見
秋山乃
木葉乎見而者
黄葉乎婆
取而曽思努布
青乎者
置而曽歎久
曽許之恨之
秋山吾者
ふゆこもり
はるさりくれば
なかずありし
とりもきなきぬ
さかずありし
はなもさけれど
やまをしみ
いりてもとらず
くさふかみ
とりてもみず
あきやまの
このはをみては
もみちをば
とりてぞしのふ
あをきをば
おきてぞなげく
そこしうらめし
あきやまわれは
Все засыпает зимою.
А когда весна наступает,
Птицы, что раньше молчали,
Начинают петь свои песни.
Цветы, что невидимы были,
Цвести начинают повсюду,
Но их сорвать невозможно:
Так в горах разросся кустарник.
А сорвешь — нельзя любоваться:
Такие высокие травы.
А вот осенью — все иное:
Взглянешь на купы деревьев,
Алые клены увидишь,
Листья сорвешь, любуясь.
А весной зеленые листья,
Пожалев, оставишь на ветке.
Вот она — осени прелесть!
Мне милей осенние горы!

味酒
三輪乃山
青丹吉
奈良能山乃
山際
伊隠萬代
道隈
伊積流萬代尓
委曲毛
見管行武雄
數々毛
見放武八萬雄
情無
雲乃
隠障倍之也
うまさけ
みわのやま
あをによし
ならのやまの
やまのまに
いかくるまで
みちのくま
いつもるまでに
つばらにも
みつつゆかむを
しばしばも
みさけむやまを
こころなく
くもの
かくさふべしや
Сладкое вино святое,
Что богам подносят люди…
Горы Мива!
Не сводя очей с вершины,
Буду я идти, любуясь,
До тех пор, пока дороги,
Громоздя извилин груды,
Видеть вас ещё позволят,
До тех пор, пока не скроют
От очей вас горы Нара
В дивной зелени деревьев.
О, как часто, О, как часто
Я оглядываться буду,
Чтобы вами любоваться!
И ужель в минуты эти,
Не имея вовсе сердца,
Облака вас спрятать могут
От очей моих навеки?

三輪山乎
然毛隠賀
雲谷裳
情有南畝
可苦佐布倍思哉
みわやまを
しかもかくすか
くもだにも
こころあらなも
かくさふべしや
Горы Мива!
Неужели скроетесь теперь навеки?
О, когда бы в небе этом
Облака имели сердце,
Разве скрыли б вас от взора?

茜草指
武良前野逝
標野行
野守者不見哉
君之袖布流
あかねさす
むらさきのゆき
しめのゆき
のもりはみずや
きみがそでふる
Иду полями нежных мурасаки,
Скрывающих пурпурный цвет в корнях,
Иду запретными полями,
И, может, стражи замечали,
Как ты мне машешь рукавом?
* Мурасаки (Lithospermum erythrorhizon) — многолетняя трава, цветет мелкими белыми цветами, похожими на фиалки, корень ее употреблялся для окрашивания тканей в фиолетовый цвет с красноватым оттенком (мурасаки), отсюда название травы, и считался ценным красителем, ее специально разводили на участках, куда вход посторонним был запрещен (МС). Здесь поля мурасаки служат аллегорией чужой собственности.
* Запретные поля (симэну) — поля, оцепленные священными рисовыми веревками в знак запрета ступать на них посторонним.
* В “Кодзики” (712 г.) в одном из древних мифов говорится о, том, как богиня солнца Аматэрасу, разгневавшись на своего брата Сусаноо, спряталась в небесную пещеру, и мир погрузился во тьму. Восторжествовали злые силы, и появились всевозможные беды. Тогда боги стали совещаться, как вызволить богиню из пещеры, и пытались различными магическими актами воздействовать на нее. Наконец, богиня Удзумэ, известная своим безобразием, стала плясать перед пещерой, сбрасывая с себя одежды. И тут боги разразились громким хохотом. Богиня солнца, удивившись, что в ее отсутствие боги веселятся, из любопытства вышла из пещеры, и в этот момент два бога, стоявшие у входа в пещеру, закинули ей за спину рисовую веревку и, преградив вход в пещеру, не дали скрыться богине солнца. Они сохранили таким образом для мира солнечный свет и спасли от гибели все живущее. Поэтому веревка из рисовой соломы, завязанная жгутом, стала знаком запрета, ограждающим от злых сил, от беды. Ею огораживали от посторонних лиц рисовые поля, а позднее она стала просто символом собственности.
* Махать рукавом (содэ фуру) — постоянный образ в песнях любви в М.; служит любовным знаком, выражает призыв и прощальный привет при разлуке. В старину рукава одежды были узкими и длинными и махали обычно свешивающейся частью рукава.
* Вся песня построена на аллегории, здесь — намек и на скрываемую любовь, и на то, что она запретна, и на то, что окружающая свита замечает отношения Нукада и Тэмму.

古尓
戀良武鳥者
霍公鳥
盖哉鳴之
吾<念>流<碁>騰
いにしへに
こふらむとりは
ほととぎす
けだしやなきし
あがもへるごと
Та птица, что тоскует о былом, —
Ведь это бедная кукушка!
Боюсь, что это плакала она,
Совсем как я,
Что о былом тоскую…

三吉野乃
玉松之枝者
波思吉香聞
君之御言乎
持而加欲波久
みよしのの
たままつがえは
はしきかも
きみがみことを
もちてかよはく
О ветка, сорванная у сосны жемчужной
В прекрасном Ёсину,
Как дорога ты мне!
Приносишь ты с собою неизменно
Привет от друга дорогого моего!
* В песне отражен широко распространенный в то время обычай присылать стихи, прикрепленные к ветке сосны, к цветку и т. п.
如是有乃
<懐>知勢婆
大御船
泊之登萬里人
標結麻思乎

かからむと
かねてしりせば
おほみふね
はてしとまりに
しめゆはましを
Когда б могла заранее я знать,
Что ждёт тебя беда,
Страшнее всех печалей,
Я завязала бы святой запрета знак,
Чтоб удержать на месте твой корабль!
* “Завязала бы святой запрета знак” — см. п. 20.
八隅知之
和期大王之
恐也
御陵奉仕流
山科乃
鏡山尓
夜者毛
夜之盡
晝者母
日之盡
哭耳<呼>
泣乍在而哉
百礒城乃
大宮人者
去別南
やすみしし
わごおほきみの
かしこきや
みはかつかふる
やましなの
かがみのやまに
よるはも
よのことごと
ひるはも
ひのことごと
ねのみを
なきつつありてや
ももしきの
おほみやひとは
ゆきわかれなむ
Мирно правящий страной
Наш великий государь!
В стороне Ямасина
Возле склонов Кагами
Возвели курган тебе,
Что внушает трепет нам.
Ночью темной —
Напролет,
Светлым днем —
Весь долгий день,
Громко в голос
Плачут там
Сто почтеннейших вельмож —
Слуги славные твои,
Покидая твой курган,
Расставаясь навсегда…
* Согласно “Сёку-Нихонги”, в октябре 3-го г. правления Момму (699) в Ямасина была воздвигнута усыпальница императора Тэндзи, которого оплакивает Нукада.
君待登
吾戀居者
我屋戸之
簾動之
秋風吹
きみまつと
あがこひをれば
わがやどの
すだれうごかし
あきのかぜふく
Когда я друга моего ждала,
Полна любви,
В минуты эти
У входа в дом мой дрогнула слегка бамбуковая штора —
Дует ветер…
* По народным японским приметам, если в то время, когда думаешь о любимом, подует ветер, значит любимый вспоминает о тебе, любит и придет. Нукада думала, что занавес тронул возлюбленный, и поэтому разочарована, что это всего лишь ветер.
君待跡
吾戀居者
我屋戸乃
簾令動
秋之風吹
きみまつと
あがこひをれば
わがやどの
すだれうごかし
あきのかぜふく
Когда я друга моего ждала,
Полна любви,
В минуты эти —
У входа в дом мой дрогнула слегка бамбуковая штора.
…Дует ветер…

秋の野に
尾花かりふき
宿れりし
宇治の都の
假庵しぞ思ふ
あきののに
をはなかりふき
やどれりし
うぢのみやこの
かりほしぞおもふ


君待つと
わが戀ひをれば
我宿の
簾うごかし
秋かぜぞ吹く
きみまつと
わがこひをれば
わがやどの
すだれうごかし
あきかぜぞふく

Манъёсю
かゝらむと
思ひしもせば
大舟の
泊る泊りに
しめゆはましを
かからむと
おもひしもせば
おほふねの
とまるとまりに
しめゆはましを