中興の近江介がむすめ、もののけにわづらひて、浄蔵大徳を験者にしけるほどに、人とかくいひけり。

Дочь Накаки-но Оми-но сукэ стала духами одержима[275] и заболела. Врачевателем[276] ее стал послушник Дзёдзо-дайтоку, и люди поговаривали о них разное.
275. По народному поверью, болезнь насылают вселившиеся в человека духи.
276. Монахи в те времена часто выполняли роль лекарей.
なほしもはたあらざりけり。

Да и на самом деле это были не простые сплетни.

しのびてあり経て、人のものいひなどもうたてあり。なほ世にあり経じと思ひて失せにけり。

Стал он навещать её тайно, но люди принялись судачить еще больше, и вот он решил оставить этот мир и удалиться.

鞍馬といふ所にこもりていみじう行ひをり。

Укрывшись в местности под названием Курама, он совершал молебны и обряды.

さすがにいと恋しうおぼえけり。

Но все он с любовью хранил память о той даме.

京を思ひやりつつ、よろづのこといとあはれにおぼえて行ひけり。

Вспоминал он столицу и творил молебствия, погруженный в печаль о столь многом.

泣く泣くうちふして、かたはらを見れば文なむ見えける。

Однажды, плача, лежал он ничком, посмотрел ненароком рядом с собой, видит – письмо.

なぞの文ぞと、思ひとりて見れば、このわが思ふ人の文なり。

Откуда тут быть письму, подумал он, взял его, и оказалось оно от той дамы, по которой он тосковал.

書けることは、

Написано было:

すみぞめの
くらまの山に
入る人は
たどるたどるも
かへり来ななむ
すみぞめの
くらまのやまに
いるひとは
たどるたどるも
かへりきななむ
В чёрной одежде монаха
На горе Курама
Обитающий человек
Всё блуждает, блуждает...
Но как я хочу, чтобы он возвратился[277]–
277. Танка встречается в Госэнсю, 12, Кокинрокутё, 2 (раздел «Горы»), в Кондзяку-моногатари, 30. Курама (название горы) имеет омоним кура, что значит «темный». Тадо-фу («плутать», «искать на ощупь») – энго к слову кура. Сумидзомэ – «цвет туши» – цвет одежды монахов-послушников, здесь используется как дзё к слову кура.
と書けり。

так гласило письмо.

いとあやしく、たれしておこせつらむと思ひをり。

Очень он был изумлен: да через кого же послала она, все ломал себе голову.

もて来べきたよりもおぼえず、いとあやしかりければ、またひとりまどひ来にけり。

Никак не мог понять, как же случилась такая оказия. Дивился он и как-то в одиночку дошел до ее дома. А затем снова скрылся на горе Курама.

さておこせたりける。

Потом послал ей:

からくして
思ひわするる
恋しさを
うたて鳴きつる
うぐひすの声
からくして
おもひわするる
こひしさを
うたてなきつる
うぐひすのこゑ
Только-только
Удалось позабыть
О любви,
И вновь о ней запел
Голос соловья[278].
278. Угуису («соловей») – аллегорическое обозначение дамы, в то же время созвучно выражению уку [намида-ни] хидзу, т. е. «в унынии заливаться слезами». Говоря «голос соловья», автор имеет в виду послание, полученное от возлюбленной. Танка помещена в Кондзяку-моногатари, 30.
返し、

В ответ было:

さても君
わすれけりかし
うぐひすの
鳴くをりのみや
思ひいづべき
さてもきみ
わすれけりかし
うぐひすの
なくをりのみや
おもひいづべき
И вправду, видно, ты
Забыл обо всем,
Если, только когда соловей
Запоет, обо мне
Вспоминаешь[279] —
279. Танка помещена в Кондзяку-моногатари, 30.
となむいへりける。また、浄蔵大徳、

так она сложила.
Дзёдзо-дайтоку еще сложил:

わがために
つらき人をば
おきながら
なにの罪なき
世をや恨みむ
わがために
つらきひとをば
おきながら
なにのつみなき
よをやうらみむ
Ко мне
Столь равнодушную
Покидая,
Ни в чем не повинный
Свет стоит ли мне упрекать[280]...
280. Танка помещена в Сикасю, 7 [199], Кондзяку-моногатари, 30.
ともいひけり。



この女はになくかしづきて、みこたち、上達部よばひ給へど、帝に奉らむとてあはせざりけれど、このこといできにければ、親も見ずなりにけり。

Эту даму в семье особенно берегли и лелеяли, и хоть сватались к ней принцы и самые высокие чины, но родители предназначали ее к служению государю и не разрешали ей выйти замуж. Но после того как все это случилось, и родители от нее отступились.