撫子、唐のはさらなり、大和のもいとめでたし。
Из луговых цветов первой назову гвоздику. Китайская, бесспорно, хороша, но и простая японская гвоздика тоже прекрасна.
竜胆は、枝ざしなどもむかしけれど、こと花どものみな霜がれたるに、いとはなやかなる色あひにてさし出でたる、いとをかし。
У горечавки препротивные листья, но когда все другие осенние цветы поникнут, убитые холодом, лишь её венчики все ещё высятся в поле, сверкая яркими красками, — это чудесно!
また、わざととりたてて人めかすべくもあらぬさまなれど、かまつかの花らうたげなり。
Быть может, не годится особо выделять его и петь ему хвалу, но все же какая прелесть цветок «рукоять серпа [144]».
144. Разновидность амаранта.
かにひの花、色は濃からねど、藤の花とよく似て、春秋と咲くがをかしきなり。
Цветок «гусиная кожа»[145] не очень ярко окрашен, но напоминает цветок глицинии. Распускается он два раза — весной и осенью, вот что удивительно!
145. Разновидность дикой гвоздики, на глицинию не похож.
萩、いと色ふかう、枝たをやかに咲きたるが、朝露にぬれてなよなよとひろごりふしたる、さ牡鹿のわきて立ち馴らすらむも、心ことなり。
Гибкие ветви кустарника хаги осыпаны ярким цветом. Отяжеленные росой, они тихо зыблются и клонятся к земле. Говорят, что олень особенно любит кусты хаги и осенью со стоном бродит возле них. Мысль об этом волнует мне сердце.
夕顔は、花のかたちも朝顔に似て、いひつぐけたるに、をかしかりぬべき花の姿に、実のありさまこそ、いとくちをしけれ。
Вьюнок «вечерний лик» [146] с виду похож на «утренний лик», — не потому ли, называя один, вспоминают и другой? «Вечерний лик» очень красив, пока цветет, но плоды у него безобразны!
146. Тыква-горлянка.
これに薄を入れぬ、いみじうあやしと人いふめり。
これに薄 を入れぬ、いみじうあやしと人いふめり。
Люди, верно, будут удивляться, что я еще не назвала сусуки.
秋の野のおしなべたるをかしさは薄こそあれ。
Когда перед взором расстилаются во всю ширь осенние поля, то именно сусу̀ки [147] придаёт им неповторимое очарование.
147. Пампасная трава высотою до двух метров. Осенью выбрасывает колос, цветущий мелкими желтыми цветочками.
穂先の蘇芳にいと濃きが、朝露にぬれてうちなびきたるは、さばかりの物やはある。
Концы его колосьев густо окрашены в цвет шафрана. Когда они сверкают, увлажненные утренней росой, в целом мире ничего не найдется прекрасней!
色々にみだれ咲きたりし花の、かたちもなく散りたるに、冬の末まで、かしらのいとしろくおほどれたるも知らず、昔思ひ出顔に、風になびきてかひろぎ立てる、人にこそいみじう似たれ。
Осыплются бесследно его спутанные в беспорядке, переливавшиеся всеми оттенками гроздья цветов, останутся только голые стебли да белые головки… Гнутся под ветром стебли сусуки, качаются и дрожат, словно вспоминая былые времена, совсем как старики.