忽沈<枉>疾殆臨泉路
仍作歌詞以申悲緒一首并短歌

Внезапно поражен тяжелой болезнью и чуть не вступил на путь, ведущий в нездешний мир. Поэтому словами песни выразил печаль своего сердца.
И танка

大王能
麻氣能麻尓々々
大夫之
情布里於許之
安思比奇能
山坂古延弖
安麻射加流
比奈尓久太理伎
伊伎太尓毛
伊麻太夜須米受
年月毛
伊久良母阿良奴尓
宇<都>世美能
代人奈礼婆
宇知奈妣吉
等許尓許伊布之
伊多家苦之
日異益
多良知祢乃
<波>々能美許等乃
大船乃
由久良々々々尓
思多呉非尓
伊都可聞許武等
麻多須良牟
情左夫之苦
波之吉与志
都麻能美許登母
安氣久礼婆
門尓餘里多知
己呂母泥乎
遠理加敝之都追
由布佐礼婆
登許宇知波良比
奴婆多麻能
黒髪之吉氐
伊都之加登
奈氣可須良牟曽
伊母毛勢母
和可伎兒等毛<波>
乎知許知尓
佐和吉奈久良牟
多麻保己能
美知乎多騰保弥
間使毛
夜流余之母奈之
於母保之伎
許登都氐夜良受
孤布流尓思
情波母要奴
多麻伎波流
伊乃知乎之家騰
世牟須辨能
多騰伎乎之良尓
加苦思氐也
安良志乎須良尓
奈氣枳布勢良武
おほきみの
まけのまにまに
ますらをの
こころふりおこし
あしひきの
やまさかこえて
あまざかる
ひなにくだりき
いきだにも
いまだやすめず
としつきも
いくらもあらぬに
うつせみの
よのひとなれば
うちなびき
とこにこいふし
いたけくし
ひにけにまさる
たらちねの
ははのみことの
おほぶねの
ゆくらゆくらに
したごひに
いつかもこむと
またすらむ
こころさぶしく
はしきよし
つまのみことも
あけくれば
かどによりたち
ころもでを
をりかへしつつ
ゆふされば
とこうちはらひ
ぬばたまの
くろかみしきて
いつしかと
なげかすらむぞ
いももせも
わかきこどもは
をちこちに
さわきなくらむ
たまほこの
みちをたどほみ
まつかひも
やるよしもなし
おもほしき
ことつてやらず
こふるにし
こころはもえぬ
たまきはる
いのちをしけど
せむすべの
たどきをしらに
かくしてや
あらしをすらに
なげきふせらむ
Наш великий государь
Приказал уехать мне.
И, приказу покорясь,
Как отважный смелый муж,
Полный бодрости и сил,
Много распростертых гор
И застав я перешел.
Наконец, пришел в село,
Дальнее, как свод небес.
И, совсем не отдохнув
И дыханье ни на миг
Не переводя в труде,
Столько месяцев и лет
Жил в селенье этом я!
Но в непрочном мире здесь
Бренен жалкий человек.
Надломился вскоре я,
Заболел и слег в постель,
И проходит день за днем —
Все сильнее мой недуг.
О божественная мать,
Мать, вскормившая меня!
Как большой корабль в пути
Беспокойно на волнах
Все качается, плывя,
Так в сердечной глубине
У тебя теперь живет
Беспокойная тоска.
Ожиданием томясь,
Верно, думаешь всегда:
“О, когда ж вернется он?”
И болеешь всей душой.
И красавица моя —
Божество — моя жена,
Верно, как начнет светать,
Все стоишь ты у ворот,
Прислонившись,
И зовешь,
Отгибая рукава…
А как вечер настает,
Оправляешь нам постель
И, вздыхая, распустив
Пряди длинные волос,
Ягод тутовых черней,
Вопрошаешь ты с тоской:
“О, когда ж вернется он?”
Дочь родная, милый сын,
Дети малые мои,
Верно, дома по углам
Горько плачут и шумят.
Как далек теперь к ним путь —
Путь, отмеченный давно
Яшмовым копьем.
Не могу послать гонца,
Не могу я дать им знать,
Как тоскую и люблю.
От тоски по ним давно
Сердце сожжено дотла.
И хотя до боли жаль
Эту жизнь на земле,
Что лишь жемчугом блеснет,
Но не знаю, как мне быть,
Выхода не видно мне…
О, ужели даже я,
Грозный, словно шторм морской,
Я, отважный, стойкий муж,
Обречен теперь лежать
Распластавшимся,
Без сил
И лишь молча горевать?
* “Отгибая рукава…” — по народным приметам, отогнутые рукава должны вернуть назад уехавшего или ушедшего из дома.