吾勢子波
借廬作良須
草無者
小松下乃
草乎苅核
わがせこは
かりほつくらす
かやなくは
こまつがしたの
かやをからさね
Мой любимый
Мастерит шалаш,
Если мало будет тростника,
Под сосною маленькою здесь
Накоси траву, прошу тебя!
* Шалаш (карио) (см. п. 7, временный приют).
* Песня сложена во время путешествия (МС).

天の原
ふりさけ見れば
春日なる
三笠の山に
出でし月かも
あまのはら
ふりさけみれば
かすがなる
みかさのやまに
いでしつきかも
Равнина небес!
Далёко я взор простираю.
Как?! Та же луна
В юности моей восходила
В Касуга, над горой Микаса?!
В «Кокинсю», 406 оно помещено среди «Песен странствий».
わたの原
八十島かけて
こぎ出ぬと
人には告げよ
あまのつり舟
わたのはら
やそしまかけて
こぎいでぬと
ひとにはつげよ
あまのつりぶね
Равниной моря
В край Осьмидесяти островов
Мы уплываем.
Близким моим передай
Эту весть, о лодка рыбачья!
Данное стихотворение взято из ант. «Кокинсю», 407 («Песни странствий»).
このたびは
幣もとりあへず
手向山
紅葉のにしき
神のまにまに
このたびは
ぬさもとりあへず
たむけやま
もみぢのにしき
かみのまにまに
Торопясь в дорогу,
Мы даров собрать не успели,
О гора Приношений!
Но утешься: на склонах твоих —
Облетающих клёнов парча.
Данное стихотворение взято из ант. «Кокинсю», 420 («Песни странствий»). Согласно предисловию, оно было сложено, когда Митидзанэ сопровождал государя Уда (867—931, правил 887—897) в путешествии в г. Нара.
世の中は
つねにもがもな
なぎさこぐ
あまの小舟の
綱手かなしも
よのなかは
つねにもがもな
なぎさこぐ
あまのをぶねの
つなでかなしも
Если б в нашем мире
Ничто не менялось вовек!
О, лодчонка на взморье!
Рыбак в ней правит веслом,
Второй — бичевой её тянет.
В ант. «Синтёкусэн вакасю» («Новый изборник песен Ямато — по указу государя», 1232) оно входит в «Песни странствий», без заглавия.
В изборнике Санэтомо ему предшествует заголовок: «Лодка».

阿騎乃<野>尓
宿旅人
打靡
寐毛宿良<目>八方
古部念尓
あきののに
やどるたびひと
うちなびき
いもぬらめやも
いにしへおもふに
В поле Аки далеком
На ночлег здесь оставшийся странник печальный,
Пригибая растущие травы к земле,
Вряд ли сном позабыться сумеет сегодня,
Вспоминая с тоской о величье былом…
* Тоска о прошлом, о которой говорится в песнях, означает не далекое прошлое, а предшествующие год-два (МС).

日をだにも
天雲近く
見るものを
都へと思ふ
未知のはるけさ
ひをだにも
あまぐもちかく
みるものを
みやこへとおもふ
みちのはるけさ
Я вижу близко
Небо, облака и даже солнце.
Но как далек
Желанный
Путь в столицу!

吹く風の
絶えぬかぎりし
たち来れば
波路はいとど
はるけかりけり
ふくかぜの
たえぬかぎりし
たちくれば
なみぢはいとど
はるけかりけり
Ветер дуть
Никак не перестанет,
И встают валы.
Оттого и путь морской
Очень длинным стал.

今日なれど
若菜も摘まず
春日野の
わが漕ぎわたる
浦になければ
けふなれど
わかなもつまず
かすがのの
わがこぎわたる
うらになければ
Хоть этот день настал, но мы
Не собираем молодые травы,
Ведь нет равнины Касуга
В заливе,
Который мы теперь переплываем[45].
45. Касуга — равнина в черте г. Нара, воспетая в поэзии как место сбора свежей зелени в 1-ю луну Нового года.
玉くしげ
箱の浦波
たたぬ日は
海を鏡と
たれか見ざらむ
たまくしげ
はこのうらなみ
たたぬひは
うみをかゞみと
たれかみざらむ
В дни, когда в Бухте-шкатулке
Для яшмовых гребней
Не вздымаются волны
Кто ж не видит,
Что зеркалу море подобно?!

来と来ては
川上り路の
水を浅み
舟もわが身も
なづむ今日かな
きときては
かはのぼりぢの
みづをあさみ
ふねもわがみも
なづむけふかな
Вот пришли,
Поднимаемся вверх по реке,
Но мелеет вода на пути.
И корабль, и я сам
Мы измучены оба сегодня!

とくと思ふ
舟なやますは
わがために
水の心の
浅きなりけり
とくとおもふ
ふねなやますは
わがために
みづのこころの
あさきなりけり
Он оттого расстроился
Корабль, который так был рад опешить,
Что обмельчала
Душа воды,
Когда меня узрела.

大伴乃
高師能濱乃
松之根乎
枕宿杼
家之所偲由
おほともの
たかしのはまの
まつがねを
まくらきぬれど
いへししのはゆ
Корни сосен берегов Такаси
Здесь, в Отомо, сделав изголовьем,
Хоть и спать ложусь,
Но не усну я —
Все с тоскою думаю о доме!

旅尓之而
物戀<之伎><尓
鶴之>鳴毛
不所聞有世者
孤悲而死萬思
たびにして
ものこほしきに
たづがねも
きこえずありせば
こひてしなまし
В странствии дальнем
Тоскою полны мои думы,
И если б не слышал
Я криков родных журавлей,
Я б умер, наверно, тоскуя о доме далеком…

草枕
客去君跡
知麻世婆
<崖>之<埴>布尓
仁寶播散麻思<呼>
くさまくら
たびゆくきみと
しらませば
きしのはにふに
にほはさましを
Когда бы знала,
Что уходишь в дальний путь,
Где травы служат изголовьем,
Цветною глиной этих берегов
Окрасила бы я твои одежды.
* В старину девушки в знак любви или на память окрашивали одежды возлюбленному. Обычно это делали при помощи цветов и трав, но в некоторых песнях М. говорится о желтой или красной глине, которую растирали на ткани (см. песни 932, 1002 и др.).
見吉野乃
山下風之
寒久尓
為當也今夜毛
我獨宿牟
みよしのの
やまのあらしの
さむけくに
はたやこよひも
わがひとりねむ
Такой холодною порою,
Когда бушует буря среди гор,
Здесь, в Ёсину,
И этой ночью, снова,
Ужели спать придется одному?

宇治間山
朝風寒之
旅尓師手
衣應借
妹毛有勿久尓
うぢまやま
あさかぜさむし
たびにして
ころもかすべき
いももあらなくに
Возле Удзима-гор
Утром холоден ветер,
Я в пути нахожусь,
Нет любимой жены,
Что могла бы мне дать на дорогу одежду!
* Данная песня — одна из характерных песен странствования, в которых путник тоскует о жене или возлюбленной, что дала бы теплую одежду или высушила б мокрую одежду странника. Если это не запись народной песни, то во всяком случае она близка народным песням, представленным в М.
小竹之葉者
三山毛清尓
乱友
吾者妹思
別来礼婆
ささのはは
みやまもさやに
さやげども
われはいもおもふ
わかれきぬれば
По дороге, где иду
На склонах гор,
Тихо-тихо шелестит бамбук…
Но в разлуке с милою женой
Тяжело на сердце у меня…

苦毛
零来雨可
神之埼
狭野乃渡尓
家裳不有國
くるしくも
ふりくるあめか
みわのさき
さののわたりに
いへもあらなくに
О, как неприятен
Хлынувший вдруг ливень
На распутье дальних и чужих дорог!
Возле мыса Мива, переправы Сану
Нету даже дома, где б укрыться мог!
* Включено также в Синтёкусэнсю, 500
客為而
物戀敷尓
山下
赤乃曽<保><船>
奥榜所見
たびにして
ものこほしきに
やましたの
あけのそほふね
おきをこぐみゆ
Когда тоскливо было мне в пути
Вблизи подножья гор,
Корабль красный показался, —
В открытом море
Плыл он вдалеке…
* Красный корабль (акэ-но сохобунэ) — в те времена правительственные корабли обычно красили в красный цвет (МС). Однако красная ладья встречается также в народных песнях, легендах. Полагаем, что такая окраска связана с народными поверьями, по которым красный цвет спасает от болезней и бед.
櫻田部
鶴鳴渡
年魚市方
塩干二家良之
鶴鳴渡
さくらだへ
たづなきわたる
あゆちがた
しほひにけらし
たづなきわたる
В Сакура на поля
Журавли надо мной пролетают крича…
Верно, в бухте Аютигата
С берегов теперь схлынул прилив:
Журавли надо мной пролетают крича…
* В песне передана обычная картина, наблюдаемая во время отлива у берега моря, воспетая во многих песнях М., когда журавли устремляются в поисках пищи к обнажившимся берегам.
四極山
打越見者
笠縫之
嶋榜隠
棚無小舟
しはつやま
うちこえみれば
かさぬひの
しまこぎかくる
たななしをぶね
Когда я миновал в Сихацу горы
И посмотрел кругом, — я увидал вдали
Челн небольшой, что был без перекладин,
И плыл, скрываясь с глаз,
За остров Касануи…

礒前
榜手廻行者
近江海
八十之湊尓
鵠佐波二鳴
未詳
いそのさき
こぎたみゆけば
あふみのうみ
やそのみなとに
たづさはになく
Когда я плыл по морю, огибая
Мыс каменистый, в эти дни
У множества причалов
В море, в Оми,
Кричали часто журавли…

吾船者
枚乃湖尓
榜将泊
奥部莫避
左夜深去来
わがふねは
ひらのみなとに
こぎはてむ
おきへなさかり
さよふけにけり
Мой челн,
Пристанем
К гавани Хира!
Не удаляйся больше в море:
Уже спустилась ночь и всюду темнота!

何處
吾将宿
高嶋乃
勝野原尓
此日暮去者
いづくにか
われはやどらむ
たかしまの
かちののはらに
このひくれなば
О, где же я
Найду себе приют,
Когда зайдет за горизонтом солнце
В долине Катину,
В стране Такасима?

三吉野之
耳我嶺尓
時無曽
雪者落家留
間無曽
雨者零計類
其雪乃
時無如
其雨乃
間無如
隈毛不落
<念>乍叙来
其山道乎
みよしのの
みみがのみねに
ときなくぞ
ゆきはふりける
まなくぞ
あめはふりける
そのゆきの
ときなきがごと
そのあめの
まなきがごと
くまもおちず
おもひつつぞこし
そのやまみちを
Там, где Ёсину,
Среди пиков Мимига,
Ах, без времени
Падает на землю снег,
Ах, без отдыха,
Постоянно льют дожди.
И как этот снег,
Как и он, без времени,
И как этот дождь,
Как и он, без отдыха,
По извилинам дорог
В думы погружен иду
Этой горною тропой!

三芳野之
耳我山尓
時自久曽
雪者落等言
無間曽
雨者落等言
其雪
不時如
其雨
無間如
隈毛不堕
思乍叙来
其山道乎
みよしのの
みみがのやまに
ときじくぞ
ゆきはふるといふ
まなくぞ
あめはふるといふ
そのゆきの
ときじきがごと
そのあめの
まなきがごと
くまもおちず
おもひつつぞくる
そのやまみちを
Там, где Ёсину,
Там, где горы Мимига,
Говорят, без времени
Падает на землю снег,
Говорят, без отдыха,
Постоянно льют дожди.
И как этот снег,
Как и он, без времени,
И как этот дождь,
Как и он, без отдыха,
По извилинам дорог
В думы погружен иду
Этой горною тропой…

稲日野毛
去過勝尓
思有者
心戀敷
可古能嶋所見
いなびのも
ゆきすぎかてに
おもへれば
こころこほしき
かこのしまみゆ
Долина Инаби! Когда я подумал,
Как трудно оставить
Места дорогие,
Вдали острова показались Како,
Которые сердцу всегда были милы!

留火之
明大門尓
入日哉
榜将別
家當不見
ともしびの
あかしおほとに
いらむひや
こぎわかれなむ
いへのあたりみず
Огней зажженных свет
В Акаси у пролива…
О день, когда войдет туда моя ладья!
В том плаванье мне суждена разлука,
Я не увижу мест, где дом стоит родной!

天離
夷之長道従
戀来者
自明門
倭嶋所見
あまざかる
ひなのながちゆ
こひくれば
あかしのとより
やまとしまみゆ
Дорогой долгою из дальнего селенья,
Далекого, как эти небеса,
Когда я плыл в тоске
Через пролив Акаси,
Страна Ямато показалась вдалеке!
* В примечании к тексту приводится вариант концовки, указывающий на народные истоки песни.
此間為而
家八方何處
白雲乃
棚引山乎
超而来二家里
ここにして
いへやもいづく
しらくもの
たなびくやまを
こえてきにけり
Здесь нахожусь я.
Где теперь мой дом?
Придя сюда,
Прошел я через горы,
Где белые плывут грядою облака!

大王之
遠乃朝庭跡
蟻通
嶋門乎見者
神代之所念
おほきみの
とほのみかどと
ありがよふ
しまとをみれば
かむよしおもほゆ
Когда взгляну я
На пролив меж островами,
Где плыли наши корабли не раз
К владеньям отдаленным государя,
Я вспоминаю век богов!
* “Владенья отдаленные…” — имеется в виду область Дадзайфу на о-ве Кюсю (см. п. 492). Последней строкой Хитомаро хочет подчеркнуть красоту острова, которым он любуется, проезжая Внутреннее Японское море.
縄浦従
背向尓所見
奥嶋
榜廻舟者
釣為良下
なはのうらゆ
そがひにみゆる
おきつしま
こぎみるふねは
つりしすらしも
Вот за бухтою Нава,
Там, далеко, где виден
Остров в море открытом,
Челн, плывущий по волнам,
Верно, вышел на ловлю!
* Одна из шести (357–362) лирических песен странствования Ямабэ Акахито. В М. эти песни помещены подряд, но были ли они сочинены во время одного путешествия, неизвестно.
武庫浦乎
榜轉小舟
粟嶋矣
背尓見乍
乏小舟
むこのうらを
こぎみるをぶね
あはしまを
そがひにみつつ
ともしきをぶね
Челн, вдали огибающий бухту Муко!
Остров Авадзима
Позади ты оставил,
Малый челн,
На который я с завистью ныне смотрю!
* “Малый челн, на который я с завистью ныне смотрю!”—имеется в виду челн, плывущий в столицу, на родину поэта.
阿倍乃嶋
宇乃住石尓
依浪
間無比来
日本師所念
あへのしま
うのすむいそに
よするなみ
まなくこのころ
やまとしおもほゆ
На острове Абэ,
У скал, где бакланы,
Бегут беспрестанно у берега волны…
И я эти дни беспрестанно тоскую,
Исполненный думой о далеком Ямато!

塩干去者
玉藻苅蔵
家妹之
濱L乞者
何矣示
しほひなば
たまもかりつめ
いへのいもが
はまづとこはば
なにをしめさむ
Когда схлынет прилив,
Собери ты жемчужные травы морские.
Если дома любимая спросит тебя
О подарке из дальней страны,
Что тогда ей покажешь?
* Собирать морские травы, водоросли — см. п. 72.
* Привозить подарок с побережья было широко распространенным обычаем, существовало даже специальное слово “хамадзуто” — “подарок с побережья”.
秋風乃
寒朝開乎
佐農能岡
将超公尓
衣借益矣
あきかぜの
さむきあさけを
さぬのをか
こゆらむきみに
きぬかさましを
На рассвете холодном
От осеннего ветра,
Когда ты переходишь
Взгорья дальние Сану,
О, согреть бы тебя мне своею одеждой!
* К. Маб. считает эту песню сочинением жены Акахито. Мотоори Норинага приписывает ее женщине из гостиницы, где останавливались путешественники. Однако большинство комментаторов считает, что это сочинение Акахито. ТЮ указывает, что песня может быть и обращением к другу.
* Однако во многих песнях М. этот мотив характерен именно для песен женщин, когда они просят “ветер не дуть”, “дождь не идти” и т. п., так как милый переходит сейчас через горы или вообще находится в пути. Кроме того, это не единственная песня Акахито, написанная от лица женщины (см. п. 1425). Здесь, нам кажется, это запись народной песни в обработке Акахито.
越海乃
手結之浦<矣>
客為而
見者乏見
日本思櫃
こしのうみの
たゆひがうらを
たびにして
みればともしみ
やまとしのひつ
Когда взглянул я,
Находясь в пути,
На бухту Таюи в Коси, на море,—
Чудесной красотой сверкало все вокруг
И сердцу дорога была страна Ямато!

越海之
角鹿乃濱従
大舟尓
真梶貫下
勇魚取
海路尓出而
阿倍寸管
我榜行者
大夫乃
手結我浦尓
海未通女
塩焼炎
草枕
客之有者
獨為而
見知師無美
綿津海乃
手二巻四而有
珠手次
懸而之努櫃
日本嶋根乎
こしのうみの
つのがのはまゆ
おほぶねに
まかぢぬきおろし
いさなとり
うみぢにいでて
あへきつつ
わがこぎゆけば
ますらをの
たゆひがうらに
あまをとめ
しほやくけぶり
くさまくら
たびにしあれば
ひとりして
みるしるしなみ
わたつみの
てにまかしたる
たまたすき
かけてしのひつ
やまとしまねを
От Цунуга-берегов
Я отплыл
В страну Коси.
На огромном корабле,
Много весел закрепив,
Вышли на простор морской.
И когда, спеша вперед,
По морю мы стали плыть,
В бухте дальней Таюи
Показался легкий дым…
То рыбачки над костром
Выжигали соль вдали.
Но в пути скитаюсь я,
Где подушкой на земле
Служит страннику трава,
И печально мне смотреть.
Одному на этот дым…
Перевязь из жемчугов,
Что сверкали на руках
У владыки вод морских,
На себя теперь надев,
Полон я тоски и дум
О далеких островах,
О Ямато-стороне!
* Перевязь из жемчугов, или жемчужная перевязь — см. п. 5.
大船二
真梶繁貫
大王之
御命恐
礒廻為鴨
おほぶねに
まかぢしじぬき
おほきみの
みことかしこみ
いそみするかも
К большому кораблю
Приладив много весел,
Приказу государя своего
Я с трепетом великим покорился,
И потому кружу у этих берегов…

海若者
霊寸物香
淡路嶋
中尓立置而
白浪乎
伊与尓廻之
座待月
開乃門従者
暮去者
塩乎令満
明去者
塩乎令于
塩左為能
浪乎恐美
淡路嶋
礒隠居而
何時鴨
此夜乃将明跡<侍>従尓
寐乃不勝宿者
瀧上乃
淺野之雉
開去歳
立動良之
率兒等
安倍而榜出牟
尓波母之頭氣師
わたつみは
くすしきものか
あはぢしま
なかにたておきて
しらなみを
いよにめぐらし
ゐまちづき
あかしのとゆは
ゆふされば
しほをみたしめ
あけされば
しほをひしむ
しほさゐの
なみをかしこみ
あはぢしま
いそがくりゐて
いつしかも
このよのあけむと
さもらふに
いのねかてねば
たきのうへの
あさののきぎし
あけぬとし
たちさわくらし
いざこども
あへてこぎでむ
にはもしづけし
Владыка вод,
Какой кудесник он!
Авадзи-остров
Поместил он в середину,
Волнами белыми Страну Иё он окружил.
В проливе Акаси,
Там, где луна
Раз восемнадцатый
Сменяется рассветом,
Лишь вечер настает,
Его велением
Все заполняет
Набегающий прилив.
А только рассветет —
Он заставляет
Прилив отхлынуть
Вдаль от берегов…
И так как страшны волны в те часы
В прилива грохоте,
На острове Авадзи
Средь скал укрылся я от них
И ждал с тоской:
Когда же наконец
Нам ночь тревожную
Рассвет желанный сменит?
И оттого не мог забыться сном…
И вот тогда над водопадом,
В полях Асану молодой фазан
Поднялся в небо с громким криком,
Вещая нам, что наступил рассвет.
Итак, друзья!
Мы смело в плаванье идем,
Спокойна стала гладь морская!

家有者
妹之手将纒
草枕
客尓臥有
此旅人
いへにあらば
いもがてまかむ
くさまくら
たびにこやせる
このたびとあはれ
Когда бы дома находился он,
То, верно б, спал в объятьях милой…
Как жалок странник тот,
Что лег в пути,
Где изголовьем служат травы!

臣女乃
匣尓乗有
鏡成
見津乃濱邊尓
狭丹頬相
紐解不離
吾妹兒尓
戀乍居者
明晩乃
旦霧隠
鳴多頭乃
哭耳之所哭
吾戀流
干重乃一隔母
名草漏
情毛有哉跡
家當
吾立見者
青旗乃
葛木山尓
多奈引流
白雲隠
天佐我留
夷乃國邊尓
直向
淡路乎過
粟嶋乎
背尓見管
朝名寸二
水手之音喚
暮名寸二
梶之聲為乍
浪上乎
五十行左具久美
磐間乎
射徃廻
稲日都麻
浦箕乎過而
鳥自物
魚津左比去者
家乃嶋
荒礒之宇倍尓
打靡
四時二生有
莫告我
奈騰可聞妹尓
不告来二計謀
おみのめの
くしげにのれる
かがみなす
みつのはまべに
さにつらふ
ひもときさけず
わぎもこに
こひつつをれば
あけくれの
あさぎりごもり
なくたづの
ねのみしなかゆ
あがこふる
ちへのひとへも
なぐさもる
こころもありやと
いへのあたり
わがたちみれば
あをはたの
かづらきやまに
たなびける
しらくもがくる
あまさがる
ひなのくにべに
ただむかふ
あはぢをすぎ
あはしまを
そがひにみつつ
あさなぎに
かこのこゑよび
ゆふなぎに
かぢのおとしつつ
なみのうへを
いゆきさぐくみ
いはのまを
いゆきもとほり
いなびつま
うらみをすぎて
とりじもの
なづさひゆけば
いへのしま
ありそのうへに
うちなびき
しじにおひたる
なのりそが
などかもいもに
のらずきにけむ
Как на чистый блеск зеркал,
Что в ларцах своих хранят
Жены нежные у нас,
На чудесных берегах
Мицу любовались все,
Глядя на морскую гладь.
На чудесных берегах
Свой заветный красный шнур
Не развязываю я,
Все тоскую о жене,
О возлюбленной своей,
И поэтому в тоске,
Словно плачущий журавль,
Что бывает поутру
Скрыт туманом на заре,
Только в голос плачу я…
И мечтая в тишине,
О, хотя бы часть одну
Среди тысячи частей
Той тоски, что полон я,
В сердце заглушить своем,
Я решил пойти взглянуть
На места, где дом родной.
Но когда я посмотрел:
Там, средь Кацураги гор,
Вставших флагом голубым,—
В дальних белых облаках,
Протянувшихся грядой,
Спрятан был от глаз мой дом…
В дальнюю, как свод небес,
В глушь далёкую страны
Отправляюсь я теперь,
Остров Авадзисима,
Что лежал передо мной,
Я оставил позади —
И гляжу все время я
В сторону, где на пути
Остров Авасима есть.
Там, в затишье,
Поутру
Лодочников голоса
Раздаются над водой,
Там, в затишье,
Ввечеру
Звуки весел слышны мне,
И по волнам я плыву,
Рассекая их в пути,
И кружусь, плывя меж скал…
Проплываю бухту я
Инабидзума.
Будто птица на воде,
Я качаюсь на волнах…
Вот и Наносима —
Остров, что зовется “Дом”.
На скалистых берегах
Пышным цветом расцвела,
Наклонясь к земле, трава,
Что зовут “не — говори”.
О, зачем я, уходя,
Словно слушая траву,
Ничего жене своей
На прощанье не сказал?
* “Свой заветный красный шнур не развязываю я…” — т. е. храню обет верности (см. п. 251).
* Трава “не-говори” (нанорисо) (Sargassum fulvellum) — вид морских водорослей, растущих в глубинных местах.
* Название травы свидетельствует о древней вере в магию слов, о существовании народных заклинаний и заговоров. В М. встречается ряд подобных названий трав и раковин.
天地之
神毛助与
草枕
羈行君之
至家左右
あめつちの
かみもたすけよ
くさまくら
たびゆくきみが
いへにいたるまで
О боги неба и земли!
Нам помогите
До той поры, пока мой милый друг,
Что в дальний путь идет, где травы — изголовье,
Не возвратится вновь к себе домой!

草枕
羈行君乎
愛見
副而曽来四
鹿乃濱邊乎
くさまくら
たびゆくきみを
うるはしみ
たぐひてぞこし
しかのはまべを
К тебе, идущему в далекий путь,
Где травы служат изголовьем,
Исполнен я горячею любовью
И оттого я провожал тебя
По побережью дальнему Сига!

家二四手
雖見不飽乎
草枕
客毛妻与
有之乏左
いへにして
みれどあかぬを
くさまくら
たびにもつまと
あるがともしさ
И дома, находясь с тобою,
Я сколько ни гляжу, не нагляжусь,
А здесь, в пути,
Где изголовье — травы,
Мне радостно с супругом вместе быть!
* Песня сложена во время путешествия вместе с принцем (МС).
草枕
客者嬬者
雖率有
匣内之
珠社所念
くさまくら
たびにはつまは
ゐたれども
くしげのうちの
たまをこそおもへ
Хотя и взял с собою я жену
В далекий путь, где травы — изголовье,
Но все равно я здесь ее храню,
Как жемчуг дорогой в ларце,
Своей любовью!

在根良
對馬乃渡
々中尓
<幣>取向而
早還許年
ありねよし
つしまのわたり
わたなかに
ぬさとりむけて
はやかへりこね
Пролив минуя у брегов Цусима,
Меж диких скал
Свой путь держа морской,
Ты принеси дары богам с молитвой
И возвращайся поскорей домой!

飼飯海乃
庭好有之
苅薦乃
乱出所見
海人釣船
けひのうみの
にはよくあらし
かりこもの
みだれていづみゆ
あまのつりぶね
Тиха морская гладь
У берегов Кэи…
Как срезанные травы гомо,
Разбросанные плавают вдали
Челны рыбацкие на взморье!
* Гомо (комо) — то же, что макомо (Zizania latifoiia), — многолетние травы, растущие на болотах, у рек, озер; из них плетут рогожки, циновки. Срезанные травы гомо — постоянный образ беспорядочно плывущих по морю челнов и т. п., а также душевного смятения, неспокойных дум и т. п.
味凍
綾丹乏敷
鳴神乃
音耳聞師
三芳野之
真木立山湯
見降者
川之瀬毎
開来者
朝霧立
夕去者
川津鳴奈<拝>
紐不解
客尓之有者
吾耳為而
清川原乎
見良久之惜蒙
うまこり
あやにともしく
なるかみの
おとのみききし
みよしのの
まきたつやまゆ
みおろせば
かはのせごとに
あけくれば
あさぎりたち
ゆふされば
かはづなくなへ
ひもとかぬ
たびにしあれば
わのみして
きよきかはらを
みらくしをしも
Как на ткани дорогой
Дивно вытканный узор,
Есть чудесная страна!
Словно грома дальний звук,
Только слухи до меня
Доносились каждый раз
О прекрасном Ёсину!
И теперь, когда смотрю
С гор, покрытых хиноки,
На просторы той страны:
Всюду, где речная мель,
Наступает лишь рассвет,
Подымается туман,
А лишь вечер настает,
Там кричит речной олень,
Но ведь я теперь в пути,
Где шнура не развязать,
И так жаль, что я один
И любуюсь без тебя
Чистым берегом реки…
* Хиноки — “солнечные деревья”, японский кипарис (см. п. 45), в тексте маки—священные деревья, под этим названием встречаются также сосны и криптомерии.
* Речной олень—так называли в песнях М. лягушек. Кваканье лягушек, как и крики оленей, навевали грусть и доставляли эстетическое удовольствие, поэтому образ лягушки и оленя отождествлялся.
* “В пути, где шнура не развязать” — развязывать шнур — символ любовных отношений (см. п. 251).
不欲見野乃
淺茅押靡
左宿夜之
氣長<在>者
家之小篠生
いなみのの
あさぢおしなべ
さぬるよの
けながくしあれば
いへししのはゆ
В поле дальнем Инами,
К земле прижимая тростник невысокий,
Сколько спал я ночей,
Сколько дней, долгих дней я провел одиноко,
И теперь я о доме далеком тоскую!

明方
潮干乃道乎
従明日者
下咲異六
家近附者
あかしがた
しほひのみちを
あすよりは
したゑましけむ
いへちかづけば
Вот и бухта Акаси!
Отхлынул прилив на дороге,
Завтра, завтра
Наполнится радостью сердце:
Я все ближе и ближе к родимому дому!

味澤相
妹目不數見而
敷細乃
枕毛不巻
櫻皮纒
作流舟二
真梶貫
吾榜来者
淡路乃
野嶋毛過
伊奈美嬬
辛荷乃嶋之
嶋際従
吾宅乎見者
青山乃
曽許十方不見
白雲毛
千重尓成来沼
許伎多武流
浦乃盡
徃隠
嶋乃埼々
隈毛不置
憶曽吾来
客乃氣長弥
あぢさはふ
いもがめかれて
しきたへの
まくらもまかず
かにはまき
つくれるふねに
まかぢぬき
わがこぎくれば
あはぢの
のしまもすぎ
いなみつま
からにのしまの
しまのまゆ
わぎへをみれば
あをやまの
そこともみえず
しらくもも
ちへになりきぬ
こぎたむる
うらのことごと
ゆきかくる
しまのさきざき
くまもおかず
おもひぞわがくる
たびのけながみ
Птицы адзи шумной стаей
Пролетают надо мною,
И глаза не видят милой,
Рукава из мягкой ткани
Ты не стелешь в изголовье.
На ладье, что смастерил я
Из коры деревьев вишни,
Весла закрепив,
Поплыл я.
Вот селение Нусима,
Что в Авадзи,
Миновал я,
И меж островов Карани,
Миновав Инамидзума,
Посмотрел когда,
Где дом мой —
Среди дальних гор лазурных,
Я не смог его увидеть!
В тысячи слоев сгрудились
Белых облаков громады,
И за каждой, каждой бухтой,
Что оставил за собою,
И за каждым, каждым мысом,
Где скрывался я порою,
Через всех путей изгибы,—
О, куда б ни приплывал я,
Все тоска со мной о доме…
Слишком долги дни скитаний!
* Эта песня и каэси-ута сложены Акахито, когда он проезжал о-в Карани, находясь в свите императора Сёму, совершавшего путешествие по стране. Адзи — род уток, распространенный в Японии (см. п. 196).
嶋隠
吾榜来者
乏毳
倭邊上
真熊野之船
しまがくり
わがこぎくれば
ともしかも
やまとへのぼる
まくまののふね
Когда к островам
Довелось мне причалить,
Как завидовал я
Кораблям из Куману,
Плывущим в Ямато!
* Ямато — центральная провинция Японии, родина поэта.
風吹者
浪可将立跡
伺候尓
都太乃細江尓
浦隠居
かぜふけば
なみかたたむと
さもらひに
つだのほそえに
うらがくりをり
Только ветры подули,
Боясь, чтобы волны не встали,
Под защиту
Узкой маленькой бухты Цута
Мы решили укрыться…

御食向
淡路乃嶋二
直向
三犬女乃浦能
奥部庭
深海松採
浦廻庭
名告藻苅
深見流乃
見巻欲跡
莫告藻之
己名惜三
間使裳
不遣而吾者
生友奈重二
みけむかふ
あはぢのしまに
ただむかふ
みぬめのうらの
おきへには
ふかみるとり
うらみには
なのりそかる
ふかみるの
みまくほしけど
なのりその
おのがなをしみ
まつかひも
やらずてわれは
いけりともなし
Возле берегов морских
В тихой бухте Минумэ,
От которой недалек
Остров Авадзисима,
Где подносят в дар богам
Урожая славный плод,
У пустынных берегов
Водоросли я возьму,
Водоросли “вглубь — взгляну”.
Бухту обогнув кругом,
Срежу нежную траву,
Что зовут “не-говори”.
Словно водоросли, я
В сердца глубь взглянуть хочу,
Но подобен я траве,
Что зовут “не-говори”,—
Имя берегу свое
И не шлю тебе гонца,
Хоть, тоскуя о тебе,
Не могу на свете жить!
* Песни передают тоску Акахито о жене, оставленной дома. Они относятся к циклу, сложенному Акахито во время путешествия. В примечании указано, что дата их написания неизвестна. Относительно времени написания их напрашиваются два предположения: 1) Акахито сопровождал императора Сёму в его путешествии по стране; возможно, эти песни были сложены во время такого путешествия; 2) одно время поэт занимал должность провинциального чиновника. Вероятно, его постигла временная опала, как Табито, и он был выслан за пределы столицы. Отсюда тоска о жене, о родных краях.
* Водоросли “вглубь-взгляну” (фукамиру) — “морская сосна” — народное название водорослей, растущих глубоко в море.
* Трава “не-говори” (нанорисо, Sargassum fulvellum) — народное название морских водорослей, растущих в глубинных местах.
* “Имя берегу свое” — говорится о боязни людской молвы.
木綿疊
手向乃山乎
今日<越>而
何野邊尓
廬将為<吾>等
ゆふたたみ
たむけのやまを
けふこえて
いづれののへに
いほりせむわれ
Ах, горы Тамукэ,
Где в дар приносят ткани из века в век,
Я нынче перешла…
Среди каких полей, в какой долине
Найду себе я временный ночлег?

天皇之
行幸之随
吾妹子之
手枕不巻
月曽歴去家留
おほきみの
みゆきのまにま
わぎもこが
たまくらまかず
つきぞへにける
Пока сопровождаю я тебя
В твоем пути, великий государь,
У дорогой жены
В объятьях мне не спать,—
Ведь целый месяц с той поры прошел!

離家
旅西在者
秋風
寒暮丹
鴈喧<度>
いへざかり
たびにしあれば
あきかぜの
さむきゆふへに
かりなきわたる
Ведь в пути теперь один скитаюсь,
Вдалеке остался дом родной,
И в вечерний час, когда осенний ветер
Веет холодом, в далеком небе
Гуси с криком пролетают надо мной!
* Гуси считаются вестниками из дома и домой, посланцами от возлюбленной и т. п. (СН) (см. п. 1614).
年魚市方
塩干家良思
知多乃浦尓
朝榜舟毛
奥尓依所見
あゆちがた
しほひにけらし
ちたのうらに
あさこぐふねも
おきによるみゆ
В тихой гавани Аютигата,
Верно, схлынул с берегов прилив:
Видно, как ладья,
Что вышла в бухту Тита,
На морском просторе вдаль спешит…

塩干者
共滷尓出
鳴鶴之
音遠放
礒廻為等霜
しほふれば
ともにかたにいで
なくたづの
こゑとほざかる
いそみすらしも
Когда прилив от берегов отхлынул,
Далекими вдруг стали голоса
Кричащих журавлей,
Что к бухте полетели
И, верно, кружат возле берегов…
* “И, верно, кружат возле берегов” — во время отлива журавли обычно кружат над берегом в поисках пищи.
暮名寸尓
求食為鶴
塩満者
奥浪高三
己妻喚
ゆふなぎに
あさりするたづ
しほみてば
おきなみたかみ
おのづまよばふ
Журавль, что ищет для себя добычу
У берегов в затишье ввечеру,
Оттого что в час прилива
Волны встали,
Жалобно зовет свою жену к себе…

古尓
有監人之
覓乍
衣丹揩牟
真野之榛原
いにしへに
ありけむひとの
もとめつつ
きぬにすりけむ
まののはりはら
Вот эта дивная долина, что искали
В пути все люди,
Что живали в старину
И платья красили душистыми цветами, —
Долина хари в стороне Ману…
* См. п. 1156.
朝入為等
礒尓吾見之
莫告藻乎
誰嶋之
白水郎可将苅
あさりすと
いそにわがみし
なのりそを
いづれのしまの
あまかかりけむ
Ту траву зеленую “имя-назови”,
Что я видел
На скалистом берегу,—
О, с какого острова рыбак
Срежет ту заветную траву?
* Песня сложена в аллегорическом плане: трава “имя-назови” — метафора девушки; с какого острова рыбак ее срежет — т. е. кто сделает ее своей женой.
今日毛可母
奥津玉藻者
白浪之
八重折之於丹
乱而将有
けふもかも
おきつたまもは
しらなみの
やへをるがうへに
みだれてあるらむ
И сегодня, наверно,
Жемчужные травы морские
Поломались от белой бегущей волны,
Что нахлынула в восемь рядов,
И лежат в беспорядке у моря…

近江之海
湖者八十
何尓加
<公>之舟泊
草結兼
あふみのうみ
みなとはやそち
いづくにか
きみがふねはて
くさむすびけむ
В далеком море, в Оми,
Гаваней не счесть.
О, где же ты
Корабль свой причалишь
И будешь травы связывать в пути?
* В песне упоминается древний обычай связывать травы (куса-мусуби) с мольбой о благополучном путешествии, о долголетии, о счастье и т. п. (см. п. 10).
霰零
鹿嶋之埼乎
浪高
過而夜将行
戀敷物乎
あられふり
かしまのさきを
なみたかみ
すぎてやゆかむ
こほしきものを
Град идет: ка-си-ма-си-ки…
Касиманосаки показался мыс,
Оттого что волны поднялися,
Неужели мимо проплыву? —
Ведь о мысе этом столько я мечтал!

足柄乃
筥根飛超
行鶴乃
乏見者
日本之所念
あしがらの
はこねとびこえ
ゆくたづの
ともしきみれば
やまとしおもほゆ
Когда я с завистью смотрю на журавлей,
Что улетают и перелетают горы
В далеком Хаконэ,
В Асигара,
Как о Ямато полон я тоскою!
* Песня человека, направляющегося из Ямато в восточные провинции.
荒礒超
浪乎恐見
淡路嶋
不見哉将過<去>
幾許近乎
ありそこす
なみをかしこみ
あはぢしま
みずかすぎなむ
ここだちかきを
Катящиеся у пустынных берегов
Грозны и страшны голубые волны.
Ужели остров Авадзисима
Пройду и не увижу я —
Ведь от меня совсем он близко!

海人小船
帆毳張流登
見左右荷
鞆之浦廻二
浪立有所見
あまをぶね
ほかもはれると
みるまでに
とものうらみに
なみたてりみゆ
Не белые ли натянули паруса
На лодках рыбаков,—
Так кажется глазам.
А это в бухте Томоноура
Бушующие волны в пене встали!

好去而
亦還見六
大夫乃
手二巻持在
鞆之浦廻乎
まさきくて
またかへりみむ
ますらをの
てにまきもてる
とものうらみを
Коль буду счастлив я в своей судьбе,
Опять вернусь и буду любоваться
На бухту Томо — Щит,
Что рыцарь благородный
Всегда имеет при себе.
* Томо — “щит” — перевод условный, так как это по сути кожаная повязка, которая надевается на левую руку во время стрельбы из лука, чтобы защитить ее от удара тетивой.
鳥自物
海二浮居而
<奥>浪
驂乎聞者
數悲哭
とりじもの
うみにうきゐて
おきつなみ
さわくをきけば
あまたかなしも
Я, словно птица,
Качаюсь на море,
И если я слышу, что сильно шумят
На дальнем просторе огромные волны,
Какая встает в моем сердце тоска!

網引為
海子哉見
飽浦
清荒礒
見来吾
あびきする
あまとかみらむ
あくのうらの
きよきありそを
みにこしわれを
“Не рыбак ли то ловит здесь рыбу сетями?” —
Верно, думают люди, смотря на меня,
Что явился сюда любоваться пустынным
Чистым берегом этим
В бухте Акуура.
* Песня странника.
舟盡
可志振立而
廬利為
名子江乃濱邊
過不勝鳧
ふねはてて
かしふりたてて
いほりせむ
なごえのはまへ
すぎかてぬかも
Причалим корабли,
Вобьем колы
И смастерим шалаш скорее для ночлега:
У берегов вдоль бухты Нагаэ
Проплыть бывает трудно мимо!
* “Проплыть бывает трудно мимо” — имеется в виду необыкновенная красота берегов.
妹門
出入乃河之
瀬速見
吾馬爪衝
家思良下
いもがかど
いでいりのかはの
せをはやみ
あがうまつまづく
いへもふらしも
В ворота любимой заходят — выходят…
“Заходят-выходят” зовется река,
И струи там быстры,
Поэтому конь мой споткнулся:
Наверное, дома тоскует она обо мне!
* В песне отражено народное поверье: если конь споткнется, значит дома по тебе тоскуют (норума-но цумадзуку-но ва ути-но моно-га котира-о омоу тамэ да — поговорка).
白栲尓
丹保布信土之
山川尓
吾馬難
家戀良下
しろたへに
にほふまつちの
やまがはに
あがうまなづむ
いへこふらしも
У горы Мацути, что сверкает
Ярко-белой тканью в вышине,
В реках горных
Конь совсем мой не шагает:
Верно, дома ты тоскуешь обо мне!

足代過而
絲鹿乃山之
櫻花
不散在南
還来万代
あてすぎて
いとかのやまの
さくらばな
ちらずもあらなむ
かへりくるまで
Пройдя Атэ,
Там, где гора Итока,
Я вижу вишен нежные цветы,
Хочу, чтоб вы, не осыпаясь, здесь цвели,
Пока из странствий не вернусь обратно!

玉津嶋
見之善雲
吾無
京徃而
戀幕思者
たまつしま
みてしよけくも
われはなし
みやこにゆきて
こひまくおもへば
Хорошо любоваться
На Яшмовый остров,
Только радости эти не тешат меня:
Ведь когда возвращаться я буду в столицу
Верно, буду о нем постоянно грустить!

吾舟乃
梶者莫引
自山跡
戀来之心
未飽九二
わがふねの
かぢはなひきそ
やまとより
こひこしこころ
いまだあかなくに
Весла быстрые моей ладьи,
Вы меня не увозите в край другой
От страны Ямато:
Сердце, полное любви,
Не пресытилось ещё её красой!

綿之底
奥己具舟乎
於邊将因
風毛吹額
波不立而
わたのそこ
おきこぐふねを
へによせむ
かぜもふかぬか
なみたてずして
Глубоко дно в открытом море,
Чтобы причалить к берегам могла
Плывущая ладья,
Пускай подует ветер,
Не подымая высоко волны.
* Песни странника.
遠有而
雲居尓所見
妹家尓
早将至
歩黒駒
とほくありて
くもゐにみゆる
いもがいへに
はやくいたらむ
あゆめくろこま
Ах, к дому дальнему,
Где милая живет,
Что виден лишь в колодце облаков,
Давай скорее станем добираться,
Шагай же, вороной мой конь!

家有者
笥尓盛飯乎
草枕
旅尓之有者
椎之葉尓盛
いへにあれば
けにもるいひを
くさまくら
たびにしあれば
しひのはにもる
Если был бы я дома,
Я еду положил бы на блюдо,
Но в пути нахожусь я,
Где трава изголовьем мне служит,
Потому и еду я кладу на дубовые листья.

三津埼
浪矣恐
隠江乃
舟公宣奴嶋尓
みつのさき
なみをかしこみ
こもりえの
******
У мыса Мицу на морском просторе
Внушает трепет вставшая волна.
Из тихой бухты,
Где скрывается ладья,
Отправишься ли ты теперь в Нусима?
* Расшифровка текста условна.
珠藻苅
敏馬乎過
夏草之
野嶋之埼尓
舟近著奴
たまもかる
みぬめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
ふねちかづきぬ
Мы прошли Минумэ,
Где жемчужные травы срезают морские,
И корабль приближается
К мысу Нудзима теперь,
Где поля покрывают зеленые летние травы…
* В примечании к тексту приводится вариант песни, указывающий на её народные истоки
處女乎過而
夏草乃
野嶋我埼尓
伊保里為吾等者
をとめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
いほりしあれば.
Минуя Отомэ, где юные девы
Срезают жемчужные травы морские,
На мысе Нудзима,
Что славится летней травою,
Устрою ночлег я себе ненадолго…
См. п. 3606 (перевод оттуда)

Первая строка та же, たまもかる.
粟路之
野嶋之前乃
濱風尓
妹之結
紐吹返
あはぢの
のしまがさきの
はまかぜに
いもがむすびし
ひもふきかへす
От ветра свежего, что с берега подул,
Где мыс Нусима
В стороне Авадзи,
Шнур, что любимою завязан был,
Как будто к ней стремясь, по ветру заметался!
* “Шнур, что любимою завязан был…” — в старину обычно при разлуке, давая обет верности, возлюбленные завязывали друг у друга шнуры одежды и клялись не развязывать их до следующей встречи.
* В примечании к тексту дан вариант зачина, указывающий на народные истоки песни.
名兒乃海乎
朝榜来者
海中尓
鹿子曽鳴成
𪫧怜其水手
なこのうみを
あさこぎくれば
わたなかに
かこぞなくなる
あはれそのかこ
Когда я выплыл утром в море,
В Наго,
Среди равнины вод,
Моряк в пути меня окликнул.
Как был мне дорог тот моряк!

奥の細道 > 山中温泉の章段 (Горячие источники Яманака)
行行て
たふれ伏とも
萩の原
ゆきゆきて
たおれふすとも
はぎのはら
Пускай где-то в пути
Упаду и больше не встану
Эти хаги со мной...

奥の細道 > 出羽越えの章段 (Переход в Дэва)
蚤虱
馬の尿する
枕もと
のみしらみ
うまのばりする
まくらもと
Блохи и вши.
Лошадь мочится прямо
У изголовья.

草枕
客行人毛
徃觸者
尓保比奴倍久毛
開流芽子香聞
くさまくら
たびゆくひとも
ゆきふれば
にほひぬべくも
さけるはぎかも
О, даже тот, кто в дальний путь идет,
Где травы служат изголовьем,
Когда цветов коснется, уходя,
Как будет он благоухать тогда
Раскрывшимися лепестками хаги!
* Сходна с п. 2192. По-видимому, вариант народной песни. Прикосновение к цветам, в частности к хаги, надолго оставляет аромат, иногда служит памятью о странствии.
伊香山
野邊尓開有
芽子見者
公之家有
尾花之所念
いかごやま
のへにさきたる
はぎみれば
きみがいへなる
をばなしおもほゆ
Когда я посмотрел на хаги,
Что расцвели в полях
Близ склонов Икаго,
Я вспомнил о прекрасных обана,
Растущих возле дома твоего!
* Хаги и обана — цветут осенью в одно время; воспеваются в песнях странствования, напоминают о покинутом доме. Некоторые комментаторы считают, что речь идет о жене (К. Мае.), другие— о друге (СН). Во всяком случае речь идет о песне, посланной на родину.
秋之雨尓
所沾乍居者
雖賎
吾妹之屋戸志
所念香聞
あきのあめに
ぬれつつをれば
いやしけど
わぎもがやどし
おもほゆるかも
Под мелким осенним дождем
Беспрестанно я мокну в пути,
И хоть жалок оставленный дом,
Где жена дорогая живет,
Все равно я мечтаю о нем!

朝霧尓
沾尓之衣
不干而
一哉君之
山道将越
あさぎりに
ぬれにしころも
ほさずして
ひとりかきみが
やまぢこゆらむ
От тумана поутру
Платье влажное своё,
Верно, и не просушив,
Ты один, любимый мой,
Горною тропой идёшь…
Неизвестный автор
後居而
吾戀居者
白雲
棚引山乎
今日香越濫
おくれゐて
あがこひをれば
しらくもの
たなびくやまを
けふかこゆらむ
Когда тоскую я, оставшись здесь одна,
Возможно, нынче ты проходишь горы,
Где белые плывут
По небу облака
И длинной, длинной тянутся грядою.

朝裳吉
木方徃君我
信土山
越濫今日曽
雨莫零根
あさもよし
きへゆくきみが
まつちやま
こゆらむけふぞ
あめなふりそね
Ах, наверно, милый мой супруг,
Что ушел теперь в страну Кии,
Полотняные где платья хороши,
Переходит нынче горы Мацути.
Дождь, хоть нынче, я прошу тебя, не лей!
* “Полотняные где платья хороши” — провинция Кии славилась в старину прекрасным полотном. Отсюда это выражение стало ее постоянным определением.
白鳥
鷺坂山
松影
宿而徃奈
夜毛深徃乎
しらとりの
さぎさかやまの
まつかげに
やどりてゆかな
よもふけゆくを
Подобно птице белой — цапле,
Я на горе Сагисака, что называют Кручей Цапли,
Хочу приют найти скорей
В тени густых зеленых сосен,—
Ведь с каждым часом ночь темней!
* “Подобно птице белой — цапле” — есть предание о том, что легендарный герой Ямато Такэру, превратившись в белую птицу, нашел когда-то приют на этой горе.
* С этой песни в тексте М. начинается цикл песен странствования неизвестных авторов.
焱干
人母在八方
沾衣乎
家者夜良奈
羈印
あぶりほす
ひともあれやも
ぬれぎぬを
いへにはやらな
たびのしるしに
Навряд ли встречу я такого человека,
Который дал бы мне обсохнуть у огня.
Мое промокшее в дороге одеянье
Хочу послать к себе домой
В знак одинокого скитанья!
* Автор неизвестен.
在衣邊
著而榜尼
杏人
濱過者
戀布在奈利
ありそへに
つきてこがに
からひとの
はまをすぐれば
こほしくありなり
О люди из столицы дорогой,
Хочу, чтоб ваши корабли приплыли
К моим пустынным берегам,—
Ведь если вы пройдете мимо,
Какой тоской наполнится душа…
* Автор неизвестен.
* Вариант п. 1238, также сходна с п. 133.
高嶋之
阿渡川波者
驟鞆
吾者家思
宿加奈之弥
たかしまの
あどかはなみは
さわけども
われはいへおもふ
やどりかなしみ
Здесь, в Такасима,
На реке Адо,
Хоть и бушуют в белой пене волны,
Но все равно о доме я тоскую,—
Ведь так печален временный приют!
* “Хоть и бушуют в белой пене волны, но все равно о доме я тоскую”.— Даже красота бушующих волн не может заставить меня забыть о доме.
客在者
三更刺而
照月
高嶋山
隠惜毛
たびにあれば
よなかをさして
てるつきの
たかしまやまに
かくらくをしも
Когда находишься в пути, бывает жаль,
Когда за горы Такасима
Мир озарявшая чудесная луна,
Вещавшая, что полночь наступила,
Вдруг скроется и станет не видна…
* Автор неизвестен.
衣手乃
名木之川邊乎
春雨
吾立沾等
家念良武可
ころもでの
なきのかはへを
はるさめに
われたちぬると
いへおもふらむか
Верно, дома думают в тревоге,
Как промок я
От весеннего дождя,
Как мои промокли рукава
На реке, что называют Плачем?
* Река Плач— см. Наки.
* “Как мои промокли рукава на реке, что называют Плачем” — автор намекает на свои слезы, проливаемые в тоске по дому.
家人
使在之
春雨乃
与久列杼吾<等>乎
沾念者
いへびとの
つかひにあらし
はるさめの
よくれどわれを
ぬらさくおもへば
Наверно, дождь весенний послан мне гонцом
Родными, что остались дома,
Когда подумаю: ведь как ни прячусь я
От этого весеннего дождя,
Меня он догоняет снова!

焱干
人母在八方
家人
春雨須良乎
間使尓為
あぶりほす
ひともあれやも
いへびとの
はるさめすらを
まつかひにする
Навряд ли встречу я такого человека,
Что высушил бы платье над огнем,
Мои родные, что остались дома,
Весенний дождь
Послали вслед гонцом!
* Вариант п. 1688 и 1697.
巨椋乃
入江響奈理
射目人乃
伏見何田井尓
鴈渡良之
おほくらの
いりえとよむなり
いめひとの
ふしみがたゐに
かりわたるらし
В заливе Окура
Раздался громкий гул,
То над полями ближними в Фусими,
Где за добычею охотятся стрелки,
Как видно, гуси пролетели мимо!
* Автор неизвестен.
山品之
石田乃小野之
母蘇原
見乍哉公之
山道越良武
やましなの
いはたのをのの
ははそはら
みつつかきみが
やまぢこゆらむ
Наверно, ты, любуясь ныне
На рощи, где растут зубчатые дубы,
В полях Ивата,
В Ямасина,
Тропами горными идешь!
* Эта песня не является произведением Умакая, хотя и помещена под его именем. Песня, сложенная от лица женщины, по-видимому, была исполнена Умакаем на пиру.
<祖>母山
霞棚引
左夜深而
吾舟将泊
等万里不知母
おほばやま
かすみたなびき
さよふけて
わがふねはてむ
とまりしらずも
У гор Обаяма
Все заволок туман,
Темнеет ночь,
И я не знаю,
Где моему челну найти причал…

思乍
雖来々不勝而
水尾埼
真長乃浦乎
又顧津
おもひつつ
くれどきかねて
みをのさき
まながのうらを
またかへりみつ
Я восхищался долго дивной бухтой,
Хотел уплыть, но был не в силах я,—
На бухту Манага,
Где мыс Миогасаки,
Вернувшись, я залюбовался вновь!

白雲之
龍田山之
瀧上之
小鞍嶺尓
開乎為流
櫻花者
山高
風之不息者
春雨之
継而零者
最末枝者
落過去祁利
下枝尓
遺有花者
須臾者
落莫乱
草枕
客去君之
及還来
しらくもの
たつたのやまの
たきのうへの
をぐらのみねに
さきををる
さくらのはなは
やまたかみ
かぜしやまねば
はるさめの
つぎてしふれば
ほつえは
ちりすぎにけり
しづえに
のこれるはなは
しましくは
ちりなまがひそ
くさまくら
たびゆくきみが
かへりくるまで
Там, где облака
Белоснежные встают,
Там, на Тацута-горе,
На вершине Огура,
Выше водопада струй,
Распустились на ветвях
Вишен пышные цветы,
Нагибая ветви вниз…
Так как горы высоки,
Ветер дует без конца,
И весенний светлый дождь
Беспрестанно льет и льет.
И от этого дождя
Ветви верхние, склонясь,
Уронили лепестки…
О прекрасные цветы,
Что остались на ветвях,
Расположенных внизу,
Вас прошу,
Хоть краткий срок
Не роняйте лепестки…
До тех пор, покамест он,
Мой возлюбленный супруг,
Что уходит ныне в путь,
Где зеленая трава изголовьем служит всем
Не вернется к вам сюда!
* Песня жены, провожающей мужа, и песня мужа. Предполагают, что эти песни записал Такахаси Мусимаро, когда служил под начальством Фудзивара Умакая, строившего дворец в Нанива (706 г.).
* Принц Тацута — бог, повелитель ветра, ему посвящен храм на горе Тацута.
* Нагаута и каэси-ута сложены разными лицами. По-видимому, это наиболее древняя форма нагаута, в которой отражены переклички женского и мужского хоров, характерные для древних —.народных хороводов.
吾去者
七日<者>不過
龍田彦
勤此花乎
風尓莫落
わがゆきは
なぬかはすぎじ
たつたひこ
ゆめこのはなを
かぜになちらし
О, странствие мое лишь семь продлится дней,
Пройдет то время незаметно…
Принц Тацута,
Не дай, — тебя прошу,—
Цветам раскрывшимся осыпаться от ветра!
* Песня жены, провожающей мужа, и песня мужа. Предполагают, что эти песни записал Такахаси Мусимаро, когда служил под начальством Фудзивара Умакая, строившего дворец в Нанива (706 г.).
* Принц Тацута — бог, повелитель ветра, ему посвящен храм на горе Тацута.
* Нагаута и каэси-ута сложены разными лицами. По-видимому, это наиболее древняя форма нагаута, в которой отражены переклички женского и мужского хоров, характерные для древних —.народных хороводов.
海津路乃
名木名六時毛
渡七六
加九多都波二
船出可為八
うみつぢの
なぎなむときも
わたらなむ
かくたつなみに
ふなですべしや
Хочу, чтоб ты отплыл,
Когда пути морские
Не страшны будут для судна,
Возможно ль кормчему пуститься в море,
Когда бушует грозная волна?

海若之
何神乎
齊祈者歟
徃方毛来方毛
<船>之早兼
わたつみの
いづれのかみを
いのらばか
ゆくさもくさも
ふねのはやけむ
К каким богам
Морской стихии
Мне обратиться с жаркою мольбой,
Чтоб путь вперед и путь обратный
Скорей проплыл корабль твой!

三越道之
雪零山乎
将越日者
留有吾乎
懸而小竹葉背
みこしぢの
ゆきふるやまを
こえむひは
とまれるわれを
かけてしのはせ
В тот день, когда ты будешь проходить
Тропою горной, где ложится снег,
Там, на пути в Коси,
Меня, что здесь остался,
Ты, пожалев, с любовью помяни!

梅花
令散春雨
多零
客尓也君之
廬入西留良武
うめのはな
ちらすはるさめ
いたくふる
たびにやきみが
いほりせるらむ
Весенний дождь, что облететь заставил
Цветы душистых слив,
Без устали идет…
И, верно, милый мой в пути далеком
Скрывается теперь в дорожном шалаше.

冬かれの
のへとわか身を
思ひせは
もえても春を
またましものを
ふゆかれの
のへとわかみを
おもひせは
もえてもはるを
またましものを
После долгой зимы
трава выгорает на поле —
но уж скоро вослед
подрастет молодая зелень,
предвещая весны явленье!..

葦辺より
雲ゐをさして
行く雁の
いやとほさかる
わか身かなしも
あしへより
くもゐをさして
ゆくかりの
いやとほさかる
わかみかなしも
О, как гуси скорбят,
в небесную даль улетая
от родных камышей!
Так и я на дорогах странствий
вдалеке от тебя тоскую… —

妹に恋ひ
和歌の松原見
渡せば
潮干の潟に
たづ鳴きわたる
いもにこひ
わかのまつはらみ
わたせば
しほひのかたに
たづなきわたる
Тоскуя о тебе,
Окинул взором рошу
Сосновую Вака
И увидал, как к берегу после отлива
Летели с криком журавли.
* Провинция Исэ — ныне префектура Миэ. В это время в столице Наре поднял мятеж Фудзивара Хироцугу, чем и объясняется выезд императора в Исэ (вероятно, на богомолье, ибо в Исэ находилась главная синтоистская святыня). Сосновая роща Вака — местечко Вака с сосновой рощей — ныне территория префектуры Миэ. Песню император сложил, тоскуя о любимой жене.
いざ子ども
はや日の本へ
大伴の
御津の浜松
待ち恋ひぬらむ
いざねども
はやひのもとへ
おほともの
みつのはままつ
まちこひぬらむ
О милые друзья мои!
Скорее бы домой вернуться:
Там ждут нас —
Даже сосны в Мицу
Владеньях храброго Отомо!
* Яманоэ Окура в 702 г. был направлен в Китай вместе с послом Авада-но Махито. Мицу — часть побережья Нанива (побережья Осакского залива, ныне район Дотомбори г. Осака). Отомо — название древнего воинского рода, используется здесь в качестве зачина (макура-котоба). ибо название Мицу ассоциируется с мицу-мицуси — «храбрый», «доблестный». Не исключено, что здесь имеется в виду отдельный член рода, когда-то отличившийся своей храбростью.
天ざかる
ひなの長路を
漕ぎくれば
明石の門より
大和島見ゆ
あまざかる
ひなのながぢを
こぎくれば
あかしのかどより
やまとしまみゆ
С окраины,
Далекой, как небеса,
Приплыл я,
И вот уж из бухты Акаси
Виднеется остров Ямато...
* Песня взята из «Манъёсю». Она входит в число восьми песен странствий поэта. Пролив Акаси находится на территории нынешней префектуры Хёго между островом Авадзи и г. Акаси.

* Остров Ямато — имеется в виду провинция Ямато.

朝霧に
濡れにし衣
ほさずして
ひとりや君が
山路越ゆらむ
あさぎりに
ぬれにしころも
ほさずして
ひとりやきみが
やまぢこゆらむ
Наверное, сейчас ты переходишь горы,
Один...
В тумане утреннем промокли
И не просыхают
Рукава твои...
* Предположительный автор — жена придворного, отправившегося вслед за императором Саймэй, совершавшим выезд в провинцию Кии.

信濃なる
浅間の嶽に
立つ煙
をちこち人の
見やはとがめね
しなのなる
あさまのたけに
たつけぶり
をちこちひとの
みやはとがめね
Дым извергает вершина Асама
В Синано,
И всякий путник - близкий
Иль издалека идущий
Дивится, верно, глядя на нее.
* Песня взята из «Исэ моногатари». Провинция Синано — ныне префектура Нагано. Вулкан Асама находится на границе префектур Нагано и Гумма.
駿河なる
宇津の山辺の
うつつにも
夢にも人に
あはぬなりけり
するがなる
うつのやまべの
うつつにも
ゆめにもひとに
あはぬなりけり
Ни наяву, как вижу сейчас
Горы Уцу в Суруга,
Ни даже во сне
С тобою не видясь,
Тоскую...
* Песня из «Исэ моногатари». Суруга — ныне префектура Сидзуока. Уцу (уцуцу) — «явь» — образный звукоповтор, один из постоянных приёмов древнеяпонской поэзии, частично сохранившийся и в поэзии классической.

草枕
夕風寒く
なりにけり
衣うつなる
宿やからまし
くさまくら
ゆふかぜさむく
なりにけり
ころもうつなる
やどやからまし
Вечерний ветер подул,
И холодно стало
У изголовья из трав.
Не попроситься ль на ночлег туда,
Откуда слышен стук валька?
* Песня сложена во время правления императора Аайго для надписи на ширме.

* Стук валька — традиционный образ поздней осени, предзимья, когда готовили к зиме одежду (см. коммент. 475, т. 1).

白雲の
たなびきわたる
あしびきの
山のかけ橋
けふや越えなむ
しらくもの
たなびきわたる
あしびきの
やまのかけはし
けふやこえなむ
Мост навесной в горах,
Простершихся вдали,
Над ним белые проплывают облака,
Неужели нынче мне
Переходить его?
* Песня сложена от имени путника, которому предстоит переходить навесной мост в горах. Такие мосты обычно делали в опасных местах, где были особенно крутые склоны.
Горы, простёршиеся вдаль, — постоянный эпитет (макура-котоба).

あづまぢの
佐夜の中山
さやかにも
見えぬ雲居に
世をや尽くさむ
あづまぢの
さよのなかやま
さやかにも
みえぬくもゐに
よをやつくさむ
Как до небес, далек
Путь на восток.
Скажи мне, о гора Сая-но Накаяма,
Ужели здесь лежит
И мой последний путь?
* Гора Сая-но Накаяма находится ныне на территории г. Какэгава префектуры Сидзуока.
人をなほ
恨みつべしや
都鳥
ありやとだにも
問ふを聞かねば
ひとをなほ
うらみつべしや
みやことり
ありやとだにも
とふをきかねば
Тебя, наверно, мне придется упрекнуть:
Ты даже птицу из столицы
Не послала
Узнать,
Жива еше я или нет!
* Автор песни служила в храме Исэ с 936 по 945 г. Однако песню эту она сложила позже, в 977 г., будучи уже в преклонном возрасте, когда находилась в Исэ вместе с принцессой Киси Найсинно, выбранной жрицей храма Исэ в этот раз.

* В песне — намёк на танка Нарихиры из «Кокинсю» (свиток «Песни странствий»):
Птица столицы, —
Коли и вправду
Так тебя зовут, ответь:
Жива иль нет
Та, о которой так тоскую я?
まだ知らぬ
ふるさと人は
けふまでに
来むとたのめし
我を待つらむ
まだしらぬ
ふるさとひとは
けふまでに
こむとたのめし
われをまつらむ
Ты, верно, думаешь,
Что я уже вернуться должен,
Как обещал,
И ждёшь меня с надеждою, а я
Всё ещё здесь!
* Песня обращена к жене, возлюбленной или другому близкому человеку, рассчитывавшему, что автор к этому времени уже должен вернуться из странствия.

しなが鳥
猪名野をゆけば
有馬山
夕霧たちぬ
宿はなくして
しながとり
ゐなのをゆけば
ありまやま
ゆふぎりたちぬ
やどはなくして
Поле Инано, где прячутся птицы синаго,
Я пересек,
И вечерний туман
Встал над горою Арима,
Где же теперь найду я ночлег?
* Поле Инано тянется вдоль реки Кирино-гава от г. Икэда в префектуре Осака до г. Амадзаки в префектуре Хёго. Арима — общее название гор возле горячих источников в префектуре Хёго. Синаго — род водных птиц. Здесь используется как макура-котоба к названию Инано. Песня взята из «Манъёсю».

ふるさとの
旅寝の夢に
見えつるは
恨みやすらむ
またと問はねば
ふるさとの
たびねのゆめに
みえつるは
うらみやすらむ
またととはねば
Почему-то, ночуя в Хинэ,
Вижу во сне я родные места.
Наверно, в столице меня упрекают:
Ни весточки я не послал
С того дня, как отправился в путь.
* Речь идёт об отрёкшемся императоре Уда, который, приняв постриг, отправился в горные храмы на поклонение буддам. Экс-государь тосковал по оставшейся в столице супруге, которой он ещё не послал ни одной весточки, и повелел членам своей свиты слагать песни. Татибана Ёситоси служил ему и прежде (он имел 3-й ранг и отслужил срок в наместничестве Бидзэн), а теперь, приняв постриг вслед за своим господином, всюду его сопровождал. Этой теме посвящён второй эпизод лирической повести «Ямато моногатари». Хинэ — название поля в уезде Идзуми префектуры Осака. Ныне г. Идзуми-сано.


Включено в Ямато-моногатари, 2
立ちながら
今宵は明けぬ
園原や
伏屋といふも
かひなかりけり
たちながら
こよひはあけぬ
そのはらや
ふせやといふも
かひなかりけり
Аж самого рассвета
Я простоял,
Зачем же мне теперь
Приют Фусэя
В Синохара?
* Провинция Синано — см. коммент. 903.

* Приют Фусэя — постоялый двор для бедных, где путник мог переночевать даром. Название выполняет функцию омонимической метафоры, ассоциируясь с фусу «лежать», способствуя созданию образа, строящегося на энго-антонимах: путник предпочёл стоя встречать рассвет, нежели лежать на постоялом дворе.
旅衣
たちゆく波路
遠ければ
いさ白雲の
ほども知られず
たびころも
たちゆくなみぢ
とほければ
いさしらくもの
ほどもしられず
Когда, в дорожную одежду облаченный,
Вернусь домой,
Не знаю:
Далек, как до небес,
Путь по морским волнам...

我がごとく
我を尋ねば
あま小舟
人もなぎさの
跡と答へよ
わがごとく
われをたづねば
あまをぶね
ひともなぎさの
あととこたへよ
Если мой спутник спросит обо мне,
Как я тебя спросил о нем,
Скажи, чтобы обратно
На пустынный берег
Вернулся он.
* Точное название и местонахождение острова неизвестно.

さ夜ふけて
蘆の末越す
浦風に
あはれうち添ふ
波の音かな
さよふけて
あしのすゑこす
うらかぜに
あはれうちそふ
なみのおとかな
Темнеет... Скоро ночь. И слышен
Шум ветра в тростниках.
С этими звуками сливается
Гул набегающей волны.
Печаль на сердце...
* Тэннодзи — один из наиболее известных буддийских храмов. Находится в г. Осака.
わぎもこが
旅寝の衣
うすきほど
よきて吹かなむ
夜半の山風
わぎもこが
たびねのころも
うすきほど
よきてふかなむ
よはのやまかぜ
Любимая сейчас в пути,
И холодно ей ночевать
В ее одежде легкой.
О горный ветер, прошу тебя,
Её не трогай, мимо пролети!

蘆の葉を
刈りふくしづの
山里に
衣かたしき
旅寝をぞする
あしのはを
かりふくしづの
やまざとに
ころもかたしき
たびねをぞする
В бедной горной хижине
С тростниковой кровлей,
Одинокое ложе
Себе расстелив,
Провожу я ночлег...
* Хижина с тростниковой кровлей — традиционный образ бедного жилища человека низкого происхождения.

ありし世の
旅は旅とも
あらざりき
ひとり露けき
草枕かな
ありしよの
たびはたびとも
あらざりき
ひとりつゆけき
くさまくらかな
С любимым странствуя, бывало,
Не знала горя я в пути,
А ныне вот —
Обильными слезами
Омыто изголовье из травы.
* Покойный муж поэтессы — знатный придворный чиновник Оэ Масахира. Храм Хацусэ (другое название — Хасэдэра) — популярный буддийский храм того времени, находится на территории префектуры Нара, г. Сакураи, квартал Хацусэ. Изголовье из трав (кусамакура) — постоянный образ (обычно употреблявшийся как постоянный эпитет-зачин со словом таби — «странствие»). В данном случае отражает реальный факт: хозяйка постоялого двора связала траву и предложила страннице в качестве изголовья.
山路にて
そぼちにけりな
白露の
あかつきおきの
木々のしづくに
やまぢにて
そぼちにけりな
しらつゆの
あかつきおきの
ききのしづくに
С рассветом поднявшись,
Промок я на горной тропе:
Со всех деревьев
Вниз стекают
Капли росы.
* В песне — намёк на танка Ооку-но химэ-мико из «Манъёсю»:
Когда, под деревьями стоя,
Тебя провожала в Ямато,
Забрезжил рассвет,
И от капель росы, что стекали с ветвей.
Промокла я вся...
磯なれぬ
心ぞたへぬ
旅寝する
蘆のまろ屋に
かかる白波
いそなれぬ
こころぞたへぬ
たびねする
あしのまろやに
かかるしらなみ
Застигла ночь меня
На берегу,
И, лёжа в хижине под тростниковой кровлей,
Так непривычно слушать
Унылый шум прибоя.
* Здесь под хижиной под тростниковой кровлей имеется в виду жилише рыбака.
旅寝する
蘆のまろ屋の
さむければ
つま木こりつむ
舟いそぐなり
たびねする
あしのまろやの
さむければ
つまきこりつむ
ふねいそぐなり
Заночевал в пути.
В хижине, крытой камышом,
Так холодно! Смотрю уныло,
Как спешит куда-то
Валежником груженный челн.
* Перед песней помета: «Сложена в Танаками». В этом месте (ныне территория г. Оиу префектуры Сига) у поэта было имение.
み山路に
けさや出でつる
旅人の
笠しろたへに
雪つもりつつ
みやまぢに
けさやいでつる
たびひとの
かさしろたへに
ゆきつもりつつ
Поутру встретил путника.
Наверное, он шел
По горным тропам:
Засыпана вся шляпа
Белым снегом!
* В те времена от дождя и снега надевали широкополые шляпы.
松が根に
尾花刈りしき
夜もすがら
かたしく袖に
雪は降りつつ
まつがねに
をはなかりしき
よもすがら
かたしくそでに
ゆきはふりつつ
У подножья сосны,
Стеблей мисканта нарезав,
Устроил ночлег,
Но снег шёл всю ночь, засыпая
Моё одинокое ложе.

見し人も
とふの浦風
音せぬに
つれなくすめる
秋の夜の月
みしひとも
とふのうらかぜ
おとせぬに
つれなくすめる
あきのよのつき
Хоть и живу я рядом с заливом Toy,
Что значит «Вести»,
Однако же вестей мне не приносит ветер
От тех, кто близок мне,
И с неба равнодушно смотрит луна.
* Бухта Toy находится в префектура Миядзаки. Название используется здесь как игра омонимов, ибо ассоциируется со словом тоу «навещать», «давать о себе знать».
Вестей мне не приносит ветер... — в тексте употреблено выражение кадзэ-но ото — «звук ветра», одновременно слово ото имеет также значение «весть», «молва».

* ...От тех, кто близок мне... — намёк на даму-адресата.

夏刈りの
蘆のかり寝も
あはれなり
玉江の月の
明け方の空
なつかりの
あしのかりねも
あはれなり
たまえのつきの
あけがたのそら
Краток, но сладок
Путника сон
На ложе тростниковом в Тамаэ
Под летней
Рассветной луною.
* Тамаэ — место в провинции Этидзэн (ныне — Асамицу в префектуре Фукуи), славилось зарослями тростников.

* В песне — намёк на танка Минамото Сигэюки из антологии «Госюисю» (свиток «Песни лета»):
Ходят стаями птииы
По жнивью тростниковому
Летом,
И даже в небо взлететь
Не хочется им.
言問へよ
思ひおきつの
浜千鳥
なくなく出でし
跡の月影
こととへよ
おもひおきつの
はまちとり
なくなくいでし
あとのつきかげ
О птицы шумные на берегу Окицу!
Хочу спросить о той,
Которую, слезами обливаясь,
При свете призрачной луны
Я покидал.
* В песне — намёк на танка Фудзивары Тадафуса из «Кокинсю» (свиток «Разные песни»):
Помышлял о тебе,
Проезжая берег Окииу.
Крик журавля услыхав,
С радостью понял:
Ты жив!
野辺の露
浦わの波を
かこちても
行方も知らぬ
袖の月影
のべのつゆ
うらわのなみを
かこちても
ゆきかたもしらぬ
そでのつきかげ
По полю, промокая от росы,
По берегу,
Сетуя на брызги волн,
Бреду, куда и сам не знаю,
Глядя на отражение луны на рукаве.

もろともに
出でし空こそ
忘られね
都の山の
有明の月
もろともに
いでしそらこそ
わすられね
みやこのやまの
ありあけのつき
Отправился я в путь
Вместе с луной, что восходила
Из-за горы перед рассветом.
О, это небо над столицей!
Его мне никогда не позабыть!

都にて
月をあはれと
思ひしは
数にもあらぬ
すさびなりけり
みやこにて
つきをあはれと
おもひしは
かずにもあらぬ
すさびなりけり
Когда в столице на луну смотрел,
Печаль глубокая
Мне наполняла сердце,
И только в странствии я понял,
Что значит настоящая печаль!
* Автор хочет сказать, что печаль странствия не идёт ни в какое сравнение с печалью, которую навевало созерцание луны на родине.
月見ばと
契りおきてし
ふるさとの
人もやこよひ
袖濡らすらむ
つきみばと
ちぎりおきてし
ふるさとの
ひともやこよひ
そでぬらすらむ
С тобой мы поклялись,
Что будем думать друг о друге, глядя на луну,
И нынче ночью там, в столице,
Наверное, и твой рукав
Слезами увлажнился.

明けばまた
越ゆべき山の
峰なれや
空ゆく月の
末の白雲
あけばまた
こゆべきやまの
みねなれや
そらゆくつきの
すゑのしらくも
Ужели на рассвете
Переходить мне гору ту,
Что видится вдали,
Окутанную облаками?
За ней, наверно, будет прятаться луна.

ふるさとの
けふの面影
さそひ来と
月にぞ契る
佐夜の中山
ふるさとの
けふのおもかげ
さそひくと
つきにぞちぎる
さよのなかやま
С вершины гор
Сая-но Накаяма
Смотрю я на луну,
Надеясь в отражении ее
Увидеть твой знакомый облик.
* Сая-но Накаяма — см. коммент. 907.

* В песне — намёк на танка Томонори из «Кокинсю» (свиток «Песни любви»):
Зачем тебя я полюбил
Так глубоко
И безрассудно, —
Как будто сбился я с пути, блуждая на востоке
По горным тропам Сая Накаяма.

忘れじと
契りて出でし
面影は
見ゆらむものを
ふるさとの月
わすれじと
ちぎりていでし
おもかげは
みゆらむものを
ふるさとのつき
В дорогу отправляясь,
Друзьям я обещал
Не забывать их, и сегодня ночью,
Быть может, им покажется мой облик
В сиянии луны.

あづまぢの
夜半のながめを
語らなむ
都の山に
かかる月影
あづまぢの
よはのながめを
かたらなむ
みやこのやまに
かかるつきかげ
О ясная луна! Тобой любуясь
В полночь, по дороге на восток,
Тоскую я о тех, кого оставил,
Ты им об этом передай,
Сияя над столицей!

幾夜かは
月をあはれと
ながめ来て
波に折り敷く
伊勢の浜荻
いくよかは
つきをあはれと
ながめきて
なみにをりしく
いせのはまをぎ
Сколько ночей уж любуюсь
Луной, ночуя одиноко
На берегах Исэ,
На ложе
Из прибрежных тростников!
* Содержит намёк на песню жены Гонодан Оти из «Манъёсю», помещённую в данной антологии под №911.

知らざりし
八十瀬の波を
分け過ぎて
かた敷く袖は
伊勢の浜荻
しらざりし
やそせのなみを
わけすぎて
かたしくそでは
いせのはまをぎ
Не думала, что столько раз
Пересечет стремнины
Мой утлый челн,
Плывущий к берегам Исэ,
Где ложе одинокое из тростников себе стелить
я буду.
* Содержит намёк на ту же песню, что и предыдущая, а также на песню Рокудзё-но Миясудокоро (возлюбленной блистательного Гэндзи) из главы «Священное дерево» романа Мурасаки Сикибу «Гэндзи моногатари»:
Катятся, катятся
Волны Судзука-реки. Нет им конца.
Но никто уж до самого моря Исэ
Не спросит, коснулись они
Рукавов моих или же нет.

(Рокудзё поехала в Исэ сопровождать свою дочь, назначенную принцессой-жрицей храма Исэ, и с дороги послала это письмо Гэндзи в ответ на
его послание.)

風さむみ
伊勢の浜荻
分けゆけば
衣かりがね
波に鳴くなり
かぜさむみ
いせのはまをぎ
わけゆけば
ころもかりがね
なみになくなり
Ветер холодный навстречу...
По берегу моря Исэ бреду,
Тростники раздвигая,
Слушая, как над волнами
Дикие гуси кричат.
* Ассоциируется с танка неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни осени»):
Холодно ночью...
Занял одежду.
Уж слышны гусей перелетных крики,
А с ними и хаги кусты
Изменили свой цвет.
磯なれで
心もとけぬ
こも枕
あらくなかけそ
水の白波
いそなれで
こころもとけぬ
こもまくら
あらくなかけそ
みづのしらなみ
Ночь проводить на берегу
Я не привык,
На сердце неспокойно.
О волны белые, не захлестните
Мою подушку из травы!

松が根の
雄島が磯の
さ夜枕
いたくな濡れそ
海人の袖かは
まつがねの
おじまがいその
さよまくら
いたくなぬれそ
あまのそでかは
О волны бурные! Не заливайте
Мне рукава:
Я не рыбачка,
Хоть и ночую под сосной
На острове Одзима.
* Остров Одзима — см. коммент. 933.

* В песне — намёк на танка Минамото Сигэюки из антологии «Госюисю» (свиток «Песни любви»):
Так влажны рукава мои, —
Как будто у рыбачки,
Что водоросли жнет
В Мацусима,
У острова Одзима.

かくしても
明かせば幾夜
過ぎぬらむ
山路の苔の
露のむしろに
かくしても
あかせばいくよ
すぎぬらむ
やまぢのこけの
つゆのむしろに
Скоро рассвет...
Сколько ж ночей я провел
На тропах в горах,
На покрытой росою
Циновке из мха?

白雲の
かかる旅寝も
ならはぬに
深き山路に
日は暮れにけり
しらくもの
かかるたびねも
ならはぬに
ふかきやまぢに
ひはくれにけり
Хоть не привык я ночевать
Под облаками,
Но сумерки
Меня застигли на тропе,
В глубинах гор.

いづくにか
こよひは宿を
かり衣日
も夕暮れの
峰のあらしに
いづくにか
こよひはやどを
かりころもひ
もゆふぐれの
みねのあらしに
Где сегодня
Найду приют?
Уж вечер, и в горах,
Я слышу,
Буря поднялась.

ふるさとに
聞きしあらしの
声も似ず
忘れね人を
佐夜の中山
ふるさとに
ききしあらしの
こゑもにず
わすれねひとを
さよのなかやま
Даже ветра шум
Здесь иной, чем в столице.
Как могу я забыть
Оставшихся там, переходя
Гору Сая-но Накаяма?
* Сложена на турнире в храме Китано-но мия в 1204 г. В этом храме совершалась заупокойная служба по Сугаваре Митидзанэ, крупному государственному и политическому деятелю конца IX — начала X вв. Имел 2-й ранг и должность Правого министра, но по оговору одного из сановников был разжалован и отправлен в наместничество в Дадзайфу фактически в ссылку, где в 903 г. умер. Одновременно с этим событием в стране произошли стихийные бедствия, которые были истолкованы как проявление гнева духа умершего, и Сугаваре Митидзанэ посмертно присваивают 1-й ранг и должность первого министра (дайдзёдайдзин).

* Храм находится на территории района Дзёкё в г. Киото.

* Гора Сая-но Накаяма — см. коммент. 907.

白雲の
いくへの峰を
越えぬらむ
なれぬあらしに
袖をまかせて
しらくもの
いくへのみねを
こえぬらむ
なれぬあらしに
そでをまかせて
Сколько гор миновал я
С нависшими облаками,
Подставляя суровым ветрам
Непривычные к ним
Рукава!

けふはまた
知らぬ野原に
行き暮れぬ
いづれの山か
月は出づらむ
けふはまた
しらぬのはらに
ゆきくれぬ
いづれのやまか
つきはいづらむ
И нынче опять я иду
По незнакомым полям.
Темнеет...
Из-за какой же горы
Нынче выйдет луна?

ふるさとも
秋は夕べを
形見とて
風のみ送る
小野の篠原
ふるさとも
あきはゆふべを
かたみとて
かぜのみおくる
をののしのはら
В сумерках ветер подул
Осени памятный дар,
Но вестей из столицы он не принёс.
Снова ночую в поле,
Мелким бамбуком поросшем.

いたづらに
立つや浅間の
夕けぶり
里問ひかぬる
をちこちの山
いたづらに
たつやあさまの
ゆふけぶり
さととひかぬる
をちこちのやま
О дым бесполезный!
Зачем ты поднялся
В сумерках
Над вершиной Асама?
Где же теперь найду я ночлег?
* Песня перекликается с танка Нарихиры (см. № 903), взятой из лирической повести «Исэ моногатари».
都をば
天つ空とも
聞かざりき
なにながむらむ
雲のはたてを
みやこをば
あまつそらとも
きかざりき
なにながむらむ
くものはたてを
Столица... Не слыхала я,
Чтобы она была на небесах, —
Так отчего ж тогда с такою грустью
Смотрю на облаков
Пурпурные края?
* Здесь — намёк на танка неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни любви»):
Вечер,
С тоской смотрю на облаков пурпурные края,
В раздумья погружен о той,
Что далека,
Как небеса.

草枕
夕べの空を
人問はば
鳴きても告げよ
初雁の声
くさまくら
ゆふべのそらを
ひととはば
なきてもつげよ
はつかりのこゑ
Под вечер, связывая
Траву для изголовья,
С тоскою вглядываюсь в небеса:
Быть может, перелетный гусь
Весть принесет тебе, - коль спросишь про меня.
* Перелётные гуси в 9-ю луну (сентябрь, по японскому календарю это была глубокая осень) возвращались обратно на север (т.е. и в столицу). Образ гуся-вестника постоянен в японской поэтической традиции. Жюри турнира высоко оценило эту песню.
臥しわびぬ
しのの小笹の
かり枕
はかなの露や
一夜ばかりに
ふしわびぬ
しののをささの
かりまくら
はかなのつゆや
ひとよばかりに
Лишь ночь одну провел в пути,
Мелкий бамбук
Положив в изголовье,
Отчего ж так обильно
Его увлажнила роса?
* Поэт использует омонимические метафоры: каринэ — «ночлег в пути» ассоциируется с кари — «срезание» (веток бамбука), хитоё — «одна ночь» ассоциируется с хитоё — «одно коленце» (бамбука) и др.
岩が根の
床にあらしを
かた敷きて
ひとりや寝なむ
佐夜の中山
いはがねの
とこにあらしを
かたしきて
ひとりやねなむ
さよのなかやま
Неужели один проведу эту ночь,
С бурей свирепою
У изголовья,
Под утесами
Сая-но Накаяма?
* Сложена на тему: «Буря во время ночлега в пути». Гора Сая-но Накаяма — см. коммент. 907.
たれとなき
宿の夕べを
契りにて
かはるあるじを
幾夜問ふらむ
たれとなき
やどのゆふべを
ちぎりにて
かはるあるじを
いくよとふらむ
Каждую ночь
Новый ночлег.
Сколько мест
Я еше поменяю
За долгий свой путь?

枕とて
いづれの草に
契るらむ
行くをかぎりの
野辺の夕暮
まくらとて
いづれのくさに
ちぎるらむ
ゆくをかぎりの
のべのゆふぐれ
На какую траву
Приклоню свою голову
Будущей ночью?
Много ль до вечера
Этим полем пройду?
* Ассоциируется с танка неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Разные песни»):
Где пристанище
Мне найти в этом мире?
Пусть будет приютом моим
Случайный
Ночлег в пути.

道のべの
草の青葉に
駒とめて
なほふるさとを
かへりみるかな
みちのべの
くさのあをばに
こまとめて
なほふるさとを
かへりみるかな
У дороги,
Где растет молодая трава,
Коня придержав,
С грустью вспомню опять
О столице.
* Перед песней помета: «Сложил по дороге на восток». Танка взята из военной эпопеи «Хэйдзи моногатари» («Сказание о беспорядках годов Хэйдзи»). Автор — участник междоусобного конфликта, был сослан в провинцию Симоцукэ (ныне префектура Ибараки). Песня сложена по пути в ссылку.
初瀬山夕
越えくれて
宿問へば
三輪の檜原に
秋風ぞ吹く
はつせやまゆふ
こえくれて
やどとへば
みはのひばらに
あきかぜぞふく
Пока перешёл я гору Хацусэ,
Уж солнце зашло.
Где ночлег проведу?
В кипарисовой роще Мива
Только ветер мне дует навстречу.
* Поэт сложил песню поздней осенью по дороге в паломничество в храм Хацусэ (см. коммент. 923).
さらぬだに
秋の旅寝は
かなしきに
松に吹くなり
とこの山風
さらぬだに
あきのたびねは
かなしきに
まつにふくなり
とこのやまかぜ
Печальна
Ночь осенняя в пути.
Когда ж ещё и ветер воет в соснах
На горных тропах Токо,
Тоскливее вдвойне!
* Токо — ныне г. Хиконэ в префектуре Сига. В песне использована традиционная омонимическая метафора: мацу — «сосна» ассоциируется с мацу — «ждать» (подтекст — только ветер ждёт путника).
忘れなむ
待つとな告げそ
なかなかに
因幡の山の
峰の秋風
わすれなむ
まつとなつげそ
なかなかに
いなばのやまの
みねのあきかぜ
Забыть о тех,
Оставшихся в столице,
О том, что ждут,
Прошу, мне не шепчи,
Ветер на круче Инаба!
* Сложена на турнире в доме Фудзивары Ёсицунэ, регента-канцлера, в 1200 г.

* Просматривается прозрачный намёк на танка Аривары Юкихира из «Кокинсю» (свиток «Песни разлуки»):
Расстанусь с тобою,
Уеду,
Но если услышу, что ждёшь,
Как сосна на вершине Инаба,
Вернусь в тот же час.
契らねど
ひと夜は過ぎぬ
清見潟
波に別るる
あかつきの雲
ちぎりらねど
ひとよはすぎぬ
きよみかた
なみにわかるる
あかつきのくも
Берег Киёми,
Случайный мой ночлег в пути,
Окинул взглядом на рассвете,
Как будто облако оторвалось
От белых волн.
* Берег Киёми — префектура Сидзуока, уезд Ибара, квартал Юэ.

* Можно увидеть намёк на танка Тэйки из данной антологии (см. № 38, т. 1).

日を経つつ
都しのぶの
浦さびて
波よりほかの
音づれもなし
ひをへつつ
みやこしのぶの
うらさびて
なみよりほかの
おとづれもなし
Проходит день за днем...
На берегу морском
В Синобу
Слушаю рокот волн,
С тоскою вспоминая о столице.
* В песне использован вариант традиционной омонимической метафоры: название бухты Синобу ассоциируется с синобу — «скучать», «тосковать». Бухта Синобу находится в префектуре Фукусима.
難波人蘆
火たく屋に
宿かりて
すずろに袖の
しほたるるかな
なにはひとあし
ひたくやに
やどかりて
すずろにそでの
しほたるるかな
Нашел пристанище я
В хижине рыбацкой в Нанива,
Где жгут камыш для обогрева,
И слезы хлынули, словно прилив,
На рукава мои.

また越えむ
人もとまらば
あはれ知れ
わが折り敷ける
峰の椎柴
またこえむ
ひともとまらば
あはれしれ
わがをりしける
みねのしひしば
Быть может, вслед за мной эту гору
Кто-то другой
Задумает переходить, пусть и его душа
Исполнится печалью,
Когда ночлегом ему станет мое ложе из веток дуба.

おぼつかな
都に住まぬ
都鳥
言問ふ人に
いかがこたへし
おぼつかな
みやこにすまぬ
みやことり
こととふひとに
いかがこたへし
Миякодори! Столичной птицею
Ты названа.
Но ты ведь не живешь в столице,
Как же могла ответить ты про ту,
Что там живет?
* Речь идёт о морских птицах, разновидности чаек, с красными клювами и лапками. Когда поэт Нарихира, будучи вдали от столицы на охоте со своим другом принцем Корэтакой, увидев впервые этих птиц, спросил о них, ему ответили, что это миякодори — букв. «столичная птица». Тогда поэт сложил один из своих наиболее известных экспромтов, который и послужил прототипом данной песни:
Тебя зовут столичной птицей?
Так я спрошу тебя:
Что с той,
О ком с любовью и тоскою
Я думаю в пути?
世の中を
いとふまでこそ
かたからめ
仮の宿をも
惜しむ君かな
よのなかを
いとふまでこそ
かたからめ
かりのやどをも
をしむきみかな
Отчего ты не дал мне
На время приюта в жилище своем?
Было жалко тебе?
Каково же тому, кто свой дом, уходя, покидает
Навсегда?
* В песне глубокий смысл: хозяин отказался на короткое время предоставить свое жилище путнику, а как же люди уходят из своего дома навсегда, решив удалиться от бренного мира?

* Храм Тэннодзи находится в Киото. Эгути — место, где река Кангава отделяется как рукав от реки Ёдогава. Это была в те времена важнейшая речная гавань, откуда отправлялись столичные корабли в западное море.

袖に吹け
さぞな旅寝の
夢も見じ
思ふ方より
通ふ浦風
そでにふけ
さぞなたびねの
ゆめもみじ
おもふかたより
かよふうらかぜ
Дуй в рукава мне,
Ветер с залива,
Ветер с родной стороны!
Нет и во сне мне покоя
На чужом берегу.

都にも
いまや衣を
うつの山
夕霜はらふ
蔦の下道
みやこにも
いまやころもを
うつのやま
ゆふしもはらふ
つたのしたみち
Наверно, там, в столице,
Готовятся сейчас к зиме,
А я по горным тропам Уцу
Шагаю, раздвигая плющ
И смахивая иней с рукавов.
* Уцу — гора в провинции Синано (см. коммент. 904).
立田山
秋ゆく人の
袖を見よ
木々の梢は
しぐれざりけり
たつたやま
あきゆくひとの
そでをみよ
き々のこずゑは
しぐれざりけり
Взгляни на рукава тех путников,
Что переходят осенью
Тацута-гору:
Их словно оросил багряный
дождь,
А на листве дерев багряной
И капель не видать!
* Использован традиционный осенний образ: рукава прохожих сияют багрянцем, отражая багряный цвет осенней листвы. Багряный дождь — вариация образа: отражение багряных листьев на увлажненном слезами рукаве.
さとり行く
まことの道に
入りぬれば
恋しかるべき
ふるさともなし
さとりゆく
まことのみちに
いりぬれば
こひしかるべき
ふるさともなし
В поисках просветления
Отправился я в дальнюю дорогу,
И на путь истинный едва ступил,
Тоска по родине
Рассеялась как дым!
* В песне получила поэтическое воплощение одна из главных идей буддизма — поиск просветления и отказ от всех земных связей.
ふるさとへ
かへらむことは
飛鳥川
渡らぬさきに
淵瀬たがふな
ふるさとへ
かへらむことは
あすかがは
わたらぬさきに
ふちせたがふな
Назавтра должен я
На родину вернуться,
О Асука-река!
Пока тебя не перейду,
Мель на глубины ты не меняй!
* Перед песней помета: «Сложил, возвращаясь из паломничества в храм Хацусэ, остановившись на ночлег возле реки Асука». Река Асука ныне протекает по территории г. Такаити в префектуре Нара. В поэзии служила образом непостоянства (мудзё), ибо она то мелела, то вновь становилась полноводной. Название часто использовалось (как в данном случае) в качестве омонимической метафоры, ассоциируясь со словом асу «завтра».

年たけて
また越ゆべしと
思ひきや
命なりけり
佐夜の中山
としたけて
またこゆべしと
おもひきや
いのちなりけり
さよのなかやま
Не думал я,
Что доведется
В такие годы
Опять переходить тебя, гора
Сая-но Накаяма!
* Можно увидеть ассоциацию с танка неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни весны»):
Каждой весною вишни
Расцветают вновь,
Но доведётся ли
Еще раз встретить
Их расцвет?
見るままに
山風あらく
しぐるめり
都もいまは
夜寒なるらむ
みるままに
やまかぜあらく
しぐるめり
みやこもいまは
よさむなるらむ
И не заметил я,
Как горный ветер налетел
И дождь пошёл.
Холодной будет, верно, и в столице
Эта ночь.

草枕
客之紐解
家之妹志
吾乎待不得而
歎良霜
くさまくら
たびのひもとく
いへのいもし
わをまちかねて
なげかふらしも
В пути, где травы служат изголовьем,
Шнур мой заветный распустился сам собой,
О, верно, дома с нетерпеньем и любовью
Ждет милая жена,
Печалясь обо мне…
* См. п. 2558, 3145.
草枕
此羈之氣尓
妻<放>
家道思
生為便無
くさまくら
このたびのけに
つまさかり
いへぢおもふに
いけるすべなし
В дни, когда я был в пути,
Где зелёная трава изголовьем мне была,
Навсегда, моя жена, ты покинула меня…
И подумаю когда о дороге в дом родной,
Я не знаю, где найти силы мне, чтоб дальше жить…
* Сходна с песней Хитомаро [215], почти одинаковые концовки.
和我袖波
多毛登等保里弖
奴礼奴等母
故非和須礼我比
等良受波由可自
わがそでは
たもととほりて
ぬれぬとも
こひわすれがひ
とらずはゆかじ
Пусть мой рукав
Промокнет весь насквозь,
Но всё равно
Я не уйду отсюда
Без этих раковин “забудь любовь”!
[Неизвестный автор]
* В песне отражено одно из древних японских поверий, основанное на вере в магию слов, в силу слов или, как говорится в песнях, в “душу слов” (котодама). Эта вера получила выражение в названиях трав, раковин и т. д.: “Позабудь-трава”, раковины “забудь-любовь”. Считается, что если будешь носить их с собой, то забудешь горе, любовь и т. п. По версии К., раковины “забудь-любовь” редкой красоты, и когда любуешься ими, то забываешь обо всем на свете (см. п. 3080).
帛𠮧
楢従出而
水蓼
穂積至
鳥網張
坂手乎過
石走
甘南備山丹
朝宮
仕奉而
吉野部登
入座見者
古所念
みてぐらを
ならよりいでて
みづたで
ほづみにいたり
となみはる
さかてをすぎ
いはばしる
かむなびやまに
あさみやに
つかへまつりて
よしのへと
いりますみれば
いにしへおもほゆ
С даром для богов — нуса.
Мы из Нара держим путь,
Мидзутадэ — камыши
Пышным колосом цветут…
Прибываем в Ходзуми
И заставу Сакатэ,
Где расставлены силки
Для поимки мелких птиц,
Мы минуем,
И затем
В Каминаби
Среди гор,
Где стремительно бежит
Вниз со скал
Поток воды,
Утром, службу во дворце
Завершив,
Вступаем мы
В Ёсину,
Глядим кругом
И, любуясь, как туда
Наш въезжает государь,
Вспоминаем старину…
* Песня о путешествии императора из Нара в Ёсину — старинное место отдыха императорского дома, славящееся своей красотой.
* Нуса — см. п. 3229.
* Мидзутадэ — совр. каватадэ или янагитадэ (Polygonum Hyd-ropiper) — перец водяной, однолетнее растение, листья которого похожи на ивовые, растет главным образом в воде, встречается и в полях; цветет осенью белыми цветами, образующими по виду колосья.

玉桙之
道尓出立
葦引乃
野行山行

川徃渉
鯨名取
海路丹出而
吹風裳
母穂丹者不吹
立浪裳
箟跡丹者不起
恐耶
神之渡乃
敷浪乃
寄濱部丹
高山矣
部立丹置而
<汭>潭矣
枕丹巻而
占裳無
偃為<公>者
母父之
愛子丹裳在将
稚草之
妻裳有将等
家問跡
家道裳不云
名矣問跡
名谷裳不告
誰之言矣
勞鴨
腫浪能
恐海矣
直渉異将
たまほこの
みちにいでたち
あしひきの
のゆきやまゆき
にはたづみ
かはゆきわたり
いさなとり
うみぢにいでて
ふくかぜも
おほにはふかず
たつなみも
のどにはたたぬ
かしこきや
かみのわたりの
しきなみの
よするはまへに
たかやまを
へだてにおきて
うらぶちを
まくらにまきて
うらもなく
こやせるきみは
おもちちが
まなごにもあらむ
わかくさの
つまもあらむ
いへとへど
いへぢもいはず
なをとへど
なだにものらず
たがことを
いたはしとかも
とゐなみの
かしこきうみを
ただわたりけむ
Вышел он в далекий путь,
Что отмечен был давно
Яшмовым копьем.
Распростертыми вокруг
Шел полями, по горам,
Реки он переходил
С бурною водой
И вступил на путь морской,
Там, где чудище-кита
Ловят на глубоком дне.
Грозный ветер дует там
С дикой силою всегда,
И встающая волна
Там бушует каждый раз.
Ох, и страшно в тех местах,
Там, где Переход-Богов —
За волной идет волна,
Приливая к берегам…
Вдалеке оставил он
Цепь родных высоких гор,
Изголовием себе
Выбрал бездну,
И без чувств
В бухте он лежит теперь…
Может, есть отец и мать,
И любимое дитя,
И прелестная жена,
Словно вешняя трава.
Если спросишь: “Где твой дом?” —
Дома он не назовет,
Если спросишь: “Как зовут?” —
Имени не скажет он…
Чей приказ он выполнял,
Чьим словам покорен был,
Напролом переходя
Море страшное в волнах,
Подымающихся ввысь?
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
母父毛
妻毛子等毛
高々二
来跡<待>異六
人之悲<紗>
おもちちも
つまもこどもも
たかたかに
こむとまちけむ
ひとのかなしさ
И отец, и мать,
И жена, и дети там,
Верно, ждут, когда придет,
Неотступно глядя вдаль…
Вот она, печаль людей!
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
わたのはら
やそしまかけて
こきいてぬと
人にはつけよ
あまのつり舟
わたのはら
やそしまかけて
こきいてぬと
ひとにはつけよ
あまのつりふね
О рыбачья ладья!
Доставь поскорее посланье —
пусть узнают друзья,
что бескрайней равниной моря
я плыву к островам далёким…
Взято в антологию Огура хякунин иссю, 11.
鳥音之
所聞海尓
高山麻
障所為而
奥藻麻
枕所為
<蛾>葉之
衣<谷>不服尓
不知魚取
海之濱邊尓
浦裳無
所宿有人者
母父尓
真名子尓可有六
若を之
妻香有異六
思布
言傳八跡
家問者
家乎母不告
名問跡
名谷母不告
哭兒如
言谷不語
思鞆
悲物者
世間有
<世間有>
とりがねの
きこゆるうみに
たかやまを
へだてになして
おきつもを
まくらになし
ひむしはの
きぬだにきずに
いさなとり
うみのはまへに
うらもなく
こやせるひとは
おもちちに
まなごにかあらむ
わかくさの
つまかありけむ
おもほしき
ことつてむやと
いへとへば
いへをものらず
なをとへど
なだにものらず
なくこなす
ことだにとはず
おもへども
かなしきものは
よのなかにぞある
よのなかにぞある
Возле моря, где слышны
Крики жалобные птиц,
За высокими горами,
Что скрывают край родной,
На зеленом изголовье
Из морских прибрежных трав,
Словно бабочка летя
Прямо на огонь,
Здесь, на дальнем берегу,
Возле моря, где порой
Ловят чудище-кита,
Он лежит без чувств, без дум
Спящий человек.
Может, есть отец и мать,
И любимое дитя,
И прелестная жена,
Словно вешняя трава,
Может быть, он им хотел
Передать любви слова,
Что на сердце у него?
Если спросишь: “Где твой дом?” —
Дома он не назовет.
Если спросишь: “Как зовут?” —
Имени не скажет он.
Словно малое дитя
Плачущее, он в ответ
Не промолвит ничего.
Как ни думай, ни тоскуй,
Но печальная судьба —
Здесь, на этом свете жить!
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
度會
大川邊
若歴木
吾久在者
妹戀鴨
わたらひの
おほかはのへの
わかひさぎ
わがひさならば
いもこひむかも
У реки огромной в Ватарай
Молодое деревцо растет,
“Вечное” зовет его народ…
Если вечно буду я в пути,
Станет милая меня любить?
* Вечное дерево (хисаки) — см. п. 1863.
吾妹子
夢見来
倭路
度瀬別
手向吾為
わぎもこを
いめにみえこと
やまとぢの
わたりぜごとに
たむけぞわがする
Чтобы видеть милую во сне,
На пути в страну Ямато
Каждый раз
Возле переправы, горячо молясь,
Буду приносить дары богам!
* Обычно в старину во время путешествий, молясь о благополучном пути, прося о встрече с милой, приносили дары богам в виде символических бумажных подношений, а также тканей, пряжи и др. (см. п. 2418).
櫻花
開哉散
<及>見
誰此
所見散行
さくらばな
さきかもちると
みるまでに
たれかもここに
みえてちりゆく
То не цветок ли вишни распустился
И на землю, осыпавшись, упал?
Так показалось мне…
Кто это появился
И, как цветок вишневый, вмиг исчез?
* Сложено о красавице, промелькнувшей, перед глазами.
去家而
妹乎念出
灼然
人之應知
<歎>将為鴨
たびにして
いもをおもひいで
いちしろく
ひとのしるべく
なげきせむかも
Ax, в пути своем,
О милой вспоминая,
Буду, верно, сильно горевать,
Так что даже люди мне чужие
Будут замечать мою печаль!

里離
遠有莫國
草枕
旅登之思者
尚戀来
さとさかり
とほくあらなくに
くさまくら
たびとしおもへば
なほこひにけり
Милое село оставил я,
И хотя оно еще недалеко,
Но, когда подумал: “Я уже в пути,
Где подушкой служит странникам трава”,—
Стала грусть моя еще сильней!

莫去跡
變毛来哉常
顧尓
雖徃不歸
道之長手矣
なゆきそと
かへりもくやと
かへりみに
ゆけどかへらず
みちのながてを
“Не уходи”,— сказала ты, прощаясь,
И я подумал: “Не вернешься ли опять?”
Я уходил, оглядываясь с грустью,
Но не вернулась ты меня позвать,
А я надеялся всю долгую дорогу…

近有者
名耳毛聞而
名種目津
今夜従戀乃
益々南
ちかくあれば
なのみもききて
なぐさめつ
こよひゆこひの
いやまさりなむ
Если близко ты,
Довольно мне услышать только имя,—
И утешусь я,
Но в дороге дальней с этой ночи
Будет все сильней моя тоска!

客在而
戀者辛苦
何時毛
京行而
君之目乎将見
たびにありて
こふればくるし
いつしかも
みやこにゆきて
きみがめをみむ
В странствии далеком
Тяжко, если любишь.
О, когда же наконец поеду я
В дорогую дальнюю столицу
И увижу там глаза твои?

遠有者
光儀者不所見
如常
妹之咲者
面影為而
とほくあれば
すがたはみえず
つねのごと
いもがゑまひは
おもかげにして
Оттого что далека ты от меня,
Мне не виден нынче облик твой,
Но улыбку милую твою,
Как обычно,
Вижу я в мечтах!

年毛不歴
反来甞跡
朝影尓
将待妹之
面影所見
としもへず
かへりこなむと
あさかげに
まつらむいもし
おもかげにみゆ
Любимая, которой я сказал:
“И года не пройдет, как я вернусь домой”,—
Что ждет, наверно,
Превратившись в тень,
Теперь стоит все время предо мной!

玉桙之
道尓出立
別来之
日従于念
忘時無
たまほこの
みちにいでたち
わかれこし
ひよりおもふに
わするときなし
Со дня того, когда простились мы
И вышел я на этот путь прямой,
Что предо мной лег яшмовым копьем,
Не оставляет ни на миг тоска,
И часа нет, чтоб я тебя забыл!

草枕
客之悲
有苗尓
妹乎相見而
後将戀可聞
くさまくら
たびのかなしく
あるなへに
いもをあひみて
のちこひむかも
Печально было мне в пути,
Где травы заменяют изголовье,
И, думая утешиться любовью,
Встречался с девой молодой,—
А после буду тосковать, наверно!

國遠
直不相
夢谷
吾尓所見社
相日左右二
くにとほみ
ただにはあはず
いめにだに
われにみえこそ
あはむひまでに
Ведь родина отсюда далека,
Не встретиться наедине с тобою…
О, хоть во сне
Являйся нынче мне
До дня, пока опять тебя не встречу!

如是将戀
物跡知者
吾妹兒尓
言問麻思乎
今之悔毛
かくこひむ
ものとしりせば
わぎもこに
こととはましを
いましくやしも
Когда бы мог заранее я знать,
Что думать буду о тебе с такой тоскою,
О, сколько бы я мог
Сказать тебе тогда,
И как теперь раскаянья я полон!

客夜之
久成者
左丹頬合
紐開不離
戀流比日
たびのよの
ひさしくなれば
さにつらふ
ひもときさけず
こふるこのころ
Оттого что провожу давно
Ночи долгие один в пути,
Это время
Все тоскую о тебе,
Алый шнур мой не развязан мной…

吾妹兒之
阿<乎>偲良志
草枕
旅之丸寐尓
下紐解
わぎもこし
あをしのふらし
くさまくら
たびのまろねに
したびもとけぬ
Как видно, вспоминая обо мне,
Жена любимая моя полна тоской:
Когда я спал совсем один в пути,
Где изголовье заменяют травы,
Шнур мой заветный развязался сам собой.
* По старинным народным приметам, если шнур сам собой развязывается, — любимый (любимая) тоскует, любит, придет.
草枕
旅之衣
紐解
所念鴨
此年比者
くさまくら
たびのころもの
ひもとけて
おもほゆるかも
このとしころは
В пути, где травы служат изголовьем,
Шнур мой у платья
Развязался сам собой;
Как видно, обо мне ты думаешь с любовью
Весь этот год…
* “Шнур мой у платья развязался сам собой…” — см. 2413, п. 2558. 3145.
玉釼
巻寝志妹乎
月毛不經
置而八将越
此山岫
たまくしろ
まきねしいもを
つきもへず
おきてやこえむ
このやまのさき
Любимую, на чьих руках я спал,
Украшенных запястьем драгоценным,
Теперь, когда и месяц не прошел,
Смогу ль оставить, скрывшись в отдаленье,
Уйдя за выступы высоких гор?
* Считается песней новобрачного, получившего назначение в провинцию.
梓弓
末者不知杼
愛美
君尓副而
山道越来奴
あづさゆみ
すゑはしらねど
うるはしみ
きみにたぐひて
やまぢこえきぬ
Ясеневый лук конец свой знает…
Неизвестны нам концы судьбы…
Но, любимый мой,
Все горные пути
Я, любя тебя, прошла с тобою рядом!
* Песня молодой жены, поехавшей вместе с мужем, получившим назначение в провинцию.
霞立
春長日乎
奥香無
不知山道乎
戀乍可将来
かすみたつ
はるのながひを
おくかなく
しらぬやまぢを
こひつつかこむ
Ах, в долгий день весны, когда встает
Тумана дымка над землею,
Тебя любя, уйду ли горною тропою,
Безвестною тропой,
Не знающей конца?..
* Песня мужа, который один отправляется в провинцию по месту назначения.
外耳
君乎相見而
木綿牒
手向乃山乎
明日香越将去
よそのみに
きみをあひみて
ゆふたたみ
たむけのやまを
あすかこえいなむ
Лишь издали
Увидевшись с тобою,
Смогу ли завтра перейти
Я горы Тамукэ, где сложены рядами
Дары священные богам?
* Песня девушки, уезжающей в деревню с отцом, получившим туда назначение, и горюющей, что нельзя было повидаться с милым.
* Обычно в старину путешественники подносили у гор Тамукэ дары богам, молясь о благополучной дороге.
玉勝間
安倍嶋山之
暮露尓
旅宿得為也
長此夜乎
たまかつま
あへしまやまの
ゆふつゆに
たびねえせめや
ながきこのよを
В пути, где горы Абэсима
Жемчужным гребнем в небо поднялись,
Покрытый весь вечернею росою,
Смогу ли я один теперь уснуть
Холодной ночью, бесконечно долгой?..

乞吾駒
早去欲
亦打山
将待妹乎
去而速見牟
いであがこま
はやくゆきこそ
まつちやま
まつらむいもを
ゆきてはやみむ
Итак, мой конь,
Шагай вперед быстрей,
Чтоб мог увидеть я скорее
Любимую, что, верно, ждет меня,
Где Мацути красуется вершина.

悪木山
木<末>悉
明日従者
靡有社
妹之當将見
あしきやま
こぬれことごと
あすよりは
なびきてありこそ
いもがあたりみむ
Пускай зеленые верхушки всех деревьев
На Асики-горе, все с завтрашнего дня
Нагнутся до земли,
Чтоб мог увидеть я
Места, где дом моей любимой!
* В песне некоторые образы и строки сходны с образами и строками песни Хитомаро (см. п. 131), что свидетельствует о глубокой связи его поэзии с народными песнями.
鈴鹿河
八十瀬渡而
誰故加
夜越尓将越
妻毛不在君
すずかがは
やそせわたりて
たがゆゑか
よごえにこえむ
つまもあらなくに
В дороге много, много раз
Вброд перейдя реку
Судзукагава,
Ради кого пойду я ночью по горам?—
Ведь больше нет жены моей любимой…
* Считается песней мужа, возвращающегося домой, после того как умерла его жена.
吾妹兒尓
又毛相海之
安河
安寐毛不宿尓
戀度鴨
わぎもこに
またもあふみの
やすのかは
やすいもねずに
こひわたるかも
Ах, опять бы милую увидеть!
В Оми
Есть Спокойная река…
Сном спокойным нынче мне не спится,
Продолжаю снова тосковать!
* Спокойная Река — см. р. Ясунокава.
客尓有而
物乎曽念
白浪乃
邊毛奥毛
依者無尓
たびにありて
ものをぞおもふ
しらなみの
へにもおきにも
よるとはなしに
В пути все время находясь,
Тоскливых дум все время полный,
Покоя не найду себе,
Как волны в пене: то вдали,
То возле берегов на взморье!

奥浪
邊浪之来依
貞浦乃
此左太過而
後将戀鴨
おきつなみ
へなみのきよる
さだのうらの
このさだすぎて
のちこひむかも
В бухте, что зовется Срок,
Набегает тихой чередой
То далекая, то ближняя волна…
Мой минует срок — и как, наверно, я
Буду после о любимой тосковать!
* Бухта Срок — см. Сада.
在千方
在名草目而
行目友
家有妹伊
将欝悒
ありちがた
ありなぐさめて
ゆかめども
いへなるいもい
いふかしみせむ
Уйдя, я буду утешаться
Красою бухты Аритигата,
А вот жена, оставшаяся дома…
Как, верно, будет тяжко ей!

水咫衝石
心盡而
念鴨
此間毛本名
夢西所見
みをつくし
こころつくして
おもへかも
ここにももとな
いめにしみゆる
Где опасно — знак стоит в воде…
Оттого ли что тоскуешь ты
Всем сердцем,
Постоянно вижу я во сне тебя,
Даже здесь, в пути моем далёком…
* По японским народным приметам, если любимый человек о тебе тоскует, будешь видеть его во сне.
吾妹兒尓
觸者無二
荒礒廻尓
吾衣手者
所<沾>可母
わぎもこに
ふるとはなしに
ありそみに
わがころもでは
ぬれにけるかも
К возлюбленной не прикасаюсь я теперь,
Кружу один
Вокруг пустынных берегов,
И шелковый рукав у платья моего
Насквозь от слез за эти дни промок!..

室之浦之
湍戸之埼有
鳴嶋之
礒越浪尓
所<沾>可聞
むろのうらの
せとのさきなる
なきしまの
いそこすなみに
ぬれにけるかも
О, как я весь насквозь промок
От бурных волн, что заливают берега
Здесь, в Нарусима,
Возле Сэтоносаки,
В далекой бухте Муроноура!

霍公鳥
飛幡之浦尓
敷浪乃
屡君乎
将見因毛鴨
ほととぎす
とばたのうらに
しくなみの
しくしくきみを
みむよしもがも
Летят кукушки…
В бухте Тобата
Спешит волна все время за волною.
Ах, если б часто, часто я могла,
Мой друг любимый, видеться с тобою!

笈の小文 > 旅のはじめ (Начало путешествия)
旅人と
我名よばれん
初しぐれ
たびびとと
わがなよばれん
はつしぐれ
Странник —
Так называть меня будут отныне.
Первый дождик зимы.

都も遠く
なるみがた
はるけき海を
中にへだてゝ
みやこもとほく
なるみがた
はるけきうみを
なかにへだてて
Лучезарная
Столица так далека
От залива Наруми.
Морские просторы пред взором,
И им не видно конца.
+けふは猶
京までは
まだ半空や
雪の雲
きやうまでは
まだなかぞらや
ゆきのくも
До столицы
Ещё полпути, а по небу плывут
Снежные тучи.

寒けれど
二人寐る夜ぞ
頼もしき
さむけれど
ふたりねるよぞ
たのもしき
Пусть холодна
Эта ночь, если рядом спит друг,
Тепло на душе.

潮左為二
五十等兒乃嶋邊
榜船荷
妹乗良六鹿
荒嶋廻乎
しほさゐに
いらごのしまへ
こぐふねに
いものるらむか
あらきしまみを
У Ираго далеких берегов
В прилива час, когда шумит волна,
На корабле, плывущем одиноко,
Не едет ли и милая жена,
Кружа у островов, заброшенных и диких?

能登海尓
釣為海部之
射去火之
光尓伊徃
月待香光
のとのうみに
つりするあまの
いざりひの
ひかりにいませ
つきまちがてり
Рыбаки, что ловят рыбу
В море в Ното,
Разжигают яркие костры.
На огонь их я плыву нетерпеливо,
Ожидая выхода луны.

思香乃白水郎乃
<釣>為燭有
射去火之
髣髴妹乎
将見因毛欲得
しかのあまの
つりしともせる
いざりひの
ほのかにいもを
みむよしもがも
Как яркие огни костров, что разожгли
Для ловли рыб в Сика простые рыбаки,
Виднеются вдали,
О, если б хоть вдали,
Как те огни, увидеть мне тебя!

草枕
羈西居者
苅薦之
擾妹尓
不戀日者無
くさまくら
たびにしをれば
かりこもの
みだれていもに
こひぬひはなし
Оттого что нахожусь в пути,
Где лишь травы служат изголовьем,
Думы бедные встревожены мои,
Словно скошенные травы комо.
Нету дня, чтоб не скучал я о тебе!
* Травы комо — см. п. 2520.
國遠見
念勿和備曽
風之共
雲之行如
言者将通
くにとほみ
おもひなわびそ
かぜのむた
くものゆくごと
ことはかよはむ
Оттого что далека страна,
Ты, грустя, не сетуй, я прошу,
Вместе с ветром
Будут плыть и облака,
Будут с ними вести долетать…

留西
人乎念尓
蜒野
居白雲
止時無
とまりにし
ひとをおもふに
あきづのに
ゐるしらくもの
やむときもなし
Если думаю я о той,
Что осталась дома одна,
Бесконечна моя тоска,
Словно белые облака
Над полями Акицуну…

浦毛無
去之君故
朝旦
本名焉戀
相跡者無杼
うらもなく
いにしきみゆゑ
あさなさな
もとなぞこふる
あふとはなけど
Из-за тебя, что сердца не имея,
В далекий путь отправился теперь,
Я утро каждое
Тоскую понапрасну,—
Ведь не увидеться с тобой… А вдруг?..

足桧乃
山者百重
雖隠
妹者不忘
直相左右二
あしひきの
やまはももへに
かくすとも
いもはわすれじ
ただにあふまでに
Пусть горы, распростертые вокруг,
Закроют сотнями рядов
Мой дом, —
Я не забуду милую жену,
Пока опять не будем с ней вдвоем!
* Песня мужа, ушедшего в путь.
飼飯乃浦尓
依流白浪
敷布二
妹之容儀者
所念香毛
けひのうらに
よするしらなみ
しくしくに
いもがすがたは
おもほゆるかも
Беспрестанно
Волны белой пеной
В бухте Кэи заливают берега,—
Беспрестанно облик девы милой
Вспоминаю я в своих мечтах!

時風
吹飯乃濱尓
出居乍
贖命者
妹之為社
ときつかぜ
ふけひのはまに
いでゐつつ
あかふいのちは
いもがためこそ
Встречный ветер дует…
В Фукэи, у моря,
Жертвы приношу на берегу,
Жизнь, которую дарами я спасаю,
Я ведь для любимой берегу!

八十梶懸
嶋隠去者
吾妹兒之
留登将振
袖不所見可聞
やそかかけ
しまがくりなば
わぎもこが
とまれとふらむ
そでみえじかも
Много весел закрепив, когда вдруг скроюсь
Я за островами, там, в дали морской,
Верно, не увижу
Рукавов любимой,
Что махать мне будет и кричать: “Постой!”
* “Что махать мне будет и кричать: „Постой!"…”—имеется в виду известный эпизод с любящей женой, принцессой Саёхимэ (см. п. 871, 873).
奴<婆>多麻能
伊毛我保須倍久
安良奈久尓
和我許呂母弖乎
奴礼弖伊可尓勢牟
ぬばたまの
いもがほすべく
あらなくに
わがころもでを
ぬれていかにせむ
Нету милой жены
С волосами чернее, чем ягоды тута,
Которая высушить мне бы одежду могла.
Что же буду я делать в моем одиноком скитанье,
Если вымокнут в волнах прилива мои рукава?
[Неизвестный автор]
十月
<雨>間毛不置
零尓西者
誰里<之>
宿可借益
かむなづき
あままもおかず
ふりにせば
いづれのさとの
やどかからまし
Если б в октябре
Моросил все время
Мелкий дождь,
Среди чьих чужих и дальних сел
Я бы смог найти себе приют?

白妙乃
袖之別乎
難見為而
荒津之濱
屋取為鴨
しろたへの
そでのわかれを
かたみして
あらつのはまに
やどりするかも
Расставаться с рукавом твоим
Белотканым
Очень трудно мне.
Ах, в Арацу, на песчаном берегу
Я с тобой останусь на ночлег…
* Предполагают, что это песня чиновника из Дадзайфу на о-ве Кюсю, возвращающегося в столицу и сложившего песню по дороге, прибыв в Арацу.
* Рукава женской одежды служат обычно изголовьем любимому, поэтому, говоря о разлуке, упоминают рукава.
三芳野
瀧動々
落白浪
留西
妹見<西>巻
欲白浪
みよしのの
たきもとどろに
おつるしらなみ
とまりにし
いもにみせまく
ほしきしらなみ
В дивной Ёсину-стране,
Где грохочет водопад,
Вниз несется с высоты белопенная волна.
Как хотел бы показать
Белопенную волну
Милой, что в столице ждет возвращенья моего!
* Каэси-ута к п. 3232 сложена в форме сэдока; стк. 1–3 повторяют конец песни 3232.
緑丹吉
平山過而
物部之
氏川渡
未通女等尓
相坂山丹
手向草
絲取置而
我妹子尓
相海之海之
奥浪
来因濱邊乎
久礼々々登
獨<曽>我来
妹之目乎欲
あをによし
ならやますぎて
もののふの
うぢかはわたり
をとめらに
あふさかやまに
たむけくさ
ぬさとりおきて
わぎもこに
あふみのうみの
おきつなみ
きよるはまへを
くれくれと
ひとりぞわがくる
いもがめをほり
В дивной зелени листвы
Горы Нара миновав,
Воды Удзи перейдя,
Где военный славный род,
У горы Застава Встреч,—
Встречи с девой молодой,—
Драгоценные дары —
Ветви сосен,
Пряжу я
Подношу богам с мольбой.
И, кружа по берегам,
Где волна с морских долин
Набегает на песок
В Оми — дальней стороне,
Чтобы встретить в тишине
Деву милую мою,
Я совсем один пришел.
И хочу увидеть я
Очи девы дорогой!
* Вариант п. 3236, которому придан характер любовного заговора.
處女等之
<麻>笥垂有
續麻成
長門之浦丹
朝奈祇尓
満来塩之
夕奈祇尓
依来波乃
<彼>塩乃
伊夜益舛二
彼浪乃
伊夜敷布二
吾妹子尓
戀乍来者
阿胡乃海之
荒礒之於丹
濱菜採
海部處女等
纓有
領巾文光蟹
手二巻流
玉毛湯良羅尓
白栲乃
袖振所見津
相思羅霜
をとめらが
をけにたれたる
うみをなす
ながとのうらに
あさなぎに
みちくるしほの
ゆふなぎに
よせくるなみの
そのしほの
いやますますに
そのなみの
いやしくしくに
わぎもこに
こひつつくれば
あごのうみの
ありそのうへに
はまなつむ
あまをとめらが
うなげる
ひれもてるがに
てにまける
たまもゆららに
しろたへの
そでふるみえつ
あひおもふらしも
В этой бухте Нагато —
Длинные ворота —
Длинные, как волокно
Пряжи конопляной,
Той, что девушки кладут
В деревянный чан…
Как затишье поутру,
Набегает там прилив,
Как затишье ввечеру,
Приливают волны там.
И как бурный тот прилив
Набегает все сильней,
И как волны те встают,
Вырастая и шумя,
Так же милую мою
Все сильнее я люблю!
И отсюда видно мне,
Как на дальнем берегу
Каменистом, где всегда
Море плещется в Аго,
Девушки-рыбачки те
Собирают корни трав
Возле берегов
И как машут мне они
Белотканым рукавом.
И сверкают шарфы их,
Шеи нежные обняв,
И слегка — слегка звенит
Жемчуг на запястьях рук.
Верно, так же как и я,
Каждая из них грустит…
* Песня человека, возвращающегося в столицу и грустящего и жене, оставленной на родине (К. Мор.). Приемы и стиль песни напоминают приемы и стиль Хитомаро.
次嶺經
山背道乎
人都末乃
馬従行尓
己夫之
歩従行者
毎見
哭耳之所泣
曽許思尓
心之痛之
垂乳根乃
母之形見跡
吾持有
真十見鏡尓
蜻領巾
負並持而
馬替吾背
つぎねふ
やましろぢを
ひとづまの
うまよりゆくに
おのづまし
かちよりゆけば
みるごとに
ねのみしなかゆ
そこおもふに
こころしいたし
たらちねの
ははがかたみと
わがもてる
まそみかがみに
あきづひれ
おひなめもちて
うまかへわがせ
За горою, где гора,
На пути в Ямасиро,
У людей у всех мужья
Едут на коне,
Только мой
Пешком идет,
Потому-то каждый раз,
Как на это погляжу,
Только в голос плачу я!
А подумаю о том,
Сердце сразу заболит.
Зеркало светлей воды,
Что на память мне дала
Мать, вскормившая меня,
Словно крылья стрекозы
Из тончайшей ткани шарф —
Память матери моей —
Все возьми!
И обменяй
На коня,
Любимый мой!
* Старинные народные песни. Песня жены представлена нагаута и двумя каэси-ута, а ответ мужа — одной каэси-ута. Возможно, что это отдельные записи сохранившихся песен. Раз ответ мужа выражен каэси-ута, то, возможно, была и нагаута, но устная традиция ее не сохранила.
泉<川>
渡瀬深見
吾世古我
旅行衣
蒙沾鴨
いづみがは
わたりぜふかみ
わがせこが
たびゆきごろも
ひづちなむかも
Идзуми-река…
Глубоко теченье там,
И у друга моего
Платье, что в дорогу взял,
Верно, вымокнет насквозь!
* Старинные народные песни. Песня жены представлена нагаута и двумя каэси-ута, а ответ мужа — одной каэси-ута. Возможно, что это отдельные записи сохранившихся песен. Раз ответ мужа выражен каэси-ута, то, возможно, была и нагаута, но устная традиция ее не сохранила.
王之
御命恐
秋津嶋
倭雄過而
大伴之
御津之濱邊従
大舟尓
真梶繁貫
旦名伎尓
水<手>之音為乍
夕名寸尓
梶音為乍
行師君
何時来座登
<大>卜置而
齊度尓
<狂>言哉
人之言釣
我心
盡之山之
黄葉之
散過去常
公之正香乎
おほきみの
みことかしこみ
あきづしま
やまとをすぎて
おほともの
みつのはまへゆ
おほぶねに
まかぢしじぬき
あさなぎに
かこのこゑしつつ
ゆふなぎに
かぢのおとしつつ
ゆきしきみ
いつきまさむと
うらおきて
いはひわたるに
たはことか
ひとのいひつる
あがこころ
つくしのやまの
もみちばの
ちりてすぎぬと
きみがただかを
Государю своему подчиняясь,
Миновал
Ты Ямато — край родной —
Остров Акицусима.
И в Отомо, в Мицу, ты
Возле милых берегов
У большого корабля
Много весел закрепил.
И в затишье поутру,
Слыша голос рыбаков,
И в затишье ввечеру,
Слыша тихий всплеск весла,
Ты скитаешься в пути…
О, когда же ты придешь?
Жертвы принося богам,
Обращаюсь к ним с мольбой,
Не ошибка ли слова,
Что сказали люди мне,
Будто ты, любимый мной
Сердцем всем,
Ушел навек,
И упал, как алый лист,
Там в Цукуси среди гор…
* Плач о погибшем в отъезде муже.
玉桙之
道去人者
足桧木之
山行野徃
直海
川徃渡
不知魚取
海道荷出而
惶八
神之渡者
吹風母
和者不吹
立浪母
踈不立
跡座浪之
塞道麻
誰心
勞跡鴨
直渡異六
<直渡異六>
たまほこの
みちゆくひとは
あしひきの
やまゆきのゆき
にはたづみ
かはゆきわたり
いさなとり
うみぢにいでて
かしこきや
かみのわたりは
ふくかぜも
のどにはふかず
たつなみも
おほにはたたず
とゐなみの
ささふるみちを
たがこころ
いたはしとかも
ただわたりけむ
ただわたりけむ
Человек, ушедший в путь,
Что отмечен был давно
Яшмовым копьем,
Распростертыми вокруг
Шел полями, по горам,
Реки он переходил
И вступил на путь морской,
Там где чудище-кита ловят
На глубоком дне.
И опасный переход —
Страшный Переход-Богов —
Там, где ветер каждый раз
С дикой силою шумит,
И встающая волна
Необычно высока,
Страшный путь, что прегражден
Непрерывною волной,
Чье жалея сердце, он
Напролом пройти спешил.
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
母父裳
妻裳子等裳
高々丹
来<将>跡待
人乃悲
おもちちも
つまもこどもも
たかたかに
こむとまつらむ
ひとのかなしさ
И отец, и мать,
И жена, и дети там,
Верно, ждут, когда придет,
Неотступно глядя вдаль…
Вот она, печаль людей!
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
家人乃
将待物矣
津煎裳無
荒礒矣巻而
偃有<公>鴨
いへびとの
まつらむものを
つれもなき
ありそをまきて
なせるきみかも
Ведь, наверно, ждут тебя
Дома близкие твои,
Что же ты вдали от всех
Распластался на земле,
Изголовием избрав берег дикий и чужой?..
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
<汭>潭
偃為<公>矣
今日々々跡
将来跡将待
妻之可奈思母
うらぶちに
こやせるきみを
けふけふと
こむとまつらむ
つましかなしも
Ведь, наверное, тебя, что здесь лежишь
У глубокого залива на земле,
Ждут:
“Вот нынче, нынче он придет!..”
О, как жалко бедную жену!
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
<汭>浪
来依濱丹
津煎裳無
偃為<公>賀
家道不知裳
うらなみの
きよするはまに
つれもなく
ふしたるきみが
いへぢしらずも
Здесь, на берегу,
Где лишь плещется волна,
В бухте ты совсем один
Распластался на земле,
И не знать тебе пути больше в дом родной!
* Плачи о погибших странниках — это особый цикл песен в М. Согласно толкованию известного историка Хани Горо — это были крестьяне, отбывавшие трудовую повинность в разных частях страны и по дороге домой по окончании работ погибшие в пути от голода.
* Мы полагаем, что среди них были и так называемые сакимори — пограничные стражи, которых из восточных провинций посылали на Кюсю, где они три года отбывали службу, а затем, возвращаясь домой, гибли от голода в далеком пути, так как путь был опасен и тяжел.
* Этот цикл песен и поэма Окура “Диалог бедных” приоткрывают темные стороны жизни того времени, о котором в целом сохранилась память как об эпохе мира и культурного процветания. П. 3336 — вариант песни Хитомаро на тот же сюжет (см. п. 220). Близки как варианты п. 3335 и 3339. П. 3339 также частично повторяет строки из песни Хитомаро (220). Но, судя по заголовкам, они сложены по поводу разных случаев в разных провинциях, все это говорит о неизжитой традиции народных песен. П. 3340 целиком совпадает с п. 3337, а п. 3341 — с п. 222.
安思我良乃
美佐可加思古美
久毛利欲能
阿我志多婆倍乎
許知弖都流可<毛>
あしがらの
みさかかしこみ
くもりよの
あがしたばへを
こちでつるかも
В стороне Асигара
Страх внушил мне спуск святой,
И средь тайных дел
Имя, что берег в груди,
С уст сорвалось вдруг в пути!
* Толкуется как песня мужчины, сложенная в пути. ОС поясняет, что речь идет о богах дороги, в частности о божестве, обитающем в этом священном месте. Об этом божестве говорят, что оно не пропускает дальше, если не откроешь ему, что скрываешь на сердце, поэтому от страха мужчина сказал имя любимой женщины, что таил в душе. В старину произнесение имени кого-либо было табу, имена близких иногда называли только божествам, когда у них испрашивали покровительства и защиты (см. также п. 3284).
* В стороне Асигара (Асигари) — типичный зачин песен, в который входит название данной местности. Эта песня имеет вариант среди авторских песен в кн. XV.
伊毛我可度
伊夜等保曽吉奴
都久波夜麻
可久礼奴保刀尓
蘇提婆布利弖奈
いもがかど
いやとほそきぬ
つくはやま
かくれぬほとに
そではふりてな
Те ворота, где стоит жена,
У горы Цукуба
Скроют облака.
Но пока еще мне виден милый дом,
Буду я махать ей рукавом!..
* Отмечается как песня мужчины, отправляющегося в дальний путь. Однако при сравнении с другими ее следует отнести к песням пограничных стражей. Характерна в этом смысле п. 3390, являющаяся как бы ответной песней жены.
* “Буду я махать ей рукавом…” — см. п. 3376. Обе песни — эта и предыдущая — помещены под рубрикой песен-перекличек; возможно, они представляют собой парные песни, которыми обмениваются, распевая, мужская и женская стороны хоровода.
かりがねは
しばしとまりて
旅の空
越路のかたを
物がたりせよ
3かりがねは
しばしとまりて
たびのそら
こえぢのかたを
ものがたりせよ


多麻藻可流
乎等女乎須疑弖
奈都久佐能
野嶋我左吉尓
伊保里須和礼波
たまもかる
をとめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
いほりすわれは
Минуя Отомэ, где юные девы
Срезают жемчужные травы морские,
На мысе Нудзима,
Что славится летней травою,
Устрою ночлег я себе ненадолго…
* “Срезают жемчужные травы морские…” — т. е. срезают водоросли. Срезание водорослей, которые идут в пищу и на другие надобности, — одно из обычных занятий рыбачек.
之路多倍能
藤江能宇良尓
伊<射>里須流
安麻等也見良武
多妣由久和礼乎
しろたへの
ふぢえのうらに
いざりする
あまとやみらむ
たびゆくわれを
Ткани белые ткут из растения фудзи…
В Фудзиэ — славной бухте,
Смотря на меня,
Люди думают: “Верно, рыбак ловит рыбу на взморье”,—
Это я, что скитаюсь по дальним морям.

安麻射可流
比奈乃奈我道乎
孤悲久礼婆
安可思能門欲里
伊敝乃安多里見由
あまざかる
ひなのながちを
こひくれば
あかしのとより
いへのあたりみゆ
Дорогой долгою из дальнего селенья,
Далекого, как эти небеса,
Когда я плыл в тоске
Через пролив Акаси,
Увидел я места, где дом стоит родной!

武庫乃海
舳尓波有之
伊射里為流
海部乃釣船
浪上従所見
むこのうみ
へにはあるらし
いざりする
あまのつりぶね
なみのうへにみゆ
Верно, нынче за бухтой Муко
Гладь морская спокойна.
На поверхности вод мне видны
Челноки рыбаков,
Что уходят в открытое море на рыбную ловлю…
См. п. 3609 (перевод оттуда)
武庫能宇美能
尓波余久安良之
伊射里須流
安麻能都里船
奈美能宇倍由見由
むこのうみの
にはよくあらし
いざりする
あまのつりぶね
なみのうへゆみゆ
Верно, нынче за бухтой Муко
Гладь морская спокойна.
На поверхности вод мне видны
Челноки рыбаков,
Что уходят в открытое море на рыбную ловлю…

安乎尓与之
奈良能美也故尓
由久比等毛我母
久左麻久良
多妣由久布祢能
登麻利都ん武仁
あをによし
ならのみやこに
ゆくひともがも
くさまくら
たびゆくふねの
とまりつげむに
Человека бы встретить хотел я,
Что в Нара — в столицу идет,
Украшает которую зеленью дивной листва,
Чтобы милой он мог передать,
Где причалил плывущий корабль
В пути, где взамен изголовья кладется простая трава…

海原乎
夜蘇之麻我久里
伎奴礼杼母
奈良能美也故波
和須礼可祢都母
うなはらを
やそしまがくり
きぬれども
ならのみやこは
わすれかねつも
На голубой равнине светлых вод,
Под сенью многих островов ища приют,
Причаливали мы уже не раз,
Но все ж столицу Нара до сих пор
Я позабыть в пути моём не смог!
[Неизвестный автор]
和我由恵仁
妹奈氣久良之
風早能
宇良能於伎敝尓
奇里多奈妣家利
わがゆゑに
いもなげくらし
かざはやの
うらのおきへに
きりたなびけり
Из-за меня любимая жена,
Как видно, в одиночестве горюет…
На взморье,
В бухте небольшой Кадзахая,
Густой туман простерся над водою…
* Автор не указан. По старинному поверью, туман служил признаком тоски и печали любимого человека (см. также п. 3580).
故悲思氣美
奈具左米可祢弖
比具良之能
奈久之麻可氣尓
伊保利須流可母
こひしげみ
なぐさめかねて
ひぐらしの
なくしまかげに
いほりするかも
Сильна тоска —
Утешиться мне трудно.
В тень островов причаливаю я,
Где слышен звон цикад,
И мастерю у взморья из трав прибрежных временный шалаш!
[Неизвестный автор]
海原尓
宇伎祢世武夜者
於伎都風
伊多久奈布吉曽
妹毛安良奈久尓
うなはらに
うきねせむよは
おきつかぜ
いたくなふきそ
いももあらなくに
На равнине морской по ночам,
Когда сном я забудусь, качаясь на волнах,
Ветер в море открытом,
Не дуй так жестоко,—
Ведь со мною не будет в дороге любимой!
* См. п. 3591.
大伴能
美津尓布奈能里
許藝出而者
伊都礼乃思麻尓
伊保里世武和礼
おほともの
みつにふなのり
こぎでては
いづれのしまに
いほりせむわれ
Сели мы на корабль
В бухте Мицу, в Отомо
И отплыли в дорогу, качаясь на волнах.
На каких же теперь островах отдалённых
Суждено будет строить шалаши для ночлега?
* Отомо — могущественный род военачальников, ему принадлежали крупные владения, носившие имя этого рода. В данном случае имеется в виду местность в районе Нанива (совр. Осака).
安佐妣良伎
許藝弖天久礼婆
牟故能宇良能
之保非能可多尓
多豆我許恵須毛
あさびらき
こぎでてくれば
むこのうらの
しほひのかたに
たづがこゑすも
Когда отплываешь от берега в море
Ранним утром при блеске румяной зари,
У залива, где схлынул прилив,
Там, где бухта Муко, на просторе
Слышно, как, прилетая, кричат в небесах журавли…
* В песне рисуется привычная картина, когда во время отлива журавли кричат, собираясь стаями.
和多都美能
於伎津之良奈美
多知久良思
安麻乎等女等母
思麻我久<流>見由
わたつみの
おきつしらなみ
たちくらし
あまをとめども
しまがくるみゆ
Верно, бурными стали
У морского владыки
В белой пене шумящие волны на море,
Вижу, скрылись надолго за островом дальним
Молодые рыбачки…
* В песне передан один из обычных пейзажей и характерные образы, часто встречающиеся в песнях странствования, представленных в М.
月余美能
比可里乎伎欲美
神嶋乃
伊素<未>乃宇良由
船出須和礼波
つくよみの
ひかりをきよみ
かみしまの
いそみのうらゆ
ふなですわれは
Кристально чист
Свет божества луны,
И потому корабль не медлит боле,
От острова богов — Камисима
Я, берег обогнув, отчаливаю в море!

波奈礼蘇尓
多弖流牟漏能木
宇多我多毛
比左之伎時乎
須疑尓家流香母
はなれそに
たてるむろのき
うたがたも
ひさしきときを
すぎにけるかも
На острове дальнем
Старейшее дерево муро,
Склонив над землёй свои древние ветви,
Стоит на пустынном прибрежье немало,
Прошли перед ним, видно, долгие, долгие годы…
* В песне воспеваются прославленное живописное дерево муро у залива Томо в уезде Нумакума провинции Бинго. “Муро” (муро-но ки) — род хвойных деревьев, растет обычно на морском побережье (Juniperus rigita)
之麻思久母
比等利安里宇流
毛能尓安礼也
之麻能牟漏能木
波奈礼弖安流良武
しましくも
ひとりありうる
ものにあれや
しまのむろのき
はなれてあるらむ
Найдется ль такой человек,
Кто бы мог в одиночестве жить,
Много лет терпеливо снося одиночества муки?
Верно, только старейшее дерево муро
Может жить одиноко на острове дальнем…

妹我素弖
和可礼弖比左尓
奈里奴礼杼
比登比母伊毛乎
和須礼弖於毛倍也
いもがそで
わかれてひさに
なりぬれど
ひとひもいもを
わすれておもへや
С рукавами любимой
Давно я в разлуке,
Но и в дальнем пути
Даже на день единый
Смогу ли ее позабыть в своих думах?
* “С рукавами любимой давно я в разлуке…” — намек на одинокие ночи, так как обычно рукава стелют в изголовье возлюбленному.
於伎都加是
伊多久布伎勢波
和伎毛故我
奈氣伎能奇里尓
安可麻之母能乎
おきつかぜ
いたくふきせば
わぎもこが
なげきのきりに
あかましものを
Когда бы ветер с моря прилетел
И начал дуть у бухты с новой силой,
Тогда, наверно, горестей туман
Возлюбленной жены
Я мог бы долго видеть!
* Автор не указан. См. п. 3580 и п. 3615.
伊波婆之流
多伎毛登杼呂尓
鳴蝉乃
許恵乎之伎氣婆
京師之於毛保由
いはばしる
たきもとどろに
なくせみの
こゑをしきけば
みやこしおもほゆ
Когда услышал голоса цикад
Средь грохота и шума водопада,
Бегущего со скал,
Я в этот миг
С тоской подумал об оставленной столице!

夜麻河<泊>能
伎欲吉可波世尓
安蘇倍杼母
奈良能美夜故波
和須礼可祢都母
やまがはの
きよきかはせに
あそべども
ならのみやこは
わすれかねつも
Хоть наслаждаюсь на отмели чистой
Прозрачными струями
Горных потоков,
Но все же столицу любимую Нара
Даже вдали позабыть я не в силах!
[Неизвестный автор]
月余美乃
比可里乎伎欲美
由布奈藝尓
加古能己恵欲妣
宇良<未>許具可聞
つくよみの
ひかりをきよみ
ゆふなぎに
かこのこゑよび
うらみこぐかも
Кристально чист
Свет божества луны,
В затишье вечером на море
Плывут, кружа по бухте, рыбаки,
Перекликаясь меж собою…
* Автор не указан.
山乃波尓
月可多夫氣婆
伊射里須流
安麻能等毛之備
於伎尓奈都佐布
やまのはに
つきかたぶけば
いざりする
あまのともしび
おきになづさふ
Когда спускается луна
За гребни гор,
На взморье вдалеке мелькают
Огни костров, что разжигают
Для ловли рыб прибрежных рыбаки…
* Автор не указан.
和礼乃未夜
欲布祢波許具登
於毛敝礼婆
於伎敝能可多尓
可治能於等須奈里
われのみや
よふねはこぐと
おもへれば
おきへのかたに
かぢのおとすなり
“Не я ль один
Плыву на лодке ночью?” —
Подумал я, когда волна меня несла,
И в этот миг с той стороны, где взморье,
В ответ раздался легкий всплеск весла!
* Автор не указан.
安伎左良婆
和<我>布祢波弖牟
和須礼我比
与世伎弖於家礼
於伎都之良奈美
あきさらば
わがふねはてむ
わすれがひ
よせきておけれ
おきつしらなみ
Только осень настанет,
Корабль причалит мой снова.
Принесите с собой и оставьте на отмели мне,
Чтоб в пути не томиться тоскою, ракушки забвенья,
Белоснежные волны далёких морей!
* Ракушки забвения (васурэгай) — см. п. 3080.
真可治奴伎
布祢之由加受波
見礼杼安可奴
麻里布能宇良尓
也杼里世麻之乎
まかぢぬき
ふねしゆかずは
みれどあかぬ
まりふのうらに
やどりせましを
О, если бы не трогать мне вёсла,
Не отплывать бы мне на корабле!
Хочу заночевать
Я в бухте Марифу,
Где, сколько ни гляжу, не наглядеться мне…

伊都之可母
見牟等於毛比師
安波之麻乎
与曽尓也故非無
由久与思<乎>奈美
いつしかも
みむとおもひし
あはしまを
よそにやこひむ
ゆくよしをなみ
Остров дальний, желанный, что зовут Авасима,
Что мечтал я увидеть
Когда-нибудь в жизни,
Верно, издали только любить мне придется,—
Ведь поехать туда никогда не смогу!

大船尓
可之布里多弖天
波麻藝欲伎
麻里布能宇良尓
也杼里可世麻之
おほぶねに
かしふりたてて
はまぎよき
まりふのうらに
やどりかせまし
Вобьём здесь колья
И причалим корабли,
Так хочется мне ночевать остаться
В заливе Марифу,
Где дивны берега!
* “Вобьем здесь колья…” — комментируют это место текста по-разному: вбивали колья у берега в воде или на корабле. Это делалось для причала корабля.
筑紫道能
可太能於保之麻
思末志久母
見祢婆古非思吉
伊毛乎於伎弖伎奴
つくしぢの
かだのおほしま
しましくも
みねばこひしき
いもをおきてきぬ
Есть на путях в Цукуси
Остров Када,
Его не видя миг, тоскую без него.
Так милую мою, которую оставил,
Не видя миг, живу в тоске!

伊毛我伊敝治
知可久安里世婆
見礼杼安可奴
麻里布能宇良乎
見世麻思毛能乎
いもがいへぢ
ちかくありせば
みれどあかぬ
まりふのうらを
みせましものを
Если близкой была бы дорога до дому,
Как хотел бы тебе показать бухту я Марифу,
На которую, сколько ни смотришь,
Глядеть не устанешь
И всегда будешь вновь любоваться ее красотой!

伊敝妣等波
可敝里波也許等
伊波比之麻
伊波比麻都良牟
多妣由久和礼乎
いへびとは
かへりはやこと
いはひしま
いはひまつらむ
たびゆくわれを
Те, что дома остались, говорили, прощаясь:
“Возвращайся скорее в родные края!”
Вот и остров Молитвы.
С молитвой святою ожидают, наверное, дома меня,
Кто отправился в дальнее странствие ныне…

奈美能宇倍尓
宇伎祢世之欲比
安杼毛倍香
許己呂我奈之久
伊米尓美要都流
なみのうへに
うきねせしよひ
あどもへか
こころがなしく
いめにみえつる
Ночью, когда засыпал я усталый
И качало меня на прибрежной волне,
О чём я подумал? —
Затихшему сердцу
Всё казалось каким-то печальным во сне…
[Неизвестный автор]
美夜故邊尓
由可牟船毛我
可里許母能
美太礼弖於毛布
許登都ん夜良牟
みやこへに
ゆかむふねもが
かりこもの
みだれておもふ
ことつげやらむ
Когда б я мог в пути корабль встретить,
Что держит путь в столичные края,
Я б милой передал,
В каком смятенье думы,
Что словно скошенные травы на полях…

於保伎美能
美許等可之故美
於保<夫>祢能
由伎能麻尓末<尓>
夜杼里須流可母
おほきみの
みことかしこみ
おほぶねの
ゆきのまにまに
やどりするかも
С трепетом приказу вняв
Государя своего,
Я отчалил в дальние края
И ночую ныне там, где мне прикажет
Путь большого корабля!
* Путь большого корабля — т. е. правительственного корабля.
和伎毛故波
伴也母許奴可登
麻都良牟乎
於伎尓也須麻牟
伊敝都可受之弖
わぎもこは
はやもこぬかと
まつらむを
おきにやすまむ
いへつかずして
Верно, ждёт меня
Любимая моя,
Думая с тоскою, скоро ли приду?
Неужели мне на море вечно жить,
Вдалеке от мест моих родных?
[Неизвестный автор]
旅衣
涙をそへて
宇津の山
しぐれぬひまも
さぞしぐれけむ
たびころも
なみだをそへて
うつのやま
しぐれぬひまも
さぞしぐれけむ


はるばると
思ひこそやれ
旅衣
涙しぐるる
袖やいかにと
はるばると
おもひこそやれ
たびころも
なみだしぐるる
そでやいかにと


ふるさとは
時雨にたちし
旅衣
雪にやいとど
さえまさるらむ
ふるさとは
しぐれにたちし
たびころも
ゆきにやいとど
さえまさるらむ


旅衣
浦風さえて
神無月
しぐるる雲に
雪ぞ降りそふ
たびころも
うらかぜさえて
かみなづき
しぐるるくもに
ゆきぞふりそふ


ひとかたに
袖やぬれまし
旅衣
たつ日を聞かぬ
うらみなりせば
ひとかたに
そでやぬれまし
たびころも
たつひをきかぬ
うらみなりせば


心から
何うらむらむ
旅衣
たつ日をだにも
知らず顔にて
こころから
なにうらむらむ
たびころも
たつひをだにも
しらずかほにて


いかで猶
笠取山に
身をなして
露けき旅に
そはむとぞ思
いかでなほ
かさとやまに
みをなして
つゆけきたびに
そはむとぞおも


宇良<未>欲里
許藝許之布祢乎
風波夜美
於伎都美宇良尓
夜杼里須流可毛
うらみより
こぎこしふねを
かぜはやみ
おきつみうらに
やどりするかも
Корабли, что плывут,
Берега огибая морские,
Из-за быстрого ветра
Укроются, верно, теперь
В этой бухте у острова в море открытом…
[Неизвестный автор]
宇奈波良能
於伎敝尓等毛之
伊射流火波
安可之弖登母世
夜麻登思麻見無
うなはらの
おきへにともし
いざるひは
あかしてともせ
やまとしまみむ
Огни для ловли рыб,
Что зажжены на взморье
И на равнине вод мелькают вдалеке,
Огни костров вы разожгите ярче,
Чтоб острова Ямато видеть мне!
[Неизвестный автор]
* Песня сложена во время путешествия в Корею в тоске по родине. О-ва Ямато — Япония.
可母自毛能
宇伎祢乎須礼婆
美奈能和多
可具呂伎可美尓
都由曽於伎尓家類
かもじもの
うきねをすれば
みなのわた
かぐろきかみに
つゆぞおきにける
Когда недолгим сном забылся я в пути,
Как утка дикая, качаясь на волнах,
На волос чёрный,
Чёрных раковин темней,
Холодная роса упала с вышины…
[Неизвестный автор]
てる月の
たひねのとこや
しもとゆふ
かつらき山の
たに川のみつ
てるつきの
たひねのとこや
しもとゆふ
かつらきやまの
たにかはのみつ


之賀能安麻能
一日毛於知受
也久之保能
可良伎孤悲乎母
安礼波須流香母
しかのあまの
ひとひもおちず
やくしほの
からきこひをも
あれはするかも
Словно горькая соль, что всегда выжигают,
Даже дня одного не оставив на отдых себе,
Рыбаки из селенья Сика,—
О, такою же горькой тоскою
Я полон о доме далеком в пути!
* Автор не указан.
安麻能波良
布里佐氣見礼婆
欲曽布氣尓家流
与之恵也之
比<等>里奴流欲波
安氣婆安氣奴等母
あまのはら
ふりさけみれば
よぞふけにける
よしゑやし
ひとりぬるよは
あけばあけぬとも
Когда взглянул я
На небесную равнину,
Уж проходила ночь,—
Что ж, не беда!
Пускай светлеет, коль светлеть должна
Ночь одинокая в дороге!
[Неизвестный автор]
之可能宇良尓
伊射里須流安麻
安氣久礼婆
宇良未許具良之
可治能於等伎許由
しかのうらに
いざりするあま
あけくれば
うらみこぐらし
かぢのおときこゆ
Рыбаки и рыбачки, что заняты рыбною ловлей
В этой бухте Сика,
Только стало светать,
Верно, берег теперь огибая, поплыли:
Слышны всплески весла…
[Неизвестный автор]
伊母乎於毛比
伊能祢良延奴尓
安可等吉能
安左宜理其問理
可里我祢曽奈久
いもをおもひ
いのねらえぬに
あかときの
あさぎりごもり
かりがねぞなく
В тоске о милой
Я уснуть не в силах,
А в это время, скрытые от глаз туманом утренним
В час алого рассвета,
В далеком небе гуси дикие кричат!
[Неизвестный автор]
由布佐礼婆
安伎可是左牟思
和伎母故我
等伎安良比其呂母
由伎弖波也伎牟
ゆふされば
あきかぜさむし
わぎもこが
ときあらひごろも
ゆきてはやきむ
Лишь вечер настанет,
Сразу холоден ветер осенний.
Пойду и надену скорее одежду свою,
Что готовила милая мне,
Провожая с любовью в дорогу…
[Неизвестный автор]
和我多妣波
比左思久安良思
許能安我家流
伊毛我許呂母能
阿可都久見礼婆
わがたびは
ひさしくあらし
このあがける
いもがころもの
あかつくみれば
Похоже, в пути я
Скитался немало,—
Как взглянешь на грязь, что пристала к одежде,
Которую ныне ношу постоянно,
Которую в дар получил от любимой!
[Неизвестный автор]
* “Которую в дар получил от любимой…” — в старину было принято дарить одежду, обмениваться одеждой с любимым человеком. По древнему поверью считалось, что в одежде остается частица души любимого человека (см. п. 3350).
於保伎美能
等保能美可度登
於毛敝礼杼
氣奈我久之安礼婆
古非尓家流可母
おほきみの
とほのみかどと
おもへれど
けながくしあれば
こひにけるかも
Хоть считают, что Дадзайфу тоже
Государя дальнее владенье,
Но в дороге
Много дней минуло,
И тоской я полон по родному краю!

多妣尓安礼杼
欲流波火等毛之
乎流和礼乎
也未尓也伊毛我
古非都追安流良牟
たびにあれど
よるはひともし
をるわれを
やみにやいもが
こひつつあるらむ
Обо мне, для кого
Светят ночью огни,
Хоть я и в пути нахожусь,
Может быть, дорогая жена в темноте
Постоянно в разлуке грустит…

奴婆多麻乃
欲和多流月尓
安良麻世婆
伊敝奈流伊毛尓
安比弖許麻之乎
ぬばたまの
よわたるつきに
あらませば
いへなるいもに
あひてこましを
Если был бы луною, плывущей
Ночью черной,
Как ягоды тута,
О, как встретиться мне бы хотелось
С моей милой, оставшейся дома!
[Неизвестный автор]
比左可多能
月者弖利多里
伊刀麻奈久
安麻能伊射里波
等毛之安敝里見由
ひさかたの
つきはてりたり
いとまなく
あまのいざりは
ともしあへりみゆ
В извечном небе
Светится луна,
И видно, как огни сверкают всюду,
Что зажигают рыбаки,
Идя на лов…
[Неизвестный автор]
可是布氣婆
於吉都思良奈美
可之故美等
能許能等麻里尓
安麻多欲曽奴流
かぜふけば
おきつしらなみ
かしこみと
のこのとまりに
あまたよぞぬる
Когда ветер подует,
Говорят, очень страшны
В белой пене встающие волны на море,
И поэтому в гавани Ноко, причалив,
Уже много ночей на стоянке проводим!..
[Неизвестный автор]
於吉都奈美
多可久多都日尓
安敝利伎等
美夜古能比等波
伎吉弖家牟可母
おきつなみ
たかくたつひに
あへりきと
みやこのひとは
ききてけむかも
О, слышали ли там,
В столице дальней, люди,
Что встретились тяжёлые нам дни,
Когда кругом в открытом море волны
Вздымались в белой пене высоко!

安麻等夫也
可里乎都可比尓
衣弖之可母
奈良能弥夜故尓
許登都ん夜良武
あまとぶや
かりをつかひに
えてしかも
ならのみやこに
ことつげやらむ
Если б сделать мне своим гонцом
Гуся дикого,
Что в небесах летит,
И в столицу Нара с ним послать
О себе с дороги дальней весть!
[Неизвестный автор]
* “Если б сделать мне своим гонцом гуся дикого…” — см. п. 1614.
秋野乎
尓保波須波疑波
佐家礼杼母
見流之留思奈之
多婢尓師安礼婆
あきののを
にほはすはぎは
さけれども
みるしるしなし
たびにしあれば
Хоть и цветут цветы прекрасных хаги,
Что блеском заполняют все поля
Осеннею порой,
Но любоваться ими не суждено:
Ведь я теперь в пути…
[Неизвестный, автор]
* Хаги — излюбленные осенние цветы, один из семи осенних цветов (см. п. 57, 1538).
伊毛乎於毛比
伊能祢良延奴尓
安伎乃野尓
草乎思香奈伎都
追麻於毛比可祢弖
いもをおもひ
いのねらえぬに
あきののに
さをしかなきつ
つまおもひかねて
В тоске о любимой сном не мог я забыться,
А в поле осеннем в ночной тишине
Горько плакал олень:
Он сдержать был не в силах
Безутешной тоски о жене…
[Неизвестный автор]
於保夫祢尓
真可治之自奴伎
等吉麻都等
和礼波於毛倍杼
月曽倍尓家流
おほぶねに
まかぢしじぬき
ときまつと
われはおもへど
つきぞへにける
К большому кораблю
Приладив много весел,
Я думал, что дождусь
Погожих, ясных дней,
А вот уж месяцы прошли напрасно!..
[Неизвестный автор]
可敝里伎弖
見牟等於毛比之
和我夜度能
安伎波疑須々伎
知里尓家武可聞
かへりきて
みむとおもひし
わがやどの
あきはぎすすき
ちりにけむかも
Сусуки и осенний нежный хаги,
Которые растут у дома моего,
Которыми мечтал,
Вернувшись, любоваться,
Наверное, там отцвели давно!..
* Сусуки — род камыша (см. п. 45, 3506).
* Хаги — см. п. 3677.
秋夜乎
奈我美尓可安良武
奈曽許々波
伊能祢良要奴毛
比等里奴礼婆可
あきのよを
ながみにかあらむ
なぞここば
いのねらえぬも
ひとりぬればか
Не оттого ль,
Что ночи осенью так долги,
О, почему, скажи, наступят лишь они,
Заснуть я не могу…
Не потому ли, что провожу их без тебя, один?
[Неизвестный автор]
多婢奈礼婆
於毛比多要弖毛
安里都礼杼
伊敝尓安流伊毛之
於母比我奈思母
たびなれば
おもひたえても
ありつれど
いへにあるいもし
おもひがなしも
Я и мысли оставил о радостной встрече,
Оттого что теперь я в далёком пути,
И всё ж
О любимой, что дома осталась,
Исполнены думы глубокой тоски…
[Неизвестный автор]
安思必奇能
山等妣古<由>留
可里我祢波
美也故尓由加波
伊毛尓安比弖許祢
あしひきの
やまとびこゆる
かりがねは
みやこにゆかば
いもにあひてこね
Дикие гуси,
Летящие в небе
Над распростёртой далекой горой,
Если ваш путь в дорогую столицу,
Вы повидайтесь с любимой моей!
[Неизвестный автор]
和多都美能
<可>之故伎美知乎
也須家口母
奈久奈夜美伎弖
伊麻太尓母
毛奈久由可牟登
由吉能安末能
保都手乃宇良敝乎
可多夜伎弖
由加武<等>須流尓
伊米能其等
美知能蘇良治尓
和可礼須流伎美
わたつみの
かしこきみちを
やすけくも
なくなやみきて
いまだにも
もなくゆかむと
ゆきのあまの
ほつてのうらへを
かたやきて
ゆかむとするに
いめのごと
みちのそらぢに
わかれするきみ
Страшный путь
Владыки вод
С неспокойною душой
В муках тяжких проходя,
Думал ты:
“Хотя б теперь
Без беды
По морю плыть!”
Перед тем как в путь идти,
Панцирь черепахи жег,
О судьбе своей гадал
У искусных рыбаков
Острова Юки,
Но нежданно,
Как во сне,
В мире изо всех дорог
Выбрал ты небесный путь,
Навсегда покинув нас!..
* “Панцирь черепахи жег…” — одно из древних гаданий, когда по трещинам на панцире черепахи читали судьбу.
多麻之家流
伎欲吉奈藝佐乎
之保美弖婆
安可受和礼由久
可反流左尓見牟
たましける
きよきなぎさを
しほみてば
あかずわれゆく
かへるさにみむ
На берег чистый,
Будто крытый яшмой,
Нахлынул и заполнил все прилив,
Не насмотреться мне, и на пути обратном
Я буду любоваться этим вновь!

伊敝豆刀尓
可比乎比里布等
於伎敝欲里
与世久流奈美尓
許呂毛弖奴礼奴
いへづとに
かひをひりふと
おきへより
よせくるなみに
ころもでぬれぬ
Хотел на берегу ракушек я собрать,
Чтобы в подарок привезти домой.
И вот в волнах,
Что с моря мчатся к берегам,
Я промочил до нитки рукава…
[Неизвестный автор]
之保非奈<婆>
麻多母和礼許牟
伊射遊賀武
於伎都志保佐為
多可久多知伎奴
しほひなば
またもわれこむ
いざゆかむ
おきつしほさゐ
たかくたちきぬ
Только схлынет прилив,
Я приду сюда снова.
А теперь ухожу от морских берегов:
С новой силой раздался вдали
Шум морского прилива!
[Неизвестный автор]
毛能毛布等
比等尓波美要<緇>
之多婢毛能
思多由故布流尓
都<奇>曽倍尓家流
ものもふと
ひとにはみえじ
したびもの
したゆこふるに
つきぞへにける
То, что тоскую я,
Не видно, верно, людям,—
Ведь, как заветный шнур, завязанный внизу,
Так в сердца глубине храню тоску,
И много месяцев прошло в тоске бесследно…
* “…как заветный шнур, завязанный внизу…” — при прощании возлюбленные завязывали друг другу шнуры одежды, и это служило тайным обетом верности. Шнуры должны были оставаться завязанными до встречи друг с другом.
安<伎>佐礼婆
故非之美伊母乎
伊米尓太尓
比左之久見牟乎
安氣尓家流香聞
あきされば
こひしみいもを
いめにだに
ひさしくみむを
あけにけるかも
“Раз осень,—
Думал я, любя,—
То милую хоть в снах
Сумею долго видеть”,—
А ночь, увы, уже прошла!..
[Неизвестный автор]
比等里能未
伎奴流許呂毛能
比毛等加婆
多礼可毛由波牟
伊敝杼保久之弖
ひとりのみ
きぬるころもの
ひもとかば
たれかもゆはむ
いへどほくして
Когда б один в пути
Я шнур свой развязал
У платья, что ношу в дороге,
О, кто тогда б мне завязал его
Так далеко от дорогого дома?
[Неизвестный автор]
* “Когда б один в пути я шнур свой развязал…” — см. п. 3708.
安麻久毛能
多由多比久礼婆
九月能
毛未知能山毛
宇都呂比尓家里
あまくもの
たゆたひくれば
ながつきの
もみちのやまも
うつろひにけり
Пока скитался я в пути,
Как облака в далёком небе,
В осенних клёнах
Склоны милых гор
Свой изменили цвет и отцвести успели!
[Неизвестный автор]
多婢尓弖<毛>
<母>奈久波也許<登>
和伎毛故我
牟須妣思比毛波
奈礼尓家流香聞
たびにても
もなくはやこと
わぎもこが
むすびしひもは
なれにけるかも
Шнур заветный, завязанный милой моей
Со словами: “Вернись поскорее!
Хоть и будешь в пути,
Но беды ты не знай!” —
Как успел этот шнур загрязниться!..
[Неизвестный автор]
* Шнур заветный — см. п. 3708.
伊敝之麻波
奈尓許曽安里家礼
宇奈波良乎
安我古非伎都流
伊毛母安良奈久尓
いへしまは
なにこそありけれ
うなはらを
あがこひきつる
いももあらなくに
“Остров-дом” — Иэдзима —
Название одно!
Нет любимой моей и в помине,
О которой в далёком пути тосковал,
Проплывая морскую равнину…
[Неизвестный автор]
久左麻久良
多婢尓比左之久
安良米也等
伊毛尓伊比之乎
等之能倍奴良久
くさまくら
たびにひさしく
あらめやと
いもにいひしを
としのへぬらく
“Навряд ли пробуду я долго в пути,
Где зелёные травы кладут в изголовье”,—
Говорил я любимой, готовясь уйти,
А с тех пор
Целый год уже минул в дороге…
[Неизвестный автор]
和伎毛故乎
由伎弖波也美武
安波治之麻
久毛為尓見延奴
伊敝都久良之母
わぎもこを
ゆきてはやみむ
あはぢしま
くもゐにみえぬ
いへづくらしも
Любимую мою
Спешу скорей увидеть!
Мне виден средь колодца облаков
Авадзи-остров,
И похоже, что прибываю в дом родной!
[Неизвестный автор]
奴婆多麻能
欲安可之母布<祢>波
許藝由可奈
美都能波麻末都
麻知故非奴良武
ぬばたまの
よあかしもふねは
こぎゆかな
みつのはままつ
まちこひぬらむ
До рассвета всю ночь,
Что черна, словно ягоды тута,
Пусть плывет наш корабль в родные края,
Многолетние сосны у милого берега Мицу
Ожидают, наверно, с тоской и любовью меня!
[Неизвестный автор]
* Концовка сходна с песней Окура (см. п. 63).
大伴乃
美津能等麻里尓
布祢波弖々
多都多能山乎
伊都可故延伊加武
おほともの
みつのとまりに
ふねはてて
たつたのやまを
いつかこえいかむ
Когда ж, причалив наши корабли
В заливе Мицу,
В стороне Отомо,
Мы гору Тацута
Сумеем перейти?
[Неизвестный автор]
安乎尓与之
奈良能於保知波
由<吉>余家杼
許能山道波
由伎安之可里家利
あをによし
ならのおほぢは
ゆきよけど
このやまみちは
ゆきあしかりけり
Хорошо широкой улицей идти
В Нара,
Дивной в зелени листвы,
Но как тяжко будет мне идти
Этой узкой горною тропой!

宇流波之等
安我毛布伊毛乎
於毛比都追
由氣婆可母等奈
由伎安思可流良武
うるはしと
あがもふいもを
おもひつつ
ゆけばかもとな
ゆきあしかるらむ
Как желанна ты! —
Всё думаю теперь
О тебе, любимой нежно мной,
Верно, оттого и тяжек мне
Мой напрасный, одинокий путь!

加思故美等
能良受安里思乎
美故之治能
多武氣尓多知弖
伊毛我名能里都
かしこみと
のらずありしを
みこしぢの
たむけにたちて
いもがなのりつ
Зная, что бедою это нам грозит,
О тебе всё время я молчал,
Но когда достиг путей в страну Коси
И поднес дары священные богам,
Имя дорогое я назвал!
* “И поднес дары священные богам…” — говорится об обычае подносить “нуса” — священные приношения из пряжи, бумаги, ткани и пр., молясь о благополучии в дороге или благодаря за благополучное прибытие.
* “Имя дорогое я назвал…” — богам дороги поверяли заветные мысли, желания, имена близких людей, прося их защиты и покровительства.
等保伎山
世伎毛故要伎奴
伊麻左良尓
安布倍伎与之能
奈伎我佐夫之佐
とほきやま
せきもこえきぬ
いまさらに
あふべきよしの
なきがさぶしさ
Горы дальние,
Заставы миновал,
Прежде чем явился я сюда…
О тоска, когда не можешь больше
Встретиться с любимой никогда!..

等保久安礼婆
一日一夜毛
於<母>波受弖
安流良牟母能等
於毛保之賣須奈
とほくあれば
ひとひひとよも
おもはずて
あるらむものと
おもほしめすな
О, не думай, милая моя,—
Если я далёк, то не могу любить,—
Даже день один, одну лишь только ночь
Я без думы о тебе
Не в силах жить!

多婢等伊倍婆
許等尓曽夜須伎
須久奈久毛
伊母尓戀都々
須敝奈家奈久尓
たびといへば
ことにぞやすき
すくなくも
いもにこひつつ
すべなけなくに
Говорить о странствии, увы,
Только на словах это легко,
А вот мне
В тоске и думах о тебе
Тяжко так, что погибаю я…

多婢等伊倍婆
許<登>尓曽夜須伎
須敝毛奈久
々流思伎多婢毛
許等尓麻左米也母
たびといへば
ことにぞやすき
すべもなく
くるしきたびも
ことにまさめやも
Говорить о странствии, увы,
Только на словах все кажется легко.
Ах, о странствии мучительном моем,
Где надежды нет,
Как рассказать в словах?

露にたに
あてしと思ひし
人しもそ
時雨ふるころ
たひにゆきける
つゆにたに
あてしとおもひし
ひとしもそ
しくれふるころ
たひにゆきける


多婢尓之弖
毛能毛布等吉尓
保等登藝須
毛等奈那難吉曽
安我古非麻左流
たびにして
ものもふときに
ほととぎす
もとなななきそ
あがこひまさる
Когда в пути я думы думаю свои,
Грустя, что милая отныне далека,
Кукушка!
Песен понапрасну ты не пой,
Еще сильней от них моя тоска!

荒津乃海
之保悲思保美知
時波安礼登
伊頭礼乃時加
吾孤悲射良牟
あらつのうみ
しほひしほみち
ときはあれど
いづれのときか
あがこひざらむ
На море в Арацу
Бывает же время,
Что схлынет прилив и нахлынет опять,
Когда же настанет желанное время
И я перестану тосковать о тебе?

伊蘇其登尓
海夫乃<釣>船
波氐尓家里
我船波氐牟
伊蘇乃之良奈久
いそごとに
あまのつりぶね
はてにけり
わがふねはてむ
いそのしらなく
Повсюду к берегам скалистым приплывает
Рыбачий челн,
Чтобы найти приют,
И лишь одна ладья моя не знает
Такого берега, куда б могла приплыть…

昨日許曽
敷奈R婆勢之可
伊佐魚取
比治奇乃奈太乎
今日見都流香母
きのふこそ
ふなではせしか
いさなとり
ひぢきのなだを
けふみつるかも
Только ведь вчера
В путь отправился корабль мой,
А сегодня мне уже видны
Хидзикинонада берега,
Там, где ловят чудище-кита.

淡路嶋
刀和多流船乃
可治麻尓毛
吾波和須礼受
伊弊乎之曽於毛布
あはぢしま
とわたるふねの
かぢまにも
われはわすれず
いへをしぞおもふ
И на короткий миг, пока взмахну веслом,
Плывя в ладье
У острова Авадзи,
Родной мой дом я не могу забыть,
Я полон думой о далёком доме.

多麻波夜須
武庫能和多里尓
天傳
日能久礼由氣<婆>
家乎之曽於毛布
たまはやす
むこのわたりに
あまづたふ
ひのくれゆけば
いへをしぞおもふ
Когда солнце, плывущее в небе,
К закату идет,
У пролива Муко,
Где сверкают в воде жемчуга,
Как тоскую о доме далёком моем!
* “Где сверкают в воде жемчуга…” — сравнение сверкающих струй с жемчугами, одно из постоянных сравнений и образов песен М.
家尓底母
多由多敷命
浪乃宇倍尓
思之乎礼波
於久香之良受母
いへにても
たゆたふいのち
なみのうへに
おもひしをれば
おくかしらずも
И дома
Спокойною жизнь не бывает,
А если качает тебя на волнах,
Как можешь ты знать,
Что тебя ожидает?..
* В песне комментаторы отмечают ощущение непрочности, бренности этой жизни (МС СН). Этот мотив в песнях М. обычно объясняется влиянием буддийских учений о непрочности всего земного (см. также п. 3897, 3898). Однако полагаем, что в данном случае это настроение объясняется другими причинами (см. п. 3897).
大船乃
宇倍尓之居婆
安麻久毛乃
多度伎毛思良受
歌乞和我世
おほぶねの
うへにしをれば
あまくもの
たどきもしらず
うたひこそわがせ
Когда плывёшь на корабле большом,
Как в небе облака,
Опоры не имея,
Не знаешь, где найдёшь себе приют.
Так спой же песню, друг любимый!

賣比能野能
須々吉於之奈倍
布流由伎尓
夜度加流家敷之
可奈之久於毛倍遊
めひののの
すすきおしなべ
ふるゆきに
やどかるけふし
かなしくおもほゆ
Сегодня, в этот день, когда нашел приют
Средь снега, что идёт,
К земле склоняя
Камыш, растущий на полях Мэи,—
Печалью полны мои думы…

伊母尓安波受
比左思久奈里奴
尓藝之河波
伎欲吉瀬其登尓
美奈宇良波倍弖奈
いもにあはず
ひさしくなりぬ
にぎしがは
きよきせごとに
みなうらはへてな
Так много времени
Любимой не видать.
Хочу в воде реки Нигисигава,
В её прозрачных струях
Погадать.
* Гадание по воде (минаура) было распространено в старину, но точно, что оно представляло собой, неизвестно, полагают, что гадали, погружая какой-либо предмет в воду (МС) или в чистый поток, в котором видны камешки, пытались ступить так, чтобы попасть на эти камешки ногой, а также опускали в воду веревку, затем извлекали ее и гадали по тем предметам, которые приставали к ней, или по количеству их (ОС).
珠洲能宇美尓
安佐<妣>良伎之弖
許藝久礼婆
奈我<波>麻能宇良尓
都奇氐理尓家里
すずのうみに
あさびらきして
こぎくれば
ながはまのうらに
つきてりにけり
Когда приплыл
Из моря дальнего Сусу,
Покинутого рано на заре,
Здесь бухта Нагахама в этот час
Сверкала, озаренная луной.

飛ぶ鳥の
明日香の里を
おきていなば
君があたりは
見えずかもあらむ
とぶとりの
あすかのさとを
おきていなば
きみがあたりは
みえずかもあらむ
Покинув селенье
Асука.
Где птицы поутру взлетают,
Уж не буду я видеть,
Наверное...
* Переезд из дворца Фудзивара во дворец Нара означал перенос столицы в Нару, точнее, в Хэйдзё, так называлось селение, на территории которого находился дворец Нара (западная часть нынешнего г. Нара). Асука — ныне территория с центром в деревне Асука уезда Такаити префектуры Нара. Императрица Гэммэй была женой принца Кусакабэ. Неясно, однако, содержится ли в песне обращение к нему или же к возлюбленному, пребывавшему в селении Асука. За последнюю версию говорит обращение кими — «ты», обычное обращение к возлюбленному.

* (Где) птицы поутру взлетают — зачин (макура-котоба) к названию Асука, где асу означает «завтра», однако по созвучию ассоциируется с аса — «утро».

ささの葉は
み山もそよに
みだるなり
我は妹思ふ
わかれ来ぬれば
ささのはは
みやまもそよに
みだるなり
われはいもおもふ
わかれこぬれば
Камыши шелестят,
И ветер их стебли
Смешал в беспорядке...
В разлуке о милой тоскуя,
В смятении сердце мое...
* Это один из рефренов (каэси-ута) к элегии Хитомаро, сложенной, когда поэт, оставив любимую жену в провинции Ивами (ныне префектура Симанэ), уехал в столицу. Песня также взята из «Манъёсю».
ここにありて
筑紫やいづこ
白雲の
たなびく山の
西にあるらし
ここにありて
つくしやいづこ
しらくもの
たなびくやまの
にしにあるらし
Теперь, когда я здесь,
Цукуси кажется таким далеким краем,
Как будто за горами где-то,
Куда на запад
Уплывают облака...
* Из частного собрания поэта явствует, что песня сложена в ответ на послание его друга Сами Мандзэя, который ещё оставался на службе в Дадзайфу (в Цукуси).

神風の
伊勢の浜荻
折り伏せて
旅寝やすらむ
荒き浜べに
かみかぜの
いせのはまをぎ
をりふしせて
たびねやすらむ
あれきはまべに
Там, на земле Исэ —
В Стране божественного ветра,
Камыши подстелив,
Ночуешь ты, наверно,
На пустынном морском берегу...
* Страна божественного ветра — постоянный эпитет (макуракотоба) к названию Исэ. Источником его явилось древнее предание о том, как в старину каждый раз, когда вражеские корабли приближались к берегам Исэ, на море поднималась сильная буря, выражая гнев синтоистских богов, и враг обращался в бегство. Как свидетельствует комментарий к «Манъёсю», речь в песне идёт о странствующем Гонодан Оти, который прибыл в страну Исэ. Песню сложила в тоске по нему оставшаяся в столице жена.
都にて
越路の空を
ながめつつ
雲居といひし
ほどに来にけり
みやこにて
こしぢのそらを
ながめつつ
くもゐといひし
ほどにきにけり
Когда-то из столицы
В задумчивости я смотрел на северное небо
В ту сторону,
Где лежит дорога в Коси, в заоблачный далекий край,
А ныне - сам я здесь...
* Дорога в Коси — ныне этот северный тракт называют Хокуродо. В обширный край Коси входили семь провинций: Вакаса (ныне префектура Фукуи), Этидзэн (префектура Фукуи), Kaгa (префектура Исикава), Нота (префектура Исикава), Эттю (Тояма), Этиго (Ниигата), Сато (Ниигата).

舟ながら
こよひばかりは
旅寝せむ
敷津の波に
夢は覚むとも
ふねながら
こよひばかりは
たびねせむ
しきつのなみに
ゆめはさむとも
Как странник,
Заночую здесь, на корабле,
Хоть, может, среди ночи
И разбудит меня
Шум волн.
* Бухта Синицу находится в районе Сумиёси, г. Осака.
かき曇り
夕立つ波の
あらければ
浮きたる舟ぞ
しづ心なき
かきくもり
ゆふたつなみの
あらければ
うきたるふねぞ
しづこころなき
Все небо потемнело,
И волны поднялись.
Вот-вот уж хлынет дождь...
Как неспокойно стало
На корабле!
* Согласно пояснениям в частном собрании поэтессы, это было на озере Бива.
旅寝して
あかつきがたの
鹿の音に
稲葉おしなみ
秋風ぞ吹く
たびねして
あかつきがたの
しかのねに
いなばおしなみ
あきかぜぞふく
Заночевав в пути,
Проснулся на рассвете:
Стонал олень,
И с воем проносился ветер
По рисовым полям.
* Стон оленя, призывающего подругу, — постоянный образ поздней осени.

草枕
旅寝の人は
心せよ
有明の月も
かたぶきにけり
くさまくら
たびねのひとは
こころせよ
ありあけのつきも
かたぶきにけり
Эй, путник, не проспи!
Пора тебе опять в дорогу:
Светает, и луна
Клонится к западу,
Вот-вот готова скрыться.
* В десятых числах месяца по лунному календарю луна появляется поздно и задерживается до рассвета.

草枕
ほどぞ経にける
都出でて
いくよか旅の
月に寝ぬらむ
くさまくら
ほどぞへにける
みやこいでて
いくよかたびの
つきにいぬらむ
Не думал, что окажется столь долгим
Странствие мое. Сколько ночей,
Лежа на изголовье из травы,
Смотрел я с грустью на луну,
Далекую столицу вспоминая!

立ち帰り
またも来て見む
松島や
雄島の苫屋
波に荒らすな
たちかへり
またもきてみむ
まつしまや
おじまのともや
なみにあらすな
Вернулся, но снова
Хочу посетить
Остров Одзима в Мацусима.
Тростниковую хижину вы пошадите,
О бурные волны!
* Остров Одзима — остров в заливе Мацусима, префектура Миядзаки.
行く末は
いま幾夜とか
岩代の
岡のかや根に
枕結ばむ
ゆくすゑは
いまいくよとか
いはしろの
をかのかやねに
まくらむすばむ
Далёк мой путь.
Сколько ещё ночей
Таких, как нынче, осталось мне?
Что же, свяжу траву и заночую
Здесь, под горою Ивасиро!
* Гора Ивасиро (букв. «Скала-замок») находится в префектуре Вакаяма, уезд Хико.

* Песня перекликается с танка Накацу Сумэра-микото из «Манъёсю»:
Твой век и мой —
Сколь долго продлятся, —
Не знаю.
Завяжем траву
У подножья горы Ивасиро!

(В старину завязывали траву в знак предотвращения бед или загадывая желание.)

夕日さす
浅茅が原の
旅人は
あはれいづくに
宿をかるらむ
ゆふひさす
あさぢがはらの
たびひとは
あはれいづくに
やどをかるらむ
Коль на закате дня
На поле тростниковом
Завижу путника вдали,
Сжимается до боли сердце:
Где он найдет ночлег?

旅人の
袖吹き返す
秋風に
夕日さびしき
山のかけはし
たびひとの
そでふきかへす
あきかぜに
ゆふひさびしき
やまのかけはし
Рукава путника
Развеваются
На осеннем ветру.
В лучах заката
Одинокий мост в горах.

ふるさとに
たのめし人も
末の松
待つらむ袖に
波や越すらむ
ふるさとに
たのめしひとも
すゑのまつ
まつらむそでに
なみやこすらむ
О, если бы, как обещала,
Ждала меня сейчас,
Подобно соснам на дальнем берегу Суэ,
Наверно, волны слез
Уж захлестнули б твой рукав!
* Здесь просматриваются ассоциации сразу с тремя танка — песней провинции Митиноку из раздела «Песни восточных провинций» («Адзума-ута») 20-го свитка «Кокинсю»:
Скорее волны захлестнут
Вершины сосен
На горе Суэ,
Чем я тебя покину,
Неверным став.

песней Киёхары Мотосукэ из «Госюисю» (свиток «Песни любви»):
О, вспомни,
Как в любви клялись мы, выжимая
Обильно увлажненные слезами рукава.
Не верится, чтоб волны захлестнули
Вершины сосен на горе Суэ.

а также «песней упрёков» Каору, обращённой к его возлюбленной Укифунэ, из главы того же названия романа «Гэндзи моногатари»:
Не знаю,
Захлестнут ли волны
Верхушки сосен на горе Суэ,
Я ж лишь надеялся,
Что будешь ждать меня...
さすらふる
我が身にしあれば
象潟や
あまの苫屋に
あまたたび寝ぬ
さすらふる
わがみにしあれば
きさかたや
あまのともやに
あまたたびいぬ
Я странник, и порою
Бреду куда глаза глядят.
На берегу Киса, в рыбацкой хижине
Под травяною кровлей,
Как много я провел ночей!
* Бухта Киса (Кисагата) — префектура Акита, уезд Юри, квартал Кисагата. Здесь во времена «Синкокинсю» были красивые, живописные места, которые во время землетрясения 1804 г. оказались под водой.

* Намёк на танка Мицунэ из «Кокинсю» (свиток «Песни странствий»):
Связав траву для изголовья.
Ёжась от холода
И стряхивая иней,
Как много я провёл
Ночей!
道すがら
富士の煙も
わかざりき
晴るるまもなき
空のけしきに
みちすがら
ふじのけぶりも
わかざりき
くるるまもなき
そらのけしきに
Когда я был в пути,
Не мог я рассмотреть вершину Фудзи:
Просвета не было от дыма,
Что извергался беспрерывно
Из недр ее.
* Автор песни Минамото Ёритомо стал первым военным правителем Японии — сёгуном в результате победы его клана над другим мощным военным кланом — домом Тайра в конце XII в. в известной в японской истории междоусобной войне Тайра и Минамото (описана в военной эпопее «Хэйкэ моногатари» — «Повесть о доме Тайра»). Ёритомо фактически узурпировал власть в стране, перенёс столицу из Хэйана в Камакуру, сохранив при этом императорский двор в Хэйане практически лишь как декоративный институт.
世の中は
うきふししげし
篠原や
旅にしあれば
妹夢に見ゆ
よのなかは
うきふししげし
しのはらや
たびにしあれば
いもゆめにみゆ
О, этот мир! Как полон он печали.
Один в пути...
Бреду полями мелкого бамбука
И по ночам
Вижу во сне свою жену.
* Сложена на тему: «Любовь в странствии». В песне использована одна из традиционных омонимических метафор: укифуси — «печальные перипетии» ассоциируется с фуси — «коленце бамбука». Сложена в 1140 г. Автору было тогда 26 лет.
世をいとふ
人とし聞けば
仮の宿に
心とむなと
思ふばかりぞ
よをいとふ
ひととしきけば
かりのやどに
こころとむなと
おもふばかりぞ
Хулитель суетного мира,
Полного бед,
Его отринул ты,
Зачем тебе теперь
Мой временный приют?
* Смысл песни: «Если ты навсегда отказался от суетного мира, зачем же ищешь теперь временный приют?»
旅寝する
夢路はゆるせ
宇津の山
関とは聞かず
守る人もなし
たびねする
ゆめぢはゆるせ
うつのやま
せきとはきかず
もるひともなし
Когда в пути я заночую,
Ты, Уцу— «Явь-гора»,
Не становись мне на дороге грез;
Ведь нет там ни застав,
Ни стражей!
* Дороги грёз — постоянный образ в любовной лирике (встречи во сне). Здесь — намёк на танка Нарихиры из «Исэ моногатари», помещенную в данной антологии под № 904.
袖にしも
月かかれとは
契りおかず
涙は知るや
宇津の山越え
そでにしも
つきかかれとは
ちぎりおかず
なみだはしるや
うつのやまこえ
Я не просил луну
Светить мне на рукав.
Быть может, это слёзы,
Обильно увлажнившие его,
Пока по горным тропам Уцу я шёл?

思ひおく
人の心に
したはれて
露分くる袖の
かへりぬるかな
おもひおく
ひとのこころに
したはれて
つゆわくるそでの
かへりぬるかな
С тяжелым сердцем
Покидал я тех,
Кого любил,
И вот вернулся наконец,
С обильною росой на рукавах!

限りなく
結びおきつる
草枕
いつこのたびを
思ひ忘れむ
かぎりなく
むすびおきつる
くさまくら
いつこのたびを
おもひわすれむ
О, эта ночь,
Ночь в странствии,
С травою в изголовье!
Смогу ль когда-нибудь
Её забыть?

霞立
長春日乃
晩家流
和豆肝之良受
村肝乃
心乎痛見
奴要子鳥
卜歎居者
珠手次
懸乃宜久
遠神
吾大王乃
行幸能
山越風乃
獨<座>
吾衣手尓
朝夕尓
還比奴礼婆
大夫登
念有我母
草枕
客尓之有者
思遣
鶴寸乎白土
網能浦之
海處女等之
焼塩乃
念曽所焼
吾下情
かすみたつ
ながきはるひの
くれにける
わづきもしらず
むらきもの
こころをいたみ
ぬえこどり
うらなけをれば
たまたすき
かけのよろしく
とほつかみ
わがおほきみの
いでましの
やまこすかぜの
ひとりをる
わがころもでに
あさよひに
かへらひぬれば
ますらをと
おもへるわれも
くさまくら
たびにしあれば
おもひやる
たづきをしらに
あみのうらの
あまをとめらが
やくしほの
おもひぞやくる
わがしたごころ
Поднимается туман.
Долгий день весны
Клонится уже к концу —
Незаметна эта грань…
Словно на куски
Печень вся разбита —
Сердце у меня
Горестно болит.
Птицей нуэко
Громко плачу
В тайниках сердца своего.
В те минуты хорошо
Перевязь жемчужную
На себя надеть,
Помолиться бы о том,
Чтоб вернуться нам домой!
Но в полях, где путь вершит
Наш великий государь —
Бог, что так далек от нас, —
Ветер злой, что дует с гор,
Поутру и ввечеру
Треплет рукава мои
Здесь, где я томлюсь один…
Оттого затосковал
Даже я, который мнил
Храбрым рыцарем себя.
Находясь сейчас в пути,
Где зелёная трава
Изголовьем служит мне,
Я не знаю, как мне быть,
Как тоску мне разогнать?
Так же, как из трав морских
В бухте Ами в тишине
Выжигают на кострах
Соль рыбачки,
Так тоска,
О, как жжёт она меня
В сердца тайной глубине!
* “Словно на куски печень вся разбита” — в старину верили, что в печени находится душа человека (ТЮ).
* Нуэко (нуэкодори, нуэдори, совр. торацугуми, Turdusaurens aurens) — птица с громким пронзительным криком. Обычно служит сравнением с громко плачущим или стонущим человеком.
* Перевязь жемчужную — макура-котоба (далее — мк) к слову “надевать”, “надевают”, когда обращаются с молитвой к богам о благополучном возвращении и т. п.

逢ふことは
これや限りの
旅ならむ
草の枕も
霜がれにけり
あふことは
これやかぎりの
たびならむ
くさのまくらも
しもがれにけり
Неужели последней
Была эта встреча,
И инеем покроется,
Увянет та трава,
Что нам служила изголовьем?

今よりは
紅葉のもとに
やとりせし
をしむに旅の
日かすへぬへし
いまよりは
もみちのもとに
やとりせし
をしむにたひの
ひかすへぬへし


安佐妣良伎
伊里江許具奈流
可治能於登乃
都波良都<婆>良尓
吾家之於母保由
あさびらき
いりえこぐなる
かぢのおとの
つばらつばらに
わぎへしおもほゆ
Как часто, часто слышен всплеск весла,
Когда плывут здесь, в бухте,
На рассвете,
Так часто, часто полон думой я
О доме дорогом в стране далекой…

有明の
月もしみつに
やとりけり
こよひはこえし
あふ坂のせき
ありあけの
つきもしみつに
やとりけり
こよひはこえし
あふさかのせき


はりまちや
すまのせきやの
いたひさし
月もれとてや
まはらなるらん
はりまちや
すまのせきやの
いたひさし
つきもれとてや
まはらなるらむ


あたら夜を
いせのはま荻
をりしきて
いも恋しらに
みつる月かな
あたらよを
いせのはまをき
をりしきて
いもこひしらに
みつるつきかな


浪のうへに
あり明の月を
みましやは
すまのせきやに
とまらさりせは
なみのうへに
ありあけのつきを
みましやは
すまのせきやに
とまらさりせは


よなよなの
たひねのとこに
風さえて
はつ雪ふれる
さやの中山
よなよなの
たひねのとこに
かせさえて
はつゆきふれる
さやのなかやま


水のうへに
うきねをしてそ
おもひしる
かかれはをしも
鳴くにそ有りける
みつのうへに
うきねをしてそ
おもひしる
かかれはをしも
なくにそありける


おもふこと
なくてそみまし
よさの海の
あまのはしたて
都なりせは
おもふこと
なくてそみまし
よさのうみの
あまのはしたて
みやこなりせは


宮木ひく
あつさの杣を
かきわけて
なにはのうらを
とほさかりぬる
みやきひく
あつさのそまを
かきわけて
なにはのうらを
とほさかりぬる


すみのえに
まつらむとのみ
なけきつつ
心つくしに
としをふるかな
すみのえに
まつらむとのみ
なけきつつ
こころつくしに
としをふるかな


わかれゆく
都のかたの
恋しきに
いさむすひみむ
忘井の水
わかれゆく
みやこのかたの
こひしきに
いさむすひみむ
わすれゐのみつ


さ夜ふかき
雲ゐに雁も
おとすなり
われひとりやは
旅の空なる
さよふかき
くもゐにかりも
おとすなり
われひとりやは
たひのそらなる


かり衣
そての涙に
やとる夜は
月もたひねの
心ちこそすれ
かりころも
そてのなみたに
やとるよは
つきもたひねの
ここちこそすれ


松かねの
枕もなにか
あたならむ
玉のゆかとて
つねのとこかは
まつかねの
まくらもなにか
あたならむ
たまのゆかとて
つねのとこかは


花さきし
野へのけしきも
霜かれぬ
これにてそしる
旅の日かすは
はなさきし
のへのけしきも
しもかれぬ
これにてそしる
たひのひかすは


さらしなや
をはすて山に
月みると
都にたれか
われをしるらん
さらしなや
をはすてやまに
つきみると
みやこにたれか
われをしるらむ


道すから
心もそらに
なかめやる
みやこの山の
雲かくれぬる
みちすから
こころもそらに
なかめやる
みやこのやまの
くもかくれぬる


ささのはを
ゆふ露なから
をりしけは
玉ちるたひの
くさ枕かな
ささのはを
ゆふつゆなから
をりしけは
たまちるたひの
くさまくらかな
Сорвёшь лист бамбука
В вечерней росе,
И ляжешь,
Катятся слёзы, как роса,
На подушке из трав.

うらつたふ
いそのとまやの
かち枕
ききもならはぬ
浪のおとかな
うらつたふ
いそのとまやの
かちまくら
ききもならはぬ
なみのおとかな


わたのはら
はるかに浪を
へたてきて
都にいてし
月をみるかな
わたのはら
はるかになみを
へたてきて
みやこにいてし
つきをみるかな


さためなき
うき世の中と
しりぬれは
いつこも旅の
心ちこそすれ
さためなき
うきよのなかと
しりぬれは
いつこもたひの
ここちこそすれ


おほつかな
いかになるみの
はてならむ
行へもしらぬ
たひのかなしさ
おほつかな
いかになるみの
はてならむ
ゆくへもしらぬ
たひのかなしさ


日をへつつ
ゆくにはるけき
道なれと
すゑをみやこと
おもはましかは
ひをへつつ
ゆくにはるけき
みちなれと
すゑをみやこと
おもはましかは


かくはかり
あはれならしを
しくるとも
磯の松かね
まくらならすは
かくはかり
あはれならしを
しくるとも
いそのまつかね
まくらならすは


月みれは
まつ都こそ
こひしけれ
まつらんとおもふ
人はなけれと
つきみれは
まつみやここそ
こひしけれ
まつらむとおもふ
ひとはなけれと


あふさかの
関には人も
なかりけり
いはまの水の
もるにまかせて
あふさかの
せきにはひとも
なかりけり
いはまのみつの
もるにまかせて


こえて行く
ともやなからむ
あふ坂の
せきのし水の
かけはなれなは
こえてゆく
ともやなからむ
あふさかの
せきのしみつの
かけはなれなは


たひ衣
あさたつをのの
露しけみ
しほりもあへす
しのふもちすり
たひころも
あさたつをのの
つゆしけみ
しほりもあへす
しのふもちすり


風のおとに
わきそかねまし
松かねの
まくらにもらぬ
時雨なりせは
かせのおとに
わきそかねまし
まつかねの
まくらにもらぬ
しくれなりせは


もしほ草
しきつのうらの
ねさめには
時雨にのみや
袖はぬれける
もしほくさ
しきつのうらの
ねさめには
しくれにのみや
そてはぬれける


玉もふく
いそやかしたに
もる時雨
たひねのそても
しほたれよとや
たまもふく
いそやかしたに
もるしくれ
たひねのそても
しほたれよとや


草枕
おなしたひねの
袖にまた
夜はのしくれも
やとはかりけり
くさまくら
おなしたひねの
そてにまた
よはのしくれも
やとはかりけり


はるはると
つもりのおきを
こきゆけは
きしの松かせ
とほさかるなり
はるはると
つもりのおきを
こきゆけは
きしのまつかせ
とほさかるなり


わたのはら
しほちはるかに
みわたせは
雲と浪とは
ひとつなりけり
わたのはら
しほちはるかに
みわたせは
くもとなみとは
ひとつなりけり


あはれなる
野しまかさきの
いほりかな
露おく袖に
浪もかけけり
あはれなる
のしまかさきの
いほりかな
つゆおくそてに
なみもかけけり


よしさらは
磯のとまやに
旅ねせん
浪かけすとて
ぬれぬ袖かは
よしさらは
いそのとまやに
たひねせむ
なみかけすとて
ぬれぬそてかは


たひのよに
又たひねして
草まくら
ゆめのうちにも
夢をみるかな
たひのよに
またたひねして
くさまくら
ゆめのうちにも
ゆめをみるかな


草まくら
かりねの夢に
いくたひか
なれし都に
ゆきかへるらん
くさまくら
かりねのゆめに
いくたひか
なれしみやこに
ゆきかへるらむ


いつもかく
有あけの月の
あけかたは
物やかなしき
すまの関守
いつもかく
ありあけのつきの
あけかたは
ものやかなしき
すまのせきもり


たひねする
すまのうらちの
さよ千とり
こゑこそ袖の
浪はかけけれ
たひねする
すまのうらちの
さよちとり
こゑこそそての
なみはかけけれ


かくしつつ
つひにとまらむ
よもきふの
おもひしらるる
草枕かな
かくしつつ
つひにとまらむ
よもきふの
おもひしらるる
くさまくらかな


たひねする
このした露の
袖にまた
時雨ふるなり
さよの中山
たひねする
このしたつゆの
そてにまた
しくれふるなり
さよのなかやま


たひねする
いほりをすくる
むら時雨
なこりまてこそ
袖はぬれけれ
たひねする
いほりをすくる
むらしくれ
なこりまてこそ
そてはぬれけれ


あられもる
ふはのせきやに
たひねして
夢をもえこそ
とほささりけれ
あられもる
ふはのせきやに
たひねして
ゆめをもえこそ
とほささりけれ


かくはかり
うき身のほとも
わすられて
猶恋しきは
都なりけり
かくはかり
うきみのほとも
わすられて
なほこひしきは
みやこなりけり


さつまかた
おきの小島に
われありと
おやにはつけよ
やへのしほかせ
さつまかた
おきのこしまに
われありと
おやにはつけよ
やへのしほかせ


あつまちも
年もすゑにや
成りぬらん
雪ふりにけり
白川のせき
あつまちも
としもすゑにや
なりぬらむ
ゆきふりにけり
しらかはのせき


いはねふみ
嶺のしひしは
をりしきて
雲にやとかる
ゆふくれのそら
いはねふみ
みねのしひしは
をりしきて
くもにやとかる
ゆふくれのそら


礒上之
都萬麻乎見者
根乎延而
年深有之
神<左>備尓家里
いそのうへの
つままをみれば
ねをはへて
としふかからし
かむさびにけり
Когда на каменистом берегу
Увидел дерево цумама,
Оно широко корни распластало —
Как видно, много лет уже ему,
Как божество передо мной оно предстало!

足日木之
山黄葉尓
四頭久相而
将落山道乎
公之超麻久
あしひきの
やまのもみちに
しづくあひて
ちらむやまぢを
きみがこえまく
Путями горными тебе идти придется
Средь распростертых гор,
Где будут опадать,
Встречаясь с каплями дождя,
Пурпурных кленов листья…
* В песне намек на трудность пути и сочувствие уходящему в путь.
大鏡 > 上巻 左大臣時平 (ЛЕВЫЙ МИНИСТР ТОКИХИРА)
君が住む
宿の梢を
ゆくゆくと
かくるるまでも
かへり見しはや
きみがすむ
やどのこずゑを
ゆくゆくと
かくるるまでも
かへりみしはや
Брёл по дороге,
А взоры вспять обращал,
Силясь подольше видеть
Хоть макушки деревьев у дома,
Где вас оставил.

26. “Брел по дороге...” — Это стихотворение также вошло в антологию Сю:и вака сю:.
毛母久麻能
美知波紀尓志乎
麻多佐良尓
夜蘇志麻須藝弖
和加例加由可牟
ももくまの
みちはきにしを
またさらに
やそしますぎて
わかれかゆかむ
Извилин сотни миновав в дороге,
Пришел сюда…
Ужели я опять,
Расставшись с берегом,
Отправлюсь в путь далекий
И буду проходить десятки островов…

大鏡 > 上巻 左大臣時平 (ЛЕВЫЙ МИНИСТР ТОКИХИРА)
夕されば
野にも山にも
立つ煙
嘆きよりこそ
燃えまさりけれ
ゆふされば
のにもやまにも
たつけぶり
なげきよりこそ
もえまさりけれ
Когда опустится вечер,
Легкий дым,
Что колеблется над горою и полем,
Огнем полыхнет
От моих стенаний.

大鏡 > 上巻 左大臣時平 (ЛЕВЫЙ МИНИСТР ТОКИХИРА)
山わかれ
飛びゆく雲の
かへり来る
かげ見る時は
なほ頼まれぬ
やまわかれ
とびゆくくもの
かへりくる
かげみるときは
なほたのまれぬ
Едва увижу: летят из-за гор.
Вспять возвращаясь.
Тени тех облаков,
Что когда-то уплыли от дома, —
Как оживает надежда.

多妣等<弊>等
麻多妣尓奈理奴
以<弊>乃母加
枳世之己呂母尓
阿加都枳尓迦理
たびとへど
またびになりぬ
いへのもが
きせしころもに
あかつきにかり
Говорили о пути, но вот
В самом деле нахожусь в пути —
Платье, что дала
Из дома мне жена,
Все уже запачкалось в грязи…

志保不尼乃
<弊>古祖志良奈美
尓波志久母
於不世他麻保加
於母波弊奈久尓
しほふねの
へこそしらなみ
にはしくも
おふせたまほか
おもはへなくに
Борт плывущего по морю корабля
Захлестнула белая волна,
О, с каким волнением
Получил приказ,
О котором и не думал я!

多都多夜麻
見都々古要許之
佐久良波奈
知利加須疑奈牟
和我可敝流刀<尓>
たつたやま
みつつこえこし
さくらばな
ちりかすぎなむ
わがかへるとに
По склонам Тацута,
Любуясь, проходил…
Цветы вишневые, цветущие в горах!
Ужель осыплетесь и облетите вы
До той поры, как я вернусь назад?
17-й день 2-й луны
Отомо Якамоти
* Песня, сложенная Отомо Якамоти, когда он шел из Нара в Нанива и сожалел, что осыпаются цветы вишни, которыми он любовался на горах Тацута.
保理江欲利
安佐之保美知尓
与流許都美
可比尓安里世波
都刀尓勢麻之乎
ほりえより
あさしほみちに
よるこつみ
かひにありせば
つとにせましを
Когда бы щепки, что волной прибило
В прилива час из бухты Хориэ,
Здесь поутру
Жемчужинами стали,
О, я тогда б тебе их подарил!
Отомо Якамоти
和我伊波呂尓
由加毛比等母我
久佐麻久良
多妣波久流之等
都氣夜良麻久母
わがいはろに
ゆかもひともが
くさまくら
たびはくるしと
つげやらまくも
О, если бы нашелся человек,
Который шел бы к дому моему!
Через него я передал бы милой
О том, как тяжко мне в пути,
Где изголовьем служат травы…

於吉敝欲里
布奈妣等能煩流
与妣与勢弖
伊射都氣也良牟
多婢能也登里乎
おきへより
ふなびとのぼる
よびよせて
いざつげやらむ
たびのやどりを
Вижу — лодочник едет на лодке вдали,
По открытому морю в столицу спешит.
Подзову я его,—
Ну-ка, пусть передаст
О ночлеге моем одиноком в пути!
[Неизвестный автор]
熟田津尓
船乗世武登
月待者
潮毛可奈比沼
今者許藝乞菜
にぎたつに
ふなのりせむと
つきまてば
しほもかなひぬ
いまはこぎいでな
В Нигитацу в тот час, когда в путь
Собирались отплыть корабли
И мы ждали луну,
Наступил и прилив…
Вот теперь я хочу, чтоб отчалили мы!
* Песня сочинена принцессой Нукада в 661 г., когда Саймэй отправлялась в военную экспедицию для покорения Сираги — одного из трех княжеств Кореи, и Нукада, бывшая в свите императрицы, сложила перед отплытием эту песню (МС).
大伴の
たかしのはまの
松がねを
枕にぬれど
家しおもほゆ
おほともの
たかしのはまの
まつがねを
まくらにぬれど
いへしおもほゆ
Корни сосен берегов Такаси
Здесь, в Отомо, сделав изголовьем,
Хоть и спать ложусь,
Но не усну я —
Все с тоскою думаю о доме!
Добавлено в Манъёсю, 66

Перевод: Глускина А.Е. (Манъёсю)
わたの原
こぎ出でゝみれば
久方の
雲居にまがふ
沖つ白波
わたのはら
こぎいでてみれば
ひさかたの
くもゐにまがふ
おきつしらなみ
На равнину моря
Мы выплыли и увидали:
Там, далёко-далёко,
Сродни облакам вечносущим,
Недвижны белые волны.
Включено в Огура Хякунин иссю, 76

(Перевод по книге «Сто стихотворений ста поэтов»: Старинный изборник японской поэзии VII—XIII вв./ Предисл., перевод со старояп., коммент. В. С. Сановича; Под ред. В. Н. Марковой. — 3-е изд., доп. и перераб. — М.-СПб.: Летний сад; Журнал «Нева», 1998. — 288 с.)
わたの原
こぎ出でて見れば
久方の
雲井にまよふ
おきつしらなみ
わたのはら
こぎいでてみれば
ひさかたの
くもゐにまがふ
おきつしらなみ
На равнину моря
Мы выплыли и увидали:
Там, далёко-далёко,
Сродни облакам вечносущим,
Недвижны белые волны.
Данное стихотворение взято из ант. «Сикасю» («Разные песни», книга вторая) [380].
わたの原
八十島かけて
漕ぎ出でぬと
人にはつげよ
海士の釣舟
わたのはら
やそしまかけて
こぎいでぬと
ひとにはつげよ
あまのつりぶね
В морской простор,
Где сотни островов открылись взору,
Отплыл я. Эту весть
Домой, в столицу
Донесите, рыбаки!
* В морской простор... — Песня из "Кокинвакасю" (№ 407). Автор — Оно-но Такамура (802-852), творчество которого относится к раннехэианскому времени. В 834 г. Оно-но Такамура был назначен помощником посла в Китай, но, поссорившись с послом Фудзиваран о Цунэцугу, под предлогом болезни ехать отказался, за что был сослан на остров Оки, бывший тогда местом изгнания. Известен как автор стихов на китайском языке — канси. Ему принадлежат частные собрания канси и вака — "Такамура-сю". Данную песню поэт сложил, отправляясь в ссылку на корабле. Песню послал домой, в столицу...
* Морской простор — это Японское внутреннее море Сэтонайкай.
圓方之
湊之渚鳥
浪立也
妻唱立而
邊近著毛
まとかたの
みなとのすどり
なみたてや
つまよびたてて
へにちかづくも
Не оттого ли, что встала на море волна,
В гавани здесь, в Матоката,
Прибрежные птицы,
Жен призывая своих, над водой поднялися,
Приблизившись к берегам?..
* В песне отражена обычная картина перед началом бури или непогоды.
難波方
塩干丹立而
見渡者
淡路嶋尓
多豆渡所見
なにはがた
しほひにたちて
みわたせば
あはぢのしまに
たづわたるみゆ
Стоя в бухте Нанива на берегу,
В час, когда прилив уже отхлынул,
Я взглянул кругом:
Над морем журавли
Пролетают мимо, к острову Авадзи…

大御舟
竟而佐守布
高嶋之
三尾勝野之
奈伎左思所念
おほみふね
はててさもらふ
たかしまの
みをのかつのの
なぎさしおもほゆ
Все думаю о побережье дальнем
В Мионокатину,
В Такасима,
Куда причаливал и ждал погоды
Корабль государя моего.
* Песня человека, оставшегося в столице и полном дум об императорском корабле, отправившемся в плавание, на котором, по-видимому, находился кто-то из близких.
朝霞
不止軽引
龍田山
船出将為日者
吾将戀香聞
あさかすみ
やまずたなびく
たつたやま
ふなでしなむひ
あれこひむかも
О Тацута-гора,
Где утренний туман,
Не прерываясь, тянется повсюду.
В тот день, когда отчалит мой корабль,
Как тосковать о ней в разлуке буду!
* Песня человека из Ямато, любовавшегося горой Тацута, славящейся красотой алых кленов.
朝菜寸二
真梶榜出而
見乍来之
三津乃松原
浪越似所見
あさなぎに
まかぢこぎでて
みつつこし
みつのまつばら
なみごしにみゆ
На многовесельной ладье отплыл,
В затишье утреннем покинув берега,
И в Мицу славная Мацубара,
С которой глаз я не сводил, плывя,
Теперь за волнами виднеется вдали…

大海尓
荒莫吹
四長鳥
居名之湖尓
舟泊左右手
おほうみに
あらしなふきそ
しながどり
ゐなのみなとに
ふねはつるまで
О буря, не шуми
На океане
До той поры, как в гавани Ина,
Где птицы синагадори летают,
Корабль наш не причалит к берегам!
* Возможно, песня-заговор. Об авторе песен 1189–1195 см. п. 1195. Птицы синагодори — см. п. 1140.
欲得L登
乞者令取
貝拾
吾乎沾莫
奥津白浪
つともがと
こはばとらせむ
かひひりふ
われをぬらすな
おきつしらなみ
Когда милая спросит меня о подарках,
Чтобы мог поднести ей подарок в ответ,
Собираю ракушки…
Волны белые взморья,
Не дайте промокнуть мне нынче насквозь!
Из старинных собраний песен
藻苅舟
奥榜来良之
妹之嶋
形見之浦尓
鶴翔所見
もかりふね
おきこぎくらし
いもがしま
かたみのうらに
たづかけるみゆ
Верно, по морю плывут ладьи,
Собирающие водоросли в море.
Видно, как вспорхнули журавли
С острова Имо,
Там, где залив Катами…
* “Собирающие водоросли в море” — см. п. 917.
自荒礒毛
益而思哉
玉之<裏>
離小嶋
夢<所>見
ありそゆも
ましておもへや
たまのうら
はなれこしまの
いめにしみゆる
Не потому ли, что о нем тоскую
Я больше, чем о диких берегах,
Тот остров маленький
Вдали от бухты Тама
Мне грезится порою даже в снах.

礒上尓
爪木折焼
為汝等
吾潜来之
奥津白玉
いそのうへに
つまきをりたき
ながためと
わがかづきこし
おきつしらたま
На каменистом берегу, у моря,
Ломал я ветки, жег, сушился у костров,
Лишь с думой о тебе
Нырял на дно морское,
И вот принес морей далеких жемчуга!

粟嶋尓
許枳将渡等
思鞆
赤石門浪
未佐和来
あはしまに
こぎわたらむと
おもへども
あかしのとなみ
いまださわけり
Хоть и собирался я приплыть
К Авасима славным берегам,
Но напрасно:
Там, в проливе Акаси,
До сих пор еще шумит волна…

奥津梶
漸々志夫乎
欲見
吾為里乃
隠久惜毛
おきつかぢ
やくやくしぶを
みまくほり
わがするさとの
かくらくをしも
Весло на взморье,
Подожди немного!
Хочу полюбоваться я,
Так будет жаль, когда село родное
Вдруг спрячется от глаз моих вдали…
* Вторая строка переведена согласно редакции ИЦ.
妹尓戀
余越去者
勢能山之
妹尓不戀而
有之乏左
いもにこひ
わがこえゆけば
せのやまの
いもにこひずて
あるがともしさ
Когда я горы проходил
В тоске о милой,
Какая зависть обуяла там меня
К горе Сэнояма — горе Любимый,
Что не тоскует о любимой так, как я…
* Гора Сэ [нояма] — “Любимый” находится около горы Имо-[нояма] — “Любимая” в провинции Кии,
吾妹子尓
吾戀行者
乏雲
並居鴨
妹与勢能山
わぎもこに
あがこひゆけば
ともしくも
ならびをるかも
いもとせのやま
Когда в пути
Я тосковал о милой,
Как я завидовал тогда,
Что рядом здесь стоят всегда
Гора Любимая с горой Любимый.
* Гора Сэ [нояма] — “Любимый” находится около горы Имо-[нояма] — “Любимая” в провинции Кии,
妹當
今曽吾行
目耳谷
吾耳見乞
事不問侶
いもがあたり
いまぞわがゆく
めのみだに
われにみえこそ
こととはずとも
У дома твоего, любимая моя,
Лежит на этот раз моя дорога,—
Хотя б на миг один
Мне покажись,
Пускай не будет сказано ни слова!

名草山
事西在来
吾戀
千重一重
名草目名國
なぐさやま
ことにしありけり
あがこふる
ちへのひとへも
なぐさめなくに
О Утешения гора!
Одно названье — слово это.
Моя тоска по-прежнему сильна,
И даже тысячную долю
Мне утешения гора не принесла!
* В песне отражена древняя вера в магию слов (см. п. 1097, п. 1147).
安太部去
小為手乃山之
真木葉毛
久不見者
蘿生尓家里
あだへゆく
をすてのやまの
まきのはも
ひさしくみねば
こけむしにけり
И даже листья солнечных деревьев
На склонах горных Осутэ,
Что высятся здесь, на пути в Атэ,
Которые давно, давно не видел,
За эти годы мохом поросли.

玉津嶋
能見而伊座
青丹吉
平城有人之
待問者如何
たまつしま
よくみていませ
あをによし
ならなるひとの
まちとはばいかに
Пока ты здесь, как следует смотри на остров Яшмовый,—
Когда в столице Нара, прекрасной в зелени листвы,
Твои друзья, что ждут,
О нем тебя вдруг спросят,—
Что им тогда ответишь ты?

塩満者
如何将為跡香
方便海之
神我手渡
海部未通女等
しほみたば
いかにせむとか
わたつみの
かみがてわたる
あまをとめども
Коль нахлынет прилив,
Что им делать тогда,
Юным этим рыбачкам,
Что уплыли в далекое море, где их могут схватить
Руки страшные бога — владыки глубокого дна?
* Песня странника из Ямато.
若浦尓
白浪立而
奥風
寒暮者
山跡之所念
わかのうらに
しらなみたちて
おきつかぜ
さむきゆふへは
やまとしおもほゆ
В вечерний час, когда у бухты Вака
Бушует в пене белая волна
И холоден на взморье
Резкий ветер,
Я о Ямато думаю с тоской!
* Песня странника из провинции Ямато.
為妹
玉乎拾跡
木國之
湯等乃三埼二
此日鞍四通
いもがため
たまをひりふと
きのくにの
ゆらのみさきに
このひくらしつ
Ради милой девы, мной любимой,
Чтобы жемчуг для неё найти,
В стороне Кии
У мыса Юра
Я провел весь этот долгий день!

玉津嶋
雖見不飽
何為而
L持将去
不見人之為
たまつしま
みれどもあかず
いかにして
つつみもちゆかむ
みぬひとのため
Я на Яшмовый остров смотрю,
Наглядеться не в силах.
Как мне быть?
Заверну и с собой унесу
Для тебя, что не видела этой красы несравненной…
* Яшмовый остров — см. п. 1215.
大葉山
霞蒙
狭夜深而
吾船将泊
停不知文
おほばやま
かすみたなびき
さよふけて
わがふねはてむ
とまりしらずも
Подернулась тумана дымкой
Гора Обаяма.
Спустилась ночь,
И я не знаю, где причалит
Моя плывущая ладья…
* Песни странника.
狭夜深而
夜中乃方尓
欝之苦
呼之舟人
泊兼鴨
さよふけて
よなかのかたに
おほほしく
よびしふなびと
はてにけむかも
Спустилась ночь,
И на морском просторе
Неясен путь, лежащий по волнам.
Тот лодочник, что призывал на помощь,
Сумел ли он причалить к берегам?..

神前
荒石毛不所見
浪立奴
従何處将行
与奇道者無荷
みわのさき
ありそもみえず
なみたちぬ
いづくゆゆかむ
よきぢはなしに
Вот волны поднялись,
Не виден берег
Селенья Миваносаки,
Каким путем к нему ладье пройти?
Ведь здесь не обойти опасную дорогу…

吾舟者
<明>石之<湖>尓
榜泊牟
奥方莫放
狭夜深去来
わがふねは
あかしのみとに
こぎはてむ
おきへなさかり
さよふけにけり
Моя ладья,
Причалим к бухте Акаси,
Не удаляйся
На просторы моря:
На землю ночь уже сошла…

千磐破
金之三<埼>乎
過鞆
吾者不忘
<壮>鹿之須賣神
ちはやぶる
かねのみさきを
すぎぬとも
われはわすれじ
しかのすめかみ
Пусть миновали мы
Священный мыс Канэ,
Бедою страшной путнику грозящий,
Но все равно я не забуду никогда
О боге грозном острова Сига.
* “О боге грозном острова Сика” — один из местных богов, повелевавший морем, к которому обращались во время путешествий, моля о защите. Возможно, что это не только божество моря, но и божество, охраняющее родные места (МС).
天霧相
日方吹羅之
水莖之
岡水門尓
波立渡
あまぎらひ
ひかたふくらし
みづくきの
をかのみなとに
なみたちわたる
Верно, южный ветер нынче дует,
Небо затянула пелена.
В устье, в Ока,
Там, где стебли зеленеют,
Подымаясь, катится волна…

大海之
波者畏
然有十方
神乎齊祀而
船出為者如何
おほうみの
なみはかしこし
しかれども
かみをいはひて
ふなでせばいかに
Пусть в океане
Волны белые страшны,
И все же,—
Вознеся богам молитвы,—
Что, если в море нам отправить корабли?

未通女等之
織機上乎
真櫛用
掻上栲嶋
波間従所見
をとめらが
おるはたのうへを
まくしもち
かかげたくしま
なみのまゆみゆ
Девы молодые, в руки гребни взяв,
Чешут пряжу, ткани ткут свои
На станке на ткацком,—
Остров Ткань я вижу,
В море меж волнами виден он вдали…

塩早三
礒廻荷居者
入潮為
海人鳥屋見濫
多比由久和礼乎
しほはやみ
いそみにをれば
かづきする
あまとやみらむ
たびゆくわれを
Стремительна волна в часы прилива,
И оттого что я кружу у берегов, —
То не рыбак ли нынче удит рыбу? —
Подумают, наверно, обо мне,
Скитальце по просторам дальним моря…

浪高之
奈何梶<執>
水鳥之
浮宿也應為
猶哉可榜
なみたかし
いかにかぢとり
みづとりの
うきねやすべき
なほやこぐべき
Высоко волны поднялись кругом.
Мой лодочник, скажи, что делать нам?
Подобно птицам водяным,
Забыться ль в лодке сном
Иль дальше будем плыть мы по волнам?

夢耳
継而所見<乍>
竹嶋之
越礒波之
敷布所念
いめのみに
つぎてみえつつ
たかしまの
いそこすなみの
しくしくおもほゆ
Если ты мне грезишься все время,
Если ты являешься во сне,
Значит ты тоскуешь непрерывно,—
Как морские волны непрерывно
Заливают в Такасима берега…
* В песне отражено древнее поверье: человек, которого видишь во сне, думает о тебе.
静母
岸者波者
縁家留香
此屋通
聞乍居者
しづけくも
きしにはなみは
よせけるか
これのやとほし
ききつつをれば
Хоть и тихо,
Все же где-то волны
Заливают, верно, берега,
Оттого что и сквозь стены дома
Слышу я все время шум морской…

竹嶋乃
阿戸白波者
動友
吾家思
五百入鉇染
たかしまの
あどしらなみは
さわけども
われはいへおもふ
いほりかなしみ
Пусть шумят, бушуя, эти волны
В Такасима,
На реке Адо,—
Все равно тоской о доме я исполнен
И печален мне мой временный приют!

大海之
礒本由須理
立波之
将依念有
濱之浄奚久
おほうみの
いそもとゆすり
たつなみの
よせむとおもへる
はまのきよけく
В океане,
Сотрясая скалы,
Встающая волна бежит на берега,
И я хочу скорее к ним причалить,
Кристально чисты эти берега…

珠匣
見諸戸山<矣>
行之鹿齒
面白四手
古昔所念
たまくしげ
みもろとやまを
ゆきしかば
おもしろくして
いにしへおもほゆ
Словно драгоценным ларчиком любуясь,
По горам священным
Я бродил,
И прекрасны мне казались горы,
И с тоской я думал о былом…
* По горам священным (Миморо но яма) — чаще всего в М. — это горы Мива (см. п. 1118). Там обитал бог Ямато-но кунидама и др., которых чтили как богов — предков племени идзумо, одного из основных племен, населявших древнюю Японию. С этими горами связано много старинных легенд.
黒玉之
玄髪山乎
朝越而
山下露尓
沾来鴨
ぬばたまの
くろかみやまを
あさこえて
やましたつゆに
ぬれにけるかも
Словно черные ягоды тута,
“Черные волосы” горные склоны назвали.
Утром я их перешел
И весь вымок насквозь по дороге
В холодной росе, что легла поутру у подножья…
* “Черные волосы” (Куроками) — гора на север от столицы Нара.

足引之
山行暮
宿借者
妹立待而
宿将借鴨
あしひきの
やまゆきぐらし
やどからば
いもたちまちて
やどかさむかも
Если б целый день, бродя горами
Распростертыми,
Искал бы я приюта,
Может, дева, стоя в ожиданье,
Предложила бы мне временный приют?
* Песня, сложенная странником. Некоторые комментаторы считают, что речь идет о веселой женщине, ожидающей гостя (ТТ), другие — о девушке, стоящей у ворот и ожидающей возлюбленного (К). Второе вернее, так как последний образ характерен для многих песен М.
視渡者
近里廻乎
田本欲
今衣吾来
礼巾振之野尓
みわたせば
ちかきさとみを
たもとほり
いまぞわがくる
ひれふりしのに
Взглянул кругом:
Село недалеко.
Кружа обходными путями,
Пришел теперь я к дорогим полям,
Где, провожая, ты махала шарфом белым.

未通女等之
放髪乎
木綿山
雲莫蒙
家當将見
をとめらが
はなりのかみを
ゆふのやま
くもなたなびき
いへのあたりみむ
Девы молодые
Из волос распущенных делают прически…
“Делают-прически” названа гора.
Облака, ее не закрывайте:
На места родные посмотреть хочу!
* Текст песни не совсем ясен. По старинному обычаю девушки до 15–16 лет носили распущенные волосы, а в 15–16 лет начинали делать прическу. Возможно, автор, глядя на гору Юу, вспоминает о юной возлюбленной, оставленной дома, так как юу значит “делать прическу”. В старину это могло носить характер определенного обряда, который, возможно, совершали у этой горы, почему она так и названа. В этом убеждают названия других гор, рек, местностей, которые хранят память об обычаях или событиях, связанных с ними. Горы в древности часто служили местом совершения различных обрядов.
四可能白水郎乃
釣船之<紼>
不堪
情念而
出而来家里
しかのあまの
つりぶねのつな
あへなくも
こころにおもひて
いでてきにけり
Как порой канаты на челнах рыбачьих
Рыбаками с берегов Сига
Тянутся с трудом,—
С трудом, с тоской на сердце
Я ушел, покинув милый дом…
* Песня напоминает песни сакимори — песни пограничных стражей, т. е. песни крестьян, уходивших, согласно существовавшей в те времена государственной повинности, в пограничные стражи, однако никаких примечаний по этому поводу нет.
之加乃白水郎之
燒塩煙
風乎疾
立者不上
山尓軽引
しかのあまの
しほやくけぶり
かぜをいたみ
たちはのぼらず
やまにたなびく
Там, где рыбаки на берегах Сига
Выжигают соль над яркими кострами,
Из-за ветра
Дым не вьется ввысь,
Стелется туманом меж горами…
Танка также включена в антологию Синкокинсю [1590] (А.С.)
河豆鳴
清川原乎
今日見而者
何時可越来而
見乍偲食
かはづなく
きよきかはらを
けふみては
いつかこえきて
みつつしのはむ
Любуясь ныне
Чистою долиной,
Где плачет в тишине речной олень,
Когда ещё, минуя эти горы,
Приду я любоваться на нее?
* Речной олень — обозначение для лягушки в М. (см. п. 913).
為妹
貝乎拾等
陳奴乃海尓
所沾之袖者
雖涼常不干
いもがため
かひをひりふと
ちぬのうみに
ぬれにしそでは
ほせどかわかず
Рукав, что замочил
В морской волне в Тину,
Когда искал я ракушки
Для милой,—
О, сколько ни сушу, не высохнуть ему!

住吉之
名兒之濱邊尓
馬立而
玉拾之久
常不所忘
すみのえの
なごのはまへに
うまたてて
たまひりひしく
つねわすらえず
Никогда я не смогу забыть,
Как у берегов Наго,
В далеком Суминоэ,
Мы, коней своих остановив,
Драгоценный жемчуг собирали…
* Собирание жемчуга, вернее раковин-жемчужин, выброшенных волной на берег, одно из любимых развлечений в те времена. Жемчуг везли в дар императору, его собирали, чтобы привезти в подарок возлюбленной или жене.
雨者零
借廬者作
何暇尓
吾兒之塩干尓
玉者将拾
あめはふる
かりいほはつくる
いつのまに
あごのしほひに
たまはひりはむ
Вот дождь идет,
Шалаш мы строим свой…
Когда же наконец
Прилив в Аго отхлынет
И будем собирать мы жемчуг дорогой.
* “И будем собирать мы жемчуг дорогой” — см. п. 1153.
何處可
舟乗為家牟
高嶋之
香取乃浦従
己藝出来船
いづくにか
ふなのりしけむ
たかしまの
かとりのうらゆ
こぎでくるふね
Где кормчий,
Что велел плыть в море кораблю,
Отчалившему в этот час от бухты
Каториноура
В стране Такасима?

印南野者
徃過奴良之
天傳
日笠浦
波立見
いなみのは
ゆきすぎぬらし
あまづたふ
ひかさのうらに
なみたてりみゆ
Как будто Инамину миновал,
Мне видно, как высоко встали волны
В далекой бухте Хикаса,
Которая зонтом зовется — от солнца,
Солнца, что плывет по небесам…

家尓之弖
吾者将戀名
印南野乃
淺茅之上尓
照之月夜乎
いへにして
あれはこひむな
いなみのの
あさぢがうへに
てりしつくよを
Как, верно, дома
Буду тосковать
Я о луне, что блеском озаряла
Асадзи — мелкую траву,
Растущую в полях Инами…

山超而
遠津之濱之
石管自
迄吾来
含而有待
やまこえて
とほつのはまの
いはつつじ
わがくるまでに
ふふみてありまて
Азалия
На побережье Тоцу,
Куда, минуя горы, путь лежит,
До той поры, как я приду обратно,
Не расцветая, жди меня!
* Азалия (Rhododendron indicum) — цуцудзи, горная азалия — ивацуцудзи.
思ひ出づる
都のことは
おほゐ川
いく瀬の石の
数も及ばじ
おもひいづる
みやこのことは
おほゐかは
いくせのいしの
かずもおよばじ
Воспоминаний
о столице так много,
о, Большая река!
что камней на мелководьях твоих
и то окажется меньше.

雲かかる
小夜の中山
越えぬとは
都につげよ
有明の月
くもかかる
さよのなかやま
こえぬとは
みやこにつげよ
ありあけのつき
Облаками затянутую
гору Сая-но нака
мы вчера перешли, —
эту новость в столицу
ты передай, утренняя луна.

遙なる
みかみの島を
めにかけて
いくせ渡りぬ
やすの河浪
はるかなる
みかみのしまを
めにかけて
いくせわたりぬ
やすのかはなみ


こと問はむ
はしと足とは
あかざりし
わが来しかたの
都鳥かと
こととはむ
はしとあしとは
あかざりし
わがきしかたの
みやこどりかと
Спроси-ка у птиц —
красные клювы да лапы —
неужто вы «птицы столицы»?
ведь разве может наскучить
тот край, где жила я когда-то...
Отсылка к Исэ-моногатари, 9
はるばると
二村山を
行き過ぎて
なほ末たどる
野辺の夕やみ
はるばると
ふたむらやまを
ゆきすぎて
なほすゑたどる
のべのゆふやみ
Далеко-далеко
гору Футамура
позади оставив,
брёдем мы по краю
в ночной темноте полей.

つくづくと
空なながめそ
恋しくは
道遠くとも
はや帰り来む
つくづくと
そらなながめそ
こひしくは
みちとほくとも
はやかへりこむ


あだにただ
涙はかけじ
旅ごころ
心のゆきて
たち帰るほど
あだにただ
なみだはかけじ
たびごころ
こころのゆきて
たちかへるほど


たちそふぞ
うれしかりける
旅ごろも
かたみにたのむ
親のまもりは
たちそふぞ
うれしかりける
たびごろも
かたみにたのむ
おやのまもりは


はるばると
行くさき遠く
したはれて
いかにそなたの
空をながめむ
はるばると
ゆくさきとほく
したはれて
いかにそなたの
そらをながめむ


定めなき
命は知らぬ
旅なれど
またあふさかと
たのめてぞ行く
さだめなき
いのちはしらぬ
たびなれど
またあふさかと
たのめてぞゆく
Что с бренной
жизнью в пути случится? —
кто знает,
но ухожу с надеждой,
что встречу заставу снова.
* Стихотворение построено на обыгрывании названия заставы Аусака. Застава была построена в 646 г. на границе провинций Ямасиро и Оми возле южной оконечности озера Бива и выполняла важные оборонительные функции, но к концу эпохи Хэйан утратила военное значение, превратившись в перевалочный пункт для путешественников и какэ-котоба для поэтов, основанное на фонетическом сходстве со словом 逢ふ (ау, «встречаться»).
浦路行く
心細さを
波間より
出でて知らする
有明の月