見吉野之
芳野乃宮者
山可良志
貴有師
<水>可良思
清有師
天地与
長久
萬代尓
不改将有
行幸之<宮>
みよしのの
よしののみやは
やまからし
たふとくあらし
かはからし
さやけくあらし
あめつちと
ながくひさしく
よろづよに
かはらずあらむ
いでましのみや
В славном Ёсину
Ёсину стоит дворец,
Среди этих гор —
Величав и славен он,
Среди этих рек —
Ясен и кристален он,
С небом и землей
Долговечно, навсегда,
Тысячу веков
Будет процветать всегда
Высочайший тот дворец!

昔見之
象乃小河乎
今見者
弥清
成尓来鴨
むかしみし
きさのをがはを
いまみれば
いよよさやけく
なりにけるかも
Ныне вновь любовался
На малую речку
Киса, что я видел в далекие годы.
Насколько прозрачней
С тех пор она стала!

吾盛
復将變八方

寧樂京乎
不見歟将成
わがさかり
またをちめやも
ほとほとに
ならのみやこを
みずかなりなむ
О расцвет моих сил!
Вряд ли вновь он вернется!
Неужели и мельком
На столицу мне Нара
Никогда уже больше не придется взглянуть?!

吾命毛
常有奴可
昔見之
象<小>河乎
行見為
わがいのちも
つねにあらぬか
むかしみし
きさのをがはを
ゆきてみむため
Жизнь моя!
Как хочу, чтобы длилась ты вечно!
Чтобы мог любоваться я
Малою речкой Киса,
Той, что видел в далекие годы…
* В песне Табито через образ малой речки Киса иносказательно передает тоску по родине, мечтая о возвращении в родные места (см. п.331).
淺茅原
曲曲二
物念者
故郷之
所念可聞
あさぢはら
つばらつばらに
ものもへば
ふりにしさとし
おもほゆるかも
Поле с мелкою травкой…
Когда начинаю
Вспоминать день за днем свои прежние годы,
Как тоскую всегда
Я о старом селенье!

萱草
吾紐二付
香具山乃
故去之里乎
<忘>之為
わすれくさ
わがひもにつく
かぐやまの
ふりにしさとを
わすれむがため
Траву “позабудь”
Я на шнур свой надену,
Чтоб о старом селенье
У горы Кагуяма
Позабыть навсегда!

吾行者
久者不有
夢乃和太
湍者不成而
淵有<乞>
わがゆきは
ひさにはあらじ
いめのわだ
せにはならずて
ふちにありこそ
Мое странствие ныне
Ведь не будет же вечно?
Пусть же Имэновада
Не становится мелью,
А будет пучиной, как в давние годы!

験無
物乎不念者
一坏乃
濁酒乎
可飲有良師
しるしなき
ものをおもはずは
ひとつきの
にごれるさけを
のむべくあるらし
О пустых вещах
Бесполезно размышлять,
Лучше чарку взять
Хоть неважного вина
И без дум допить до дна!
* В этой песне поэт высмеивает схоластические споры конфуцианских и буддийских книжников.
酒名乎
聖跡負師
古昔
大聖之
言乃宜左
さけのなを
ひじりとおほせし
いにしへの
おほきひじりの
ことのよろしさ
В древние года,
Дав название вину
“Хидзири”, или “Мудрец”,
Семь великих мудрецов
Понимали прелесть слов!
* Табито имеет в виду легенду, записанную в китайском историческом памятнике “Вэй-чжи”, в которой говорится, что в свое время, когда китайский император Тайцзун из удела Вэй запретил употребление рисовой водки, ее стали пить тайно и называли “святой), если речь шла об очищенной водке, и “мудрецом” неочищенную водку.
古之
七賢
人等毛
欲為物者
酒西有良師
いにしへの
ななのさかしき
ひとたちも
ほりせしものは
さけにしあるらし
В древние года
Семь великих мудрецов,
Даже и они,
Все мечтали об одном —
Услаждать себя вином!
* “Семь великих мудрецов” (нана-но сакасики хито) — имеются в виду китайские “семь мудрецов из бамбуковой рощи” (Чжу-линь-ци-сянь), жившие в III в. н. э.: Цзи Кан, Юань Цзи, Шань Тао, Лю Лин, Юань Сянь, Сян Сю, Ван Жун. В предании говорится, что во времена Цзинь семь мудрецов уединились в бамбуковой роще, занимались поэзией и философией и услаждали себя вином и игрой на лютне.
賢跡
物言従者
酒飲而
酔哭為師
益有良之
さかしみと
ものいふよりは
さけのみて
ゑひなきするし
まさりたるらし
Чем пытаться рассуждать
С важным видом мудреца,
Лучше в много раз,
Отхлебнув глоток вина,
Уронить слезу спьяна!

将言為便
将為便不知

貴物者
酒西有良之
いはむすべ
せむすべしらず
きはまりて
たふときものは
さけにしあるらし
Если ты не будешь знать,
Что же делать, что сказать,
Из всего, что в мире есть,
Ценной будет вещь одна —
Чарка крепкого вина!

中々尓
人跡不有者
酒壷二
成而師鴨
酒二染甞
なかなかに
ひととあらずは
さかつぼに
なりにてしかも
さけにしみなむ
Чем никчемно так, как я,
Человеком в мире жить,
Чашей для вина
Я хотел бы лучше стать,
Чтоб вино в себя впитать!
* ЦД считает, что содержание этой песни навеяно китайской легендой о Чжэн Цюане, который перед смертью просил, чтобы кости его зарыли за домом гончара для того, чтобы они превратились в глину и из них сделали сосуд или чашу для вина и он пропитался насквозь вином.
* ТЮ толкует эту песню как выражение недовольства Табито жизнью вдали от столицы и стремление забыть в вине горе, вызванное безутешной печалью о жене.
痛醜
賢良乎為跡
酒不飲
人乎熟見<者>
猿二鴨似
あなみにく
さかしらをすと
さけのまぬ
ひとをよくみば
さるにかもにむ
До чего противны мне
Те, что корчат мудрецов
И вина совсем не пьют,
Хорошо на них взгляни —
Обезьянам, впрямь, сродни!
* Большинство песен о вине очень скудно комментируются в японских изданиях. ЦД отмечает лишь, что в этой песне Табито злословит по адресу тех, кто не понимает вкуса вина. По Морибэ, речь идет о конфуцианских и буддийских книжниках, что кажется более убедительным, судя по другим песням цикла.
價無
寳跡言十方
一坏乃
濁酒尓
豈益目八<方>
あたひなき
たからといふとも
ひとつきの
にごれるさけに
あにまさめやも
О, пускай мне говорят
О сокровищах святых, не имеющих цены,
С чаркою одной,
Где запенилось вино,
Не сравнится ни одно!
* Эта и следующая песни носят парный характер. В ней Табито выражает как бы протест против “сокровищ” буддизма, широко пропагандировавшегося в те времена. Выражение “сокровища, не имеющие цены” (атаинаки такара) взято из буддийской сутры “Хоккэкё”.
TODO:LINK:SUTRA
夜光
玉跡言十方
酒飲而
情乎遣尓
豈若目八方
よるひかる
たまといふとも
さけのみて
こころをやるに
あにしかめやも
О, пускай мне говорят
О нефрите, что блестит, озаряя тьму ночей,
Но, когда мне от вина
Сердце радость озарит,
Не сравнится с ней нефрит!
* В китайском историческом памятнике “Шицзи” (автор Сыма Цянь) говорится о герое Суй-гун Чжу Яне, который в награду за помощь змею получил от него “озаряющий ночь нефрит”. Кроме того, в “Чжаньго це” (“Планы сражающихся царств”) описывается случай, когда князь Чу преподнес князю Цинь нефрит, озаряющий ночь. И, наконец, в “Шуицзи” имеются записи о том, что из стран южных морей был получен также “нефрит, озаряющий ночь” (ЦД).
* Парный характер песен позволяет думать, что в данном случае автор выражает протест против “ценностей” китайской культуры, в том числе и конфуцианства, также как в предыдущей песне — против буддизма.
世間之
遊道尓
<怜>者
酔泣為尓
可有良師
よのなかの
あそびのみちに
たのしきは
ゑひなきするに
あるべくあるらし
Если в мире суеты
На дороге всех утех
Ты веселья не найдешь,
Радость ждет тебя одна:
Уронить слезу спьяна!
* “Уронить слезу спьяна” (эйнаки-суру) — интересно обратить внимание на неоднократное употребление этого глагола Табито, как бы все время утверждающего одну и ту же мысль, что главная прелесть вина в том, чтобы опьянеть и выплакать свое горе.
* По-видимому, Табито, говоря здесь о “дороге всех утех” в контексте с предыдущими песнями имеет в виду увлечение конфуцианством и буддизмом. Он не находит в этом утехи и считает, что для таких, как он, противников официальной идеологии, выход только в вине.
今代尓之
樂有者
来生者
蟲尓鳥尓毛
吾羽成奈武
このよにし
たのしくあらば
こむよには
むしにとりにも
われはなりなむ
Лишь бы на земле
Было счастье суждено,
А в иных мирах
Птицей или мошкой стать,
Право, все равно!
* Здесь имеются в виду перерождения, ожидающие человека, согласно буддийским учениям, после его смерти. Человек, проживший безгрешно, может надеяться в будущей жизни обрести награду за добродетель, между тем как душа грешного человека должна понести наказание и в будущем мире должна предстать в облике животного, птицы, мошки и т. п.
* ЦД отмечает иронию Табито по адресу последователей буддизма, верующих в переселение душ, в загробную жизнь, где будут искупаться грехи, совершенные в этом мире. Ёсинори Ёсидзава рассматривает эту песню как один из наиболее ярких образцов гедонизма (МС, п. 123).
* Исходя из содержания всех предыдущих песен нам представляется, что эмоциональный акцент здесь, конечно, на иронии, и поэтому песню никак нельзя рассматривать как выражение гедонизма.
生者
遂毛死
物尓有者
今生在間者
樂乎有名
いけるもの
つひにもしぬる
ものにあれば
このよなるまは
たのしくをあらな
Всем живущим на земле
Суждено покинуть мир.
Если ждет такой конец,
Миг, что длится жизнь моя,
Веселиться жажду я!
* “Всем живущим на земле, суждено покинуть мир” — К. в своих комментариях приводит цитату из “Шицзи” Сыма Цяня о том, что “все. что живет, умирает”, желая этим подчеркнуть истоки поэтических настроении Табито, бывшего большим знатоком китайской литературы. Песня развивает тему. затронутую в предыдущей, где Табито издевался над верой в загробный мир и перевоплощение душ. Здесь он противопоставляет этой вере свой взгляд на жизнь.
TODO:LINK:SHIJI
黙然居而
賢良為者
飲酒而
酔泣為尓
尚不如来
もだをりて
さかしらするは
さけのみて
ゑひなきするに
なほしかずけり
Суемудрых не терплю,
Пользы нет от них ничуть,
Лучше с пьяницей побудь,
Он, хотя бы во хмелю,
Может искренне всплакнуть!


人之纒而師
敷細之
吾手枕乎
纒人将有哉
うつくしき
ひとのまきてし
しきたへの
わがたまくらを
まくひとあらめや
Изголовье из рук, что лежали на шелковой ткани
И всегда обнимали любимую прежде…
Ах, навряд ли
Еще человека я встречу,
Для кого они будут служить изголовьем!

應還
時者成来
京師尓而
誰手本乎可
吾将枕
かへるべく
ときはなりけり
みやこにて
たがたもとをか
わがまくらかむ
Вот и время пришло
Мне домой возвращаться,
Но в далекой столице
Чей мне будет рукав
Изголовьем душистым?
* Песни были сложены значительно позже, хотя и помещены под одним заголовком с предыдущей. Их относят к тому времени, когда Табито, получив новое назначение в качестве первого советника двора, должен был возвратиться в столицу, т. е. к 730 г.
* В примечании к тексту п. 440 сказано, что обе песни были сложены, когда приблизилось время возвращения в столицу.
在<京>
荒有家尓
一宿者
益旅而
可辛苦
みやこなる
あれたるいへに
ひとりねば
たびにまさりて
くるしかるべし
В покинутом доме,
В далекой столице,
Когда в одиночестве спать мне придется,
О, тяжко мне будет, намного труднее,
Чем было в моем одиноком скитанье!
* Песни были сложены значительно позже, хотя и помещены под одним заголовком с предыдущей. Их относят к тому времени, когда Табито, получив новое назначение в качестве первого советника двора, должен был возвратиться в столицу, т. е. к 730 г.
吾妹子之
見師鞆浦之
天木香樹者
常世有跡
見之人曽奈吉
わぎもこが
みしとものうらの
むろのきは
とこよにあれど
みしひとぞなき
Это дерево муро, любовалась которым
Моя милая
В бухте прославленной Томо,
Будет вечно цвести.
Только милой той нету…
* Дерево муро (муро-но ки) — род суги, криптомерии; в провинции Мино носит название муросуги за обилие плодов (мурэ “скопище, груды”). Дерево муро, росшее в бухте Томо, было огромных размеров, широко славилось в свое время и неоднократно воспевалось в песнях.
* В биографии Табито много неточностей и противоречий; в комментариях ТЮ указывается, что жена Табито приезжала на Кюсю не вместе с ним, а несколько позже. ЦД считает, что в этой песне Табито вспоминает, как жена любовалась этим деревом, сопровождая его на о-в Кюсю.
鞆浦之
礒之室木
将見毎
相見之妹者
将所忘八方
とものうらの
いそのむろのき
みむごとに
あひみしいもは
わすらえめやも
Каждый раз, как взгляну я
На дерево муро
На брегу каменистом над бухтою Томо,—
Ах, смогу ли забыть о жене я любимой,
С которой когда-то любовались им вместе?
* Дерево муро (муро-но ки) — род суги, криптомерии; в провинции Мино носит название муросуги за обилие плодов (мурэ “скопище, груды”). Дерево муро, росшее в бухте Томо, было огромных размеров, широко славилось в свое время и неоднократно воспевалось в песнях.
* В биографии Табито много неточностей и противоречий; в комментариях ТЮ указывается, что жена Табито приезжала на Кюсю не вместе с ним, а несколько позже. ЦД считает, что в этой песне Табито вспоминает, как жена любовалась этим деревом, сопровождая его на о-в Кюсю.
礒上丹
根蔓室木
見之人乎
何在登問者
語将告可
いそのうへに
ねばふむろのき
みしひとを
いづらととはば
かたりつげむか
Ах, если б спросил, где она, что когда-то
Любовалась тобою,
О дерево муро!
Ты, пустившее корни на брегу каменистом,
Мне смогло бы ответить, где любимая ныне?..
* Дерево муро (муро-но ки) — род суги, криптомерии; в провинции Мино носит название муросуги за обилие плодов (мурэ “скопище, груды”). Дерево муро, росшее в бухте Томо, было огромных размеров, широко славилось в свое время и неоднократно воспевалось в песнях.
* В биографии Табито много неточностей и противоречий; в комментариях ТЮ указывается, что жена Табито приезжала на Кюсю не вместе с ним, а несколько позже. ЦД считает, что в этой песне Табито вспоминает, как жена любовалась этим деревом, сопровождая его на о-в Кюсю.
与妹来之
敏馬能埼乎
還左尓
獨<之>見者
涕具末之毛
いもとこし
みぬめのさきを
かへるさに
ひとりしみれば
なみたぐましも
Когда я увидел,
Домой возвращаясь,
Дивный мыс Минумэ,
Где мы были с любимой,
Сразу хлынули слезы горячим потоком!
* Эти песни посвящены Табито умершей жене.
去左尓波
二吾見之
此埼乎
獨過者
情悲<喪>
(一云
見毛左可受伎濃)
ゆくさには
ふたりわがみし
このさきを
ひとりすぐれば
こころかなしも
(みもさかずきぬ)
Когда проплывал я один мимо мыса,
Которым вдвоем любовался с любимой,
Что вместе со мною
Была здесь когда-то,—
Тяжко стало на сердце!
* Эти песни посвящены Табито умершей жене.
人毛奈吉
空家者
草枕
旅尓益而
辛苦有家里
ひともなき
むなしきいへは
くさまくら
たびにまさりて
くるしかりけり
Мой дом опустевший, где нету любимой!
Как ныне мне тяжко,
Куда тяжелее,
Чем в пути,
Где трава мне была изголовьем!
* Эти песни являются продолжением цикла песен, посвященных Табито умершей жене.
与妹為而
二作之
吾山齊者
木高繁
成家留鴨
いもとして
ふたりつくりし
わがしまは
こだかくしげく
なりにけるかも
В том саду, что вдвоем
Мы сажали когда-то
С любимою вместе,
Поднялись так высоко,
Разветвились деревья!
* Эти песни являются продолжением цикла песен, посвященных Табито умершей жене.
吾妹子之
殖之梅樹
毎見
情咽都追
涕之流
わぎもこが
うゑしうめのき
みるごとに
こころむせつつ
なみたしながる
Каждый раз, как смотрю я на дерево сливы,
Что посажено было
Моею любимой,
Сердце горестью полно,
Льются слезы потоком!
* Эти песни являются продолжением цикла песен, посвященных Табито умершей жене.
* Образ сливы в японской поэзии заимствован из китайской литературы. Однако слива, как явствует из песен М., уже всюду цвела в то время в садах Японии и ощущалась как принадлежность японского пейзажа.
為君
醸之待酒
安野尓
獨哉将飲
友無二思手
きみがため
かみしまちざけ
やすののに
ひとりやのまむ
ともなしにして
Вино, что готовил,
Тебя ожидая,
На отдыхе в Ясунону,—
Неужель в одиночестве выпью я ныне,
Без старого друга, один?

此間在而
筑紫也何處
白雲乃
棚引山之
方西有良思
ここにありて
つくしやいづち
しらくもの
たなびくやまの
かたにしあるらし
Здесь живя, не пойму,
Далеко ли Цукуси?
Верно, в той стороне,
Где далёкие горы,
Над которыми тянутся белые тучи…
* Эти песни написаны Табито в самые последние годы жизни, когда, получив чин первого государственного советника, он вернулся в столицу. Он не прекращал переписки с Сами Мандзэй, который присылал Табито свои песни.
草香江之
入江二求食
蘆鶴乃
痛多豆多頭思
友無二指天
くさかえの
いりえにあさる
あしたづの
あなたづたづし
ともなしにして
Как журавль в тростниках
В бухте той Кусакаэ
Бродит в поисках пищи,
Так и я… Как мне трудно!
Как мне трудно без друга!
* Эти песни написаны Табито в самые последние годы жизни. когда, получив чин первого государственного советника, он вернулся в столицу. Он не прекращал переписки с Сами Мандзэй, который присылал Табито свои песни.
吾衣
人莫著曽
網引為
難波壮士乃
手尓者雖觸
あがころも
ひとになきせそ
あびきする
なにはをとこの
てにはふるとも
Мою одежду
Не давай носить другим,
Хотя ее касались руки
Простого рыбака из Нанива,
Что из воды вытаскивали сети…

余能奈可波
牟奈之伎母乃等
志流等伎子
伊与余麻須万須
加奈之可利家理
よのなかは
むなしきものと
しるときし
いよよますます
かなしかりけり
Теперь, когда известно мне,
Что мир наш суетный и бренный,
Никчемный и пустой,—
Все больше, все сильней
Я тяжкой скорби преисполнен!

宇豆都仁波
安布余志勿奈子
奴<婆>多麻能
用流能伊昧仁越
都伎提美延許曽
うつつには
あふよしもなし
ぬばたまの
よるのいめにを
つぎてみえこそ
Наяву нам, увы, не встречаться с тобою,
Но хотя бы во сне
По ночам этим черным,
Что черны, словно черные ягоды тута,
Ты всегда бы являлся ко мне в сновиденьях!
* Из песни явствует, что у Табито было мало надежд вернуться в столицу. Это подтверждает и его друг в своем ответе (см. п. 809).
許等々波奴
樹尓波安里等母
宇流波之吉
伎美我手奈礼能
許等尓之安流倍志
こととはぬ
きにはありとも
うるはしき
きみがたなれの
ことにしあるべし
Пусть ты всего лишь
Безгласное дерево,
Стать должно ты отныне
Излюбленным кото—
И всегда находиться возле милого друга!

和何則能尓
宇米能波奈知流
比佐可多能
阿米欲里由吉能
那何列久流加母
わがそのに
うめのはなちる
ひさかたの
あめよりゆきの
ながれくるかも
Не в моем саду ли
Ныне опадают
Белые цветы душистой сливы?
Или с высоты извечной неба
Снег струится, падая на землю?

和我佐可理
伊多久々多知奴
久毛尓得夫
久須利波武等母
麻多遠知米也母
わがさかり
いたくくたちぬ
くもにとぶ
くすりはむとも
またをちめやも
Моей жизни расцвет,
Ты прошёл безвозвратно!
Пусть и выпью я зелье,
От которого люди взлетают на небо,
Вряд ли вновь буду молод!
* Зелье, о котором говорится в песне, — эликсир бессмертия. Представление о таком эликсире вместе с другими идеями Лао-цзы и Чжуан-цзы проникли из Китая и были предметом увлечения многих в те времена. В китайской книге о святых отшельниках (“Ле сянь чжуань”) рассказывается, как внук императора Гао-ди династии Ци (479–482) — правитель области Хуайнань по имени Лю Ань, увлекавшийся магией, был посвящен неким человеком по имени Ба Гун в секрет изготовления волшебной настойки, благодаря которой можно было взлететь на небо. И вот однажды, поощряемый Ба Гуном, он вместе с ним взлетел на небо. Петух и собака, лизнув треножник, на котором оно изготовлялось, и вкусив остатки напитка, также взлетели на небо. В «Нихон Рё:ики» (1-13) (Рэники?), написанной на китайском языке, где собраны буддийские предания и притчи, говорится о женщине, которая, отведав волшебной настойки (не то волшебной травы), вознеслась на небо. Об этом говорится и в “Кайфусо”, 31.

Позже этот образ использовался и в “Такэтори-моногатари“.
久毛尓得夫
久須利波牟用波
美也古弥婆
伊夜之吉阿何微
麻多越知奴倍之
くもにとぶ
くすりはむよは
みやこみば
いやしきあがみ
またをちぬべし
Чем мне пить это зелье,
От которого люди взлетают на небо,
Лучше я бы увидел скорее столицу:
Мое жалкое тело
Сразу ожило б снова!
* Автор не указан, но обычно п. 847, 848 считают песнями Табито.
* Зелье, о котором говорится в песне, — эликсир бессмертия. Представление о таком эликсире вместе с другими идеями Лао-цзы и Чжуан-цзы проникли из Китая и были предметом увлечения многих в те времена. В китайской книге о святых отшельниках (“Ле сянь чжуань”) рассказывается, как внук императора Гао-ди династии Ци (479–482) — правитель области Хуайнань по имени Лю Ань, увлекавшийся магией, был посвящен неким человеком по имени Ба Гун в секрет изготовления волшебной настойки, благодаря которой можно было взлететь на небо. И вот однажды, поощряемый Ба Гуном, он вместе с ним взлетел на небо. Петух и собака, лизнув треножник, на котором оно изготовлялось, и вкусив остатки напитка, также взлетели на небо. В «Нихон Рё:ики» (1-13) (Рэники?), написанной на китайском языке, где собраны буддийские предания и притчи, говорится о женщине, которая, отведав волшебной настойки (не то волшебной травы), вознеслась на небо. Об этом говорится и в “Кайфусо”, 31.

Позже этот образ использовался и в “Такэтори-моногатари“.
麻都良河波
可波能世比可利
阿由都流等
多々勢流伊毛<何>
毛能須蘇奴例奴
まつらがは
かはのせひかり
あゆつると
たたせるいもが
ものすそぬれぬ
Там, где Мацура,
В блеске текущие струи реки…
То намокли подолы одежды жемчужной
Юных дев, что стоят по колено в прозрачной воде,
Когда ловят играющих юных форелей.

麻都良奈流
多麻之麻河波尓
阿由都流等
多々世流古良何
伊弊遅斯良受毛
まつらなる
たましまがはに
あゆつると
たたせるこらが
いへぢしらずも
В дивной Мацура, в водах реки,
Там, где Яшмовый остров,
Чтоб поймать в свои сети играющих юных форелей,
Стоят средь потоков лучистых прекрасные девы.
Увы, я не знаю дорогу к их дому!

等富都比等
末都良能加波尓
和可由都流
伊毛我多毛等乎
和礼許曽末加米
とほつひと
まつらのかはに
わかゆつる
いもがたもとを
われこそまかめ
Человека из краев далеких ждут…
Милая, что ловит молодых форелей
В Мацура-реке,
Рукав атласный свой
Мне на изголовие постелет!

麻都良河波
<可>波能世波夜美
久礼奈為能
母能須蘇奴例弖
阿由可都流良<武>
まつらがは
かはのせはやみ
くれなゐの
ものすそぬれて
あゆかつるらむ
У реки светлой Мацура
Быстро теченье,
И, наверно, подолы пурпурной одежды
Намокают водою,
Если ловят форелей…
* В кн. V реке Мацура посвящен цикл песен. Табито не бывал там, но, зная о красоте этой местности, посвятил ей много песен. Пурпурный, красный, алый — обычные цвета женской одежды, упоминаемые в М., когда говорится о юбке, подоле; рукава же чаще — белые, отчего “белотканый” стало постоянным эпитетом для рукавов. И теперь в старинных обрядовых представлениях и танцах японских деревень и храмов девушек и жриц наряжают в белые и красные шелка (красные “хакама” — широкие в складку штаны, похожие на юбку, и белое кимоно, заправленное в хакама).
比等未奈能
美良武麻都良能
多麻志末乎
美受弖夜和礼波
故飛都々遠良武
ひとみなの
みらむまつらの
たましまを
みずてやわれは
こひつつをらむ
На реке светлой Мацура —
Яшмовый остров,
Который, наверно, увидят все люди…
Ужель я, не видя,
Любить буду вечно?

麻都良河波
多麻斯麻能有良尓
和可由都流
伊毛良遠美良牟
比等能等母斯佐
まつらがは
たましまのうらに
わかゆつる
いもらをみらむ
ひとのともしさ
Как завидую людям,
Что увидят прекрасную деву,
Которая ловит форель молодую
У берега бухты, где Яшмовый остров,
Где Мацура воды...

得保都必等
麻通良佐用比米
都麻胡非尓
比例布利之用利
於返流夜麻能奈
とほつひと
まつらさよひめ
つまごひに
ひれふりしより
おへるやまのな
Ожидающая человека издалече,
Мацура Саёхимэ, душою всей любя,
Здесь махала мужу шарфом белым,
В память этого
И названа гора!
* Песня открывает цикл, посвященный преданию о принцессе Саёхимэ. Песни 871–875 сложены Табито, хотя есть некоторые споры по поводу того, не являются ли они песнями Окура. Но в именных указателях они числятся за Табито.
夜麻能奈等
伊賓都夏等可母
佐用比賣何
許能野麻能閇仁
必例遠布利家<牟>
やまのなと
いひつげとかも
さよひめが
このやまのへに
ひれをふりけむ
Название горы в веках передавай.
Молва передаёт его недаром:
Принцесса Мацура Саёхимэ
Когда-то в старину на той горе
Любимому махала шарфом белым!

余呂豆余尓
可多利都夏等之
許能多氣仁
比例布利家良之
麻通羅佐用嬪面
よろづよに
かたりつげとし
このたけに
ひれふりけらし
まつらさよひめ
Пусть тысячи веков рассказывают люди,
И слух пойдет в века по всей земле,
Как на вершине здесь
Махала шарфом белым
Принцесса Мацура Саёхимэ!

宇奈波良能
意吉由久布祢遠
可弊礼等加
比礼布良斯家武
麻都良佐欲比賣
うなはらの
おきゆくふねを
かへれとか
ひれふらしけむ
まつらさよひめ
Среди равнины вод
Корабль, плывущий в море,
Стремясь остановить, крича ему: “Вернись!”
Наверно, здесь махала шарфом белым
Принцесса Мацура Саёхимэ!

由久布祢遠
布利等騰尾加祢
伊加婆加利
故保斯<苦>阿利家武
麻都良佐欲比賣
ゆくふねを
ふりとどみかね
いかばかり
こほしくありけむ
まつらさよひめ
Махая кораблю,
Что удалялся в море,
Не в силах тот корабль остановить,
Каким полна была, наверно, горем
Принцесса Мацура Саёхимэ!

八隅知之
吾大王乃
御食國者
日本毛此間毛
同登曽念
やすみしし
わがおほきみの
をすくには
やまともここも
おやじとぞおもふ
Если это — страна, управляет которой
Государь наш великий
И правящий мирно,
То Ямато иль нет,—
Все равно, — так я мыслю…

隼人乃
湍門乃磐母
年魚走
芳野之瀧<尓>
尚不及家里
はやひとの
せとのいはほも
あゆはしる
よしののたきに
なほしかずけり
Даже скалы
Средь быстрых потоков в Хаято
Красотой не сравнятся
С водопадами Ёсину,
Где играют форели.
* Хаято — название племени и местности на о-ве Кюсю. Скалы средь быстрых потоков в этой местности славятся редкой красотой. Хаято или кумасо — племя малайского происхождения, жившее на о-ве Кюсю. Это были одни из первых обитателей японских островов.
* Через сравнение двух картин природы: водопадов в Ёсину и скал средь быстрых потоков в Хаято автор передает свою любовь и тоску по родине.
湯原尓
鳴蘆多頭者
如吾
妹尓戀哉
時不定鳴
ゆのはらに
なくあしたづは
あがごとく
いもにこふれや
ときわかずなく
Тот журавль, что плачет
В тростниках в Юнохара,
Будто я,
Не тоской ли он полон о милой?
И ночью, и днем он все время там плачет…
* Считается, что эта песня Табито относится к 728 г., когда он потерял жену.
日本道乃
吉備乃兒嶋乎
過而行者
筑紫乃子嶋
所念香聞
やまとぢの
きびのこしまを
すぎてゆかば
つくしのこしま
おもほえむかも
Ах, когда проходить мне придется Кодзима
В стороне дальней Киби
По дороге в Ямато,
Верно, буду тогда вспоминать я Кодзима,
Мной любимую деву, что осталась в Цукуси.
* Кодзима — остров в провинции Киби, теперь это полуостров.
大夫跡
念在吾哉
水莖之
水城之上尓
泣将拭
ますらをと
おもへるわれや
みづくきの
みづきのうへに
なみたのごはむ
Я ли это,
Который считал себя раньше
Мужем стойким, отважным,
Буду смахивать слезы
На насыпи этой дорожной — Мидзуки?
* Насыпь Мидзуки — была сделана для защиты Дадзайфу; следы ее сохранились вблизи станции Мидзуки на пути в Кагосима.
須臾
去而見<壮>鹿
神名火乃
淵者淺而
瀬二香成良武
しましくも
ゆきてみてしか
かむなびの
ふちはあせにて
せにかなるらむ
Ах, совсем ненадолго
Мне пойти и взглянуть бы!
В Камунаби пучина
Обмелела, быть может,
Стала слабым потоком?
* Камунаби — родное селение рода Отомо в Асука вблизи горы Камиока. У подножия горы течет р. Асука. Ее и имеет в виду Табито, говоря о пучине в Камунаби. В этой песне (как и в п. 335) Табито иносказательно говорит о переменах, которые могли произойти там за время его отсутствия.
指進乃
粟栖乃小野之
芽花
将落時尓之
行而手向六
****の
くるすのをのの
はぎのはな
ちらむときにし
ゆきてたむけむ
Ах, в те дни, когда будут цветы осыпаться
С веток дерева хаги
В Курусунооно,
Я пойду
И богам принесу свою жертву!
* Курусунооно — местность, точное местонахождение неизвестно (в южной части уезда Кацураги или в окрестностях Асука).
* Цветы хаги (Lespedeza bicolor) — очень мелкие красноватого и лиловатого цвета.
橘之
花散里乃
霍公鳥
片戀為乍
鳴日四曽多寸
たちばなの
はなちるさとの
ほととぎす
かたこひしつつ
なくひしぞおほき
В селенье, где ныне опадают на землю
Белоснежного цвета лепестки померанцев,
Много дней уже плачет,
Тоскуя, кукушка,
На любовь свою больше не встречая ответа…
* В ответной песне Табито аллегорически говорит о своем горе, сравнивая себя с кукушкой, тоскующей и плачущей в одиночестве.
吾岳尓
棹<壮>鹿来鳴
先芽之
花嬬問尓
来鳴棹<壮>鹿
わがをかに
さをしかきなく
はつはぎの
はなつまどひに
きなくさをしか
У холма моего
Появился олень и рыдает…
О олень, что явился, рыдая,
В тоске о жене молодой,
Среди первых цветов расцветающих хаги…

吾岳之
秋芽花
風乎痛
可落成
将見人裳欲得
わがをかの
あきはぎのはな
かぜをいたみ
ちるべくなりぬ
みむひともがも
Нежные хаги цветы,
Что растут у холма моего,
Страдая от ветра, осыпаться могут на землю.
Если б только увидеть смогла ты
Их пышный расцвет!

沫雪
保杼呂保杼呂尓
零敷者
平城京師
所念可聞
あわゆきの
ほどろほどろに
ふりしけば
ならのみやこし
おもほゆるかも
Когда снег, словно пена, покрывает всю землю
И так медленно кружит,
Тихо падая с неба,
О столице, о Нара,
Преисполнен я думой!
* Табито долгое время жил на о-ве Кюсю; судя по некоторым его песням, это была своего рода ссылка, в столицу он возвратился только под конец жизни.
吾岳尓
盛開有
梅花
遺有雪乎
乱鶴鴨
わがをかに
さかりにさける
うめのはな
のこれるゆきを
まがへつるかも
Не сливы ли белой цветы
У холма моего расцветали
И кругом все теперь в белоснежном цвету?
Или это оставшийся снег
Показался мне нынче цветами?

懐風藻 > 從二位大納言大伴宿彌旅人 (Отомо-но Табито)
寬政情既遠
迪古道惟新
穆穆四門客
濟濟三德人
梅雪亂殘岸
煙霞接早春
共遊聖主澤
同賀擊壤仁

Мудрое правление чувствуем исстари!
Светлый путь древних лишь обновляется!
Изящны гости, к четырём вратам пришедшие!
Великолепен человек трёх добродетелей!
Сливы и снег смешались, по берегу выстланные.
Дымка с туманом подходят ранней весне!
Все наслаждаются священного хозяина милостями!
Славим спокойствие правления гуманного!
44
多都能馬母
伊麻勿愛弖之可
阿遠尓与志
奈良乃美夜古尓
由吉帝己牟丹米
たつのまも
いまもえてしか
あをによし
ならのみやこに
ゆきてこむため
Эх, коня бы сейчас,
Что подобен дракону,
Чтоб умчаться
В столицу прекрасную Нара,
Среди зелени дивной!
* “Эх, коня бы сейчас, что подобен дракону…” — образ из китайской книги церемоний династии Чжоу (1122—247 гг. до н. э.) “Чжоу-ли” (древнейшая часть четвертой книги пятикнижия), где конь выше 8 чи (чи—0,32 м) считался драконом (МС), т. е. это было обозначение для лучших скакунов.
伊可尓安良武
日能等伎尓可母
許恵之良武
比等能比射乃倍
和我麻久良可武
いかにあらむ
ひのときにかも
こゑしらむ
ひとのひざのへ
わがまくらかむ
Когда это будет,
И день тот настанет,
Чтоб стали моим изголовьем колени
Того человека, что любит и знает
Звук песни?

阿佐<里><須流>
阿末能古等母等
比得波伊倍騰
美流尓之良延奴
有麻必等能古等
あさりする
あまのこどもと
ひとはいへど
みるにしらえぬ
うまひとのこと
Хоть вы и говорили мне:
Мы — дети рыбака простого,
Что рыбу удит для себя в реке,
Но, поглядев на вас, я понял сразу:
Из рода знатного я встретил дочерей!

去来兒等
香椎乃滷尓
白妙之
袖左倍所沾而
朝菜採手六
いざこども
かしひのかたに
しろたへの
そでさへぬれて
あさなつみてむ
Итак, друзья,
В заливе Касии
Морские водоросли соберем наутро,
Пусть даже вымокнет в струящейся воде
Рукав одежды нашей белотканый!

ここにありて
筑紫やいづこ
白雲の
たなびく山の
西にあるらし
ここにありて
つくしやいづこ
しらくもの
たなびくやまの
にしにあるらし
Теперь, когда я здесь,
Цукуси кажется таким далеким краем,
Как будто за горами где-то,
Куда на запад
Уплывают облака...
* Из частного собрания поэта явствует, что песня сложена в ответ на послание его друга Сами Мандзэя, который ещё оставался на службе в Дадзайфу (в Цукуси).

いざや子等
香椎のかたに
白妙の
袖さへぬれて
朝菜摘てむ
いざやこら
かしひのかたに
しろたへの
そでさへぬれて
あしたなつてむ


鞆の浦の
いその室の木
みる毎に
逢見し妹は
忘られむやは
とものうらの
いそのむろのき
みるごとに
あひみしいもは
わすられむやは


さしすぎの
栗栖の小野の
萩の花
ちらむ時にし
行て手向けむ
さしすぎの
くるすのをのの
はぎのはな
ちらむときにし
ゆきてたむけむ


我が宿に
梅の花散る
久方の
そらより雪の
降ると見るまで
わがやどに
うめのはなちる
ひさかたの
そらよりゆきの
ふるとみるまで