かゝる所の秋なりけりとかや。
かゝる所の秋なりけりとかや。
«Вряд ли на свете существует место, где осень столь же уныла» так кажется, было сказано.
«Вряд ли на свете существует место...» — цитата из «Повести о Гэндзи», гл. «Сума» [Повесть о Гэндзи... Т. 1. С. 234].
此浦の実は、秋をむねとするなるべし。
この浦のまことは、秋をむねとするなるべし。
И в самом деле, истинная красота этого залива раскрывается именно осенью.

かなしさ、さびしさ、いはむかたなく、秋なりせば、いさゝか心のはしをもいひ出べき物をと思ふぞ。
かなしさ、さびしさ、いはむかたなく、秋なりせば、いさゝか心のはしをもいひいづべき物をと思ふぞ。
Невозможно передать словами то уныние, ту печаль одиночества, которые овладели мной. «Будь сейчас осень, — думал я, — мне бы наверняка удалось выразить хоть малую долю своих чувств».

我心匠の拙なきをしらぬに似たり。
わが心匠しんしやうの拙なきをしらぬに似たり。
Увы, так часто думают люди, не подозревающие о том, что им просто недостает сообразительности.

淡路嶋手に取るやうに見えて、すま・あかしの海右左にわかる。
淡路嶋あはぢしま手に取るやうに見えて、すま・あかしの海右左にわかる。
Остров Авадзи виден как на ладони, справа и слева от него заливы Сума и Акаси.

呉楚東南の詠もかゝる所にや。
呉楚東南の詠もかゝる所にや。
Не в подобном ли месте было сказано: «Земли У и Чу простираются к востоку и к югу...».
Не в подобном ли месте было сказано: «Земли У и Чу...» — Басё имеет в виду стихотворение Ду Фу «Поднимаюсь на башню Юэян»:
«Я давно слышал об озере Дунтинху,
И вот теперь поднимаюсь на башню Юэян.
Земли У и Чу простираются к востоку и к югу.
Небо и земля плывут сквозь день и ночь».
物しれる人の見侍らば、さま/゛\の境にもおもひひなぞらふるべし。
物しれる人の見侍らば、さま/゛\のさかひにもおもひひなぞらふるべし。
Человек понимающий, увидев этот пейзаж, наверняка нашел бы, с чем его сопоставить.

又後の方に山を隔てゝ、田井の畑といふ所、松風・村雨ふるさとゝいへり。
又後またうしろかたに山を隔てゝ、田井のたゐのはたといふ所、松風まつかぜ村雨むらさめふるさとゝいへり。
Позади меня, за горой, деревенька под названием Таи-но хата — она считается родиной девиц Мацукадзэ и Мурасамэ.

尾上つゞき、丹波路へかよふ道あり。
尾上おのえつゞき、丹波路たんばぢへかよふ道あり。
Еще дальше тянутся грядой вершины гор, где-то там пролегает дорога в Тамба.

鉢伏のぞき、逆落など、おそろしき名のみ残て、鐘懸松より見下に、一ノ谷内裏やしき、めの下に見ゆ。
鉢伏はちぶせのぞき、逆落さかおとしなど、おそろしき名のみのこりて、鐘懸松かねかけまつより見下みおろすに、一ノ谷内裏だいりやしき、めの下に見ゆ。
От прежних времен сохранились такие зловещие названия как Хатибусэнодзоки — «Загляни в горшок-ловушку» или Сакаотоси — «Катись кувырком», если же, встав у сосны с колоколом, посмотреть вниз, то прямо под собой увидишь дворец Ити-но тани.

其代のみだれ、其時のさわぎ、さながら心にうかび、俤につどひて、二位のあま君、皇子を抱奉り、女院の御裳に御足もたれ、船やかたにまろび入らせ給ふ御有さま、内侍・局・女嬬・曹子のたぐひ、さま/゛\の御調度もてあつかひ、琵琶・琴なんど、しとね・ふとんにくるみて船中に投入、供御はこぼれて、うろくづの餌となり、櫛笥はみだれて、あまの捨草となりつゝ、千歳のかなしび此浦にとゞまり、素波の音にさへ、愁多く侍るぞや。
其代そのよのみだれ、其時そのときのさわぎ、さながら心にうかび、おもかげにつどひて、二位にゐのあま君、皇子みこ抱奉いだきたてまつり、女院にようゐん御裳おんもすそ御足おんあしもたれ、船やかたにまろび入らせ給ふおん有さま、内侍ないしつぼね女嬬によじゆ曹子ざうしのたぐひ、さま/゛\の御調度おんてうどもてあつかひ、琵琶・琴なんど、しとね・ふとんにくるみて船中に投入なげいれ供御くごはこぼれて、うろくづのとなり、櫛笥くしげはみだれて、あまの捨草すてぐさとなりつゝ、千歳ちとせのかなしび此浦このうらにとゞまり、素波しらなみの音にさへ、うれひ多く侍るぞや。
Думы уносятся к смутам тех давних времен, к тем далеким сражениям, и образы прошлого один за другим, как живые, проходят пред мысленным взором, — вот госпожа Нии-но амагими с малолетним государем на руках, запутавшись в подоле госпожи Нёин, падает на дно лодки, вот многочисленные дамы, прислужницы и служанки поспешно укладывают разную утварь, заворачивают в одеяла и коврики лютни-бива и цитры-кото и бросают их в лодку, вот угощение, приготовленное для государя, упав в воду, становится кормом для рыб, вот шкатулки для гребней, опустившись на дно, смешиваются с морскими травами, — да, горести многих веков хранятся на дне этого залива, и не звучит ли неизбывная тоска даже в плеске белопенных волн?..