むかし、をとこ有りけり。うたはよまざりけれど、世中を思ひしりたりけり。あてなる女のあまになりて、世中を思ひうんじて、京にもあらず、はるかなる山ざとにすみけり。もとしぞくなりければ、よみてやりける。
むかし、をとこありけり。うたはよまざりけれど、よのなかをおもひしりたりけり。あてなる女のあまになりて、よのなかをおもひうんじて、京にもあらず、はるかなる山ざとにすみけり。もとしぞくなりければ、よみてやりける。
В давние времена жил кавалер. Стихов не слагал он, но все же свет знал хорошо[1].
И вот он даме благородной, что, став монахиней, от мира отвратилась и уж не в столице, но в далеком средь гор селении жила, — даме, бывшей одного с ним рода, стихи сложив, послал:
И вот он даме благородной, что, став монахиней, от мира отвратилась и уж не в столице, но в далеком средь гор селении жила, — даме, бывшей одного с ним рода, стихи сложив, послал:
1. Для людей эпохи Хэйан, тех, которые принадлежали к образованному, по тогдашним понятиям, кругу - главным образом к придворным, — умение слагать стихи подразумевало знание света, т.е. знание сложных общественных взаимоотношений, людских переживаний, чувств и т.п.