Минамото Мунэюки
Минамото Мунэюки (?—939) – отец принца Корэтада, сын государя Комэй. По другой версии, отец принца Мотоясу, сын государя Ниммё. Один из «Тридцати Шести Бессмертных». Существует антология Мунэюкисю.
源宗于
沖つ風
ふけゐの浦に
立つ浪の
なごりにさへや
われはしづまむ
ふけゐの浦に
立つ浪の
なごりにさへや
われはしづまむ
おきつかぜ
ふけゐのうらに
たつなみの
なごりにさへや
われはしづまむ
ふけゐのうらに
たつなみの
なごりにさへや
われはしづまむ
Ветер в море,
В бухте Фукэй
После вздымающихся волн
Легкое волнение вод – в них,
Что ли, мне погрузиться?[94]
В бухте Фукэй
После вздымающихся волн
Легкое волнение вод – в них,
Что ли, мне погрузиться?[94]
94. Слово окицу – «открытое море» – образный параллелизм к названию бухты Фукэй. Автор танка сравнивает себя с водорослями на камне, погружающимися в волны, когда морской ветер уже не разбивает их о берег. Танка помещена в Синсэнсайсю, 14, с пометой: «Автор неизвестен».
よそながら
思ひしよりも
夏の夜の
見はてぬ夢ぞ
はかなかりける
思ひしよりも
夏の夜の
見はてぬ夢ぞ
はかなかりける
よそながら
おもひしよりも
なつのよの
みはてぬゆめぞ
はかなかりける
おもひしよりも
なつのよの
みはてぬゆめぞ
はかなかりける
Мимолётно
Любил я тебя, но еще быстротечнее было
Наше свиданье,
Как краткий сон
Летней ночью[95].
Любил я тебя, но еще быстротечнее было
Наше свиданье,
Как краткий сон
Летней ночью[95].
95. Танка помещена в Госэнсю, 4 [171], с пометой: «Автор неизвестен».
あはれてふ
人もあるべく
むさし野の
草とだにこそ
生ふべかりけれ
人もあるべく
むさし野の
草とだにこそ
生ふべかりけれ
あはれてふ
ひともあるべく
むさしのの
くさとだにこそ
おふべかりけれ
ひともあるべく
むさしのの
くさとだにこそ
おふべかりけれ
«Как жаль его», – и то, верно, сказали бы
Люди обо мне,
Будь я хотя бы травой,
На равнине Мусаси
Растущей[96].
Люди обо мне,
Будь я хотя бы травой,
На равнине Мусаси
Растущей[96].
96. Танка приводится в Сёкугосэнсю, 13, и в сборнике Канэхирагосю, где авторство приписывается Гэму-но мёбу, пославшей эту танка императору Уда. В тексте имеются небольшие отличия. Комментаторы полагают, что основой для создания танка послужило стихотворение из Кокинсю, 17.
時雨のみ
降る山里の
木の下は
をる人からや
もりすぎぬらむ
降る山里の
木の下は
をる人からや
もりすぎぬらむ
しぐれのみ
ふるやまざとの
きのしたは
をるひとからや
もりすぎぬらむ
ふるやまざとの
きのしたは
をるひとからや
もりすぎぬらむ
Даже под дерево
В горной деревушке, где льет
Беспрестанно осенний дождь,
И туда капли дождя просочились,
Верно, какой-то человек ветви сломал[97] —
В горной деревушке, где льет
Беспрестанно осенний дождь,
И туда капли дождя просочились,
Верно, какой-то человек ветви сломал[97] —
97. Танка содержит омонимы: ору – «рвать», «ломать» и «пребывать», морасу — «течь» и «пропускать». Автор хочет сказать, что он столь ничтожен, что император не дарит его своей милостью (милость государя сравнивается с дождем) и не дает ему повышения по службе.
おく露の
ほどをも待たぬ
朝顔は
見ずぞなかなか
あるべかりける
ほどをも待たぬ
朝顔は
見ずぞなかなか
あるべかりける
おくつゆの
ほどをもまたぬ
あさがほは
みずぞなかなか
あるべかりける
ほどをもまたぬ
あさがほは
みずぞなかなか
あるべかりける
Чтоб белая роса
Пала – ждущий
Вьюнок «утренний лик»...
Лучше б его я не видел,
Тогда, верно, было б мне легче[111].
Пала – ждущий
Вьюнок «утренний лик»...
Лучше б его я не видел,
Тогда, верно, было б мне легче[111].
111. Под росой поэт разумеет себя, под вьюнком – юную девушку. Оку – «пасть» (о росе) в контексте означает «встреча». Миру – «видеть» – здесь означает «обменяться брачными обещаниями». «Лучше бы нашей встречи не было, ведь столь быстротечна жизнь» – так современные комментаторы толкуют смысл этого стихотворения. Первые три строки совпадают с танка в Синтёкусэнвакасю, 13, автором назван Минамото Мунэюки.
しをりして
ゆく旅なれど
かりそめの
命知らねば
かへりしもせじ
ゆく旅なれど
かりそめの
命知らねば
かへりしもせじ
しをりして
ゆくたびなれど
かりそめの
いのちしらねば
かへりしもせじ
ゆくたびなれど
かりそめの
いのちしらねば
かへりしもせじ
Хоть заломив ветку,
В путь отправляюсь,
Но непрочная
Жизнь наша неведома нам.
И навряд ли смогу вернуться[146]
В путь отправляюсь,
Но непрочная
Жизнь наша неведома нам.
И навряд ли смогу вернуться[146]
146. Танка содержит омонимы: сиори – «заломленная ветка» (чтобы можно было найти обратный путь) и «терпеть дурное обращение».
さもこそは
峰の嵐は
荒からめ
なびきし枝を
うらみてぞ来し
峰の嵐は
荒からめ
なびきし枝を
うらみてぞ来し
さもこそは
みねのあらしは
あらからめ
なびきしえだを
うらみてそこし
みねのあらしは
あらからめ
なびきしえだを
うらみてそこし
Вот такой, верно,
Буря в горах
Бывает.
Вернулся я, сожалея
О склонившейся ветке[165].
Буря в горах
Бывает.
Вернулся я, сожалея
О склонившейся ветке[165].
165. Танка обыгрывает метафоры: буря в горах – гнев родителя, ветка – возлюбленная. Примечательна также игра омонимами: ура митэ – «смотреть на бухту» и «сожалеть», «ревновать», набику — «клониться» (о ветке) и «подчиняться».
来て見れど
心もゆかず
ふるさとの
昔ながらの
花は散れども
心もゆかず
ふるさとの
昔ながらの
花は散れども
きてみれど
こころもゆかず
ふるさとの
むかしながらの
はなはちれども
こころもゆかず
ふるさとの
むかしながらの
はなはちれども
Вот пришел и любуюсь,
Но на сердце не радостно,
Хоть у моих родных,
Как и в былые времена,
Цветы осыпаются[202].
Но на сердце не радостно,
Хоть у моих родных,
Как и в былые времена,
Цветы осыпаются[202].
202. Возможно, что стихотворение было сложено уже после смерти отца.
ときはなる
松のみとりも
春くれは
今ひとしほの
色まさりけり
松のみとりも
春くれは
今ひとしほの
色まさりけり
ときはなる
まつのみとりも
はるくれは
いまひとしほの
いろまさりけり
まつのみとりも
はるくれは
いまひとしほの
いろまさりけり
С наступлением весны
даже вечнозеленые ветви
сосен на берегу
тоже будто бы изменились —
словно стали ещё зеленее!..
даже вечнозеленые ветви
сосен на берегу
тоже будто бы изменились —
словно стали ещё зеленее!..
山里は
冬ぞさびしさ
まさりける
人めも草も
かれぬとおもへば
冬ぞさびしさ
まさりける
人めも草も
かれぬとおもへば
やまさとは
ふゆぞさびしさ
まさりける
ひとめもくさも
かれぬとおもへば
ふゆぞさびしさ
まさりける
ひとめもくさも
かれぬとおもへば
В зимнюю пору
Здесь, в деревушке горной,
Еще безотрадней,
Как помыслю, что замерло всё:
И шаги людские, и травы.
Здесь, в деревушке горной,
Еще безотрадней,
Как помыслю, что замерло всё:
И шаги людские, и травы.
Данное стихотворение взято из ант. «Кокинсю», 315 («Песни зимы»).
今はとて
わかるる時は
天河
わたらぬさきに
そてそひちぬる
わかるる時は
天河
わたらぬさきに
そてそひちぬる
いまはとて
わかるるときは
あまのかは
わたらぬさきに
そてそひちぬる
わかるるときは
あまのかは
わたらぬさきに
そてそひちぬる
Час прощанья настал —
хоть через Небесную Реку
я еще не плыву,
но скорблю о скорой разлуке,
и от слез рукава намокли…
хоть через Небесную Реку
я еще не плыву,
но скорблю о скорой разлуке,
и от слез рукава намокли…
山里は
冬そさひしさ
まさりける
人めも草も
かれぬと思へは
冬そさひしさ
まさりける
人めも草も
かれぬと思へは
やまさとは
ふゆそさひしさ
まさりける
ひとめもくさも
かれぬとおもへは
ふゆそさひしさ
まさりける
ひとめもくさも
かれぬとおもへは
Еще больше гнетёт
одиночество зимней порою
в этом горном краю,
если вспомнить, что травы увяли,
не дождавшись людского взора…
одиночество зимней порою
в этом горном краю,
если вспомнить, что травы увяли,
не дождавшись людского взора…
Взято в антологию Огура хякунин иссю, 28.
あはすして
こよひあけなは
春の日の
長くや人を
つらしと思はむ
こよひあけなは
春の日の
長くや人を
つらしと思はむ
あはすして
こよひあけなは
はるのひの
なかくやひとを
つらしとおもはむ
こよひあけなは
はるのひの
なかくやひとを
つらしとおもはむ
Если вновь до зари
ты мне не подаришь свиданья,
знай, что в сердце моем
память горькой этой обиды
будет долгой, как день весенний…
ты мне не подаришь свиданья,
знай, что в сердце моем
память горькой этой обиды
будет долгой, как день весенний…
つれもなく
なりゆく人の
事のはそ
秋よりさきの
もみちなりける
なりゆく人の
事のはそ
秋よりさきの
もみちなりける
つれもなく
なりゆくひとの
ことのはそ
あきよりさきの
もみちなりける
なりゆくひとの
ことのはそ
あきよりさきの
もみちなりける
Словно листья в горах,
что до срока спешат на багрянец
зелень лета сменить, —
так безжалостно равнодушны
стали речи милой при встрече!..
что до срока спешат на багрянец
зелень лета сменить, —
так безжалостно равнодушны
стали речи милой при встрече!..
忘草
かれもやすると
つれもなき
人の心に
しもはおかなむ
かれもやすると
つれもなき
人の心に
しもはおかなむ
わすれくさ
かれもやすると
つれもなき
ひとのこころに
しもはおかなむ
かれもやすると
つれもなき
ひとのこころに
しもはおかなむ
Ах, забвенья трава
увяла от ранних морозов —
пусть же холод скует
и само жестокое сердце,
что любовь до времени губит!..
увяла от ранних морозов —
пусть же холод скует
и само жестокое сердце,
что любовь до времени губит!..
よそ乍ら
思ひしよりも
夏の夜の
見果てぬ夢ぞ
儚かりける
思ひしよりも
夏の夜の
見果てぬ夢ぞ
儚かりける
よそながら
おもひしよりも
なつのよの
みはてぬゆめぞ
はかなかりける
おもひしよりも
なつのよの
みはてぬゆめぞ
はかなかりける
Мимолётно
Любил я тебя, но еще быстротечнее было
Наше свиданье,
Как краткий сон
Летней ночью.
Любил я тебя, но еще быстротечнее было
Наше свиданье,
Как краткий сон
Летней ночью.