Показать подробное описание
綜麻形乃
林始乃
狭野榛能
衣尓著成
目尓都久和我勢
へそかたの
はやしのさきの
さのはりの
きぬにつくなす
めにつくわがせ
Как осенние хаги, растущие в поле,
У самой опушки лесов в Хэсогата,
Оставляют узоры на шелковой ткани,
Так все время стоит пред моими глазами
Неотступно мой милый!
* Заголовок песни в тексте соединен с заголовком песни 17 (Нукада-но окими Оми-но куни-ни кудариси токи цукурэру ута, Иноэ-но окими сунавати котауру ута). Для удобства читателя в переводе мы перенесли его к песне 19, к которой он непосредственно относится. Он вызывает сомнение у комментаторов, ибо “котауру ута” — “ответная песня”, “песня, сложенная в ответ”— на первый взгляд не имеет отношения к предыдущим песням и написана от лица женщины, к тому же неизвестной.
* Хаги (Lespedeza bicolor) — один из семи осенних цветов, постоянный образ осени. Цветет мелкими цветами красноватого и лилового цвета. В песне упоминается старинный способ окрашивания материи. Цветы хаги употреблялись для этой цели особенно часто.

それがなかに、むめをかざすよりはじめて、ほとゝぎすをきゝ、もみぢをゝり、ゆきをみるにいたるまで、又つるかめにつけてきみをおもひ、人をもいはひ、あきはぎなつくさをみてつまをこひ、あふさか山にいたりてたむけをいのり、あるは春夏あき冬にもいらぬくさ〳〵の歌をなむ、えらばせたまひける。すべて千うたはたまき、なづけて古今和歌集といふ。

Собрали мы великое множество песен, начиная с тех, в которых говорится о том, как любуются цветущей сливой, и, далее, о том, как слушают пенье соловья, срывают ветку осеннего клена, созерцают снег. Также отобрали мы те песни, в которых содержатся пожелания долголетия Государю, а век его сравнивается с веком журавля и черепахи; песни-славословия; песни, передающие тоску разлуки с милой женой при виде осенних листьев хаги или летних трав; песни, рассказывающие о том, как возносят молитвы на «холме Встреч» — Оосака, и еще немало разнообразных песен, кои не распределены по временам года, не относятся непосредственно к весне, лету, осени или зиме. Все эти песни числом в тысячу заключены в двадцати свитках, и назван сей труд «Собрание старых и новых песен Японии».

秋萩を
色どる風の
吹きぬれば
人の心も
うたがはれけり
あきはぎを
いろどるかぜの
ふきぬれば
ひとのこころも
うたがはれけり
Осенние кусты хаги
В алый цвет красящий ветер
Подул,
И сердце
Охвачено сомнениями[433] —
433. Танка содержит омонимы: аки — «осень» и «пресыщаться». Стихотворение помещено в Нарихирасю, а также в Госэнсю, 5, с пометой: «Автор неизвестен».
吾妹兒尓
戀乍不有者
秋芽之
咲而散去流
花尓有猿尾
わぎもこに
こひつつあらずは
あきはぎの
さきてちりぬる
はなにあらましを
Чем жить, тоскуя о тебе всё время,
Любимая моя! О, лучше бы я стал
Цветком простым
Осенних хаги,
Что, отцветя, на землю упал!
* Хотеть опасть, как цветок, отцвести, как клён, и т. п. — значит хотеть умереть.
高圓之
野邊乃秋芽子

開香将散
見人無尓
たかまとの
のへのあきはぎ
いたづらに
さきかちるらむ
みるひとなしに
Осенний хаги, что растешь в полях
У Такамато — гор, сверкая красотою,
Напрасно будешь ты
Цвести и опадать —
Ведь некому тобою любоваться!
* “Любоваться некому тобою”— речь идет о принце, который любил любоваться хаги.
高圓之
野邊乃秋芽子
勿散祢
君之形見尓
見管思奴播武
たかまとの
のへのあきはぎ
なちりそね
きみがかたみに
みつつしぬはむ
Осенний хаги, что расцвел в полях
У горных склонов Такамато,
Не опадай!
Любуясь на цветы,
Я буду вспоминать о друге дальнем!
* Варианты песен 231, 232.
如是耳
有家類物乎
芽子花
咲而有哉跡
問之君波母
かくのみに
ありけるものを
はぎのはな
さきてありやと
とひしきみはも
Увы, лишь так
На свете и бывает…
О ты, что спрашивал меня в последний час:
“Не расцвели ль цветы
Осенних хаги?”
* Табито не дождался расцвета цветов хаги, о которых все время спрашивал, когда лежал больной.
指進乃
粟栖乃小野之
芽花
将落時尓之
行而手向六
****の
くるすのをのの
はぎのはな
ちらむときにし
ゆきてたむけむ
Ах, в те дни, когда будут цветы осыпаться
С веток дерева хаги
В Курусунооно,
Я пойду
И богам принесу свою жертву!
* Курусунооно — местность, точное местонахождение неизвестно (в южной части уезда Кацураги или в окрестностях Асука).
* Цветы хаги (Lespedeza bicolor) — очень мелкие красноватого и лиловатого цвета.
八隅知之
吾大王乃
高敷為
日本國者
皇祖乃
神之御代自
敷座流
國尓之有者
阿礼将座
御子之嗣継
天下
所知座跡
八百萬
千年矣兼而
定家牟
平城京師者
炎乃
春尓之成者
春日山
御笠之野邊尓
櫻花
木晩牢
皃鳥者
間無數鳴
露霜乃
秋去来者
射駒山
飛火賀<㟴>丹
芽乃枝乎
石辛見散之
狭男<壮>鹿者
妻呼令動
山見者
山裳見皃石
里見者
里裳住吉
物負之
八十伴緒乃
打經而
思<煎>敷者
天地乃
依會限
萬世丹
榮将徃迹
思煎石
大宮尚矣
恃有之
名良乃京矣
新世乃
事尓之有者
皇之
引乃真尓真荷
春花乃
遷日易
村鳥乃
旦立徃者
刺竹之
大宮人能
踏平之
通之道者
馬裳不行
人裳徃莫者
荒尓異類香聞
やすみしし
わがおほきみの
たかしかす
やまとのくには
すめろきの
かみのみよより
しきませる
くににしあれば
あれまさむ
みこのつぎつぎ
あめのした
しらしまさむと
やほよろづ
ちとせをかねて
さだめけむ
ならのみやこは
かぎろひの
はるにしなれば
かすがやま
みかさののへに
さくらばな
このくれがくり
かほどりは
まなくしばなく
つゆしもの
あきさりくれば
いこまやま
とぶひがたけに
はぎのえを
しがらみちらし
さをしかは
つまよびとよむ
やまみれば
やまもみがほし
さとみれば
さともすみよし
もののふの
やそとものをの
うちはへて
おもへりしくは
あめつちの
よりあひのきはみ
よろづよに
さかえゆかむと
おもへりし
おほみやすらを
たのめりし
ならのみやこを
あらたよの
ことにしあれば
おほきみの
ひきのまにまに
はるはなの
うつろひかはり
むらとりの
あさだちゆけば
さすたけの
おほみやひとの
ふみならし
かよひしみちは
うまもゆかず
ひともゆかねば
あれにけるかも
О Ямато-сторона,
Где правление вершит
Мирно правящий страной
Наш великий государь!
Это дивная страна,
Правили которой здесь
Вечно, со времен богов,
Внуки славные небес.
О столица Нара, ты,
Что заложена была,
Для того чтобы всегда
Принцы здешней стороны,
Что рождались во дворце,
Правили б из века в век
Поднебесной в той стране
Тысячи спокойных лет,
Бесконечные века…
О столица Нара,
Где
Лишь наступят дни весны
В свете солнечных лучей,
Как на Касуга-горе,
На Микаса на полях,
Среди зарослей ветвей
Вишен прячутся цветы,
Птицы каодори там
Распевают без конца.
А лишь осень настает
С белым инеем, росой,
Как у склонов Икома,
У Тобухигаока,
Ветви хаги наклонив, осыпая лепестки,
Бродит по полям олень
И кричит, зовя жену…
Взглянешь ты на горы ввысь —
Любо взору твоему,
Взглянешь на селенье ты —
И в селе чудесно жить!
Множество придворных слуг
Славных воинских родов
Выстроили в ряд дома
И застроили село.
О дворец, что, думал я,
Будет вечно процветать —
До тех пор, пока здесь есть
Небо и земля,
О столица Нара, ты,
На которую всегда
Уповали всей душой,—
Оттого что наступил
В нашей жизни новый век,
Все покинули тебя
С государем во главе.
Как весенние цветы,
Быстро твой померкнул блеск.
И как стаи певчих птиц
Улетают поутру,
Сразу все отбыли прочь…
И на улицах твоих,
На дорогах, где, неся
За спиной своей колчан
И бамбук торчащих стрел,
Люди царского дворца
Проходили взад-вперед,
Даже конь не пробежит,
Не пройдет и человек,
Никого не видно там —
Опустело все вокруг!
* Птицы каодори — поют обычно особенно хорошо весной.
* “Неся за спиной своей колчан” — см. п. 955.
住吉
波豆麻<公>之
馬乗衣
雜豆臈
漢女乎座而
縫衣叙
すみのえの
はづまのきみが
うまのりころも
さひづらふ
あやめをすゑて
ぬへるころもぞ
В Суминоэ хаги есть.
Цветом хаги красят здесь
Платья в пестрые цвета.
Пригласив китайских швей
С птичьим щебетом речей,
Платье сшила для тебя!
* В комментариях высказывается предположение (МС), что песня исполнялась при поднесении подарка. Обычай обмениваться одеждой носил как бы характер взаимной клятвы верности и любви, так как считалось, что в одежде остается часть души дарящего (см. п. 514, 636).
* “Пригласив китайских швей” — китаянки считались наиболее искусными швеями.
春日野尓
咲有芽子者
片枝者
未含有
言勿絶行年
かすがのに
さきたるはぎは
かたえだは
いまだふふめり
ことなたえそね
У хаги, что цветет
Средь Касуга-полей,
С одной лишь стороны
Набухли почки.
Но ты не порывай со мной!
* Песня юноши, обращенная к очень юной девушке, который хочет ждать, пока она станет совершеннолетней.
* Хаги — метафора девушки, возлюбленной.
* “С одной лишь стороны набухли почки” — т. е. еще очень юная.
* “Еще не приносит плодов” — т. е. еще не принадлежит ему.
欲見
戀管待之
秋芽子者
花耳開而
不成可毛将有
みまくほり
こひつつまちし
あきはぎは
はなのみさきて
ならずかもあらむ
Осеннее дерево хаги,
Которым хотел любоваться,
Плодов от которого долго, любя, ожидал,
Цветет до сих пор лишь одними цветами,
Еще не приносит плодов…
* Песня юноши, обращенная к очень юной девушке, который хочет ждать, пока она станет совершеннолетней.
* Хаги — метафора девушки, возлюбленной.
* “С одной лишь стороны набухли почки” — т. е. еще очень юная.
* “Еще не приносит плодов” — т. е. еще не принадлежит ему.
吾妹子之
屋前之秋芽子
自花者
實成而許曽
戀益家礼
わぎもこが
やどのあきはぎ
はなよりは
みになりてこそ
こひまさりけれ
Осенний хаги, что растет у дома,
Где дева милая моя живет,
Когда пора плодам,
Любовь к нему сильнее,
Чем в те часы, когда цветы цветут!
* Песня юноши.
* Осенний хаги — метафора девушки, возлюбленной. Время цветения — время до брака. Время плодов — время после брака.
百濟野乃
芽古枝尓
待春跡
居之鴬
鳴尓鶏鵡鴨
くだらのの
はぎのふるえに
はるまつと
をりしうぐひす
なきにけむかも
В поле Кудара
На старых ветках хаги
Приют себе нашедший соловей,
Весны прихода ожидая,
Наверное, давно уже запел!
* Хаги — название дерева, цветов (см. п. 19).
宮城野の萩茂りあひて、秋の景色思ひやらるゝ。
宮城野みやぎのはぎしげりあひて、あき景色けしきおもひやらるゝ。
В Миягино буйно разрослись хаги, невольно напоминая о том, как прекрасно здесь должно быть осенью.

霍公鳥
音聞小野乃
秋風<尓>
芽開礼也
聲之乏寸
ほととぎす
こゑきくをのの
あきかぜに
はぎさきぬれや
こゑのともしき
С осенним ветром в поле этом,
Куда пришел кукушку слушать я,
Вдруг хаги расцвели…
Ах, из-за их расцвета
Кукушки голос еле слышал я…
* Песня помещена в летнем цикле, так как образ кукушки и время ее кукования связаны с летом, хотя в песне говорится скорее о ранней осени, чем о позднем лете (как допускают некоторые комментарии—ИЦ), о чем свидетельствуют, кроме образа осеннего ветра, осенние хаги.
奥の細道 > 金沢の章段 (Канадзава)
しほらしき
名や小松吹
萩すゝき
しほらしき
なやこまつふく
はぎすすき
Милое имя!
По Сосенкам ветер гуляет, волнуя
Кусты хаги, метелки мисканта.

奥の細道 > 山中温泉の章段 (Горячие источники Яманака)
行行て
たふれ伏とも
萩の原
ゆきゆきて
たおれふすとも
はぎのはら
Пускай где-то в пути
Упаду и больше не встану
Эти хаги со мной...

秋芽者
可咲有良之
吾屋戸之
淺茅之花乃
散去見者
あきはぎは
さくべくあらし
わがやどの
あさぢがはなの
ちりゆくみれば
Когда посмотрю,
Что на землю опали
У дома с асадзи-цветов лепестки,
Похоже, что скоро лиловые хаги
Должны зацвести на осенних полях…

奥の細道 > 種の浜の章段 (Цветное побережье)
波の間や
小貝にまじる
萩の塵
なみのまや
こがいにまじる
はぎのちり
Отхлынет волна
Вперемешку с ракушками - сор
Из лепестков хаги.

娘部思
秋芽子交
蘆城野
今日乎始而
萬代尓将見
をみなへし
あきはぎまじる
あしきのの
けふをはじめて
よろづよにみむ
Поля эти в Асики,
Где осенние хаги смешались с цветами
Оминаэси,
Видел я ныне впервые,
И тысячи лет любоваться я буду!

草枕
客行人毛
徃觸者
尓保比奴倍久毛
開流芽子香聞
くさまくら
たびゆくひとも
ゆきふれば
にほひぬべくも
さけるはぎかも
О, даже тот, кто в дальний путь идет,
Где травы служат изголовьем,
Когда цветов коснется, уходя,
Как будет он благоухать тогда
Раскрывшимися лепестками хаги!
* Сходна с п. 2192. По-видимому, вариант народной песни. Прикосновение к цветам, в частности к хаги, надолго оставляет аромат, иногда служит памятью о странствии.
伊香山
野邊尓開有
芽子見者
公之家有
尾花之所念
いかごやま
のへにさきたる
はぎみれば
きみがいへなる
をばなしおもほゆ
Когда я посмотрел на хаги,
Что расцвели в полях
Близ склонов Икаго,
Я вспомнил о прекрасных обана,
Растущих возле дома твоего!
* Хаги и обана — цветут осенью в одно время; воспеваются в песнях странствования, напоминают о покинутом доме. Некоторые комментаторы считают, что речь идет о жене (К. Мае.), другие— о друге (СН). Во всяком случае речь идет о песне, посланной на родину.
娘部志
秋芽子折礼
玉桙乃
道去L跡
為乞兒
をみなへし
あきはぎをれれ
たまほこの
みちゆきづとと
こはむこがため
Сорви же оминаэси цветы,
Нарви цветов осенних хаги
И юной деве принеси,
Что будет у тебя просить подарок
С дороги, яшмовым отмеченной копьем!
* Оминаэси, хаги — осенние цветы.
* “С дороги, яшмовым отмеченной копьем” — этот образ связан с мифом о божестве Ниниги — внуке богини солнца Аматэрасу, который спустился с небес, чтобы управлять страной Ямато. Божеству Ниниги указывало дорогу мифическое существо Сарутахико с яшмовым копьем в руках. Ниниги нес с собой три дара богини солнца — яшму, меч и зеркало, которые до сих пор являются священными реликвиями страны.
暮相而
朝面羞
隠野乃
芽子者散去寸
黄葉早續也
よひにあひて
あしたおもなみ
なばりのの
はぎはちりにき
もみちはやつげ
Встречаемся ночами с нею мы,
А утром не видать —
Все прячется стыдливо…
В полях Набари хаги отцвели,
Скорее, клены, следуйте за ними!
Песня сходна с песней принца Нага (см. п. 60), обращенной к возлюбленной. Возможно, что в основе обеих лежит народная песня (СН).
芽之花
乎花葛花
瞿麦之花
姫部志
又藤袴
朝皃之花
はぎのはな
をばなくずはな
なでしこのはな
をみなへし
またふぢはかま
あさがほのはな
Хаги-но хана,
Обана, кудзубана,
Надэсико-но хана,
Оминаэси,
Дальше фудзибакама,
Асагао-но хана.
* Известные песни Окура, посвященные семи осенним травам или семи осенним цветам, воспеваемым в песнях осени М.
* Хаги или хаги-но хана — самый характерный образ осени, обычно связанный с образом оленя; хаги часто называют женой оленя.
* Обана (Miscanthus einensis) — цветок в виде веерообразного колоса с тонкими узкими длинными листьями.
* Кудзубана (Puoraria Thunbergiana) — цветы, по форме похожие на бабочку, небольшие, лилово-красного цвета.
* Надэсико-но хана или надэсико (Dianthus superbus) — японская гвоздика алого цвета.
* Оминаэси (Patrinia scabiosaefolia) — мелкие цветы желтого цвета, растут пышными соцветиями, японская валериана.
* Фудзибакама (Eupatorium stoechadosmum) — долголетнее растение, цветы мелкие, пурпурного цвета, с лиловатым оттенком, растут пышными соцветиями.
* Асагао-но хана или асагао (Pharbitis) — японская петунья (букв. “лик утра”), цветок, что раскрывается утром, а вечером закрывается.
吾岳尓
棹<壮>鹿来鳴
先芽之
花嬬問尓
来鳴棹<壮>鹿
わがをかに
さをしかきなく
はつはぎの
はなつまどひに
きなくさをしか
У холма моего
Появился олень и рыдает…
О олень, что явился, рыдая,
В тоске о жене молодой,
Среди первых цветов расцветающих хаги…

吾岳之
秋芽花
風乎痛
可落成
将見人裳欲得
わがをかの
あきはぎのはな
かぜをいたみ
ちるべくなりぬ
みむひともがも
Нежные хаги цветы,
Что растут у холма моего,
Страдая от ветра, осыпаться могут на землю.
Если б только увидеть смогла ты
Их пышный расцвет!

棹四香能
芽二貫置有
露之白珠
相佐和仁
誰人可毛
手尓将巻知布
さをしかの
はぎにぬきおける
つゆのしらたま
あふさわに
たれのひとかも
てにまかむちふ
О белым жемчугом упавшая роса,
Что нанизал олень
На ветки хаги,
Скажи, теперь кому,
Блеснув недолгий миг,
Украсишь руки жемчугами?

大伴坂上郎女晩芽子歌一首

Песня о поздних хаги госпожи Отомо Саканоэ

咲花毛
<乎曽>呂波Q
奥手有
長意尓
尚不如家里
さくはなも
をそろはいとはし
おくてなる
ながきこころに
なほしかずけり
Цветок прекрасный нежных хаги
Приносит нам печаль, коль поздно расцветет,
Но с сердцем медленным,
Где чувство запоздало,
Могу ли я его сравнить?

秋芽之
落乃乱尓
呼立而
鳴奈流鹿之
音遥者
あきはぎの
ちりのまがひに
よびたてて
なくなるしかの
こゑのはるけさ
Сливаясь с шумом опадающей листвы
С деревьев хаги осенью холодной,
Вдали —
Исполненный призыва и тоски,
Далеким эхом стон звучит олений!
* По-видимому, песня сложена на поэтическом турнире на тему об олене. Некоторые комментаторы усматривают в ней влияние песни Якамоти (см. п. 1494—СН), однако постоянный сюжет и образы песен осени говорят о том, что в основе ее лежат народные мотивы.
明日香河
逝廻<丘>之
秋芽<子>者
今日零雨尓
落香過奈牟
あすかがは
ゆきみるをかの
あきはぎは
けふふるあめに
ちりかすぎなむ
Нежные цветы осенних хаги
На холме, который Асука-река
Огибает,
Нынче от дождя
Не осыплются ли, отцветя, на землю?

鶉鳴
古郷之
秋芽子乎
思人共
相見都流可聞
うづらなく
ふりにしさとの
あきはぎを
おもふひとどち
あひみつるかも
Осенним хаги
В стареньком селении,
Где плачет птица удзура,
Мои любимые друзья
Со мною любовались ныне!
* “Где плачет птица удзура” — символ заброшенного, покинутого дома.
* Любоваться хаги — существовал обычай любоваться цветением хаги вместе с близкими или друзьями.
秋芽子者
盛過乎
徒尓
頭刺不挿
還去牟跡哉
あきはぎは
さかりすぐるを
いたづらに
かざしにささず
かへりなむとや
Прошел расцвет
Осенних хаги.
Ужель напрасно мы пришли
И, не украсившись венками,
Домой вернемся без цветов?
* Сравнивая эти две песни, справедливо считают (МС), что они не были сочинены указанными авторами, а эти лица лишь исполнили старинные песни на тему об осени, о хаги.
* Песни и примечание к п. 1559 переведены согласно толкованию СН.
妹目乎
始見之埼乃
秋芽子者
此月其呂波
落許須莫湯目
いもがめを
**みのさきの
あきはぎは
このつきごろは
ちりこすなゆめ
Глаза любимой вижу я впервые…
“Впервые вижу” высится здесь мыс,
На нем осенний хаги вырос,—
Пускай же этот месяц он
Еще цветет, не облетев на землю!

吾屋戸乃
一村芽子乎
念兒尓
不令見殆
令散都類香聞
わがやどの
ひとむらはぎを
おもふこに
みせずほとほと
ちらしつるかも
Цветы осенних нежных хаги,
Благоухавшие у дома моего,
Чуть-чуть на землю не опали
До той поры,
Как дал тебе взглянуть!
* У многих комментаторов вызывает сомнение, что эта песня — ответ на предыдущую. Между ними нет никакой связи. Вероятно, это ответ на другую песню, но поскольку речь идет о переписке с дочерью Хэки Нагаэ, то она помещена после ее песни.
雲上尓
鳴都流鴈乃
寒苗
芽子乃下葉者
黄變可毛
くものうへに
なきつるかりの
さむきなへ
はぎのしたばは
もみちぬるかも
С печальным криком гуси пролетают
В далеком небе выше облаков
И холод в криках тех…
Стволы осенних хаги
Внизу покрылись алою листвой!
[Песня Отомо Якамоти]
朝扉開而
物念時尓
白露乃
置有秋芽子
所見喚鶏本名
あさとあけて
ものもふときに
しらつゆの
おけるあきはぎ
みえつつもとな
Когда исполненный печальной думы
Открою утром дверь,
Мне виден вдалеке
Сверкающий росой осенний хаги…
Но это ни к чему уже теперь…
Песня Ая Умакай
* Некоторые комментаторы предполагают, что п. 1579 сложена наутро после ночлега в доне Мороэ (см. п. 1574). Однако более правдоподобно, что эти песни были сложены в одно время на тему об осеннем хаги и помещены здесь как наилучшие. Тогда понятно, почему они, помещенные рядом и сложенные в одно время, говорят о разных картинах осени.
* “Но это ни к чему уже теперь” — песня содержит намек на одиночество, когда не с кем любоваться прекрасным осенним пейзажем.
棹<壮>鹿之
来立鳴野之
秋芽子者
露霜負而
落去之物乎
さをしかの
きたちなくのの
あきはぎは
つゆしもおひて
ちりにしものを
Осенний хаги
В поле этом,
Где приходил и все кричал олень,
Покрылся белою росою
И весь осыпался теперь.
Песня Ая Умакай
秋芽子乃
枝毛十尾二
降露乃
消者雖消
色出目八方
あきはぎの
えだもとををに
おくつゆの
けなばけぬとも
いろにいでめやも
Как светлая роса, что выпала обильно,
Нагнув у хаги ветви до земли,
Как та роса,
Пускай и я исчезну,
Не выдам все равно мою любовь к тебе!

秋野尓
開流秋芽子
秋風尓
靡流上尓
秋露置有
あきののに
さけるあきはぎ
あきかぜに
なびけるうへに
あきのつゆおけり
Осенний хаги, что цветет в осеннем поле,
В осеннем ветре клонит лепестки.
И на ветвях его
Осенние росинки
Ложатся на поникшие цветы…
* Песня 1597 считается очень искусной и построена на игре слова “осенний”.
棹<壮>鹿之
朝立野邊乃
秋芽子尓
玉跡見左右
置有白露
さをしかの
あさたつのへの
あきはぎに
たまとみるまで
おけるしらつゆ
На лепестках осенних хаги в поле,
Куда выходит по утрам олень,
На лепестках
Сверкает яшмой дорогою
С небес упавшая прозрачная роса…

狭尾<壮>鹿乃
胸別尓可毛
秋芽子乃
散過鶏類
盛可毛行流
さをしかの
むなわけにかも
あきはぎの
ちりすぎにける
さかりかもいぬる
Не оттого ль, что, проходя полями,
Олень цветущий хаги грудью раздвигал,
Цветы лиловые поблекли и опали,
А может оттого,
Что срок их миновал?

妻戀尓
鹿鳴山邊之
秋芽子者
露霜寒
盛須疑由君
つまごひに
かなくやまへの
あきはぎは
つゆしもさむみ
さかりすぎゆく
Осенний хаги среди горных склонов,
Где каждый раз, тоскуя о жене,
Кричит олень…
Из-за росы холодной
Тот хаги начал ныне отцветать…

高圓之
野邊乃秋芽子
此日之
暁露尓
開兼可聞
たかまとの
のへのあきはぎ
このころの
あかときつゆに
さきにけむかも
Цветы прекрасных хаги в Такамато
На золотых полях
Осеннею порой,
В рассвета алый час покрытые росой,
Как нынче, верно, пышно расцвели!
* Отомо Якамоти сложил эту песню, живя в новой столице Куни в тоске о старой и ее окрестностях Такамато.
秋芽子之
上尓置有
白露乃
消可毛思奈萬思
戀管不有者
あきはぎの
うへにおきたる
しらつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне
Исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса
На лепестках осенних хаги…
* Так как песня полностью совпадает с анонимной п. 2254, возможно, принц был только исполнителем ее (СН).
宇陀乃野之
秋芽子師弩藝
鳴鹿毛
妻尓戀樂苦
我者不益
うだののの
あきはぎしのぎ
なくしかも
つまにこふらく
われにはまさじ
Вот плачущий олень идет, шурша листвою
Осенних хаги на полях Уда,
И о любви грустит,
И все ж с моей тоскою
Никак нельзя сравнить его тоску!

野ざらし紀行 > 富士川 (Река Фудзи)
小萩がもとの秋の風、こよひやちるらん、あすやしをれんと、袂より喰物なげてとほるに、
小萩こはぎがもとの秋の風、こよひやちるらん、あすやしをれんと、たもとより喰物くひものなげてとほるに、
«Что станется с этим кустиком хаги, дрожащим на осеннем ветру, — сегодня ли опадут его листья, завтра ли увянут?» — размышляя об этом, я бросил ему немного еды из рукава.
«Что станется с этим кустиком хаги...» — ср. со стихотворением из знаменитого романа «Гэндзи-моногатари» (начало XI века, автор Мурасаки Сикибу): «Ветер капли росы разметал по
Дворцовой равнине.
Шуму его
Внимаю, а думы в тревоге
Стремятся к кустику хаги»
(здесь и далее цит. по: Мурасаки Сикибу. Повесть о Гэндзи / Пер. Т. Соколовой-Делюсиной. М.: Наука, 1991—1993. Т. 1. С. 11).
В этом стихотворении «кустик хаги» символизирует маленького Гэндзи, который незадолго до этого остался сиротой, у него умерла мать.
TODO:LINK:GENJI
秋芽子尓
置有露乃
風吹而
落涙者
留不勝都毛
あきはぎに
おきたるつゆの
かぜふきて
おつるなみたは
とどめかねつも
Как выпавшая белая роса
На лепестках цветов осенних хаги
От ветра падает,
Так и моя слеза,—
Я удержать ее не в силах.

玉尓貫
不令消賜良牟
秋芽子乃
宇礼和々良葉尓
置有白露
たまにぬき
けたずたばらむ
あきはぎの
うれわくらばに
おけるしらつゆ
Хочу, чтоб нанизав росу, как жемчуг,
Ты подарила мне, не дав исчезнуть ей,
Прозрачную росу, что с вышины упала,
Склонивши долу кончики ветвей
На расцветающих осенних хаги!
* Песня сходна с песней Якамоти (см. 1572). “Хочу, чтоб нанизав росу, как жемчуг” — см. п. 1465.
吾屋前<之>
芽子花咲有
見来益
今二日許
有者将落
わがやどの
はぎはなさけり
みにきませ
いまふつかだみ
あらばちりなむ
У дома моего цветы осенних хаги
В расцвете ныне —
Приходи смотреть!
Не то пройдет два дня еще — и сразу
Осыплются на землю лепестки!

吾屋戸乃
秋之芽子開
夕影尓
今毛見師香
妹之光儀乎
わがやどの
あきのはぎさく
ゆふかげに
いまもみてしか
いもがすがたを
У дома моего цветет осенний хаги
В лучах вечерних…
Как хотела б я
Увидеть нынче около себя
Сестры моей любимый облик!

大伴宿祢家持<攀>非時藤花并芽子黄葉二物贈坂上大嬢歌二首

Две песни Отомо Якамоти, посланные старшей дочери госпожи Саканоэ с красными листьями хаги и цветами фудзи

吾屋前之
芽子乃下葉者
秋風毛
未吹者
如此曽毛美照
わがやどの
はぎのしたばは
あきかぜも
いまだふかねば
かくぞもみてる
Хотя осенний ветер
И не дул,
А нижняя листва цветущих хаги,
Что высятся у дома моего,
Вдруг стала сразу ярко алой!
* В старину принято было к подаркам присоединять песню. Фудзи цветут летом, а хаги алеют осенью. Первую песню следовало бы отнести к летним песням, но, вероятно, их объединили, отдавая предпочтение сюжету второй песни (МС).
手母須麻尓
殖之芽子尓也
還者
雖見不飽
情将盡
てもすまに
うゑしはぎにや
かへりては
みれどもあかず
こころつくさむ
Не оттого ль, что этот юный хаги
Я сам выращивал, не покладая рук,
Теперь —
Я сколько ни любуюсь — все мне мало,
Всю душу за него готов отдать!
* Песня сложена в аллегорическом плане. Хаги — метафора молодой девушки. Речь идет о том, что некто воспитал чужую дочь, которая стала монахиней.
三諸之
神邊山尓
立向
三垣乃山尓
秋芽子之
妻巻六跡
朝月夜
明巻鴦視
足日木乃
山響令動
喚立鳴毛
みもろの
かむなびやまに
たちむかふ
みかきのやまに
あきはぎの
つまをまかむと
あさづくよ
あけまくをしみ
あしひきの
やまびことよめ
よびたてなくも
Среди гор Микаки,
Что поднялись ввысь
Против славных Каминаби гор,
Где богов могущественных чтят,
Средь осенних хаги, что цветут в горах,
Собираясь спать с любимою женой
И жалея, что в долинах ночь
Утру место уступить должна
И наступит скоро час зари,
Посреди осенних распростертых гор,
Заставляя эхо громыхать,
Все зовет к себе олень жену,
И все время горько плачет он!
* Хаги — один из семи цветов осени.
於久礼居而
吾者哉将戀
稲見野乃
秋芽子見都津
去奈武子故尓
おくれゐて
あれはやこひむ
いなみのの
あきはぎみつつ
いなむこゆゑに
О, проводив тебя, оставшись здесь один,
Как буду я, наверно, тосковать!
Из-за того, кто на полях Инами,
Любуясь на осенний хаги,
Все дальше будет удаляться от меня!

秋芽子乎
妻問鹿許曽
一子二
子持有跡五十戸
鹿兒自物
吾獨子之
草枕
客二師徃者
竹珠乎
密貫垂
齊戸尓
木綿取四手而
忌日管
吾思吾子
真好去有欲得
あきはぎを
つまどふかこそ
ひとりこに
こもてりといへ
かこじもの
あがひとりこの
くさまくら
たびにしゆけば
たかたまを
しじにぬきたれ
いはひへに
ゆふとりしでて
いはひつつ
あがおもふあこ
まさきくありこそ
Говорят, в горах олень,
Тот, что сватает себе
Хаги нежные цветы,
Сына одного родит,
Так и я:
Один лишь сын у меня, одно дитя…
И когда мой сын пойдет
В путь далекий,
Где трава — изголовье для него,
Словно яшму, нанижу
Зеленеющий бамбук,
И святой сосуд с вином
Тканями покрою я,
Буду я молить богов
Беспрестанно,
Чтобы он,
Мой любимый нежно сын,
Счастлив был в своей судьбе!
* Песня-заклинание, заговор против беды, против всякого зла. — в песне представлена картина народных обрядов, совершаемых с целью очищения от зла и испрашивания счастья и благополучия. Мелко нарезанный бамбук нанизывают на нить и надевают на шею (ЦД). Сосуд со священным вином украшают нуса—вотивными приношениями: иногда тонко нарезанными полосками коры бумажного дерева — кодзо, иногда полосками белой бумаги или пряжей и приносят на алтарь.
* “Тот, что сватает себе хаги нежные цветы…” — по народным представлениям, осенние цветы хаги, среди которых всегда блуждает олень, считаются его женой. Олень и цветы хаги обычно выступают, как “парные образы” в песнях осени.
吾等待之
白芽子開奴
今谷毛
尓寶比尓徃奈
越方人邇
わがまちし
あきはぎさきぬ
いまだにも
にほひにゆかな
をちかたひとに
Осенний хаги, чей расцвет я ждал,
Уже зацвёл,
Хотя бы нынче
Окрасить платье мне и в нём пойти к тебе,
К возлюбленной далёкой и любимой!
[Песня Волопаса]
* Расцвет осенних хаги означает наступление осени, т. е. срок встречи Волопаса и Ткачихи. Окрашивать платье цветом хаги (см. н. 1273) значило донести его аромат до любимой.
竿志鹿之
心相念
秋芽子之
<鍾>礼零丹
落僧惜毛
さをしかの
こころあひおもふ
あきはぎの
しぐれのふるに
ちらくしをしも
Цветы осенних нежных хаги,
Что сердцем преданы любви,
С оленем вместе,
Раз идут дожди,
Осыплются, и как их будет жалко!
Из сборника Какиномото Хитомаро
* С этой песни начинается цикл песен о цветах. 34 песни посвящены осенним цветам (31 песня излюбленному цветку—хаги, одна песня — цветку асагао, одна — цветку обана — см. п. 1538.
夕去
野邊秋芽子
末若
露枯
金待難
ゆふされば
のへのあきはぎ
うらわかみ
つゆにぞかるる
あきまちかてに
Лишь настает вечерняя пора,
Осенний хаги на пустой равнине,
Из-за того что слишком молодой,
От выпавшей росы все больше никнет долу,
Не в силах выдержать осенних дней!

真葛原
名引秋風
<毎吹>
阿太乃大野之
芽子花散
まくずはら
なびくあきかぜ
ふくごとに
あだのおほのの
はぎのはなちる
О, каждый раз, когда подует ветер,
К земле сгибая на лугах
Траву кудзу
В полях осенних, что зовутся Ада,
У хаги с веток осыпаются цветы…
* Трава кудзу — см. п. 1272.
鴈鳴之
来喧牟日及
見乍将有
此芽子原尓
雨勿零根
かりがねの
きなかむひまで
みつつあらむ
このはぎはらに
あめなふりそね
До дня того, пока не прилетит
И не начнет кричать гусей далеких стая,
Все время буду любоваться я,
О пусть не льет с небес поток дождя
На эти дивные долины хаги!

奥山尓
住云男鹿之
初夜不去
妻問芽子乃
散久惜裳
おくやまに
すむといふしかの
よひさらず
つまどふはぎの
ちらまくをしも
Как жаль, что опадают хаги,
Что, как жену, приходит навещать,
Не пропуская ни единой ночи,
Тоскующий олень осеннею порой,
Который, говорят, живет в ущельях горных…

白露乃
置巻惜
秋芽子乎
折耳折而
置哉枯
しらつゆの
おかまくをしみ
あきはぎを
をりのみをりて
おきやからさむ
Так жаль, что белая роса
Ложится на цветы
Осенних хаги,
И оттого срывать, срывать их надо.
Ведь, если не сорвешь, завянут все равно!

秋田苅
借廬之宿
<丹>穂經及
咲有秋芽子
雖見不飽香聞
あきたかる
かりいほのやどり
にほふまで
さけるあきはぎ
みれどあかぬかも
О сколько ни смотрю, не налюбуюсь я
На лепестки цветов осенних хаги,
Которые так дивно расцвели,
Что бедная сторожка вся сверкает
Среди полей, где жнут созревший рис!

吾衣
<揩>有者不在
高松之
野邊行之者
芽子之<揩>類曽
あがころも
すれるにはあらず
たかまつの
のへゆきしかば
はぎのすれるぞ
Ведь платье я свое
Не красил никогда.
И лишь когда я приходил полями
Там, в Такамато, то осенний хаги
Его окрасил в яркий цвет.
* Поля Такамато славились красотой осенних хаги. В старину было принято окрашивать этими цветами одежду (см. п. 1273). В Такамато так много хаги, что стоит пройти этими полями и окрасишь платье.
此暮
秋風吹奴
白露尓
荒争芽子之
明日将咲見
このゆふへ
あきかぜふきぬ
しらつゆに
あらそふはぎの
あすさかむみむ
Сегодня вечером
Подул осенний ветер,
И, значит, завтра увидать смогу,
Как расцветет осенний нежный хаги,
Опередивший светлую росу.
* Считается, что от росы никнет и вянет молодой хаги. га. 2107 Поля в Сакину (на севере Нара) славятся обилием хаги.
秋風
冷成<奴
馬>並而
去来於野行奈
芽子花見尓
あきかぜは
すずしくなりぬ
うまなめて
いざのにゆかな
はぎのはなみに
Осенний ветер
Стал теперь прохладен,
Построим в ряд коней,
Отправимся в поля
Полюбоваться на цветенье хаги.

春去者
霞隠
不所見有師
秋芽子咲
折而将挿頭
はるされば
かすみがくりて
みえずありし
あきはぎさきぬ
をりてかざさむ
Раскрылись лепестки осенних хаги,
Что я не замечал,
Когда была весна,
И хаги спрятались за дымкою тумана,—
Теперь сорву цветы, венком украшусь я.

沙額田乃
野邊乃秋芽子
時有者
今盛有
折而将挿頭
さぬかたの
のへのあきはぎ
ときなれば
いまさかりなり
をりてかざさむ
Вот срок пришел цвести
Осенним хаги,
Покрывшим в Сануката все поля,
И нынче — лучшая пора расцвета,
Сорву цветы, венком украшусь я!

事更尓
衣者不<揩>
佳人部為
咲野之芽子尓
丹穂日而将居
ことさらに
ころもはすらじ
をみなへし
さきののはぎに
にほひてをらむ
Я нарочно не покрашу платье.
Оминаэси цветы цвели…
В Сакину, когда пройду полями,
Все равно, цветами нежных хаги
Я окрашу платье, проходя…

秋風者
急<々>吹来
芽子花
落巻惜三
競<立見>
あきかぜは
とくとくふきこ
はぎのはな
ちらまくをしみ
きほひたたむみむ
Осенний ветер, ты подуй скорее!
Хочу взглянуть, как нежные цветы
Осенних хаги
С ветром спорить будут,
Жалея, что придется им опасть…
* В комментариях отмечается, что смысл песни не совсем ясен. Перевод сделан, исходя из сопоставления с другими песнями М.
我屋前之
芽子之若末長
秋風之
吹南時尓
将開跡思<手>
わがやどの
はぎのうれながし
あきかぜの
ふきなむときに
さかむとおもひて
У дома моего
Концы у веток хаги
Длиннее стали в эти дни,
Стремясь скорее зацвести,
Как только дуть начнет осенний ветер…

人皆者
芽子乎秋云
縦吾等者
乎花之末乎
秋跡者将言
ひとみなは
はぎをあきといふ
よしわれは
をばながうれを
あきとはいはむ
Все люди говорят,
Что хаги — это осень,
Пусть говорят, другое я скажу:
Когда у обана раскроются верхушки,
То будет знак, что осень к нам пришла.

玉梓
公之使乃
手折来有
此秋芽子者
雖見不飽鹿裳
たまづさの
きみがつかひの
たをりける
このあきはぎは
みれどあかぬかも
О эти сорванные нежные цветы
Осенних хаги,
Что принес гонец
Мне с веткой яшмовой, как дальний твой привет,—
Ведь сколько ни смотрю, не налюбуюсь я!
* С веткой яшмовой гонец. — В старину к ветке дерева адзуса привязывали яшму и посылали с гонцом в знак привета или с особым известием или с подарком. В данном случае были посланы в подарок цветы.
吾屋前尓
開有秋芽子
常有者
我待人尓
令見猿物乎
わがやどに
さけるあきはぎ
つねならば
わがまつひとに
みせましものを
Когда бы нежные цветы осенних хаги,
Что расцвели у дома моего,
Цвели бы вечно,
Я могла бы их показать тому,
Кого я жду.

手寸<十>名相
殖之名知久
出見者
屋前之早芽子
咲尓家類香聞
*****
うゑしなしるく
いでみれば
やどのはつはぎ
さきにけるかも
Недаром руки бедные мои
Сажали, устали не зная:
Лишь выйду посмотрю —
Чудесно расцвели
У дома первые цветы осенних хаги.

吾屋外尓
殖生有
秋芽子乎
誰標刺
吾尓不所知
わがやどに
うゑおほしたる
あきはぎを
たれかしめさす
われにしらえず
На взращенный мной
У дома моего,
На цветок осенний, нежный хаги
Кто-то наложил запрет святой,
Не сказав мне ничего об этом…
* Песня сложена в аллегорическом плане: осенний хаги — метафора девушки, здесь — дочери.
白露尓
荒争金手
咲芽子
散惜兼
雨莫零根
しらつゆに
あらそひかねて
さけるはぎ
ちらばをしけむ
あめなふりそね
О хаги нежные, что здесь цветут,
И белую росу
Упорно побеждают…
Как будет жаль, коль наземь опадут,
Ах, дождь, не лей, не дай цветам увянуть!

𡢳嬬等<尓>
行相乃速稲乎
苅時
成来下
芽子花咲
をとめらに
ゆきあひのわせを
かるときに
なりにけらしも
はぎのはなさく
Как девушки, сменяясь меж собой,
На смену лета осень к нам приходит,
И рис в полях снимают молодой,
Как видно, сроки жатвы наступили:
Цветы осенних хаги расцвели.

朝霧之
棚引小野之
芽子花
今哉散濫
未Q尓
あさぎりの
たなびくをのの
はぎのはな
いまかちるらむ
いまだあかなくに
В полях,
Где утром стелется туман,
Не нынче ль опадут
Цветы осенних хаги?
А я и наглядеться не успел…

戀之久者
形見尓為与登
吾背子我
殖之秋芽子
花咲尓家里
こひしくは
かたみにせよと
わがせこが
うゑしあきはぎ
はなさきにけり
Вот расцвели цветы осенних хаги,
Что посадил любимый, говоря:
“Коль будешь ты еще любить меня,
Пусть будут памятью
О нашей встрече”.
* В те времена перед разлукой принято было сажать в знак памяти цветы, иногда по посаженным цветам гадали о судьбе уехавшего.
秋芽子
戀不盡跡
雖念
思恵也安多良思
又将相八方
あきはぎに
こひつくさじと
おもへども
しゑやあたらし
またもあはめやも
Хоть думаю о том,
Что я не исчерпал
Свою любовь к осенним нежным хаги,
Но все равно, увы, ведь не увидеть мне
Увядших лепестков расцветшими цветами.

秋風者
日異吹奴
高圓之
野邊之秋芽子
散巻惜裳
あきかぜは
ひにけにふきぬ
たかまとの
のへのあきはぎ
ちらまくをしも
Осенний ветер с каждым днем сильней…
Суровыми его порывы стали.
И будет жаль, коль в Такамато вдруг
В полях осыплются
Цветы осенних хаги.

大夫之
心者無而
秋芽子之
戀耳八方
奈積而有南
ますらをの
こころはなしに
あきはぎの
こひのみにやも
なづみてありなむ
О, сердца рыцаря
Нет больше у меня.
Ужели только из любви
К осенним хаги
На этом свете мне, страдая, жить?

吾待之
秋者来奴
雖然
芽子之花曽毛
未開家類
わがまちし
あきはきたりぬ
しかれども
はぎのはなぞも
いまださかずける
Вот дни осенние, которых ждал,
Пришли.
И все-таки
Цветы осенних хаги
Ведь до сих пор еще не расцвели.

欲見
吾待戀之
秋芽子者
枝毛思美三荷
花開二家里
みまくほり
あがまちこひし
あきはぎは
えだもしみみに
はなさきにけり
Цветы лиловые осенних хаги,
Что ждал с любовью я,
Что видеть я хотел,
Так дивно расцвели, что даже ветви
Под тяжестью цветов склонились до земли…

春日野之
芽子落者
朝東
風尓副而
此間尓落来根
かすがのの
はぎしちりなば
あさごちの
かぜにたぐひて
ここにちりこね
Когда на дальних Касуга-полях
Осыплются цветы осенних хаги,
Пусть лепестки
С восточным ветром прилетят
И утро каждое здесь наземь будут падать…

秋芽子者
於鴈不相常
言有者香
(一云
言有可聞)
音乎聞而者
花尓散去流
あきはぎは
かりにあはじと
いへればか
(いへれかも)
こゑをききては
はなにちりぬる
Не оттого ли говорят всегда,
Что будто бы цветам осенних хаги
С гусями дикими встречаться не судьба.—
Лишь стоит им вдали гусей услышать крики,
Как наземь опадают лепестки…

秋去者
妹令視跡
殖之芽子
露霜負而
散来毳
あきさらば
いもにみせむと
うゑしはぎ
つゆしもおひて
ちりにけるかも
У хаги, что сажал,
Чтоб показать любимой,
Когда осенние наступят дни,
Не оттого ли, что холодный выпал иней,
Все до конца осыпались цветы…

左男<壮>鹿之
妻整登
鳴音之
将至極
靡芽子原
さをしかの
つまととのふと
なくこゑの
いたらむきはみ
なびけはぎはら
Чтобы во всех концах земли звучали
Оленя крики,
Что зовет жену,
Склонитесь до земли
Густые рощи хаги!

於君戀
裏觸居者
敷野之
秋芽子凌
左<小壮>鹿鳴裳
きみにこひ
うらぶれをれば
しきののの
あきはぎしのぎ
さをしかなくも
Когда в отчаянье глубоком
Тоской был полон о тебе,
На поле в Сики
Меж осенних хаги
Кричал в ответ тоскующий олень.

鴈来
芽子者散跡
左小<壮>鹿之
鳴成音毛
裏觸丹来
かりはきぬ
はぎはちりぬと
さをしかの
なくなるこゑも
うらぶれにけり
Говорят: раз гуси прилетели,
Это значит
Хаги отцвели.
Голоса тоскующих оленей
Жалобно разносятся вдали…

秋芽子之
戀裳不盡者
左<壮>鹿之
聲伊續伊継
戀許増益焉
あきはぎの
こひもつきねば
さをしかの
こゑいつぎいつぎ
こひこそまされ
Свою любовь к цветам осенних хаги
Еще не утолил
Тоскующий олень,
И крик его несется непрерывно,
И все сильней становится тоска.
* По народным поверьям, цветы хаги считают женой оленя, олень и хаги часто встречаются вместе в осенних песнях как — парные образы; постоянно воспевается любовь и тоска оленя по цветам хаги.
秋芽子之
散去見
欝三
妻戀為良思
棹<壮>鹿鳴母
あきはぎの
ちりゆくみれば
おほほしみ
つまごひすらし
さをしかなくも
Увидя, что цветы осенних хаги,
Уже опавшие, лежат здесь на земле,
Как видно, загрустив
И о жене тоскуя,
Кричит в горах покинутый олень…

秋芽子之
散過去者
左<小壮>鹿者
和備鳴将為名
不見者乏焉
あきはぎの
ちりすぎゆかば
さをしかは
わびなきせむな
みずはともしみ
Ax, оттого что лепестки осенних хаги
Уже осыпались теперь с ветвей,
Так горько плачет,
Жалуясь, олень.
Не видя лепестков, он о цветах тоскует…

秋芽子之
咲有野邊者
左小<壮>鹿曽
露乎別乍
嬬問四家類
あきはぎの
さきたるのへは
さをしかぞ
つゆをわけつつ
つまどひしける
В полях, где расцвели
Цветы осенних хаги,
Олень, упорно пробираясь сквозь листву
И стряхивая на землю росу,
Идет к жене своей любимой…

奈何<壮>鹿之
和備鳴為成
蓋毛
秋野之芽子也
繁将落
なぞしかの
わびなきすなる
けだしくも
あきののはぎや
しげくちるらむ
О, почему так жалобно рыдает
Тоскующий, покинутый олень?
Наверное,
В полях осенних хаги
На землю до конца осыпались теперь…

秋芽子之
開有野邊
左<壮>鹿者
落巻惜見
鳴去物乎
あきはぎの
さきたるのへに
さをしかは
ちらまくをしみ
なきゆくものを
В полях, где расцвели
Цветы осенних хаги,
Олень
Жалеет, что опасть они должны,
И потому рыдает громко ныне…

冷芽子丹
置白霧
朝々
珠<年>曽見流
置白霧
あきはぎに
おけるしらつゆ
あさなさな
たまとしぞみる
おけるしらつゆ
На лиловых лепестках осенних хаги
Выпавшая белая роса
Утро каждое
Сверкает, словно жемчуг,
Выпавшая белая роса…

秋芽子之
枝毛十尾丹
露霜置
寒毛時者
成尓家類可聞
あきはぎの
えだもとををに
つゆしもおき
さむくもときは
なりにけるかも
Вот выпал иней
На осеннем хаги,
Так что склонились
Ветви до земли,
Ох, и холодные же дни настали!

白露
与秋芽子者
戀乱
別事難
吾情可聞
しらつゆと
あきはぎとには
こひみだれ
わくことかたき
あがこころかも
Ax, белая роса
Или осенний хаги?
Их вместе горячо любя,
О сердце бедное, тебе решить, так трудно,
Что лучше и дороже для тебя?

白露乎
取者可消
去来子等
露尓争而
芽子之遊将為
しらつゆを
とらばけぬべし
いざこども
つゆにきほひて
はぎのあそびせむ
Коль прикоснешься к светлой выпавшей росе,
Она, наверное, исчезнет сразу,
Давайте же, друзья,
Здесь наслаждаться хаги,
Пока роса еще сверкает на цветах!
* В песне отражен обычай любоваться расцветшими цветами, в данном случае хаги. В старину было принято специально собираться для этого, приглашать гостей, друзей, любимого человека.
日来之
秋風寒
芽子之花
令散白露
置尓来下
このころの
あきかぜさむし
はぎのはな
ちらすしらつゆ
おきにけらしも
Веет холодом осенний ветер,
Дующий все время эти дни,—
Верно, белая роса упала где-то,
От которой у осенних хаги
Опадают наземь лепестки…

比日之
暁露丹
吾屋前之
芽子乃下葉者
色付尓家里
このころの
あかときつゆに
わがやどの
はぎのしたばは
いろづきにけり
Ах, от росы, что выпадала эти дни
В час ранний алого рассвета,
У дома моего
Листва осенних хаги
Вдруг засверкала ярко-алым цветом.

秋風之
日異吹者
露重
芽子之下葉者
色付来
あきかぜの
ひにけにふけば
つゆをおもみ
はぎのしたばは
いろづきにけり
Ах, оттого, что с каждым, с каждым днем
Осенний ветер дует все сильнее,
Густым покровом выпала роса,
И потому вся нижняя листва осенних хаги
Засверкала алым цветом.

秋芽子乃
下葉赤
荒玉乃
月之歴去者
風疾鴨
あきはぎの
したばもみちぬ
あらたまの
つきのへぬれば
かぜをいたみかも
Ах, у осенних нежных хаги
Вдруг алой стала нижняя листва,
Не оттого ль, что все сильнее ветер,
Когда проходят
Новояшмовые месяца…

秋芽子之
下葉乃黄葉
於花継
時過去者
後将戀鴨
あきはぎの
したばのもみち
はなにつぎ
ときすぎゆかば
のちこひむかも
Нижняя листва осенних хаги,
Вся сверкающая алым цветом,
Заменила блеск цветов опавших,
Но пройдет пора ее цветенья,
И тогда — как тосковать я буду!

比者之
五更露尓
吾屋戸乃
秋之芽子原
色付尓家里
このころの
あかときつゆに
わがやどの
あきのはぎはら
いろづきにけり
От росы, что в алый час рассвета
Выпадала эти дни на землю,
Возле дома
Вся долина хаги
Засверкала алою листвою.

左夜深而
四具礼勿零
秋芽子之
本葉之黄葉
落巻惜裳
さよふけて
しぐれなふりそ
あきはぎの
もとはのもみち
ちらまくをしも
Когда настанет ночь,
Не лей здесь, дождь, не надо!
Так будет жаль, когда вдруг облетит
Листва пурпурная
Осенних хаги.

<我>門尓
禁田乎見者
沙穂内之
秋芽子為酢寸
所念鴨
わがかどに
もるたをみれば
さほのうちの
あきはぎすすき
おもほゆるかも
Когда увидел рисовое поле,
Что охраняют у моих ворот,
Я вспомнил, что в Сахо
Цветет осенний хаги
И расцветает в эти дни камыш.
* “Что охраняют у моих ворот” — обычно осенью, когда созревал рис, на поле ставили сторожку, чтобы охранять его от оленей и — птиц.
吾背子之
挿頭之芽子尓
置露乎
清見世跡
月者照良思
わがせこが
かざしのはぎに
おくつゆを
さやかにみよと
つきはてるらし
Луна сияет в небесах,
Как будто для того, чтоб ясно видеть
Росу, упавшую на лепестки
Цветов осенних — нежных хаги,
В венке у друга моего.
* В песне отражен обычай украшать себя венками осенних цветов. Первоначально это было связано, по-видимому, с весенними и осенними обрядами, а затем стало обычным украшением на пирах и во время увеселений.
芽子之花
開乃乎再入緒
見代跡可聞
月夜之清
戀益良國
はぎのはな
さきのををりを
みよとかも
つくよのきよき
こひまさらくに
Прозрачный свет сияющей луны,
Как будто говорит: Взгляни,
Как пышно расцвели
Цветы осенних хаги.
И все сильнее к ним моя любовь!

芽子花
咲有野邊
日晩之乃
鳴奈流共
秋風吹
はぎのはな
さきたるのへに
ひぐらしの
なくなるなへに
あきのかぜふく
В полях повсюду, где расцвел
Осенний хаги нежным цветом,
Стал петь сверчок
И вместе с ним
Задул в полях осенний ветер.

秋芽子之
開散野邊之
暮露尓
沾乍来益
夜者深去鞆
あきはぎの
さきちるのへの
ゆふつゆに
ぬれつつきませ
よはふけぬとも
В росе вечерней, что легла в полях,
Где опадает и цветет осенний хаги,
Весь вымокший насквозь
Ты приходи ко мне,
Пусть даже ночь уже сошла на землю.
* С этой песни начинается цикл песен о росе, считается, что под влиянием буддийских учений о бренности всего земного роса стала образом недолговечного, непрочного, мгновенно исчезающего; отсюда желание исчезнуть, как роса.
秋芽子之
上尓置有
白露之
消鴨死猿
戀<乍>不有者
あきはぎの
うへにおきたる
しらつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне
Исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса
На лепестках осенних хаги…
* СН толкует эту песню иначе.

Песня совпадает с песней 1608.
吾屋前
秋芽子上
置露
市白霜
吾戀目八面
わがやどの
あきはぎのうへに
おくつゆの
いちしろくしも
あれこひめやも
Пусть белая роса, что на цветах лежит,
На лепестках осенних нежных хаги
У дома моего,
Для всех видна,
Но я любовь мою от взоров скрою.

秋芽子之
枝毛十尾尓
置霧之
消毳死猿
戀乍不有者
あきはぎの
えだもとををに
おくつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса,
Что тяжестью своей сгибает ветви
Осенних хаги до земли…

秋芽子之
上尓白霧
毎置
見管曽思<怒>布
君之光儀<呼>
あきはぎの
うへにしらつゆ
おくごとに
みつつぞしのふ
きみがすがたを
Любуясь каждый раз, как белая роса
Блестит на лепестках осенних хаги,
С любовью нежной
Вспоминаю я тебя,
Твой милый облик, друг желанный!

秋芽子乎
令落長雨之
零比者
一起居而
戀夜曽大寸
あきはぎを
ちらすながめの
ふるころは
ひとりおきゐて
こふるよぞおほき
Все эти дни, когда льет долгий дождь,
Что заставляет облетать
Цветы у хаги,
Как много я ночей уже не сплю
И о тебе тоскую неустанно.

草深三
蟋多
鳴屋前
芽子見公者
何時来益牟
くさぶかみ
こほろぎさはに
なくやどの
はぎみにきみは
いつかきまさむ
Густо выросла трава, и ныне часто
В ней поют сверчки
У дома моего,
О, когда же любоваться хаги
Ты придешь ко мне, любимый мой?

何為等加
君乎将Q
秋芽子乃
其始花之
歡寸物乎
なにすとか
きみをいとはむ
あきはぎの
そのはつはなの
うれしきものを
Что сделать мне,
Чтоб разлюбить тебя?
Как первому цветку
Осенних хаги,
Я радуюсь тебе, любимая моя.

鴈鳴之
始音聞而
開出有
屋前之秋芽子
見来吾世古
かりがねの
はつこゑききて
さきでたる
やどのあきはぎ
みにこわがせこ
Услышав первый крик
Вернувшихся гусей,
Расцвел у дома моего
Осенний хаги.
Приди, мой друг, полюбоваться на него!

芽子花
咲有乎見者
君不相
真毛久二
成来鴨
はぎのはな
さけるをみれば
きみにあはず
まこともひさに
なりにけるかも
Когда увидел я, что мой осенний хаги
Опять цветами нежными зацвел,
Я понял:
В самом деле долго
Мы не встречались, милый друг!

率尓
今毛欲見
秋芽子之
四搓二将有
妹之光儀乎
いささめに
いまもみがほし
あきはぎの
しなひにあるらむ
いもがすがたを
Как молодой осенний хаги, что хочу
Хотя б на миг один
Сейчас увидеть,—
Ах, так же строен, нежен и красив
Прекрасный облик девы милой!

秋芽子之
花野乃為酢寸
穂庭不出
吾戀度
隠嬬波母
あきはぎの
はなののすすき
ほにはいでず
あがこひわたる
こもりづまはも
В полях цветущих средь осенних хаги
Камыш
Не кажет колос свой.
О тайная жена, любовь к которой
Скрываю я, в разлуке с ней живя…

吾屋戸尓
開秋芽子
散過而
實成及丹
於君不相鴨
わがやどに
さきしあきはぎ
ちりすぎて
みになるまでに
きみにあはぬかも
Осенний хаги, что раскрыл цветы
У дома моего,
Осыпался на землю…
До той поры, когда появятся плоды,
Нам не увидеться, наверно, милый.

吾屋前之
芽子開二家里
不落間尓
早来可見
平城里人
わがやどの
はぎさきにけり
ちらぬまに
はやきてみべし
ならのさとびと
Вот хаги расцвели
У дома моего.
Пока краса их не увяла,
Придите вы скорей на них взглянуть.
О жители селенья Нара!

藤原
古郷之
秋芽子者
開而落去寸
君待不得而
ふぢはらの
ふりにしさとの
あきはぎは
さきてちりにき
きみまちかねて
В Фудзивара, в брошенной столице,
Хаги осенью,
Как прежде, расцветал
И осыпался потом, опав на землю…
Был не в силах больше ждать тебя.

秋芽子乎
落過沼蛇
手折持
雖見不怜
君西不有者
あきはぎを
ちりすぎぬべみ
たをりもち
みれどもさぶし
きみにしあらねば
Жалея, что осенним хаги
Осыпаться уже пришла пора,
Сорвав с ветвей цветок, любуюсь,
Но грустно мне;
Ведь то цветок — не ты…

蜒野之
尾花苅副
秋芽子之
花乎葺核
君之借廬
あきづのの
をばなかりそへ
あきはぎの
はなをふかさね
きみがかりほに
Нарви в полях Акицуну, любимый мой,
Цветов душистых обана и к ним прибавь
Цветов осенних хаги
И покрой
Цветами крышу в шалаше своем.

咲友
不知師有者
黙然将有
此秋芽子乎
令視管本名
さけりとも
しらずしあらば
もだもあらむ
このあきはぎを
みせつつもとな
Пускай бы расцвели его цветы,
Но если б только я не знал об этом,
Терпеть бы молча мог.
Напрасно нынче ты
Показываешь мне осенний, нежный хаги…
* При взгляде на прекрасные цветы хаги только сильней тоска и любовь: вспоминаешь, что нет любимой, с которой обычно любуются ими, — таков смысл песни.
春日野尓
煙立所見
𡢳嬬等四
春野之菟芽子
採而煮良思文
かすがのに
けぶりたつみゆ
をとめらし
はるののうはぎ
つみてにらしも
Мне видно, как над Касуга- долиной
Дым поднимается высоко над землей,
То, верно, девы молодые,
В полях весной ухаги нежные собрав,
Их варят на кострах сегодня…
* Ухаги (совр. ёмэна, ногику Asteromaca indica или Aster indicus) — полевая хризантема, астра. Емэна “овощи невесты”, их собирают во время полевых игр (СН); возможно, происхождение этого названия связано с народными брачными играми. Это многолетнее растение, цветет осенью бледно-лиловыми цветами, листья его употребляются в пищу.
このまより
もりくる月の
影見れは
心つくしの
秋はきにけり
このまより
もりくるつきの
かけみれは
こころつくしの
あきはきにけり
Облетела листва,
и видно, как лунные блики
меж деревьев скользят, —
значит, сердцу неся растраву,
в самом деле приходит осень…

あき萩も
色つきぬれは
きりきりす
わかねぬことや
よるはかなしき
あきはきも
いろつきぬれは
きりきりす
わかねぬことや
よるはかなしき
Может быть, оттого,
что хаги увяли, поблекли
на осеннем лугу, —
как и я, не уснёт кузнечик,
безутешно всю ночь рыдает…
125. Хаги — леспедеца двуцветная Lespedeza bicolor, полукустарник с желтыми цветами.
秋はきに
うらひれをれは
あしひきの
山したとよみ
しかのなくらむ
あきはきに
うらひれをれは
あしひきの
やましたとよみ
しかのなくらむ
Созерцаю в тоске
цветенье осеннее хаги —
у подножья горы
отдается эхом далеким
одинокий призыв оленя…
130. Хаги цветет в брачный период оленей.
秋はきを
しからみふせて
なくしかの
めには見えすて
おとのさやけさ
あきはきを
しからみふせて
なくしかの
めにはみえすて
おとのさやけさ
Я не вижу его,
оленя, что заросли хаги
топчет где-то в горах,
но пронзительно и печально
раздастся зов одинокий…

あきはきの
花さきにけり
高砂の
をのへのしかは
今やなくらむ
あきはきの
はなさきにけり
たかさこの
をのへのしかは
いまやなくらむ
На осенних лугах
раскрылись соцветия хаги —
верно, скоро уже
свой призывный голос возвысит
и олень на горе Такасаго…
131. Гора Такасаго находится близ города Такасаго в префектуре Хёго.
秋はきの
ふるえにさける
花見れは
本の心は
わすれさりけり
あきはきの
ふるえにさける
はなみれは
もとのこころは
わすれさりけり
Вновь осенней порой
я вижу соцветия хаги
все на тех же ветвях —
и, как прежде, сжимается сердце,
и ничто, ничто не забыто!..

あきはきの
したは色つく
今よりや
ひとりある人の
いねかてにする
あきはきの
したはいろつく
いまよりや
ひとりあるひとの
いねかてにする
За цветами вослед
блекнут листья хаги осенних —
с этих пор, как и мне,
нелегко им будет, наверно,
коротать холодные ночи…

をりて見は
おちそしぬへき
秋はきの
枝もたわわに
おけるしらつゆ
をりてみは
おちそしぬへき
あきはきの
えたもたわわに
おけるしらつゆ
Стоит ветку сорвать —
и светлая россыпь погибнет,
капли сгинут навек.
Под росой рассветной склонились
до земли осенние хаги…

あきはきぬ
紅葉はやとに
ふりしきぬ
道ふみわけて
とふ人はなし
あきはきぬ
もみちはやとに
ふりしきぬ
みちふみわけて
とふひとはなし
Вот и осень пришла.
Осыпан листвою опавшей
мой печальный приют —
и никто не заходит в гости,
протоптав меж листьев тропинку…

秋はきの
花をは雨に
ぬらせとも
君をはまして
をしとこそおもへ
あきはきの
はなをはあめに
ぬらせとも
きみをはまして
をしとこそおもへ
На осеннем лугу
поникли намокшие хаги
под дождем проливным —
так и я скорблю безутешно,
с Государем моим прощаясь…

吹きまよふ
野風をさむみ
秋はきの
うつりも行くか
人の心の
ふきまよふ
のかせをさむみ
あきはきの
うつりもゆくか
ひとのこころの
Налетает с полей
холодный порывистый ветер —
неужели любовь
в сердце милой уже увяла,
как цветы осенние хаги?!

宮木のの
もとあらのこはき
つゆをおもみ
風をまつこと
きみをこそまて
みやきのの
もとあらのこはき
つゆをおもみ
かせをまつこと
きみをこそまて
Ожидаю тебя —
как хаги с листвою поникшей
в каплях светлой росы
на осеннем лугу Мияги
ожидают порыва ветра…
270. Луг Мияги, восточная часть г. Сэндай в префектуре Миясиро, славился красотой цветения хаги.
萩は錦を地にしけらんやうにて、ためなかゞ長櫃に折入て、みやこのつとにもたせけるも、風流にくからず。
はぎにしきを地にしけらんやうにて、ためなかゞ長櫃ながびつ折入をりいれて、みやこのつとにもたせけるも、風流にくからず。
Ветки хаги напоминали разостланную по земле парчу, не зря когда-то Тамэнака, наполнив ими сундуки, привез в подарок в столицу, он был человеком весьма утонченным.
..не зря когда-то Тамэнака... — Басе имеет в виду случай, зафиксированный в трактате Камо Тёмэя (1155—1216) «Мумё-сё». Татибана Тамэнака, когда закончился срок его пребывания в должности правителя Митиноку, возвращался в столицу и, проезжая по равнине Мияги, славящейся красотой хаги (леспедеца двуцветная, кустарник, цветущий осенью лиловыми цветам) наполнил сундуки ветками хаги и привез их в подарок в столицу.
もゝひきや
一花摺の
萩ごろも
ももひきや
ひとはなずりの
はぎごろも
Штаны бедняка
Прихотливым узором покрылись
В зарослях хаги.

萩原や
一よはやどせ
山のいぬ
はぎはらや
ひとよはやどせ
やまのいぬ
Нежные хаги,
На одну лишь ночь приютите
Бездомного пса.

神南備の
御室の山の
葛かづら
浦吹きかへす
秋は来にけり
かむなびの
みむろのやまの
くずかづら
うらふきかへす
あきはきにけり
На священной Мимуро-горе
Ветер гуляет,
Листья плюща
Изнанкою вверх повернув.
Осень настала...
* Мимуро — слово не является собственным названием конкретной горы, имеет значение «обитель богов». Синтоистские святыни находились также на горе Мива в провинции Ямато, горе Тацута (уезд И кома) и др.
吹く風の
色こそ見えね
高砂の
尾上の松に
秋は来にけり
ふくかぜの
いろこそみえね
たかさごの
をのへのまつに
あきはきにけり
У ветра — цвета нет,
И потому не видно перемены,
Но, завывая в соснах Такасаго,
Принёс он весть:
Настала осень.
* Местность Такасаго (префектура Хёго, район Оноэ) славилась красотой своих древних сосен. Ветер в соснах — постоянный поэтический образ. Автор использовал как прототип песню Тосиюки из «Кокинсю» (свиток «Песни осени»):
На взгляд —
Ничто не изменилось,
И только ветер, завывая,
Весть принёс:
Настала осень.
深草の
露のよすがを
契りにて
里をばかれず
秋は来にけり
ふかくさの
つゆのよすがを
ちぎりにて
さとをばかれず
あきはきにけり
Как видно, осень не забыла
Селенье, что зовут
«Густой травою»:
Опять пришла сюда,
Скучая по росе.
* ...селенье, что зовут «Густой травою»... — Фукагуса («Густая трава») — селение на окраине Хэйана (ныне территория г. Киото). Постоянный образ-символ заброшенности, запустения. Автор мог использовать в качестве прототипа танка Нарихиры из «Кокинсю» (есть также в лирической повести «Исэ моногатари»):
Если покину селенье,
Что «Густою травою»
Зовётся,
Ещё больше, наверно,
Оно зарастёт...

あはれまた
いかにしのばむ
袖の露
野原の風に
秋は来にけり
あはれまた
いかにしのばむ
そでのつゆ
のはらのかぜに
あきはきにけり
Ах, как сдержать росу,
Что в нынешнем году
Опять переполняет рукава?
В полях задул
Осенний ветер...
* Осень традиционно считалась порой грусти и печали. Отсюда неизменный образ слёз, выраженный постоянной метафорой — роса. Одновременно здесь и намек на росу в полях — признак наступившей осени.

みしぶつき
うゑし山田に
ひたはへて
また袖ぬらす
秋は来にけり
みしぶつき
うゑしやまだに
ひたはへて
またそでぬらす
あきはきにけり
Мокрыми были рукава,
Когда, стоя в воде, сажал я рис.
А ныне — отгоняю птиц,
И вновь намок рукав — от слёз:
Настала осень!
* ...А ныне — отгоняю птиц... Для отпугивания от посевов птиц, оленей и других животных изготовляли трещотки (хита или наруко) — небольшого размера дощечки, к которым крепились связанные между собой маленькие бамбуковые коробочки. Дощечки крепились к верёвке, которой огораживали рисовое поле. Когда сторож дёргал за верёвку, коробочки ударялись о доску и производили трескучий звук. Для приведения в действие трещоток достаточно было и порыва ветра.
秋萩を
折らでは過ぎじ
つき草の
花ずり衣
露にぬるとも
あきはぎを
をらではすぎじ
つきくさの
はなずりころも
つゆにぬるとも
Я мимо не пройду,
Чтоб не сорвать
Цветов осенних хаги,
Пусть даже полиняет от росы
Лунной травой окрашенное платье.
* ...Лунной травой окрашенное платье. «Лунная трава» нестойкий краситель (см. коммент. 179). Постоянный поэтический образ, часто используется как метафора для выражения непостоянства в любви.
* Намёк на песню неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни осени»):
Я лунною травой
Себе покрашу платье,
Хоть, может быть, к утру
Оно и полиняет,
Промокнув от росы.
秋萩の
咲き散る野辺の
夕露に
濡れつつ来ませ
夜はふけぬ
あきはぎの
さきちるのべの
ゆふつゆに
ぬれつつきませ
よはふけぬ
О, приходи ко мне
Через поля осенних хаги,
Промокший от росы, —
Хоть за полночь уже,
Но — приходи, я жду!
* Танка есть в «Манъёсю», где значится как песня неизвестного автора.

とふ人も
あらし吹きそふ
秋は来て
木の葉にうづむ
宿の道芝
とふひとも
あらしふきそふ
あきはきて
このはにうづむ
やどのみちしば
Осень пришла,
С холодными, свирепыми ветрами,
И листья палые засыпали тропу, —
Теперь уж некого, наверное,
Мне ждать.
* Автор обыгрывает слова-омофоны: араси — «буря, свирепый ветер» ассоциируется с арадзи — «некого».
* Просматривается намёк на танка неизвестного автора из «Песен осени» антологии «Сюисю»:
Теперь едва ли кто-то навестит...
Холодный сильный ветер дует,
И на сосне тоскливо
Звенят цикады, —
Будто ждут кого-то...

秋萩の
枝もとををに
おく露の
けさ消えぬとも
色に出でめや
あきはぎの
えだもとををに
おくつゆの
けさきえぬとも
いろにいでめや
Хоть нынче, может, я растаю,
Как белая роса
На ветках хаги,
Любовь свою, глубоко затаив,
Я унесу с собой.

安伎波疑尓
々保敝流和我母
奴礼奴等母
伎美我美布祢能
都奈之等理弖婆
あきはぎに
にほへるわがも
ぬれぬとも
きみがみふねの
つなしとりてば
Пусть подол мой,
Окрашенный цветом осеннего хаги,
Весь вымок, — не важно!
Лишь бы в силах была удержать я, любимый,
Своими руками канат твоей лодки!
* Хаги — любимый цветок осени, один из семи осенних цветов, служил обычно предметом любования, употреблялся и как краситель (см. п. 57, 1538).
可敝里伎弖
見牟等於毛比之
和我夜度能
安伎波疑須々伎
知里尓家武可聞
かへりきて
みむとおもひし
わがやどの
あきはぎすすき
ちりにけむかも
Сусуки и осенний нежный хаги,
Которые растут у дома моего,
Которыми мечтал,
Вернувшись, любоваться,
Наверное, там отцвели давно!..
* Сусуки — род камыша (см. п. 45, 3506).
* Хаги — см. п. 3677.
天地等
登毛尓母我毛等
於毛比都々
安里家牟毛能乎
波之家也思
伊敝乎波奈礼弖
奈美能宇倍由
奈豆佐比伎尓弖
安良多麻能
月日毛伎倍奴
可里我祢母
都藝弖伎奈氣婆
多良知祢能
波々母都末良母
安<佐>都由尓
毛能須蘇比都知
由布疑里尓
己呂毛弖奴礼弖
左伎久之毛
安流良牟其登久
伊R見都追
麻都良牟母能乎
世間能
比登<乃>奈氣伎<波>
安比於毛波奴
君尓安礼也母
安伎波疑能
知良敝流野邊乃
波都乎花
可里保尓布<伎>弖
久毛婆奈礼
等保伎久尓敝能
都由之毛能
佐武伎山邊尓
夜杼里世流良牟
あめつちと
ともにもがもと
おもひつつ
ありけむものを
はしけやし
いへをはなれて
なみのうへゆ
なづさひきにて
あらたまの
つきひもきへぬ
かりがねも
つぎてきなけば
たらちねの
ははもつまらも
あさつゆに
ものすそひづち
ゆふぎりに
ころもでぬれて
さきくしも
あるらむごとく
いでみつつ
まつらむものを
よのなかの
ひとのなげきは
あひおもはぬ
きみにあれやも
あきはぎの
ちらへるのへの
はつをばな
かりほにふきて
くもばなれ
とほきくにへの
つゆしもの
さむきやまへに
やどりせるらむ
С небом и землей
Вместе вечно жить хочу!—
Говорил ты нам всегда
И, наверно, думал так…
Горячо любимый дом
Ты оставил и поплыл,
По волнам качаясь, вдаль…
Мчались месяцы и дни
Новояшмовых годов,
Гуси дикие не раз
Прилетали с криком вновь…
Мать, вскормившая тебя,
И любимая жена,
Верно, в утренней росе,
Промочив подол одежд,
И в тумане, ввечеру,
Увлажнив рукав насквозь,
Выйдя из дому, глядят,
Ожидая у ворот,
Словно ты еще живой,
Словно не было беды…
Но тебе печаль людей
Мира бренного — теперь
Недоступна навсегда.
И, наверно, оттого
В дни осенние в полях,
Где осыпались уже
Хаги нежные цветы,
Там, покрыв шалаш себе
Цветом первых обана,
В чуждой дальней стороне,
Словно облака небес,
Посреди пустынных гор,
Где холодная роса
Покрывает камни скал,
Вечный ты нашел приют!..
* Хаги — см. п. 3677.
* Обана — см. п. 1538.
安麻射加流
比奈乎佐米尓等
大王能
麻氣乃麻尓末尓
出而許之
和礼乎於久流登
青丹余之
奈良夜麻須疑氐
泉河
伎欲吉可波良尓
馬駐
和可礼之時尓
好去而
安礼可敝里許牟
平久
伊波比氐待登
可多良比氐
許之比乃伎波美
多麻保許能
道乎多騰保美
山河能
敝奈里氐安礼婆
孤悲之家口
氣奈我枳物能乎
見麻久保里
念間尓
多麻豆左能
使乃家礼婆
宇礼之美登
安我麻知刀敷尓
於餘豆礼能
多<波>許登等可毛
<波>之伎余思
奈弟乃美許等
奈尓之加母
時之<波>安良牟乎
<波>太須酒吉
穂出秋乃
芽子花
尓保敝流屋戸乎
(言斯人為性好愛花草花樹而多<植>於寝院之庭
故謂之花薫庭也)
安佐尓波尓
伊泥多知奈良之
暮庭尓
敷美多比良氣受
佐保能宇知乃
里乎徃過
安之比紀乃
山能許奴礼尓
白雲尓
多知多奈妣久等
安礼尓都氣都流
(佐保山火葬
故謂之佐保乃宇知乃佐<刀>乎由吉須疑)
あまざかる
ひなをさめにと
おほきみの
まけのまにまに
いでてこし
われをおくると
あをによし
ならやますぎて
いづみがは
きよきかはらに
うまとどめ
わかれしときに
まさきくて
あれかへりこむ
たひらけく
いはひてまてと
かたらひて
こしひのきはみ
たまほこの
みちをたどほみ
やまかはの
へなりてあれば
こひしけく
けながきものを
みまくほり
おもふあひだに
たまづさの
つかひのければ
うれしみと
あがまちとふに
およづれの
たはこととかも
はしきよし
なおとのみこと
なにしかも
ときしはあらむを
はだすすき
ほにいづるあきの
はぎのはな
にほへるやどを
あさにはに
いでたちならし
ゆふにはに
ふみたひらげず
さほのうちの
さとをゆきすぎ
あしひきの
やまのこぬれに
しらくもに
たちたなびくと
あれにつげつる
さほのうちの
さとをゆきすぎ
В дальней, как небесный свод,
В стороне глухой велел
Управлять страною мне
Наш великий государь.
И, приказу покорясь,
Сразу тронулся я в путь.
Ты сопровождал меня.
Горы Нара миновав
В дивной зелени листвы,
Я остановил коня
В поле, возле чистых вод
Быстрой Идзуми-реки,
И простились мы с тобой.
На прощанье я сказал,
Пусть счастливым будет путь —
И вернусь я вновь домой.
Ты спокойно ожидай
Этот день, молясь богам.
С той поры
Далек был путь,
Путь, отмеченный давно
Яшмовым копьем.
Горы, реки пролегли
Между нами,
Милый брат.
Долги очень были дни,
Проведенные в тоске.
И в тот час, когда мечтал
О свидании с тобой,
С веткой яшмовой гонец
Вдруг пришел, и думал я:
Может, радость мне принес?
Но когда спросил его,
Ожиданием томясь,—
То не ложь или обман?
Что сказал он мне в ответ?
Почему случилось так,—
Ведь еще не вышел срок?..
“Осенью, когда камыш
Пышным колосом цветет,
Рано поутру
Из дому, где аромат
Слышен хаги,
Никогда
Он не выйдет больше в сад,
Божество — родной твой брат.
Он не будет там стоять,
Любоваться на цветы.
Вечерами не пойдет
Он бродить по саду вновь,
Он покинул то село
И теперь уже в Сахо
Белым облаком он встал
Между распростертых гор
И исчез среди ветвей
Меж верхушками вдали…”
Вот что передал гонец.
18-й год [Тэмпё (746)]. Осень, 25-й день 9-й луны
Отомо Якамоти
* С веткой яшмовой гонец — см. п. 2548.
* Хаги — см. 1538.
* “Белым облаком он встал…” — говорится о погребальном обряде сожжения.
安志比奇<乃>
山坂<超>而
去更
年緒奈我久
科坂在
故志尓之須米婆
大王之
敷座國者
京師乎母
此間毛於夜自等
心尓波
念毛能可良
語左氣
見左久流人眼
乏等
於毛比志繁
曽己由恵尓
情奈具也等
秋附婆
芽子開尓保布
石瀬野尓
馬太伎由吉氐
乎知許知尓
鳥布美立
白塗之
小鈴毛由良尓
安波勢也<理>
布里左氣見都追
伊伎騰保流
許己呂能宇知乎
思延
宇礼之備奈我良
枕附
都麻屋之内尓
鳥座由比
須恵弖曽我飼
真白部乃多可
あしひきの
やまさかこえて
ゆきかはる
としのをながく
しなざかる
こしにしすめば
おほきみの
しきますくには
みやこをも
ここもおやじと
こころには
おもふものから
かたりさけ
みさくるひとめ
ともしみと
おもひししげし
そこゆゑに
こころなぐやと
あきづけば
はぎさきにほふ
いはせのに
うまだきゆきて
をちこちに
とりふみたて
しらぬりの
をすずもゆらに
あはせやり
ふりさけみつつ
いきどほる
こころのうちを
おもひのべ
うれしびながら
まくらづく
つまやのうちに
とぐらゆひ
すゑてぞわがかふ
ましらふのたか
Перешел заставы я
Многих распростертых гор
И живу теперь в Коси,
Дальней от столичных мест.
Нить сменяющихся лет
Долго тянется в глуши.
И хоть думаю порой
В глубине своей души,
Что в стране, где правишь ты,
Наш великий государь,
Будь в столице или здесь —
Все едино,
Но тоска
Велика средь здешних мест.
Мало глаз людских вокруг,
Мало встретишь здесь людей,
Не с кем мне поговорить,
Чтобы отогнать печаль,
Не с кем повидаться мне,
Чтобы разогнать тоску,
И поэтому,
Стремясь
Сердце бедное свое
Хоть слегка развеселить,—
Только осень настает
На полях Ивасэну,
Где сверкают, расцветя,
Хаги первые цветы,—
За узду веду коня,
Там и тут, топча траву,
Разгоняю всюду птиц,
И на соколе звенят
Нежным звоном бубенцы
Из литого серебра…
Посылаю я его
Вслед за птицей,
И смотрю, и любуюсь,
Глядя ввысь,
И в тоскующем моем сердце
Разогнав печаль,
В спальню радостно иду,
В изголовий своем
Клетку делаю ему,
И сажаю в клетку я,
Посадив, кормлю его,
Соколенка моего.
* В старину при дворе часто занимались соколиной охотой. Ей посвящен ряд песен, в частности несколько песен есть у поэта Отомо Якамоти.
* Хаги — см. п. 1538.
吾屋戸之
芽子開尓家理
秋風之
将吹乎待者
伊等遠弥可母
わがやどの
はぎさきにけり
あきかぜの
ふかむをまたば
いととほみかも
У дома моего
Цветы осенних хаги все расцвели уже
Не потому ль,
Что слишком долго б они ждали,
Когда б осенний ветер начал дуть?
15-й день 6-й луны
* Говорится о рано расцветших осенних цветах хаги (см. п. 1538).
伊波世野尓
秋芽子之努藝
馬並
始鷹猟太尓
不為哉将別
いはせのに
あきはぎしのぎ
うまなめて
はつとがりだに
せずやわかれむ
Ужели осенью в полях Ивасэну
Мне не раздвинуть больше ветви хаги
И не построим больше в ряд коней.
Ужель расстанусь я, не выйдя даже
С тобой на первую охоту, милый друг?

君之家尓
殖有芽子之
始花乎
折而挿頭奈
客別度知
きみがいへに
うゑたるはぎの
はつはなを
をりてかざさな
たびわかるどち
О первые цветы осенних хаги,
Посаженных
У дома твоего!
Пусть, их сорвав, украсятся венками
Друзья, что разлучаются в пути!
* Хиронава говорит в песне о себе, возвращающемся в провинцию Эттю, и о Якамоти, уезжающем в столицу.
乎美奈<弊>之
安伎波疑之努藝
左乎之可能
都由和氣奈加牟
多加麻刀能野曽
をみなへし
あきはぎしのぎ
さをしかの
つゆわけなかむ
たかまとののぞ
Там, где, раздвинув в стороны кусты
Осенних хаги, оминаэси-цветы,
Олень, с листвы росу блестящую роняя,
Сквозь ветви пробирается, крича,—
Там Такамато — дивные поля.
* Хаги, оминаэси — цветы осени (см. п. 1538, 2145).
宮人乃
蘇泥都氣其呂母
安伎波疑尓
仁保比与呂之伎
多加麻刀能美夜
みやひとの
そでつけごろも
あきはぎに
にほひよろしき
たかまとのみや
Дворец прекрасен
В Такамато,
Где средь цветов осенних нежных хаги
Сверкают платья яркие придворных
И рукава с большими обшлагами.
* Хаги — см. п. 1538.
狩衣
われとはすらじ
露しげき
野原の萩の
花にまかせて
かりごろも
われとはすらじ
つゆしげき
のはらのはぎの
はなにまかせて
Не стану красить сам
Свое охотничье я платье,
Доверюсь я цветам
Осенних хаги
В полях, сверкающих росой.
* Тема кустарника хаги, его листьев, красиво желтеющих снизу, и его мелких белых цветов, украшающих поля, — одна из постоянных в осеннем наборе. Прототип — песня неизвестного автора из «Манъёсю»:
Не буду красить
Своё платье:
Если отправлюсь в поле Такамацу —
Окрасится оно само
Цветами хаги.
萩が花
真袖にかけて
高円の
尾上の宮に
ひれ振るやたれ
はぎがはな
まそでにかけて
たかまとの
をのへのみやに
ひれふるやたれ
Кто эти девы из дворца,
Что, рукава украсивши
Цветами хаги,
Приветно машут нам платками
С горы Такамадо?
* На горе Такамадо в одноимённом квартале г. Нара находился дворец-усадьба императора Сёму. ...машут нам платками — белые платки-шарфы, надеваемые на шею и спускавшиеся на плечи, были принадлежностью женского туалета. Как прототип автор использовал танка Отомо Якамоти из «Манъёсю»:
Дворец Такамадо...
Служители его
Длинные рукава украсили
Цветами хаги.
Что за прекрасные цветы!

(В те времена по праздникам и в некоторых других случаях надевали кимоно с удлинёнными вдвое рукавами.)
おく露も
しづ心なく
秋風に
乱れて咲ける
真野の萩原
おくつゆも
しづこころなく
あきかぜに
みだれてさける
まののはぎはら
Равнина Ману, поле Хагивара...
Цветут, колышась на ветру,
Цветы осенних хаги.
Без устали разбрасывает ветер
Росинки с лепестков.
* Хагивара — слово означает «поле хаги».
* Равнина Ману одна из достопримечательностей провинции Ямато, хотя места с таким названием были и в других провинциях: Рикудзэн, Оми, Сэтцу. Местность славилась красотой цветущих хаги.
明けぬとて
野辺より山に
いる鹿の
あと吹きおくる
萩の下風
あけぬとて
のべよりやまに
いるしかの
あとふきおくる
はぎのしたかぜ
Вот с поля
Возвращается обратно в горы олень,
Вслед ему дует сквозь кустарник хаги
Осенний ветер,
Возвещая рассвет...
* ...с поля возвращается обратно в горы олень... — считалось, что олень ночует в поле, а с рассветом возвращается в горы. Со времён «Манъёсю» существовало поверье, что олень и кустарник хаги — супруги. «Жена-цветок» — в таком образе встречается цветок хаги в антологии «Манъёсю».
風吹けば
玉散る萩の
下露に
はかなく宿る
野辺の月
かぜふけば
たまちるはぎの
したつゆに
はかなくやどる
のべのつき
Подует ветер,
И осыплются жемчужинки-росинки
С листьев хаги.
Едва успел в них отразиться
Лунный лик.

夜もすがら
妻どふ鹿の
鳴くなへに
小萩が原の
露ぞこぼるる
よもすがら
つまどふしかの
なくなへに
こはぎがはらの
つゆぞこぼるる
Ночь целую стонет,
Подругу свою призывая,
Олень.
На поле в кустарнике хаги
Рассыпалась всюду роса...
* Прототип — танка Фудзивары Нагаёси из свитка «Песни осени» антологии «Госюисю»:
На поле Мияги
Трубит, призывая подругу,
Олень.
Наверно, холодною стала
Роса на кустарнике хаги...
秋風に
乱れてものは
思へども
萩の下葉の
色はかはらず
あきかぜに
みだれてものは
おもへども
はぎのしたはの
いろはかはらず
В смятении душа, —
Как спутанные ветром ветви хаги,
Но если листья у него
По осени свой изменили цвет,
В лице моем ты не заметишь перемены.

我が恋は
庭のむら萩
うらがれて
人をも身をも
秋の夕暮れ
わがこひは
にはのむらはぎ
うらがれて
ひとをもみをも
あきのゆふぐれ
Любовь безответная
Иссушила меня,
И упреком немым
Видятся листья увядшего хаги
В осенние вечера.

色かはる
萩の下葉を
見てもまづ
人の心の
秋ぞ知らるる
いろかはる
はぎのしたはを
みてもまづ
ひとのこころの
あきぞしらるる
Смотришь, как снизу желтеют
Листья у хаги, и невольно сомнение
Вселяется в сердце:
Остались ли прежними
Чувства твои?

あらく吹く
風はいかにと
宮城野の
小萩が上を
人の問へかし
あらくふく
かぜはいかにと
みやぎのの
こはぎがうへを
ひとのとへかし
Жестокий вихрь пронесся,
Так приди же и спроси:
Что сталось с маленьким
Цветочком хаги
В поле Мияги?

吾待之
秋者来沼
妹与吾
何事在曽
紐不解在牟
わがまちし
あきはきたりぬ
いもとあれと
なにことあれぞ
ひもとかずあらむ
Вот, наконец, и осень наступила,—
Давно я ждал счастливой той поры.
И я, и милая —
Ведь, чтобы ни случилось,
Развяжем все равно заветные шнуры!
[Песня Волопаса]
* “Развяжем все равно заветные шнуры” — см. п. 1789.
安伎能野尓
都由於弊流波疑乎
多乎良受弖
安多良佐可里乎
須<具>之弖牟登香
あきののに
つゆおへるはぎを
たをらずて
あたらさかりを
すぐしてむとか
Ужель пройдет напрасно для меня
Расцвета хаги дорогое время?
И не сорву я их цветов осенних,
Покрытых светлою росою
В далеких золотых полях?..

夜をさむみ
衣かりかね
なくなへに
萩のしたはも
うつろひにけり
よをさむみ
ころもかりかね
なくなへに
はきのしたはも
うつろひにけり
Нынче ночь холодна —
оденусь-ка я потеплее,
буду слушать сквозь сон
перекличку стаи гусиной
над лугами увядших хаги…

なきわたる
かりの涙や
おちつらむ
物思ふやとの
萩のうへのつゆ
なきわたる
かりのなみたや
おちつらむ
ものおもふやとの
はきのうへのつゆ
Капли светлой росы
на соцветиях хаги близ дома,
где грущу о былом, —
или то перелетные гуси
обронили слезы, прощаясь?..

萩か花
ちるらむをのの
つゆしもに
ぬれてをゆかむ
さ夜はふくとも
はきかはな
ちるらむをのの
つゆしもに
ぬれてをゆかむ
さよはふくとも
По осенним лугам,
где хаги цветы опадают,
побреду наугад,
в росном инее вымочив платье,
невзирая на сумрак вечерний…

秋はきぬ
いまやまかきの
きりきりす
よなよななかむ
風のさむさに
あきはきぬ
いまやまかきの
きりきりす
よなよななかむ
かせのさむさに
Вот и осень пришла —
теперь по ночам за оградой
на холодном ветру
будет петь тоскливо кузнечик,
на ветвях хурмы примостившись…

秋萩を
いろどる風の
吹きぬれば
人の心も
うたがはれけり
あきはぎを
いろどるかぜの
ふきぬれば
ひとのこころも
うたがはれけり


秋萩を
いろどる風は
ふきぬとも
心はかれじ
草葉ならねば
あきはぎを
いろどるかぜは
ふきぬとも
こころはかれじ
くさはならねば


時雨ふり
ふりなば人に
見せもあへ
ず散りなば惜み
をれる秋萩
しぐれふり
ふりなばひとに
みせもあへ
ずちりなばをみ
をれるあきはぎ


さを鹿の
立馴らすを野の
秋萩に
おける白露
我もけぬべし
さをしかの
たならすをのの
あきはぎに
おけるしらつゆ
われもけぬべし


足びきの
山の山守
もる山の
もみぢせさする
秋はきにけり
あしびきの
やまのやまもり
もるやまの
もみぢせさする
あきはきにけり


あきは霧
きりすきぬれは
雪ふりて
はるるまもなき
み山へのさと
あきはきり
きりすきぬれは
ゆきふりて
はるるまもなき
みやまへのさと


袖ぬらす
萩の上葉の
露ばかり
昔忘れぬ
虫の音ぞする
そでぬらす
はぎのうはばの
つゆばかり
むかしわすれぬ
むしのおとぞする
Увлажняя рукав,
Капает с листьев хаги
Роса...
И слышится тот же, что прежде,
Незабываемый плач сверчков.

秋の草は、荻、すすき、桔梗、萩、女郎花、ふじばかま、紫苑、われもかう、かるかや、りんだう、菊。

Осенние травы — тростник, эвлария, колокольчик, петушечник, валериана, репейник, астра, бедринец, карукая, гречавка, хризантема

<挂>纒毛
文恐
藤原
王都志弥美尓
人下
満雖有
君下
大座常
徃向
<年>緒長
仕来
君之御門乎
如天
仰而見乍
雖畏
思憑而
何時可聞
日足座而
十五月之
多田波思家武登
吾思
皇子命者
春避者
殖槻於之
遠人
待之下道湯
登之而
國見所遊
九月之
四具礼<乃>秋者
大殿之
砌志美弥尓
露負而
靡<芽>乎
珠<手>次
懸而所偲
三雪零
冬朝者
刺楊
根張梓矣
御手二
所取賜而
所遊
我王矣
烟立
春日暮
喚犬追馬鏡
雖見不飽者
万歳
如是霜欲得常
大船之
憑有時尓
涙言
目鴨迷
大殿矣
振放見者
白細布
餝奉而
内日刺
宮舎人方
(一云
者)
雪穂
麻衣服者
夢鴨
現前鴨跡
雲入夜之
迷間
朝裳吉
城於道従
角障經
石村乎見乍
神葬
々奉者
徃道之
田付𠮧不知
雖思
印手無見
雖歎
奥香乎無見
御袖
徃觸之松矣
言不問
木雖在
荒玉之
立月毎
天原
振放見管
珠手次
懸而思名
雖恐有
かけまくも
あやにかしこし
ふぢはらの
みやこしみみに
ひとはしも
みちてあれども
きみはしも
おほくいませど
ゆきむかふ
としのをながく
つかへこし
きみのみかどを
あめのごと
あふぎてみつつ
かしこけど
おもひたのみて
いつしかも
ひたらしまして
もちづきの
たたはしけむと
わがもへる
みこのみことは
はるされば
うゑつきがうへの
とほつひと
まつのしたぢゆ
のぼらして
くにみあそばし
ながつきの
しぐれのあきは
おほとのの
みぎりしみみに
つゆおひて
なびけるはぎを
たまたすき
かけてしのはし
みゆきふる
ふゆのあしたは
さしやなぎ
ねはりあづさを
おほみてに
とらしたまひて
あそばしし
わがおほきみを
かすみたつ
はるのひくらし
まそかがみ
みれどあかねば
よろづよに
かくしもがもと
おほぶねの
たのめるときに
なくわれ
めかもまとへる
おほとのを
ふりさけみれば
しろたへに
かざりまつりて
うちひさす
みやのとねりも(は)
たへのほの
あさぎぬければ
いめかも
うつつかもと
くもりよの
まとへるほどに
あさもよし
きのへのみちゆ
つのさはふ
いはれをみつつ
かむはぶり
はぶりまつれば
ゆくみちの
たづきをしらに
おもへども
しるしをなみ
なげけども
おくかをなみ
おほみそで
ゆきふれしまつを
こととはぬ
きにはありとも
あらたまの
たつつきごとに
あまのはら
ふりさけみつつ
たまたすき
かけてしのはな
かしこくあれども
Ах, поведать это вам
Страх большой внушает мне;
В Фудзиваровской столице,
Где всего полным-полно,
Хоть и много там людей
Заполняют всю ее,
И хотя светлейших принцев
Много пребывает в ней,
Но ведь только на него,
У которого служил
Нить немалую годов,
Что сменялись, уходя,
Я смотрел, взирая ввысь,
Словно в небеса,
На него лишь уповал,
Хоть и трепетал душой…
О, как быстро срок настал.
Думал, будет он сиять,
Словно полная луна,
Принц любимый —
Божество.
Ах, когда придет весна,
В Уэцки, бывало, он
По дороге проходил
Под зеленою сосной “мацу”,
“Мацу” — значит ждать
Тех, кто далеко…
Поднимаясь на холмы,
Любовался с высоты
Он своей страной.
Осенью, когда польют
Мелкие дожди,
В долгий месяц, в сентябре,
Среди зарослей пруда,
У чертогов у своих,
На покрытые росой
И склоненные цветы хаги
Глядя каждый раз,
На себя он надевал
Перевязь из жемчугов —
Грусти предавался он.
Рано поутру зимой,
В час, когда шел белый снег,
Ах, посаженный росток ивы
Пустит корни вмиг…
Лук натянутый он брал,
На охоту выходил —
Наш великий государь!
Так он время проводил
До весны,
Когда вставал
Легкой дымкою туман…
Зеркало светлей воды —
Сколько ни гляди в него,
Не устанешь никогда,
Потому всегда мечтал,
Чтобы вечно жил он здесь,
Тысячу веков.
Словно на большой корабль,
Уповал я на него,
Доверял ему душой.
То не лживая ль молва
Отуманила мне взор
В то мгновение,
Когда
На чертог его взглянул?
Белой тканью, вижу я,
Как велит святой обряд,
Разукрашен весь дворец,
И все слуги во дворце,
Где указывают всем
День назначенных работ,
В платья белого тканья
Нарядились в эти дни.
“Уж не сон ли это все?
Неужели это явь?” —
Думаю теперь с тоской.
Словно облачная ночь,
И не видно ничего —
Так блуждаю я в тоске…
Полотняные одежды
Хороши в Кии- стране…
В Киноэ лежит дорога.
Глядя там на Иварэ,
Где плющом обвиты скалы,
Хоронили мы его,
Преклоняясь, хоронили
Наше божество.
И теперь,
Как быть, не знаю.
И куда теперь идти?
Сколько ни тоскуй душою,
Понапрасну будет все,
Сколько ни печалься в горе,
Нет конца печали той.
Вот сосна,
Что он касался
Белотканым рукавом.
И пускай она безгласна,
Только дерево она,
Но я буду каждый месяц
Новояшмовый
И впредь,
Глядя на равнину неба,
На нее с тоской смотреть,
В этот грустный час надену
Перевязь из жемчугов,
Вспоминать его я буду
В трепете святом души…
* Плач о принце, имя его неизвестно. В старину было принято сочинять плачи по случаю смерти принца, правителя и т. п. Сочиняли близкие, приближенные, слуги, придворные поэты. Исполнение такой песни считалось своего рода обрядом. Часто, судя по песням М., плач поручали сочинять придворным поэтам. Много плачей в М. сложено Хитомаро. Данный плач также напоминает манерой и стилем его песни, хотя он включен как анонимный, но в нем целые строки совпадают со строками плача о принце Такэти (п. 199). Возможно также, что это его песня, но написанная по поводу смерти другого принца, в которой он использовал для данного случая “готовые” приемы и образы.
* Цветы хаги — осенние цветы лилового цвета; см. п. 1538. “Белой тканью вижу я… разукрашен весь дворец…” — белый цвет, цвет траура.
* “В платья белого тканья…”,— т. е. в траурную одежду. Перевязь из жемчугов надевают перед совершением молитвы.
小萩はら
また花さかぬ
みやきのの
しかやこよひの
月になくらん
こはきはら
またはなさかぬ
みやきのの
しかやこよひの
つきになくらむ


夏ころも
すそのの原を
わけゆけは
をりたかへたる
萩か花すり
なつころも
すそののはらを
わけゆけは
をりたかへたる
はきかはなすり


人もかな
みせもきかせも
萩の花
さく夕かけの
ひくらしのこゑ
ひともかな
みせもきかせも
はきのはな
さくゆふかけの
ひくらしのこゑ


あき山の
ふもとをこむる
家ゐには
すそ野のはきそ
まかきなりける
あきやまの
ふもとをこむる
いへゐには
すそののはきそ
まかきなりける


宮城のの
はきやをしかの
つまならん
花さきしより
声の色なる
みやきのの
はきやをしかの
つまならむ
はなさきしより
こゑのいろなる


心をは
ちくさの色に
そむれとも
袖にうつるは
萩かはなすり
こころをは
ちくさのいろに
そむれとも
そてにうつるは
はきかはなすり


秋はきぬ
竜田の山も
見てしかな
しくれぬさきに
色やかはると
あきはきぬ
たつたのやまも
みてしかな
しくれぬさきに
いろやかはると


やへむくら
しけれるやとの
さひしきに
人こそ見えね
秋はきにけり
やへむくら
しけれるやとの
さひしきに
ひとこそみえね
あきはきにけり
Дикие травы
Густо в доме растут.
Какая печаль!
Никого! Одна только осень
В гости приходит сюда.
Включено в антологию Огура хякунин иссю, 47.

(Перевод по книге «Сто стихотворений ста поэтов»: Старинный изборник японской поэзии VII—XIII вв./ Предисл., перевод со старояп., коммент. В. С. Сановича; Под ред. В. Н. Марковой. — 3-е изд., доп. и перераб. — М.-СПб.: Летний сад; Журнал «Нева», 1998. — 288 с.)
露けくて
わか衣手は
ぬれぬとも
折りてをゆかん
秋はきの花
つゆけくて
わかころもては
ぬれぬとも
をりてをゆかむ
あきはきのはな
Покроется росой
Рукав моего платья,
Промокнет пусть:
Пойду срывать
Цветы осенних хаги!

うつろはむ
事たに惜しき
秋萩を
をれぬはかりも
おける露かな
うつろはむ
ことたにをしき
あきはきを
をれぬはかりも
おけるつゆかな


うゑていにし
人もみなくに
秋はきの
たれ見よとかは
花のさきけむ
うゑていにし
ひともみなくに
あきはきの
たれみよとかは
はなのさきけむ


さをしかの
しからみふする
秋萩は
したはやうへに
なりかへるらん
さをしかの
しからみふする
あきはきは
したはやうへに
なりかへるらむ


秋はきは
まつさすえより
うつろふを
つゆのわくとは
思はさらなむ
あきはきは
まつさすえより
うつろふを
つゆのわくとは
おもはさらなむ


こひしくは
かたみにせむと
わかやとに
うゑし秋はき
今さかりなり
こひしくは
かたみにせむと
わかやとに
うゑしあきはき
いまさかりなり


秋はきの
したはを見すは
わすらるる
人の心を
いかてしらまし
あきはきの
したはをみすは
わすらるる
ひとのこころを
いかてしらまし


しめゆはぬ
のへの秋はき
風ふけは
とふしかくふし
物をこそ思へ
しめゆはぬ
のへのあきはき
かせふけは
とふしかくふし
ものをこそおもへ


庭草に
むらさめふりて
ひくらしの
なくこゑきけは
秋はきにけり
にはくさに
むらさめふりて
ひくらしの
なくこゑきけは
あきはきにけり


秋はきの
したはにつけて
めにちかく
よそなる人の
心をそみる
あきはきの
したはにつけて
めにちかく
よそなるひとの
こころをそみる


秋はきの
花もうゑおかぬ
やとなれは
しかたちよらむ
所たになし
あきはきの
はなもうゑおかぬ
やとなれは
しかたちよらむ
ところたになし


あすもこむ
野ちの玉川
はきこえて
色なる浪に
月やとりけり
あすもこむ
のちのたまかは
はきこえて
いろなるなみに
つきやとりけり


夕くれは
をのの萩はら
ふく風に
さひしくもあるか
鹿のなくなる
ゆふされは
をののはきはら
ふくかせに
さひしくもあるか
しかのなくなる


秋野乎
尓保波須波疑波
佐家礼杼母
見流之留思奈之
多婢尓師安礼婆
あきののを
にほはすはぎは
さけれども
みるしるしなし
たびにしあれば
Хоть и цветут цветы прекрасных хаги,
Что блеском заполняют все поля
Осеннею порой,
Но любоваться ими не суждено:
Ведь я теперь в пути…
[Неизвестный, автор]
* Хаги — излюбленные осенние цветы, один из семи осенних цветов (см. п. 57, 1538).
秋の田の
刈穗の庵の
匂ふ迄
さける秋萩
見れど飽かぬかも
あきのたの
かりほのやどの
にほふまで
さけるあきはぎ
みれどあかぬかも


秋萩の
色づく秋を
徒らに
あまたかぞへて
老いぞしにける
あきはぎの
いろづくあきを
いたづらに
あまたかぞへて
をいぞしにける


川水に
鹿のしがらみ
かけてけり
浮きて流れぬ
秋萩の花
かはみづに
しかのしがらみ
かけてけり
うきてながれぬ
あきはぎのはな
Палые листья разбросал олень,
Теченье преградив
Бегущему потоку.
Наверное, любуется теперь
Опавшими в поток цветами хаги.
* Хаги — см. коммент. 59. Автор использует в качестве прототипа две песни (очень частое явление в поэзии того времени) из антологии «Кокинсю» — Харумити-но Цураки:
Сметая листья палые
В горах,
Плотины
Строит на реке
Осенний ветер.

и неизвестного автора:
Опали листья хаги,
И олень
Нагрёб их в груду, как плотину, —
Его не вижу я,
Но стон так ясно слышен!
ふるさとの
もとあらの小萩
咲きしより
夜な夜な庭の
月ぞうつろふ
ふるさとの
もとあらのこはぎ
さきしより
よなよなにはの
つきぞうつろふ
Маленький кустик хаги
В заброшенной столице старой,
С тех пор, как он зацвёл,
Каждою ночью неизменно светит
Ему луна.
* В песне звучит один из мотивов главы «Павильон павлоний» романа «Гэндзи моногатари» — когда император предаётся беспокойным раздумьям о судьбе своего маленького сына Гэндзи, воспитываемого за пределами столицы. (Постоянно используемый образ старой заброшенной столицы иногда подразумевает просто понятие провинции.)
* Автор использует также песню неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни любви»):
Куст маленький хаги
В полях Миягино...
Под тяжестью капель росы
Поникли листочки... Ждут ветра...
Вот также и я жду тебя.
うちはへて
いやは寝らるる
宮城野の
小萩が下葉
色に出でしより
うちはへて
いやはねらるる
みやぎのの
こはぎがしたは
いろにいでしより
Как мог я спать спокойно с той поры,
Когда признался ей,
Что сердце у меня окрасилось в цвет
Тронутых морозом листьев хаги
В полях Миягино!

白露は
おきにけらしな
宮城野の
もとあらの小萩
末たわむまで
しらつゆは
おきにけらしな
みやぎのの
もとあらのこはぎ
すゑたわむまで
Наверно, роса
Обильно покрыла
Листья кустарника хаги
В поле Мияги: под тяжестью капель
Согнулись нежные ветви.

宮城のの
こはきかはらを
ゆくほとは
鹿のねをさへ
わけてきくかな
みやきのの
こはきかはらを
ゆくほとは
しかのねをさへ
わけてきくかな


右一首六月十五日見芽子早花作之

Песня, приведенная выше, сложена, когда любовался первыми цветами хаги в 15-й день 6-й луны.

朝霧之
多奈引田為尓
鳴鴈乎
留得哉
吾屋戸能波義
あさぎりの
たなびくたゐに
なくかりを
とどめえむかも
わがやどのはぎ
Гусей, кричащих над полями,
Где протянулся утренний туман,
Ах, может разве удержать
Осенний хаги,
Цветущий возле дома моего?
* Осенний хаги очень красив, хорошо, если б гуси, залюбовавшись им, не улетели и не наступила зима, но, увы, они улетят, не увидев его за туманом, и он не сможет их задержать — таков подтекст песни.
立而居而
待登待可祢
伊泥氐来之
君尓於是相
挿頭都流波疑
たちてゐて
まてどまちかね
いでてこし
きみにここにあひ
かざしつるはぎ
В волненье я вставал, то я опять садился,
Все ждал тебя, но больше ждать не мог,
Пришел сюда
И встретился с тобою,
И хаги нас украсили венком!
* Якамоти в шутливой форме говорит о том, с каким нетерпением он ждал еще дома возвращения Хиронава (см. п. 4241).
安麻久母尓
可里曽奈久奈流
多加麻刀能
波疑乃之多婆波
毛美知安倍牟可聞
あまくもに
かりぞなくなる
たかまとの
はぎのしたばは
もみちあへむかも
Вот и гусей далеких слышны крики
Средь облаков небесных в вышине,
И в Такамато вмиг
На нижних ветках хаги,
Наверно, алой станет вся листва.
* Крики гусей, алая листва хаги — приметы осени. Эти образы часто выступают “парными” в осенних песнях.
麻須良男乃
欲妣多天思加婆
左乎之加能
牟奈和氣由加牟
安伎野波疑波良
ますらをの
よびたてしかば
さをしかの
むなわけゆかむ
あきのはぎはら
Когда их рыцари,
В рожок трубя, зовут,
Наверно, грудью пролагая себе скорее путь,
Олени к ним идут
Сквозь заросли осенних хаги.

和我世故我
夜度奈流波疑乃
波奈佐可牟
安伎能由布敝波
和礼乎之努波世
わがせこが
やどなるはぎの
はなさかむ
あきのゆふへは
われをしのはせ
Когда в осенний вечер
Зацветут
Цветы на хаги возле дома твоего,
Мой милый друг, в тот вечер, я прошу,
Ты вспомни обо мне и пожалей меня!

世中いと騒がしき年、遠き人のもとに、萩の青き下葉の黄ばみたるに書き付けて、六月ばかりに
世中よのなかいと騒がしき年、遠き人のもとに、萩の青き下葉の黄ばみたるに書き付けて、六月ばかりに


はきのはな

忠岑
はきのはな

忠岑
Хаги

Тадаминэ

小萩さく
秋迄あらば
思出でむ
さが野を燒きし
春は其日と
こはぎさく
あきまであらば
おもいでむ
さがのをやきし
はるはそのひと


淺茅原
たままく葛の
うら風の
うら悲しかる
秋は來にけり
あさぢはら
たままくくずの
うらかぜの
うらかなしかる
あきはきにけり


秋萩の
さくにしもなど
鹿のなく
移ろふ花は
おのが妻かも
あきはぎの
さくにしもなど
しかのなく
うつろふはなは
おのがつまかも


人志れず
物をや思ふ
秋萩の
ねたるがほにて
露ぞこぼるゝ
ひとしれず
ものをやおもふ
あきはぎの
ねたるがほにて
つゆぞこぼるる


白露も
心おきてや
思ふらむ
ぬしもたづねぬ
やどの秋はぎ
しらつゆも
こころおきてや
おもふらむ
ぬしもたづねぬ
やどのあきはぎ


おく露に
たわむ枝だに
ある物を
いかでかをらむ
宿の秋萩
おくつゆに
たわむえだだに
あるものを
いかでかをらむ
やどのあきはぎ


天つ風
そら吹き迷ふ
夕ぐれの
雲のけしきに
秋はきにけり
あまつかぜ
そらふきまよふ
ゆふぐれの
くものけしきに
あきはきにけり


へだて來し
宿のあしがき
あれはてゝ
同じ庭なる
秋萩の花
へだてこし
やどのあしがき
あれはてて
おなじにはなる
あきはぎのはな


飛鳥河
往來の岡の
秋はぎは
けふ降る雨に
ちりか過ぎなむ
あすかかは
ゆききのをかの
あきはぎは
けふふるあめに
ちりかすぎなむ


道のべの
小野の夕霧
立ちかへり
みてこそ行かめ
秋萩の花
みちのべの
をののゆふぎり
たちかへり
みてこそゆかめ
あきはぎのはな


心なき
草のたもとも
花ずゝき
露ほしあへぬ
秋はきにけり
こころなき
くさのたもとも
はなずすき
つゆほしあへぬ
あきはきにけり


秋萩の
移ろふをしと
なく鹿の
こゑ聞く山は
紅葉しにけり
あきはぎの
うつろふをしと
なくしかの
こゑきくやまは
もみぢしにけり
В печали глубокой
О том, что хаги отцвели,
Олень рыдает.
И на горах, где голос его слышен
Листва вся заалела...

朝な〳〵
露重げなる
萩がえに
心をさへも
かけて見るかな
あさなさな
つゆおもげなる
はぎがえに
こころをさへも
かけてみるかな
Каждое утро
Тяжёлые капли росы
На веточках хаги,
Даже сердце росою покрыто,
Лишь стоит на это взглянуть...

秋萩を
草のまくらに
結ぶ夜は
ちかくも鹿の
聲をきくかな
あきはぎを
くさのまくらに
むすぶよは
ちかくもしかの
こゑをきくかな
Ночью,
Когда собрал из хаги
Изголовье
Поблизости оленя
Голос слышался!

秋萩を
柵伏する
鹿の音を
ねたきものから
まづぞ聞きつる
あきはぎを
しがらみふする
しかのねを
ねたきものから
まづぞききつる


殘りなき
命を惜しと
思ふかな
宿の秋はぎ
ちりはつるまで
のこりなき
いのちををしと
おもふかな
やどのあきはぎ
ちりはつるまで


露おきたる萩にさして女の許につかはしける

源道濟

Минамото Митинари

萩の花を折りて人につかはすとて



萩をよめる

太宰大貳長實

О хаги

Дайни Нагадзанэ

阿岐波岐婆
佐岐天知留羅之
可湏賀胠尒
那具那留志賀能
已專乎可奈之表
あきはぎは
さきてちるらし
かすがのに
なくなるしかの
こゑをかなしみ
枕草子 > 36. 七月ばかりいみじう暑ければ (В седьмом месяце года стоит невыносимая жара)
いでぬる人も、いつのほどにかとみえて、萩の、露ながらおしをりたるにつけてあれど、えさしいでず。

Но тот, кто покинул на рассвете ложе этой дамы, не столь забывчив. Слуга уже принес от него письмо, привязанное к ветви хаги[89]. На цветах еще дрожат капли росы. Но посланный не решается отдать письмо, ведь дама не одна.
89. Род кустарника. Лиловато-розовые цветы на его длинных гибких ветках распускаются осенью. Воспеты в японской поэзии.
秋萩の
枝もとをゝに
なりゆくは
白露重く
おけばなりけり
あきはぎの
えだもとををに
なりゆくは
しらつゆおもく
おけばなりけり


萩、いと色ふかう、枝たをやかに咲きたるが、朝露にぬれてなよなよとひろごりふしたる、さ牡鹿のわきて立ち馴らすらむも、心ことなり。

Гибкие ветви кустарника хаги осыпаны ярким цветом. Отяжеленные росой, они тихо зыблются и клонятся к земле. Говорят, что олень особенно любит кусты хаги и осенью со стоном бродит возле них. Мысль об этом волнует мне сердце.

志らすげの
眞野の萩原
露ながら
をりつる袖ぞ
人な咎めそ
しらすげの
まののはぎはら
つゆながら
をりつるそでぞ
ひとなとがめそ
Нарвал цветов
В Ману, в долине хаги,
Что поросла осокою,
И вся была в росе,
Не сетуйте, люди, на тот рукав...

夜をさむみ
衣かりかね
なくなへに
はきのしたはは
色つきにけり
よをさむみ
ころもかりかね
なくなへに
はきのしたはは
いろつきにけり
Не потому ль,
Что ночь холодна
От криков гусей
Нижние листья хаги
Все пожелтели!

太皇太后宮の扇合に人にかはりて萩の心をよめる

僧正行尊

Сложил на состязании вееров во дворце императрицы о хаги

Содзё Гёсон

小萩原
匂ふさかりは
白露の
いろ〳〵にこそ
みえ渡りけれ
こはぎはら
にほふさかりは
しらつゆの
いろいろにこそ
みえわたりけれ
Расцвела обильно
Маленьких хаги равнина,
То везде
Белая роса
Всеми цветами играет.

わけかねし
そでに露をば
とどめおきて
しもにくちぬる
まののはぎはら
わけかねし
そでにつゆをば
とどめおきて
しもにくちぬる
まののはぎはら


白露の
上はつれなく
おきゐつゝ
萩の下葉の
色をこそみれ
しらつゆの
うへはつれなく
おきゐつつ
はぎのしたはの
いろをこそみれ


ゆふ露を
はらへばそでに
たまきえて
みちわけかぬる
をののはぎはら
ゆふつゆを
はらへばそでに
たまきえて
みちわけかぬる
をののはぎはら


すゑ葉ふく
風はのもせに
わたるとも
あらくはわけじ
はぎのしたつゆ
すゑはふく
かぜはのもせに
わたるとも
あらくはわけじ
はぎのしたつゆ


萩満野



さきそはん
所の野べに
あらばやは
萩よりほかの
はなも見るべき
さきそはん
ところののべに
あらばやは
はぎよりほかの
はなもみるべき


萩満野亭



わけている
にはしもやがて
のべなれば
萩のさかりを
わがものにみる
わけている
にはしもやがて
のべなれば
はぎのさかりを
わがものにみる


野萩似錦



けふぞしる
そのえにあらふ
からにしき
はぎさくのべに
有りけるものを
けふぞしる
そのえにあらふ
からにしき
はぎさくのべに
ありけるものを


白すげの
まのゝ萩原
咲しより
朝立つ鹿の
なかぬ日はなし
しらすげの
まののはぎはら
さきしより
あさたつしかの
なかぬひはなし


月のいろも
うつりにけりな
旅衣
すそ野の萩の
花の夕づゆ
つきのいろも
うつりにけりな
たびころも
すそののはぎの
はなのゆふづゆ
Одежды путника
Все выцвели совсем,
Как и цвет луны,
От росы вечерней,
Что на хаги на поле Сусо.

暮れば又
わがやどりかは
旅人の
かち野の原の
萩の下つゆ
くればまた
わがやどりかは
たびひとの
かちののはらの
はぎのしたつゆ


幾夜經て
後か忘れむ
ちりぬべき
野べの秋萩
みがく月夜を
いくよへて
のちかわすれむ
ちりぬべき
のべのあきはぎ
みがくつきよを


蝉の羽の
梢に薄き
夏ごろも
かはらずながら
秋はきにけり
せみのはの
こずゑにうすき
なつごろも
かはらずながら
あきはきにけり


さらでだに
夏をわするゝ
松陰の
岩井の水に
秋はきにけり
さらでだに
なつをわするる
まつかげの
いはゐのみづに
あきはきにけり


岡のへや
いつ共わかぬ
松風の
みにしむ程に
秋はきにけり
をかのへや
いつともわかぬ
まつかぜの
みにしむほどに
あきはきにけり


宮城野の
木の下露も
色見えて
うつりぞまさる
秋萩のはな
みやぎのの
このしたつゆも
いろみえて
うつりぞまさる
あきはぎのはな


秋萩の
咲きて散りぬる
夕露に
猶たちぬるゝ
鹿ぞ鳴くなる
あきはぎの
さきてちりぬる
ゆふつゆに
なほたちぬるる
しかぞなくなる


妻こふる
鹿のなみだや
秋萩に
こぼるゝほどに
おける白露
つまこふる
しかのなみだや
あきはぎに
こぼるるほどに
おけるしらつゆ
Не слёзы ль то
Оленя, что скучает по жене,
На цветы хаги
Пролились, легли
Там белою росою?

あかず見し
花のさかりは
早過ぎて
下葉かれゆく
庭の秋萩
あかずみし
はなのさかりは
はやすぎて
したばかれゆく
にはのあきはぎ


ゆふされば
玉ぬくのべの
露ながら
風にかつ散る
秋萩の花
ゆふされば
たまぬくのべの
つゆながら
かぜにかつちる
あきはぎのはな


秋萩の
うつろふ野べの
假庵に
たれいねがての
衣うつらむ
あきはぎの
うつろふのべの
かりいほに
たれいねがての
ころもうつらむ


萩がはな
誰にか見せむ
鶉鳴く
いはれの野べの
秋の夕ぐれ
はぎがはな
たれにかみせむ
うづらなく
いはれののべの
あきのゆふぐれ
Цветы хаги
Кому же хочет показать
Птица удзура, крича,
На поле Иварэ
Осенним вечером?

萩露と云ふことを



さらぬだに
心おかるゝ
萩がえに
露もあだなる
秋の夕かぜ
さらぬだに
こころおかるる
はぎがえに
つゆもあだなる
あきのゆふかぜ


心ありて
露やおくらむ
野べよりも
匂ひぞまさる
秋萩の花
こころありて
つゆやおくらむ
のべよりも
にほひぞまさる
あきはぎのはな


萩がはな
うつろふ庭の
秋風に
下葉をまたで
露は散りつゝ
はぎがはな
うつろふにはの
あきかぜに
したばをまたで
つゆはちりつつ
В саду,
Где отцветают хаги
Осенний ветер,
Не дожидаясь листвы нижней
Сдувает росу...
*Пока она не покраснеет/пожелтеет?
宮城のゝ
もと荒の小萩
今よりや
移ろふ色に
鹿の鳴くらむ
みやぎのの
もとあれのこはぎ
いまよりや
うつろふいろに
しかのなくらむ


色かはる
小萩がもとは
露散りて
秋の野風に
を鹿鳴くなり
いろかはる
こはぎがもとは
つゆちりて
あきののかぜに
をしかなくなり
В поле,
Где под цветы хаги
Рассыпается роса,
В осеннем ветре
Закричал олень...

かた岡の
すそのゝ暮に
鹿鳴きて
小萩色づく
秋かぜぞ吹く
かたをかの
すそののくれに
しかなきて
こはぎいろづく
あきかぜぞふく


古里の
本荒の小萩
いたづらに
みる人なしに
咲きかちる覽
ふるさとの
もとあれのこはぎ
いたづらに
みるひとなしに
さきかちるらん


萩の葉に
すがく糸をも
小蟹は
棚機にとや
今朝は引くらむ
はぎのはに
すがくいとをも
ささがには
たなばたにとや
けさはひくらむ


朝まだき
野原篠原
分け來つる
我が衣手の
はぎがはなずり
あさまだき
のはらしのはら
わけきつる
わがころもでの
はぎがはなずり


分け行けば
誰が袂にも
移るらむ
我が占めし野の
萩が花摺
わけゆけば
たがたもとにも
うつるらむ
わがしめしのの
はぎがはなずり


いとゞまた
折りてぞまさる
秋萩の
花の錦の
露のたてぬき
いとどまた
をりてぞまさる
あきはぎの
はなのにしきの
つゆのたてぬき


古郷の
にはの秋萩
いまよりや
下葉のつゆも
色かはるらむ
ふるさとの
にはのあきはぎ
いまよりや
したはのつゆも
いろかはるらむ


鳴く鹿の
涙を添へて
小萩原
花にもいとゞ
つゆぞあまれる
なくしかの
なみだをそへて
こはぎはら
はなにもいとど
つゆぞあまれる


小萩原
夜寒の露の
おきもせず
ねもせで鹿や
妻を戀ふらむ
こはぎはら
よさむのつゆの
おきもせず
ねもせでしかや
つまをこふらむ


見るまゝに
心ぞうつる
秋萩の
花野の露に
やどるつきかげ
みるままに
こころぞうつる
あきはぎの
はなののつゆに
やどるつきかげ


秋の野の
萩の志げみに
ふす鹿の
ふかくも人に
忍ぶ頃かな
あきののの
はぎのしげみに
ふすしかの
ふかくもひとに
しのぶころかな


かた見社
あたの大野の
萩の露
移ろふ色は
いふかひもなし
かたみこそ
あたのおほのの
はぎのつゆ
うつろふいろは
いふかひもなし


人ぞうき
もとの心は
變れども
ふる枝の萩は
今も咲くなり
ひとぞうき
もとのこころは
かはれども
ふるえのはぎは
いまもさくなり


なにゝわが
老の泪の
かゝるらむ
古枝の萩も
露ぞこぼるゝ
なににわが
おいのなみだの
かかるらむ
ふるえのはぎも
つゆぞこぼるる


萩が花
おなじ匂に
咲きにけり
うかりし秋の
露もさながら
はぎがはな
おなじにほひに
さきにけり
うかりしあきの
つゆもさながら


見る度に
露けさまさる
萩が花
をりしりがほに
何匂ふらむ
みるたびに
つゆけさまさる
はぎがはな
をりしりがほに
なににほふらむ


咲きにけり
君が見るべき
ゆく末は
遠里小野の
秋はぎの花
さきにけり
きみがみるべき
ゆくすゑは
とほさとをのの
あきはぎのはな


散にけり
鹿なく野邊の
小萩原
下葉の色も
もみぢあへぬに
ちりにけり
しかなくのべの
こはぎはら
したばのいろも
もみぢあへぬに


高圓の
萩さきぬらし
宮人の
袖つきごろも
つゆぞうつろふ
たかまとの
はぎさきぬらし
みやひとの
そでつきごろも
つゆぞうつろふ


武藏野は
猶行く末も
秋はぎの
花ずりごろも
限りしられず
むさしのは
なほゆくすゑも
あきはぎの
はなずりごろも
かぎりしられず


朝な〳〵
おくと見しまに
白菅の
眞野の萩原
つゆぞ移ろふ
あさなさな
おくとみしまに
しらすげの
まののはぎはら
つゆぞうつろふ


袖にこそ
みだれそめけれ
春日野の
若むらさきの
萩が花摺
そでにこそ
みだれそめけれ
かすがのの
わかむらさきの
はぎがはなずり


高圓の
野べの秋風
吹くたびに
たもとにうつす
萩が花ずり
たかまとの
のべのあきかぜ
ふくたびに
たもとにうつす
はぎがはなずり


たかまとの
野路の秋萩
咲きにけり
旅行く人の
袖匂ふらし
たかまとの
のぢのあきはぎ
さきにけり
たびゆくひとの
そでにほふらし


思ふどち
いざ見に行かむ
宮城野の
萩が花ちる
秋の夕ぐれ
おもふどち
いざみにゆかむ
みやぎのの
はぎがはなちる
あきのゆふぐれ


露むすぶ
萩の下葉や
みだるらむ
秋の野原に
男鹿なくなり
つゆむすぶ
はぎのしたばや
みだるらむ
あきののはらに
をじかなくなり


さをじかの
妻戀ひ増る
聲すなり
まのゝ萩原
盛りすぐらし
さをじかの
つまこひまさる
こゑすなり
まののはぎはら
さかりすぐらし


紫の
ゆかりの色を
たづねてや
萩さく野邊に
鹿のなくらむ
むらさきの
ゆかりのいろを
たづねてや
はぎさくのべに
しかのなくらむ


男鹿なく
萩の錦の
唐ごろも
きつゝなれしに
妻や戀ふらむ
をじかなく
はぎのにしきの
からごろも
きつつなれしに
つまやこふらむ


雁なきて
萩の下葉の
色づくは
我が袖よりや
習ひそめけむ
かりなきて
はぎのしたばの
いろづくは
わがそでよりや
ならひそめけむ


秋萩の
花野の露に
かげとめて
月もうつろふ
色やかふらむ
あきはぎの
はなののつゆに
かげとめて
つきもうつろふ
いろやかふらむ


下葉ちる
小野の萩原
吹くかぜに
床あれぬとや
鶉なくらむ
したばちる
をののはぎはら
ふくかぜに
とこあれぬとや
うづらなくらむ


萩の上の
露はいつより
置きつらむ
今は雲居の
雁ぞなくなる
はぎのうへの
つゆはいつより
おきつらむ
いまはくもゐの
かりぞなくなる


秋萩の
下に通ひし
鹿の音も
今はかひなく
なりやしぬらむ
あきはぎの
したにかよひし
しかのねも
いまはかひなく
なりやしぬらむ


かくてしも
有るべき身とは
白菅の
まのゝ萩原
露も思はず
かくてしも
あるべきみとは
しらすげの
まののはぎはら
つゆもおもはず


夕ぐれがたにちひさきこに鈴虫を入れて紫の葉えふに包みて萩の花にさしてさるべき所の名のりをせさせて齋院にさし置かすとてその包紙に書き付けたりける

讀人志らず



我が宿の
庭の秋萩
咲きにけり
朝おく露の
いろかはるまで
わがやどの
にはのあきはぎ
さきにけり
あさおくつゆの
いろかはるまで


色ふかく
うつりにけりな
狩人の
眞袖にわくる
萩の朝つゆ
いろふかく
うつりにけりな
かりひとの
まそでにわくる
はぎのあさつゆ


我が袖を
今朝もほしあへず
飛鳥川
ゆきゝの岡の
萩の白露
わがそでを
けさもほしあへず
あすかがは
ゆききのをかの
はぎのしらつゆ


野萩を

藤原爲定朝臣

Фудзивара Тамэсада

さしすぎの
栗栖の小野の
萩の花
ちらむ時にし
行て手向けむ
さしすぎの
くるすのをのの
はぎのはな
ちらむときにし
ゆきてたむけむ


秋はぎの
したにかくれて
啼く鹿の
涙や花の
色を染むらむ
あきはぎの
したにかくれて
なくしかの
なみだやはなの
いろをそむらむ


秋來ては
けふぞ雲間に
三日月の
光まちとる
萩のうはつゆ
あききては
けふぞくもまに
みかづきの
ひかりまちとる
はぎのうはつゆ


秋くれば
萩もふるえに
咲く物を
人こそかはれ
もとの心は
あきくれば
はぎもふるえに
さくものを
ひとこそかはれ
もとのこころは


我が心
又かはらずよ
初萩の
下葉にすがる
つゆばかりだに
わがこころ
またかはらずよ
はつはぎの
したばにすがる
つゆばかりだに


あだし野の
萩の末こす
秋風に
こぼるゝ露や
たま川のみづ
あだしのの
はぎのすゑこす
あきかぜに
こぼるるつゆや
たまかはのみづ


風吹けば
枝もとをゝに
おく露の
散るさへ惜しき
秋萩の花
かぜふけば
えだもとををに
おくつゆの
ちるさへをしき
あきはぎのはな


志をれふす
枝吹き返す
秋風に
とまらずおつる
萩のうは露
しをれふす
えだふきかへす
あきかぜに
とまらずおつる
はぎのうはつゆ


秋萩の
亂るゝ玉は
鳴く鹿の
聲より落つる
なみだなりけり
あきはぎの
みだるるたまは
なくしかの
こゑよりおつる
なみだなりけり


秋見しは
それとばかりの
萩がえに
霜の朽葉ぞ
一葉殘れる
あきみしは
それとばかりの
はぎがえに
しものくちばぞ
ひとはのこれる


行きずりの
衣にうつれ
萩がはな
旅の志るしと
人に語らむ
ゆきずりの
ころもにうつれ
はぎがはな
たびのしるしと
ひとにかたらむ


いざや子等
大和へ早く
白菅の
眞野の萩原
手折りて行かむ
いざやこら
やまとへはやく
しらすげの
まののはぎはら
てをりてゆかむ


晴れずのみ
心に物を
思ふ間に
萩の花咲く
あきも來にけり
はれずのみ
こころにものを
おもふまに
はぎのはなさく
あきもきにけり


秋なれば
萩の野もせに
置く露の
ひるまにさへも
戀しきやなぞ
あきなれば
はぎののもせに
おくつゆの
ひるまにさへも
こひしきやなぞ


萩の葉の
色づく秋を
徒らに
あまたかぞへて
過しつるかな
はぎのはの
いろづくあきを
いたづらに
あまたかぞへて
すごしつるかな


我が宿の
秋の萩咲く
夕影に
今も見てしが
きみがすがたを
わがやどの
あきのはぎさく
ゆふかげに
いまもみてしが
きみがすがたを


露にだに
心おかるな
夏萩の
下葉のいろよ
それならずとも
つゆにだに
こころおかるな
なつはぎの
したばのいろよ
それならずとも


知られずも
夕の露の
置きやそふ
庭の小萩の
末ぞかたぶく
しられずも
ゆふべのつゆの
おきやそふ
にはのこはぎの
すゑぞかたぶく


置きあへぬ
朝げの露に
咲き初めて
小萩が末は
花ぞ色濃き
おきあへぬ
あさげのつゆに
さきそめて
こはぎがすゑは
はなぞいろこき


朝な〳〵
見れども飽かぬ
秋萩の
花をば雨に
誰れ濡しけむ
あさなさな
みれどもあかぬ
あきはぎの
はなをばあめに
たれぬらしけむ


忘れずよ
萩の戸口の
あけたてば
詠めし花の
いにしへの秋
わすれずよ
はぎのとくちの
あけたてば
ながめしはなの
いにしへのあき


鶉鳴く
いはれの野邊の
秋萩を
おもふ人とも
見つる今日哉
うづらなく
いはれののべの
あきはぎを
おもふひととも
みつるけふかな


宮城野の
露分け來つる
袖よりも
心にうつる
萩がはなずり
みやぎのの
つゆわけきつる
そでよりも
こころにうつる
はぎがはなずり


春されば
霞がくれに
見えざりし
秋萩咲けり
折りて簪さむ
はるされば
かすみがくれに
みえざりし
あきはぎさけり
をりてかささむ


小男鹿の
しがらむ野邊の
萩が花
衣にすらむ
散らまくも惜し
さをしかの
しがらむのべの
はぎがはな
ころもにすらむ
ちらまくもをし


秋萩の
露散る花の
すりごろも
うつろふ月も
影ぞみだるゝ
あきはぎの
つゆちるはなの
すりごろも
うつろふつきも
かげぞみだるる


雁がねは
雲居がくれに
なきて來ぬ
萩の下葉の
つゆ寒き頃
かりがねは
くもゐがくれに
なきてこぬ
はぎのしたばの
つゆさむきころ


秋萩に
置く白露の
消えかへり
人を戀しと
おもふころかな
あきはぎに
おくしらつゆの
きえかへり
ひとをこひしと
おもふころかな


萩が花
うつりにけりな
白露に
濡れにし袖の
色かはるまで
はぎがはな
うつりにけりな
しらつゆに
ぬれにしそでの
いろかはるまで


色變る
した葉をかけて
秋萩の
花のにしきは
織り重ねつゝ
いろかはる
したはをかけて
あきはぎの
はなのにしきは
おりかさねつつ


恨むとは
知らでや鹿の
しきりには
萩のはひえを
柵にする
うらむとは
しらでやしかの
しきりには
はぎのはひえを
しがらみにする

うししばし — займи быка ненадолго
露のぬき
弱きも知らず
宮城野の
萩のにしきに
秋風ぞ吹く
つゆのぬき
よはきもしらず
みやぎのの
はぎのにしきに
あきかぜぞふく


小男鹿の
志がらむ萩に
秋見えて
月もいろなる
野路の玉川
さをしかの
しがらむはぎに
あきみえて
つきもいろなる
のぢのたまがは


行く水の
淵瀬ならねど
飛鳥風
昨日にかはる
秋は來にけり
ゆくみづの
ふちせならねど
あすかかぜ
きのふにかはる
あきはきにけり


紫式部日記 > #7 (VII. 26-го дня 8-й луны)
萩、紫苑、いろ〳〵の衣に、濃きこうちぎ上に着て、顏は引き入れて、硯の筥に枕して、臥し給へる額つき、いとらうたげになまめかし。

Голова её покоилась на ящике с письменными принадлежностями а лицом она уткнулась в многослойные одежды цвета «хаги» и «лиловый сад». А поверх всего – малиновая накидка из необычайно гладкого шёлка. Словом, она была прекрасна.
* Цвет «хаги» – темно-алый на зеленой подкладке
* Цвет «Лиловый сад» – лиловый на темно-алой подкладке
萩の戸の
花のしたなる
御溝水
千年の秋の
かげぞうつれる
はぎのとの
はなのしたなる
みかはみづ
ちとせのあきの
かげぞうつれる


さを鹿の
しかならはせる
萩なれや
立ち寄るからに
おのれ折れ伏す
さをしかの
しかならはせる
はぎなれや
たちよるからに
おのれをれふす


萩の葉に
そよぐおとこそ
秋風の
人にしらるる
はしめ成けれ
はぎのはに
そよぐおとこそ
あきかぜの
ひとにしらるる
はじめなりけれ
Легкий шелест
Листьев мисканта
Услышав,
Понял:
Ветер осенний подул!
古今和歌六帖3716
うつろはむ
ことたにをしき
秋萩の
折れぬ計も
おける白露
うつろはむ
ことだにおしき
あきはぎの
をれぬばかりも
おけるしらつゆ
Осенний кустик хаги!
От увяданья твоего
Печаль переполняет сердце!
А ветки под тяжелою росой
Согнулись и готовы обломиться.

よを寒み
衣かりがね
鳴なへに
萩の下葉も
うつろひにけり
よをさむみ
ころもかりがね
なくなへに
はぎのしたばも
うつろひにけり
Ночь холодна...
Пришлось занять одежду.
Как жалобно курлычут гуси,
И снизу пожелтел уже
Куст хаги...

秋はきの
下葉色つく
けふよりや
ひとりある人の
いねがてにする
あきはぎの
したばいろづく
けふよりや
ひとりあるひとの
いねがてにする
Вот и листья
Осеннего хаги
Стали снизу желтеть.
Трудно будет теперь
Засыпать в одиночестве...

雄鹿の
あさ立つをのゝ
秋萩は
玉とみるまて
おけるしら露
さをしかの
あさたつをのの
あきはぎに
たまとみるまで
おけるしらつゆ
Росинки белые
Сверкают, словно яшма,
На листьях хаги
Осенью в полях.
Сюда олень приходит по утрам..

櫻色に
春立ちそめし
旅ごろも
今日宮城野の
萩がはなずり
さくらいろに
はるたちそめし
たびごろも
けふみやぎのの
はぎがはなずり


思ひ残すことなく、もののみあはれなるに、秋の盛りの花、女郎花・萩・蘭・撫子にありし年ごろ、秋山の唐紅に見えし色、唐土の名に思ひなしたる心地して、別れのみ秋は心のもみぢ焦がれつつ、「あなやくなや」と、過ぎにしさへぞ、厭はしき。
思ひ残すことなく、もののみあはれなるに、秋の盛りの花、女郎花おみなへしはぎらに撫子なでしこなど見るにも、奥山にありし年ごろ、秋山の唐紅からくれなゐに見えし色、唐土もろこしの名に思ひなしたる心地して、別れのみ秋は心のもみぢ焦がれつつ、「あなやくなや」と、過ぎにしさへぞ、厭はしき。


鶉鳴く
いはれの野邊の
秋萩を
思人とも
見つる今日哉
うづらなく
いはれののべの
あきはぎを
おもふひととも
みつるけふかな


秋は猶
夕間暮
只ならね
荻の上風
萩の下露
あきはなほ
ゆふまぐれ
たゞならね
をぎのうはかぜ
はぎのしたつゆ


秋野に
萩苅る男子
繩を並み
練るや練り麻の
碎けてぞ思ふ
あきののに
はぎかるをのこ
なはをなみ
ねるやねりその
くだけてぞもふ


移ろはむ
事だに惜しき
秋萩に
折れぬ計りも
置ける露哉
うつろはむ
ことだにをしき
あきはぎに
をれぬばかりも
おけるつゆかな


秋野の
萩錦を
故里に
鹿音長柄
映してがな
あきののの
はぎのにしきを
ふるさとに
しかのねながら
うつしてがな


小壯鹿の
朝立つ野邊の
秋萩に
玉と見る迄
置ける白露
さをしかの
あさたつのべの
あきはぎに
たまとみるまで
をけるしらつゆ


さこそわれ
萩の古枝の
秋ならめ
もとの心を
人の問へかし
さこそわれ
はぎのふるえの
あきならめ
もとのこころを
ひとのとへかし


眞萩散る
庭の秋風
身にしみて
夕日の影ぞ
かべに消え行く
まはぎちる
にはのあきかぜ
みにしみて
ゆふひのかげぞ
かべにきえゆく


一志ぼり
雨はすぎぬる
庭の面に
散りてうつろふ
萩が花摺
ひとしぼり
あめはすぎぬる
にはのおもに
ちりてうつろふ
はぎがはなずり


夕霜の
古枝の萩の
下葉より
枯れ行く秋の
いろは見えけり
ゆふしもの
ふるえのはぎの
したばより
かれゆくあきの
いろはみえけり


秋ふかみ
花散る萩は
もと透きて
殘る末葉の
色ぞさびしき
あきふかみ
はなちるはぎは
もとすきて
のこるすゑはの
いろぞさびしき


露にふす
眞垣の萩は
色くれて
尾花ぞ志ろき
秋かぜのには
つゆにふす
まがきのはぎは
いろくれて
をはなぞしろき
あきかぜのには


萩の上に
雁の涙の
置く露は
こほりにけりな
月にむすびて
はぎのうへに
かりのなみだの
おくつゆは
こほりにけりな
つきにむすびて


眞萩原
夜ふかく月に
みがゝれて
おき添ふ露の
數ぞ隱れぬ
まはぎはら
よふかくつきに
みがかれて
おきそふつゆの
かずぞかくれぬ


藤原仲實朝臣の許にうしをかりに遣はしける時萩の枝につけて

俊頼朝臣



恨めしと
鹿をないひそ
萩が枝も
苅藻にしつゝ
過すとぞ見る
うらめしと
しかをないひそ
はぎがえも
かるもにしつつ
すごすとぞみる

うしはかす — даю
萩が花
折てを行かむ
宮城野や
木の下風に
散らまくも惜し
はぎがはな
をりてをゆかむ
みやぎのや
このしたかぜに
ちらまくもをし


我が門に
秋萩咲けり
此の寐ぬる
朝かぜ早み
花散りぬべし
わがかどに
あきはぎさけり
このいぬる
あさかぜはやみ
はなちりぬべし


萩の上の
露となりてや
雲居飛ぶ
雁の涙も
いろに出づらむ
はぎのうへの
つゆとなりてや
くもゐとぶ
かりのなみだも
いろにいづらむ


いはせ野の
秋萩しのぎ
駒なべて
小鷹狩をも
せでや別れむ
いはせのの
あきはぎしのぎ
こまなべて
こたかがりをも
せでやわかれむ

*はつとがり
吾妹子に
ゆきあひのわせを
苅る時に
成にけらしも
萩の花咲く
わぎもこに
ゆきあひのわせを
かるときに
なりにけらしも
はぎのはなさく


さきかくす
野守が庵の
篠の戸も
あらはに置ける
萩の朝露
さきかくす
のもりがいほの
しののとも
あらはにおける
はぎのあさつゆ


人志れず
萩の下なる
さを鹿も
ほにいづる秋や
ねには立つ覽
ひとしれず
はぎのしたなる
さをしかも
ほにいづるあきや
ねにはたつらん


小牡鹿の
朝立つ跡も
あらはれて
露まばらなる
野邊の萩原
さをじかの
あさたつあとも
あらはれて
つゆまばらなる
のべのはぎはら


宮城野に
志がらむ鹿の
跡なれや
本あらの小萩
露も溜らず
みやぎのに
しがらむしかの
あとなれや
もとあらのこはぎ
つゆもたまらず


眞萩咲く
秋の花野の
すり衣
露にまかせて
なほや分けまし
まはぎさく
あきのはなのの
すりころも
つゆにまかせて
なほやわけまし


咲きてこそ
野中の水に
映りけれ
古枝の萩の
本のこゝろは
さきてこそ
のなかのみづに
うつりけれ
ふるえのはぎの
もとのこころは


九重や
今住む宿の
萩の戸を
いく世古枝の
いろに咲くらむ
ここのへや
いますむやどの
はぎのとを
いくよふるえの
いろにさくらむ


眞萩散る
秋の野風や
さむからし
尚この暮は
鹿ぞ鳴くなる
まはぎちる
あきののかぜや
さむからし
なほこのくれは
しかぞなくなる


わけつゝや
衣は摺らむ
朝露に
濡れて色そふ
あき萩のはな
わけつつや
ころもは摺らむ
あさつゆに
ぬれていろそふ
あきはぎのはな


秋の田の
かりほの眞萩
咲きしより
尚庵近く
鹿ぞ鳴くなる
あきのたの
かりほのまはぎ
さきしより
なほいほちかく
しかぞなくなる


萩が葉に
つゆのたまもる
夕立は
はなまつ秋の
まうけなりけり
はぎがはに
つゆのたまもる
ゆふだちは
はなまつあきの
まうけなりけり


秋の野を
わくともちらぬ
露なれな
たまさく萩の
えだを折らまし
あきののを
わくともちらぬ
つゆなれな
たまさくはぎの
えだををらまし


花はまだ
片枝ばかりに
咲そめて
露のみしげき
庭の萩原
はなはまだ
かたえばかりに
さきそめて
つゆのみしげき
にはのはぎはら


萩がえに
をけらん露の
白玉を
はらはでみせよ
野べの秋がぜ
はぎがえに
をけらんつゆの
しらたまを
はらはでみせよ
のべのあきがぜ


錦かと
みるだにあるを
秋萩の
花にむすべる
露の白玉
にしきかと
みるだにあるを
あきはぎの
はなにむすべる
つゆのしらたま


萩のとの
花も色そふ
白露に
千世のかずみる
玉しきの庭
はぎのとの
はなもいろそふ
しらつゆに
ちよのかずみる
たましきのには


むらさきは
一もとならで
秋はぎの
花も色こき
むさし野の原
むらさきは
ひともとならで
あきはぎの
はなもいろこき
むさしののはら


をく露も
うつろはむとや
秋はぎの
下葉をかけて
色かはり行
をくつゆも
うつろはむとや
あきはぎの
したばをかけて
いろかはりゆく


萩が花
うつろふ色に
高砂の
尾上のかぜは
ふかずもあらなん
はぎがはな
うつろふいろに
たかさごの
おのえのかぜは
ふかずもあらなん


分きつる
野原の萩を
枝ながら
うつしてすれる
袖の月影
わけきつる
のはらのはぎを
えだながら
うつしてすれる
そでのつきかげ