茜草指
武良前野逝
標野行
野守者不見哉
君之袖布流
あかねさす
むらさきのゆき
しめのゆき
のもりはみずや
きみがそでふる
Иду полями нежных мурасаки,
Скрывающих пурпурный цвет в корнях,
Иду запретными полями,
И, может, стражи замечали,
Как ты мне машешь рукавом?
* Мурасаки (Lithospermum erythrorhizon) — многолетняя трава, цветет мелкими белыми цветами, похожими на фиалки, корень ее употреблялся для окрашивания тканей в фиолетовый цвет с красноватым оттенком (мурасаки), отсюда название травы, и считался ценным красителем, ее специально разводили на участках, куда вход посторонним был запрещен (МС). Здесь поля мурасаки служат аллегорией чужой собственности.
* Запретные поля (симэну) — поля, оцепленные священными рисовыми веревками в знак запрета ступать на них посторонним.
* В “Кодзики” (712 г.) в одном из древних мифов говорится о, том, как богиня солнца Аматэрасу, разгневавшись на своего брата Сусаноо, спряталась в небесную пещеру, и мир погрузился во тьму. Восторжествовали злые силы, и появились всевозможные беды. Тогда боги стали совещаться, как вызволить богиню из пещеры, и пытались различными магическими актами воздействовать на нее. Наконец, богиня Удзумэ, известная своим безобразием, стала плясать перед пещерой, сбрасывая с себя одежды. И тут боги разразились громким хохотом. Богиня солнца, удивившись, что в ее отсутствие боги веселятся, из любопытства вышла из пещеры, и в этот момент два бога, стоявшие у входа в пещеру, закинули ей за спину рисовую веревку и, преградив вход в пещеру, не дали скрыться богине солнца. Они сохранили таким образом для мира солнечный свет и спасли от гибели все живущее. Поэтому веревка из рисовой соломы, завязанная жгутом, стала знаком запрета, ограждающим от злых сил, от беды. Ею огораживали от посторонних лиц рисовые поля, а позднее она стала просто символом собственности.
* Махать рукавом (содэ фуру) — постоянный образ в песнях любви в М.; служит любовным знаком, выражает призыв и прощальный привет при разлуке. В старину рукава одежды были узкими и длинными и махали обычно свешивающейся частью рукава.
* Вся песня построена на аллегории, здесь — намек и на скрываемую любовь, и на то, что она запретна, и на то, что окружающая свита замечает отношения Нукада и Тэмму.

紫草能
尓保敝類妹乎
尓苦久有者
人嬬故尓
吾戀目八方
むらさきの
にほへるいもを
にくくあらば
ひとづまゆゑに
われこひめやも
Когда б любимая, что так собой прекрасна,
Как мурасаки ароматные цветы,
Была б уродливой,
Из-за чужой жены
Я разве тосковал бы здесь напрасно?

むらさきの
色こき時は
めもはるに
野なる草木ぞ
わかれざりける
むらさきの
いろこきときは
めもはるに
のなるはなぎぞ
わかれざりける
Когда фиалок
цвет густой темнеет,
на поле всем вдали,
растений разных глазу —
не отличить!
Т. е. "в сильной любви к жене своей я не делаю различия между ней и ее родными".
<託>馬野尓
生流紫
衣染
未服而
色尓出来
たくまのに
おふるむらさき
きぬにしめ
いまだきずして
いろにいでにけり
Алыми корнями мурасаки,
Что покрывают в Цукума поля,
Сегодня платье выкрасила я.
Но не успела я надеть то платье,
Как люди все узнали обо мне!
* Надевать платье цвета мурасаки — обмениваться любовной клятвой. Песня сочинена в аллегорическом плане: не успела надеть платье, как люди уже узнали про нашу любовь.
* Поля Цукума — находятся в уезде Сакада провинции Оми.
辛人之
衣染云
紫之
情尓染而
所念鴨
からひとの
ころもそむといふ
むらさきの
こころにしみて
おもほゆるかも
Как будто бы травою мурасаки,
Которой, говорят, свои одежды
Окрашивают люди из Китая,
О, так же я свое окрасил сердце,
И о тебе все время полон думой!
Песня старшего секретаря Асада Ясу

* Трава мурасаки. — вернее, ее корни использовались для окраски одежды в пурпурный цвет (цвет любви).


絲乎曽吾搓
足桧之
山橘乎
将貫跡念而
むらさきの
いとをぞわがよる
あしひきの
やまたちばなを
ぬかむとおもひて
Цвета мурасаки
Нить свиваю я,
Собираюсь нынче нанизать
Яркие плоды татибана,
Что растут средь распростертых гор!
* Цвета мурасаки нить — лилового цвета, отливающего пурпуром, считавшегося в старину самым красивым и парадным цветом. Плоды татибана — метафора девушки. Нанизать (на нить) — сделать своей женой.
かすがのの
わかむらさきの
すり衣
しのぶのみだれ
かぎりしられず
かすがのの
わかむらさきの
すりごろも
しのぶのみだれ
かぎりしられず
С равнины Касуга
молодых фиалок на тебе
узоры, платье...
И не знаешь ты пределов
мятежным смутам, как и Синобу.
Приведенное стихотворение настолько сложно по своему содержанию, что требует обстоятельных объяснений, тем более, что даже японская толковательная литература далеко не единодушна в раскрытии истинного его смысла, особенно в отношении отдельных слов. Прежде всего необходимо иметь в виду, что в ту эпоху, когда текстильная техника носила еще вполне кустарный характер, окраска тканей и наведение узоров на них производились ручным способом и довольно примитивным: на гладкий камень накладывались различные травы и цветы, поверх их расстилался холст, который имели в виду окрасить, а затем по нем проводили гладким камешком, так сказать, натирая его. Сок находящихся под холстом растений впитывался при этом материей, и на ней выступали и окраска, и узоры. Так и была изготовлена та ткань, из которой была сшита одежда кавалера. При этом эта ткань носила специальное название: "ткань Синобу", что может означать как и то, что узоры и окраска ее были наведены посредством особой травы, именуемой Синобу, так и то, что такие именно ткани выделывались в местности Синобу, поставлявшей их в виде дани императорскому двору. Особенностью же этих тканей было то, что они отличались чрезвычайно путаным узором, прихотливыми переливами оттенков - в целом лиловатого цвета. Это последнее обстоятельство дает возможность автору поставить в связь два образа стихотворения - свою одежду лиловатого цвета и упоминаемые фиалки. В результате получается следующий смысл: "О ты, моя одежда,- лиловая с узорами; свой цвет ты несомненно получила вот от этих фиалок, растущих на равнине Касуга. И хотя узор твой и от них идет, но в своей спутанности и смятенности он таков же, как и у ткани Синобу". Это первый смысл, переданный и в переводе. Но необходимо помнить, что образ "молодых фиалок" с равнины Касуга есть не что иное, как иносказательное обозначение "двух молодых девушек, живущих в Касуга", в то время как слово "Синобу" означает и понятие "любовного томления", томительной страсти. Отсюда новый смысл стихотворения: "Мое платье не знает пределов смятенности своих узоров и цветов,- хоть и окрашено оно фиалками с равнины Касуга, а может быть даже именно поэтому. Так и сердце мое не знает пределов любовному томлению, вызванному все теми же фиалками с равнины Касуга, т. е. вами, молодые девушки".

Включено в Синкокинсю, 994
紫之
名高浦之
愛子地
袖耳觸而
不寐香将成
むらさきの
なたかのうらの
まなごつち
そでのみふれて
ねずかなりなむ
Мурасаки трава знаменита…
“Знаменитая-бухта” покрыта
Прекрасным и чистым песком.
На этих песчаных дорогах ужели заснуть не придется
И буду лишь только касаться песка невзначай рукавом?
* Песня юноши. Мурасаки трава — один из лучших красителей, употреблявшихся в старину для окраски одежды.
* Касаться рукавом — выражать ласку, симпатию, отсюда надежда на ответную любовь.
* Песок — метафора девушки, возлюбленной.
紫之
名高浦乃
名告藻之
於礒将靡
時待吾乎
むらさきの
なたかのうらの
なのりその
いそになびかむ
ときまつわれを
Травы мурасаки знамениты…
В Знаменитой-бухте — Надака
“Имя-назови” растет трава.
Как она, я срока жду, когда смогу
К берегу склониться своему.
* Травы мурасаки — см. п. 1392.
紫之
根延横野之
春野庭
君乎懸管
鴬名雲
むらさきの
ねばふよこのの
はるのには
きみをかけつつ
うぐひすなくも
В Ёкону, на полях весенних,
Где мурасаки — нежная трава пустила корни,
Без конца,
О друге дорогом тоскуя,
Поет, не умолкая соловей!
* Мурасаки — название травы и цветов белого цвета, корни которых служат красителем (см. п. 569).
* Ёбукодори — см. п.1822.
紫の
ひともとゆゑに
むさしのの
草はみなから
あはれとそ見る
むらさきの
ひともとゆゑに
むさしのの
くさはみなから
あはれとそみる
Одиноко цветет
воробейник, затерянный в поле.
Я гляжу на него —
и в душе как будто жалею
всю траву равнины Мусаси…
318. Воробейник аптечный Lihtospermum officiale, мурасаки, цветет летом маленькими белыми цветами.
Равнина Мусаси — см. коммент. к № 821.

Мазурик В.П.:
Из-за одного замеченного мною стебелька мурасаки, всё поле Мусаси показалось мне прекрасным!
紫の
色こき時は
めもはるに
野なる草木そ
わかれさりける
むらさきの
いろこきときは
めもはるに
のなるくさきそ
わかれさりける
На лугах и в полях,
куда ни посмотришь, повсюду
выделяется он,
ярко-белый меж трав зеленых, —
воробейник в пору цветенья…

更科日記 >  武蔵国・竹芝寺の話 (Мусаси, рассказ о храме Такэсиба)
浜も砂子白くなどもなく、こひぢのやうにて、むらさき生ふと聞く野も、蘆・荻のみ高く生ひて、馬に乗りて弓持たる末見えぬまで、高く生ひ茂りて中をわけ行くに、竹芝といふ寺あり。

Песок прибрежный был не белый, а словно грязь, и поля, про которые я слышала, будто на них цветет трава Мурасаки[9], покрывал лишь тростник и мискант, причем заросли были столь высоки и густы, что конного лучника не видно было, только верхушку его лука, и нужно было пробираться, раздвигая травы. Там был храм, называемый Такэсиба[10].
[9] …поля, про которые я слышала, будто на них цветет трава мурасаки… — Поля в провинции Мусаси славились красотой цветущей многолетней травы мурасаки (Lyhtospermum officinale), которая цветёт летом маленькими белыми цветами. Из этого растения изготовляли лиловый краситель, поэтому слово «мурасаки» означает также «лиловый».
[10] Там был храм, называемый Такэсиба. — Считается, что храм Такэсиба стоял там, где теперь находится храм Сайкайдзи (квартал Митадайтё района Минато-ку города Токио).
紫之
名高乃浦之
靡藻之
情者妹尓
因西鬼乎
むらさきの
なたかのうらの
なびきもの
こころはいもに
よりにしものを
Мурасаки цвет лиловый знаменит…
“Знаменитая” есть бухта, где растут
Водоросли, наклонясь к воде.
Так же сердце бедное мое
Клонится к возлюбленной моей.


帶之結毛
解毛不見
本名也妹尓
戀度南
むらさきの
おびのむすびも
ときもみず
もとなやいもに
こひわたりなむ
И, не пытаясь даже развязать
У пояса лилового узлы,
Ужели буду я
Напрасно тосковать
О дорогой возлюбленной моей?
* Не развязывать узлы у пояса — т. е. хранить верность.

綵色之蘰
花八香尓
今日見人尓
後将戀鴨
むらさきの
まだらのかづら
はなやかに
けふみしひとに
のちこひむかも
Буду ли я после тосковать о той,
Что сегодня видеть довелось,
Что сверкала
Дивной красотой,
Как венок из ярких и лиловых трав?

紫草乎
草跡別々
伏鹿之
野者殊異為而
心者同
むらさきを
くさとわくわく
ふすしかの
のはことにして
こころはおやじ
И олень с женой в полях ночует разных,
Выбрав мурасаки,
Нежную траву.
Так и мы живем с тобою розно,
Чувства же у нас с тобой — одни!
* Мурасаки — многолетняя трава, цветет мелкими белыми цветами, похожими па фиалки, корень ее употребляется как краситель лиловато-пурпурного цвета, имеет также лекарственное значение.
紫者
灰指物曽
海石榴市之
八十街尓
相兒哉誰
むらさきは
はひさすものぞ
つばいちの
やそのちまたに
あへるこやたれ
Цвет лиловый получают, подмешав
В краску пепел от растения цуба...
В Цубаити
На скрещении дорог
Дева, что я встретил, — кто она?
* В песне упоминается о древнем обычае окрашивания: чтобы получить лиловый цвет, жгли растение цубаки (или цуба) и пепел подмешивали к краске, получаемой от мурасаки (см. п. 3099).
* Здесь первые две строки являются “дзё” — “введением” к основному содержанию песни. Связью служит название местности Цубаити, в состав которого входит слово “цуба”, по-видимому, здесь в большом количестве росли цуба, которыми пользовались для окраски, это и определило зачин песни.
牟良佐伎波
根乎可母乎布流
比等乃兒能
宇良我奈之家乎
祢乎遠敝奈久尓
むらさきは
ねをかもをふる
ひとのこの
うらがなしけを
ねををへなくに
У фиалок, что цветут,
Корни тоже в ход идут,
А у девы той —
Как ни близок сердцем ей,
Не добраться до корней.
* “Корни тоже в ход идут” — корни полевых фиалок (мурасаки) — используются в качестве красителя.
紫乃
粉滷乃海尓
潜鳥
珠潜出者
吾玉尓将為
むらさきの
こがたのうみに
かづくとり
たまかづきでば
わがたまにせむ
Корни мурасаки цвет густой дают.
Птицы, что ныряете на дно
В море возле бухты Когата,
Если жемчуг там найдете вы,
Этот жемчуг я возьму себе.
* Сходные песни имеются и в других книгах, но обращенные к волнам или к рыбакам, ныряющим в море за жемчугом. Обычно жемчуг в песнях М. ищут и собирают для подарка возлюбленной. И лишь в единичных песнях под влиянием даосских представлений говорится о том, что его стремятся добыть в поисках бессмертия.
武藏野は
袖ひづばかり
分けしかど
わか紫は
尋ねわびにき
むさしのは
そでひづばかり
わけしかど
わかむらさきは
たづねわびにき


まだきから
思ひこき色に
そめむとや
若紫の
ねを尋ぬらむ
まだきから
おもひこきいろに
そめむとや
わかむらさきの
ねをたづぬらむ


春日野の
若紫のすり衣
しのぶの乱れ
限り知られず
かすがのの
わかむらさきの
すりころも
しのぶのみだれ
かぎりりしられず
Любовная тоска мной овладела
И беспредельное смятенье чувств,
Словно причудливый узор
Из молодых фиалок с равнины Касуга
На ткани из Синобу!
Включено в Исэ-моногатари, 1

Душа моя — в смятенье,
Словно узоры прихотливые на платье
Цвета фиалок молодых на поле Касуга
Из ткани той, что называется синобу —
«Любовная тоска».
紫の
ふちさく松の
こすゑには
もとのみとりも
みえすそありける
むらさきの
ふちさくまつの
こすゑには
もとのみとりも
みえすそありける


筑紫にも
紫生ふる
野辺はあれど
なき名かなしぶ
人ぞ聞こえぬ
つくしにも
むらさきおふる
のべはあれど
なきなかなしぶ
ひとぞきこえぬ
И здесь, в Цукуси,
На полях растут фиалки,
Но никого не встретил я,
Кто б пожалел
Безвинного страдальца.

紫の
雲の林を
見わたせば
法にあふちの
花咲きにけり
むらさきの
くものはやしを
みわたせば
のりにあふちの
はなさきにけり
Обвела я взором
Лес в пурпурных облаках
И увидела деревья в дивных цветах,
Они — словно приветствовали
Учение Будды.

むらさきの
雲路にさそふ
琴の音に
憂き世をはらふ
峰の松風
むらさきの
くもぢにさそふ
ことのねに
うきよをはらふ
みねのまつかぜ
Зовут меня сладкие звуки лютни
На путь
Пурпурных облаков,
А ветер, дуюший в соснах на горной вершине,
Прочь уносит страданья мои в этом мире.

紫の
袖をかさねて
きたるかな
春たつことは
これぞ嬉しき
むらさきの
そでをかさねて
きたるかな
はるたつことは
これぞうれしき


紫も
あけも緑も
うれしきは
春のはじめに
きたるなりけり
むらさきも
あけもみどりも
うれしきは
はるのはじめに
きたるなりけり


紫の
いろのゆかりに
藤の花
かゝれる松も
むつまじきかな
むらさきの
いろのゆかりに
ふぢのはな
かかれるまつも
むつまじきかな
Цвета фиолетового
Цветы глицинии,
И от этого
Сосны, что покрыты ими,
Кажутся такими родными!
ゆかり — иметь связь?
池にひづ
松のはひえに
紫の
なみをりかくる
藤さきにけり
いけにひづ
まつのはひえに
むらさきの
なみをりかくる
ふぢさきにけり
В пруде мокнут
На ветках сосен расползлись
И прячутся
Сиреневые волны, —
Зацвела глициния.
ひづ?
藤の花
をりてかざせば
小紫
わがもとゆひの
色やそふらむ
ふぢのはな
をりてかざせば
こむらさき
わがもとゆひの
いろやそふらむ


けさの色や
わかむらさきに
そめてける
こけのたもとを
おもひかへして
けさのいろや
わかむらさきに
そめてける
こけのたもとを
おもひかへして


法の雨に
我もや濡れむ
むつまじき
わか紫の
草のゆかりに
のりのあめに
われもやぬれむ
むつまじき
わかむらさきの
くさのゆかりに


白妙の
豊みてぐらを
とりもちて
いはひぞそむる
紫の野に
しろたへの
とよみてぐらを
とりもちて
いはひぞそむる
むらさきののに


夕ぐれがたにちひさきこに鈴虫を入れて紫の葉えふに包みて萩の花にさしてさるべき所の名のりをせさせて齋院にさし置かすとてその包紙に書き付けたりける

讀人志らず



袖にこそ
みだれそめけれ
春日野の
若むらさきの
萩が花摺
そでにこそ
みだれそめけれ
かすがのの
わかむらさきの
はぎがはなずり


思ひそむる
心の色を
紫の
くさのゆかりに
たづねつるかな
おもひそむる
こころのいろを
むらさきの
くさのゆかりに
たづねつるかな


染めかふる
まがきの菊の
紫は
冬に移ろふ
色にぞ有りける
そめかふる
まがきのきくの
むらさきは
ふゆにうつろふ
いろにぞありける


むらさきの
ゆかりの草を
問わびて
露分そむる
むさしのゝ原
むらさきの
ゆかりのくさを
とひわびて
つゆわけそむる
むさしののはら