дева Удзи
Дева моста Удзи — божество-хранитель моста, построенного через реку Удзи в Киото в VII веке.
宇治の橋姫
橋姫の
たもとや色に
出でぬらむ
木葉流るゝ
うぢの網代木
たもとや色に
出でぬらむ
木葉流るゝ
うぢの網代木
はしひめの
たもとやいろに
いでぬらむ
このはながるる
うぢのあじろぎ
たもとやいろに
いでぬらむ
このはながるる
うぢのあじろぎ
Не цвет ли
Рукавов проявился
Девы Моста,
Плывут листья
Меж вершей в Удзи.
Рукавов проявился
Девы Моста,
Плывут листья
Меж вершей в Удзи.
さむしろや
待つ夜の秋の
風ふけて
月をかたしく
宇治の橋姫
待つ夜の秋の
風ふけて
月をかたしく
宇治の橋姫
さむしろや
まつよのあきの
かぜふけて
つきをかたしく
うぢのはしひめ
まつよのあきの
かぜふけて
つきをかたしく
うぢのはしひめ
Свет луны расстелив в одиночестве,
Слушая ветра печальные вздохи,
Ждёшь ли меня этой ночью осеннею,
Дева, в селении Удзи,
Возле моста?
Слушая ветра печальные вздохи,
Ждёшь ли меня этой ночью осеннею,
Дева, в селении Удзи,
Возле моста?
* Существовало предание о некоей деве
— хранительнице древнего моста через реку Удзи (см. коммент. 169, 251). Её называли также девой-печальницей. Песня Фудзивары Тэйка являет собой намёк на танка из «Кокинсю», принадлежащую неизвестному автору (свиток «Песни любви»):
Быть может, и нынче,
Одинокое ложе своё расстелив,
Ждёт меня дева-печальница
Возле моста
В селении Удзи.
(Селение Удзи — предместье Хэйана, ныне г. Удзи в префектуре
Киото. Здесь находится синтоистский храм, где поклоняются деве-хранительнице моста Удзи как божеству.)
— хранительнице древнего моста через реку Удзи (см. коммент. 169, 251). Её называли также девой-печальницей. Песня Фудзивары Тэйка являет собой намёк на танка из «Кокинсю», принадлежащую неизвестному автору (свиток «Песни любви»):
Быть может, и нынче,
Одинокое ложе своё расстелив,
Ждёт меня дева-печальница
Возле моста
В селении Удзи.
(Селение Удзи — предместье Хэйана, ныне г. Удзи в префектуре
Киото. Здесь находится синтоистский храм, где поклоняются деве-хранительнице моста Удзи как божеству.)
片敷きの
袖をや霜に
かさぬらむ
月に夜がるる
宇治の橋姫
袖をや霜に
かさぬらむ
月に夜がるる
宇治の橋姫
かたしきの
そでをやしもに
かさぬらむ
つきによがるる
うぢのはしひめ
そでをやしもに
かさぬらむ
つきによがるる
うぢのはしひめ
Рукав, что в изголовье стелешь ты,
Наверно, густо инеем покрыт,
И отражается луна в нём слишком ярко, —
Не оттого ль, что перестал ходить к тебе
твой милый,
Дева Удзи?
Наверно, густо инеем покрыт,
И отражается луна в нём слишком ярко, —
Не оттого ль, что перестал ходить к тебе
твой милый,
Дева Удзи?
* Автор раскрывает тему, используя древнее предание о деве у моста Удзи и танка неизвестного автора из «Кокинсю» (см. коммент. 420).
橋姫の
かたしき衣
さむしろに
待つ夜むなしき
宇治のあけぼの
かたしき衣
さむしろに
待つ夜むなしき
宇治のあけぼの
はしひめの
かたしきころも
さむしろに
まつよむなしき
うぢのあけぼの
かたしきころも
さむしろに
まつよむなしき
うぢのあけぼの
О дева из Удзи!
Напрасно ждала у моста ты того,
Кто не придёт:
Одинокое ложе твоё на циновке холодной
Уже озаряет рассвет...
Напрасно ждала у моста ты того,
Кто не придёт:
Одинокое ложе твоё на циновке холодной
Уже озаряет рассвет...
* Сложена по картине на ширме, изображающей реку Удзи зимой. Автор использует уже упоминавшуюся легенду (см. коммент. 420).
網代木に
いざよふ波の
音ふけて
ひとりや寝ぬる
宇治の橋姫
いざよふ波の
音ふけて
ひとりや寝ぬる
宇治の橋姫
あじろぎに
いざよふなみの
おとふけて
ひとりやいぬる
うぢのはしひめ
いざよふなみの
おとふけて
ひとりやいぬる
うぢのはしひめ
Близится полночь,
А ты — всё одна у моста,
Дева Удзи?
Слушаешь с грустью, как плещутся волны
Возле рыбацких сетей?
А ты — всё одна у моста,
Дева Удзи?
Слушаешь с грустью, как плещутся волны
Возле рыбацких сетей?
* В основе песни тот же сюжет, вдохновлявший многих поэтов.
さむしろに
衣かたしき
こよひもや
我をまつらむ
うちのはしひめ
衣かたしき
こよひもや
我をまつらむ
うちのはしひめ
さむしろに
ころもかたしき
こよひもや
われをまつらむ
うちのはしひめ
ころもかたしき
こよひもや
われをまつらむ
うちのはしひめ
Нынче ночью опять
на ложе своем одиноком,
расстилая постель,
обо мне тоскует в разлуке
Божество моста, Дева Удзи…
на ложе своем одиноком,
расстилая постель,
обо мне тоскует в разлуке
Божество моста, Дева Удзи…
267. Дева моста Удзи — божество-хранитель моста, построенного через реку Удзи в Киото в VII веке. Возможно, этот образ — аллегория любимой, живущей близ моста Удзи.
うれしさや
かたしく袖に
つつむらむ
けふ待ちえたる
宇治の橋姫
かたしく袖に
つつむらむ
けふ待ちえたる
宇治の橋姫
うれしさや
かたしくそでに
つつむらむ
けふまちえたる
うぢのはしひめ
かたしくそでに
つつむらむ
けふまちえたる
うぢのはしひめ
Наверное, скрывалась твоя радость
В рукаве,
Когда на ложе одиноком
Ты милого ждала.
Ну вот — и дождалась!
В рукаве,
Когда на ложе одиноком
Ты милого ждала.
Ну вот — и дождалась!
* Сложена в Удзи, предместье Хэйана (ныне г. Удзи префектуры Киото), на поэтическом турнире, устроенном прибывшим туда на заупокойную службу бывшим министром-канцлером, к этому времени уже принявшим монашеский сан, Фудзиварой Канэдзанэ. Автор обращается к нему в песне от имени девы — хранительницы моста через реку Удзи (божества этого моста), которая в поэзии традиционно интерпретируется как дева-печальница, пребывающая в одиночестве, безнадёжно поджидая вечерами своего возлюбленного. Обращается с выражением радости по поводу встречи с бывшим канцлером.
* Песня ассоциируется с двумя танка: неизвестного автора из антологии «Ваканроэйсю» («Собрание японских и китайских песен»):
Я ныне преисполнен
Радостью:
С давних времён, наверное.
Она копилась
В рукаве...
и неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни любви»):
Неужели и нынешней ночью,
Циновку соломенную
В одиночестве расстелив.
Ты ждёшь меня,
Дева из Удзи?
* Песня ассоциируется с двумя танка: неизвестного автора из антологии «Ваканроэйсю» («Собрание японских и китайских песен»):
Я ныне преисполнен
Радостью:
С давних времён, наверное.
Она копилась
В рукаве...
и неизвестного автора из «Кокинсю» (свиток «Песни любви»):
Неужели и нынешней ночью,
Циновку соломенную
В одиночестве расстелив.
Ты ждёшь меня,
Дева из Удзи?