打麻乎
麻續王
白水郎有哉
射等篭荷四間乃
珠藻苅麻須
うちそを
をみのおほきみ
あまなれや
いらごのしまの
たまもかります
О конопля, что треплют!
Бедный принц мой Оми,
Да разве ты простой рыбак,
Чтоб жить на Ираго — на острове далеком
И жемчуг — водоросли на море срезать?
* В песне говорится об одном из очень распространенных занятий среди рыбаков — собирании водорослей, которые употреблялись в пищу.
空蝉之
命乎惜美
浪尓所濕
伊良虞能嶋之
玉藻苅食
うつせみの
いのちををしみ
なみにぬれ
いらごのしまの
たまもかりはむ
За жизнь непрочную и жалкую
Цепляясь,
Весь вымокший в волнах у Ираго,
Кормиться буду я теперь, срезая
Лишь жемчуг — водоросли возле берегов!
* Принц Оми, говоря в своей песне, что будет кормиться, собирая водоросли, подчеркивает этим, что обречен на существование простого рыбака (см. п. 23).

釼著
手節乃埼二
今<日>毛可母
大宮人之
玉藻苅良<武>
くしろつく
たふしのさきに
けふもかも
おほみやひとの
たまもかるらむ
Рука в запястье драгоценном…
Наверное, у мыса Тафуси
Сегодня тоже
Люди царской свиты
Срезают водоросли-жемчуга…

* В песне приведена картина одной из обычных в то время придворных забав, когда знать, подражая рыбакам, срезала водоросли у берегов (МС).
* Первая строка — мк, в данном случае зачин, связанный, по-видимому, с образом жены, так как драгоценные запястья были обычным женским украшением в придворной среде (см. п. 40).
八隅知之
吾大王
高照
日<乃>皇子
荒妙乃
藤原我宇倍尓
食國乎
賣之賜牟登
都宮者
高所知武等
神長柄
所念奈戸二
天地毛
縁而有許曽
磐走
淡海乃國之
衣手能
田上山之
真木佐苦
桧乃嬬手乎
物乃布能
八十氏河尓
玉藻成
浮倍流礼
其乎取登
散和久御民毛
家忘
身毛多奈不知
鴨自物
水尓浮居而
吾作
日之御門尓
不知國
依巨勢道従
我國者
常世尓成牟
圖負留
神龜毛
新代登
泉乃河尓
持越流
真木乃都麻手乎
百不足
五十日太尓作
泝須<良>牟
伊蘇波久見者
神随尓有之
やすみしし
わがおほきみ
たかてらす
ひのみこ
あらたへの
ふぢはらがうへに
をすくにを
めしたまはむと
みあらかは
たかしらさむと
かむながら
おもほすなへに
あめつちも
よりてあれこそ
いはばしる
あふみのくにの
ころもでの
たなかみやまの
まきさく
ひのつまでを
もののふの
やそうぢがはに
たまもなす
うかべながせれ
そをとると
さわくみたみも
いへわすれ
みもたなしらず
かもじもの
みづにうきゐて
わがつくる
ひのみかどに
しらぬくに
よしこせぢより
わがくには
とこよにならむ
あやおへる
くすしきかめも
あらたよと
いづみのかはに
もちこせる
まきのつまでを
ももたらず
いかだにつくり
のぼすらむ
いそはくみれば
かむながらにあらし
Мирно правящая здесь,
Государыня моя!
Ты, что озаряешь высь,
Солнца дивное дитя!
Оглядев свою страну,
Где правление вершишь,
Ты решила, чтоб дворец
Возвышался ныне здесь,
В Фудзивара,
Где цветут
Вишен пышные цветы,
Где из тонких волокон фудзи
Ткется полотно.
Ты, являясь божеством,
Так решила.
Оттого
Боги неба и земли
Были заодно с тобой!
В Оми — дальней стороне,
Где со скал бегут ручьи,
Есть деревья хиноки,
Что приносят счастье всем,
На горах Танаками
Расстилаются леса,
С двух сторон спускаясь вниз,
Как у платья рукава.
Вот, с горы сплавляют лес
По течению реки
— Удзигава,
Где живет
Воинов несметный род.
Будто бы плывут в воде
Водоросли-жемчуга,
По течению плывет
Лес, что велено сплавлять.
И, сплавляя этот лес,
Там шумит рабочий люд.
Дом родной свой позабыв,
Не щадя последних сил,
Словно утки, целый день
Не выходят из воды.
И к светлейшему дворцу,
Что теперь мы строим здесь,
Из неведомых нам стран
По дорогам из Косэ
Будут люди прибывать,
И родимая страна,
Превратится в вечный рай!
Знаки вещие храня,
Черепаха нам сулит
Новый, благодатный век!
И деревья хиноки
По течению плывут
Быстрой Идзуми-реки.
Сбив плоты,
Сплавляют лес
Волоком и по реке
На постройку гонят лес.
И когда посмотришь ты,
Как старается народ,
То увидишь, что и впрямь
Волю он вершит богов!
* Автор неизвестен. Одни исследователи считают, что это песня рабочего люда, отбывавшего трудовую повинность (“экимин”, или “эдати-но-тами” — “народ, выполняющий подневольный труд” от “эки”, “эдати” — “подневольный труд”, “мин”, “тами” — “народ” — МС), другие же полагают, что песня сочинена посторонним человеком, наблюдавшим, как работают на постройке дворца крестьяне. Многие считают, что эта песня принадлежит Хитомаро, так как некоторые строки схожи с его песнями.
* В песне восхваляется правление императрицы Дзито и говорится о строительстве дворца в Фудзивара, куда в 694 г. была перенесена столица из Асука. О переезде императрицы в этот дворец 6-го дня 12-го месяца того же года имеется запись в “Нихонги” (прим. к тексту).
* “Знаки вещие храня, черепаха нам сулит новый, благодатный век…” — постройке нового дворца и перенесению столицы предшествовали различные гадания, при помощи которых определяли счастливое место для новой столицы (см. п. 1). Панцирь черепахи калили на огне и по трещинам определяли будущее.
猿澤の
池もつらしな
わぎもこが
玉藻かづかば
水ぞひなまし
さるさはの
いけもつらしな
わぎもこが
たまもかづかば
みづぞひなまし
О Сарусава-
Пруд – как он жесток!
Ах, когда милой
Рукава в него погрузились,
Пусть бы высохла в нём вода![411] —
411. Танка помещена в Кокинрокутё, 3 (раздел «Пруд»), в Манъёсю (раздел «О разном», мб 3788?), а также в собрании Фумокусё, 3, с указанием: «Автор неизвестен».
わぎもこが
ねくたれ髪を
猿澤の
池の玉藻と
見るぞかなしき
わぎもこが
ねくたれかみを
さるさはの
いけのたまもと
見るぞかなしき
Любимой моей
Эти спутанные волосы
В Сарусава-
Пруду драгоценными водорослями
Кажутся, и как это печально![410] —
410. Танка помещена в Сюисю, 20 [1289], и в Какиномотосю, а также в Ситидайдзи дзюнрэйсики, датируемом началом XII в., в разделе «Пруд Сарусава», где авторство приписывается императору Хэйдзэй.
玉藻苅
奥敝波不<榜>
敷妙<乃>
枕之邊人
忘可祢津藻
たまもかる
おきへはこがじ
しきたへの
まくらのあたり
わすれかねつも
Туда, где срезают жемчужные травы морские,
Вряд ли мой чёлн выйдет в дальнее плаванье ныне…
Ту, что лежит на моем изголовье
На шёлковой ткани,
Я позабыть и оставить не в силах…
* “Срезают жемчужные травы морские” — говорится о собирании морских водорослей, которые употребляли в пищу и для подарка.
暮去者
塩満来奈武
住吉乃
淺鹿乃浦尓
玉藻苅手名
ゆふさらば
しほみちきなむ
すみのえの
あさかのうらに
たまもかりてな
Когда придет вечерняя пора,
Наверное, прилив на берега нахлынет,
О, так мечтаю срезать я
Те водоросли-жемчуга
В заливе Асака, в прекрасном Суминоэ…
* Песня сочинена в аллегорическом плане. Жемчуг-водоросли — метафора принцессы. Срезать водоросли — сделать своей женой.
石見乃海
角乃浦廻乎
浦無等
人社見良目
滷無等
(一云
礒無登)
人社見良目
能咲八師
浦者無友
縦畫屋師
滷者
(一云
礒者)
無鞆
鯨魚取
海邊乎指而
和多豆乃
荒礒乃上尓
香青生
玉藻息津藻
朝羽振
風社依米
夕羽振流
浪社来縁
浪之共
彼縁此依
玉藻成
依宿之妹乎
(一云
波之伎余思
妹之手本乎)
露霜乃
置而之来者
此道乃
八十隈毎
萬段
顧為騰
弥遠尓
里者放奴
益高尓
山毛越来奴
夏草之
念思奈要而
志<怒>布良武
妹之門将見
靡此山
いはみのうみ
つののうらみを
うらなしと
ひとこそみらめ
かたなしと
(いそなしと)
ひとこそみらめ
よしゑやし
うらはなくとも
よしゑやし
かたは
(いそは)
なくとも
いさなとり
うみへをさして
にきたづの
ありそのうへに
かあをなる
たまもおきつも
あさはふる
かぜこそよせめ
ゆふはふる
なみこそきよれ
なみのむた
かよりかくより
たまもなす
よりねしいもを
(はしきよし
いもがたもとを)
つゆしもの
おきてしくれば
このみちの
やそくまごとに
よろづたび
かへりみすれど
いやとほに
さとはさかりぬ
いやたかに
やまもこえきぬ
なつくさの
おもひしなえて
しのふらむ
いもがかどみむ
なびけこのやま
Там, в Ивами, где прибой
Бьет у берегов Цуну,
Люди, поглядев кругом,
Скажут, что залива нет,
Люди, поглядев кругом,
Скажут — отмели там нет.
Все равно прекрасно там,
Даже пусть залива нет,
Все равно прекрасно там,
Пусть и отмели там нет!
У скалистых берегов,
В Нигитадзу, на камнях,
Возле моря, где порой
Ловят чудище-кита,
Водоросли взморья там,
Жемчуг — водоросли там,
Зеленея, поднялись.
И лишь утро настает,
Словно легких крыльев взмах,
Набегает ветерок.
И лишь вечер настает,
Словно легких крыльев взмах,
Приливают волны вмиг.
Как жемчужная трава
Клонится у берегов
В эту сторону и ту,
Гнется и к земле прильнет
С набегающей волной,
Так спала, прильнув ко мне,
Милая моя жена.
Но ее покинул я.
И по утренней росе,
Идя горною тропой,
У извилин каждый раз
Все оглядывался я,
Много раз, несчетно раз
Оборачивался я.
И все дальше оставлял
За собой родимый дом.
И все выше предо мной
Были горы на пути.
Словно летняя трава
В жарких солнечных лучах,
От разлуки, от тоски
Вянет милая жена.
На ворота бы взглянуть,
Верно, там стоит она!
Наклонитесь же к земле
Горы, скрывшие ее!
* Одно из знаменитых стихотворений Хитомаро (см. п. 29), посвященных разлуке с женой. Предполагают, что Хитомаро ехал в столицу, как и все провинциальные чиновники, отчитываться о делах своей провинции. Песня 223 говорит о том, что он умер в провинции Ивами во 2-м г. Вадо (709 г.) или в 4-м г. Кэйун (707 г.). Эта песня сложена после 702–703 гг.
角<障>經
石見之海乃
言佐敝久
辛乃埼有
伊久里尓曽
深海松生流
荒礒尓曽
玉藻者生流
玉藻成
靡寐之兒乎
深海松乃
深目手思騰
左宿夜者
幾毛不有
延都多乃
別之来者
肝向
心乎痛
念乍
顧為騰
大舟之
渡乃山之
黄葉乃
散之乱尓
妹袖
清尓毛不見
嬬隠有
屋上乃
(一云
室上山)
山乃
自雲間
渡相月乃
雖惜
隠比来者
天傳
入日刺奴礼
大夫跡
念有吾毛
敷妙乃
衣袖者
通而<沾>奴
つのさはふ
いはみのうみの
ことさへく
からのさきなる
いくりにぞ
ふかみるおふる
ありそにぞ
たまもはおふる
たまもなす
なびきねしこを
ふかみるの
ふかめておもへど
さねしよは
いくだもあらず
はふつたの
わかれしくれば
きもむかふ
こころをいたみ
おもひつつ
かへりみすれど
おほぶねの
わたりのやまの
もみちばの
ちりのまがひに
いもがそで
さやにもみえず
つまごもる
やかみの
(むろかみやま)
やまの
くもまより
わたらふつきの
をしけども
かくらひくれば
あまづたふ
いりひさしぬれ
ますらをと
おもへるわれも
しきたへの
ころものそでは
とほりてぬれぬ
Обвита плющём скала…
В море, в Ивами,
Там, где выступает мыс
Караносаки…
На камнях растут в воде
Фукамиру-водоросли,
На скалистом берегу —
Жемчуг-водоросли.
Как жемчужная трава
Гнётся и к земле прильнет,
Так спала, прильнув ко мне,
Милая моя жена.
Глубоко растут в воде
Фукамиру — водоросли,
Глубоко любил её,
Ненаглядную мою.
Но немного мне дано
Было радостных ночей,
Что в ее объятьях спал.
Листья алые плюща
Разошлись по сторонам —
Разлучились с нею мы.
И когда расстался я,
Словно печень у меня
Раскололась на куски,
Стало горестно болеть
Сердце бедное моё.
И в печали, уходя,
Всё оглядывался я…
Но большой корабль
Плывёт…
И на склонах Ватари
Клёна алая листва,
Падая, затмила взор,
Я не смог из-за неё
Ясно видеть рукава
Дорогой моей жены…
Дом скрывает жён от глаз…
И хоть жалко нам луну,
Что плывет средь облаков,
Над горами Яками,
Но скрывается она —
Скрылась и моя жена…
Вскоре вечер наступил,
И, плывя по небесам,
Солнце на закате дня
Озарило всё вокруг,
У меня же, что считал
Храбрым рыцарем себя,
Рукава, что я стелю
В изголовье,
Все насквозь
Вымокли от слёз моих…
* Песня Хитомаро, также посвящённая разлуке с женой. Фукамиру — водоросли, растущие в глубоких местах (фукамиру “смотреть вглубь”), — народное название.
石見之海
津乃浦乎無美
浦無跡
人社見良米
滷無跡
人社見良目
吉咲八師
浦者雖無
縦恵夜思
潟者雖無
勇魚取
海邊乎指而
柔田津乃
荒礒之上尓
蚊青生
玉藻息都藻
明来者
浪己曽来依
夕去者
風己曽来依
浪之共
彼依此依
玉藻成
靡吾宿之
敷妙之
妹之手本乎
露霜乃
置而之来者
此道之
八十隈毎
萬段
顧雖為
弥遠尓
里放来奴
益高尓
山毛超来奴
早敷屋師
吾嬬乃兒我
夏草乃
思志萎而
将嘆
角里将見
靡此山
いはみのうみ
つのうらをなみ
うらなしと
ひとこそみらめ
かたなしと
ひとこそみらめ
よしゑやし
うらはなくとも
よしゑやし
かたはなくとも
いさなとり
うみべをさして
にきたつの
ありそのうへに
かあをなる
たまもおきつも
あけくれば
なみこそきよれ
ゆふされば
かぜこそきよれ
なみのむた
かよりかくより
たまもなす
なびきわがねし
しきたへの
いもがたもとを
つゆしもの
おきてしくれば
このみちの
やそくまごとに
よろづたび
かへりみすれど
いやとほに
さとさかりきぬ
いやたかに
やまもこえきぬ
はしきやし
わがつまのこが
なつくさの
おもひしなえて
なげくらむ
つののさとみむ
なびけこのやま
Там, в Ивами, где прибой
Бьёт у берегов Цуну,
Люди, поглядев кругом,
Скажут, что залива нет,
Люди, поглядев кругом,
Скажут: отмели там нет.
Всё равно прекрасно там,
Даже пусть залива нет!
Всё равно прекрасно там,
Пусть и отмели там нет!
У скалистых берегов,
В Нигитадзу, на камнях,
Возле моря, где порой
Ловят чудище-кита,
Водоросли взморья там,
Жемчуг-водоросли там,
Зеленея, поднялись.
И лишь утро настаёт,
Приливает вмиг волна,
И лишь вечер настаёт,
Набегает ветерок.
Как жемчужная трава
Клонится у берегов
В эту сторону и ту,
Гнётся и к земле прильнет
С набегающей волной,
Так спала, прильнув ко мне,
Милая моя жена.
Рукава её,
Что стелила мне она
В изголовье
Каждый раз,
Я оставил и ушёл.
И по утренней росе,
Идя горною тропой,
У извилин всякий раз
Все оглядывался я,
Много раз, несчётно раз
Оборачивался я.
И всё дальше оставлял
За собой родимый дом,
И всё выше предо мной
Были горы на пути.
Ненаглядное дитя —
Милая моя жена,
Словно летняя трава
В жарких солнечных лучах,
От разлуки, от тоски,
Верно, вянет там она
И горюет обо мне.
На село взгляну Цуну,
Где осталася она,
Наклонитесь же к земле,
Горы, скрывшие её!

明日香能
清御原乃宮尓
天下
所知食之
八隅知之
吾大王
高照
日之皇子
何方尓
所念食可
神風乃
伊勢能國者
奥津藻毛
靡足波尓
塩氣能味
香乎礼流國尓
味凝
文尓乏寸
高照
日之御子
あすかの
きよみのみやに
あめのした
しらしめしし
やすみしし
わがおほきみ
たかてらす
ひのみこ
いかさまに
おもほしめせか
かむかぜの
いせのくには
おきつもも
なみたるなみに
しほけのみ
かをれるくにに
うまこり
あやにともしき
たかてらす
ひのみこ
Мирно правящий страной
Наш великий государь!
Ты, что озаряешь высь,
Солнца лучезарный сын!
Ты, который управлял
Поднебесной много лет
В Асука-стране,
Во дворце, среди равнин Киёмихара!
Как задумал это ты?
Как решиться только мог?
В дальней стороне Исэ,
Что незыблемо хранят
Ветры грозные богов,
В той далекой стороне
Поднялся туманом ты
В час прилива над волной,
Что сгибает до земли
Водоросли-жемчуга…
Ты, что так прекрасен был,
Как на ткани дорогой
Дивно вытканный узор,
Ты, что озаряешь высь,
Солнца лучезарный сын..
* “В дальней стороне Исэ, что незыблемо хранят ветры грозные богов” (см. п. 81).
* “Поднялся туманом ты” — имеется в виду туман, оставшийся после погребального обряда сожжения.
飛鳥
明日香乃河之
上瀬尓
生玉藻者
下瀬尓
流觸經
玉藻成
彼依此依
靡相之
嬬乃命乃
多田名附
柔<膚>尚乎
劔刀
於身副不寐者
烏玉乃
夜床母荒良無
(一云
<阿>礼奈牟)
所虚故
名具鮫<兼>天
氣<田>敷藻
相屋常念而
(一云
公毛相哉登)
玉垂乃
越<能>大野之
旦露尓
玉裳者埿打
夕霧尓
衣者<沾>而
草枕
旅宿鴨為留
不相君故
とぶとりの
あすかのかはの
かみつせに
おふるたまもは
しもつせに
ながれふらばふ
たまもなす
かよりかくより
なびかひし
つまのみことの
たたなづく
にきはだすらを
つるぎたち
みにそへねねば
ぬばたまの
よとこもあるらむ
(あれなむ)
そこゆゑに
なぐさめかねて
けだしくも
あふやとおもひて
(きみもあふやと)
たまだれの
をちのおほのの
あさつゆに
たまもはひづち
ゆふぎりに
ころもはぬれて
くさまくら
たびねかもする
あはぬきみゆゑ
Птицы по небу летят…
И на Асука-реке,
У истоков, там, где мель,
Зеленея, поднялись
Водоросли-жемчуга.
И близ устья, там, где мель,
По воде они плывут
И касаются слегка
Стеблями стеблей.
Как жемчужная трава
Клонится у берегов
В эту сторону и ту,
Так склонялась, покорясь,
Божеству-супругу ты.
С ним теперь тебе не спать,
К нежной коже не прильнуть.
Ты не будешь рядом с ним,
Как при воине всегда
Бранный меч,—
И оттого
Ночью тёмной, что теперь
Ягод тутовых черней,
Ложе бедное твоё
Опустевшее стоит.
И поэтому никак
Не утешиться тебе…
Как на нити жемчуга,
Нижешь думы в тишине.
“Может встретимся ещё”,—
Верно, думаешь порой.
И идёшь его искать
В Оти, средь больших полей…
В светлой утренней росе
Промочив насквозь подол
Яшмовых одежд,
И в тумане ввечеру,
Платье промочив насквозь,
Не заснуть тебе в пути,
Где подушкой на земле
Служит страннику трава,
Не заснуть из-за него,
С кем не встретиться тебе
В этой жизни никогда!

飛鳥
明日香乃河之
上瀬
石橋渡
(一云
石浪)
下瀬
打橋渡
石橋
(一云
石浪)
生靡留
玉藻毛叙
絶者生流
打橋
生乎為礼流
川藻毛叙
干者波由流
何然毛
吾<王><能>
立者
玉藻之<母>許呂
臥者
川藻之如久
靡相之
宣君之
朝宮乎
忘賜哉
夕宮乎
背賜哉
宇都曽臣跡
念之時
春都者
花折挿頭
秋立者
黄葉挿頭
敷妙之
袖携
鏡成
雖見不猒
三五月之
益目頬染
所念之
君与時々
幸而
遊賜之
御食向
木P之宮乎
常宮跡
定賜
味澤相
目辞毛絶奴
然有鴨
(一云
所己乎之毛)
綾尓憐
宿兄鳥之
片戀嬬
(一云
為乍)
朝鳥
(一云
朝霧)
徃来為君之
夏草乃
念之萎而
夕星之
彼徃此去
大船
猶預不定見者
遣<悶>流
情毛不在
其故
為便知之也
音耳母
名耳毛不絶
天地之
弥遠長久
思将徃
御名尓懸世流
明日香河
及万代
早布屋師
吾王乃
形見何此焉
とぶとり
あすかのかはの
かみつせに
いしはしわたし
(いしなみ)
しもつせに
うちはしわたす
いしはしに
(いしなみに)
おひなびける
たまももぞ
たゆればおふる
うちはしに
おひををれる
かはももぞ
かるればはゆる
なにしかも
わがおほきみの
たたせば
たまものもころ
こやせば
かはものごとく
なびかひし
よろしききみが
あさみやを
わすれたまふや
ゆふみやを
そむきたまふや
うつそみと
おもひしときに
はるへは
はなをりかざし
あきたてば
もみちばかざし
しきたへの
そでたづさはり
かがみなす
みれどもあかず
もちづきの
いやめづらしみ
おもほしし
きみとときとき
いでまして
あそびたまひし
みけむかふ
きのへのみやを
とこみやと
さだめたまひて
あぢさはふ
めこともたえぬ
しかれかも
(そこをしも)
あやにかなしみ
ぬえどりの
かたこひづま
(しつつ)
あさとりの
(あさぎりの)
かよはすきみが
なつくさの
おもひしなえて
ゆふつづの
かゆきかくゆき
おほぶねの
たゆたふみれば
なぐさもる
こころもあらず
そこゆゑに
せむすべしれや
おとのみも
なのみもたえず
あめつちの
いやとほながく
しのひゆかむ
みなにかかせる
あすかがは
よろづよまでに
はしきやし
わがおほきみの
かたみかここを
Птицы по небу летят…
А на Асука-реке,
У истоков, там, где мель,
Камни в ряд мостком лежат,
А близ устья, там, где мель,
Доски в ряд мостком лежат.
Даже жемчуг-водоросли,
Что склоняются к воде
Возле каменных мостков,
Лишь сорвешь — опять растут!
И речные водоросли,
Что сгибаются к воде
Возле дощатых мостков,
Лишь засохнут — вновь растут!
Что ж могло случиться с ней?
Ведь, бывало, лишь встает,
Словно жемчуг-водоросли!
А ложится — так гибка,
Как речные водоросли…
Лучше не было ее!
Позабыла, что ль, она
Утром посетить дворец?
Иль нарушила она
Ночью правила дворца?
В дни, когда она была
Гостьей этой стороны,
Ты весною вместе с ней
Собирал в полях цветы,
Украшал себя венком,
А осеннею порой
Украшался вместе с ней
Клена алою листвой.
И одежды рукава,
Что стелили в головах,
Вы соединяли с ней.
Словно в зеркало глядя,
Любоваться на себя
Не надоедало вам.
Словно полная луна,
Дивной красоты была
Та, что нежно ты любил,
Та, с которой иногда
Выходил из дома ты
И изволил здесь гулять.
И Киноэ — тот дворец,
Где приносят рисом дань,
Вечным стал ее дворцом —
Так судьбою решено.
Шумны стаи адзи птиц…
А она теперь молчит
И не видит ничего.
И поэтому тебе
Все печально на земле.
Птицей нуэдори ты
Громко стонешь целый день,
Обездоленный супруг!
И, как птицы поутру,
Кружишь около нее;
Словно летняя трава,
Сохнешь без нее в тоске;
Как вечерняя звезда,
То ты здесь, то снова там;
Как большой корабль
Средь волн,
Ты покоя не найдешь…
Глядя на тебя, скорбим,—
Не утешить сердца нам,
Горю этому нельзя
Утешения найти…
Лишь останется молва,
Только имя будет жить,
Вместе с небом и землей!
Долго, долго будут все
Помнить и любить ее!
Пусть же Асука-река,
С именем которой здесь
Имя связано ее,
Будет тысячи веков
Вечно воды свои лить,
И пускай эти места
Будут памятью о ней,
О принцессе дорогой,
Что была прекрасней всех!
* Адзи — вид диких уток с пестрым оперением (желтое с черным); очень распространенный в Японии; всегда летают стаями и громко кричат.
* Нуэдори — см. комм. к п. 5.
玉藻吉
讃岐國者
國柄加
雖見不飽
神柄加
幾許貴寸
天地
日月與共
満将行
神乃御面跡
次来
中乃水門従
<船>浮而
吾榜来者
時風
雲居尓吹尓
奥見者
跡位浪立
邊見者
白浪散動
鯨魚取
海乎恐
行<船>乃
梶引折而
彼此之
嶋者雖多
名細之
狭<岑>之嶋乃
荒礒面尓
廬作而見者
浪音乃
茂濱邊乎
敷妙乃
枕尓為而
荒床
自伏君之
家知者
徃而毛将告
妻知者
来毛問益乎
玉桙之
道太尓不知
欝悒久
待加戀良武
愛伎妻等者
たまもよし
さぬきのくには
くにからか
みれどもあかぬ
かむからか
ここだたふとき
あめつち
ひつきとともに
たりゆかむ
かみのみおもと
つぎきたる
なかのみなとゆ
ふねうけて
わがこぎくれば
ときつかぜ
くもゐにふくに
おきみれば
とゐなみたち
へみれば
しらなみさわく
いさなとり
うみをかしこみ
ゆくふねの
かぢひきをりて
をちこちの
しまはおほけど
なぐはし
さみねのしまの
ありそもに
いほりてみれば
なみのおとの
しげきはまべを
しきたへの
まくらになして
あらとこに
ころふすきみが
いへしらば
ゆきてもつげむ
つましらば
きもとはましを
たまほこの
みちだにしらず
おほほしく
まちかこふらむ
はしきつまらは
Замечательна страна,
Что зовется Сануки,
Где склоняются к воде
Водоросли-жемчуга,
Оттого ли, что страна
Блещет дивной красотой,—
Сколько ни любуйся ей,
Не устанет жадный взор.
Оттого ль, что боги ей
Дали жизнь на земле,—
Люди свято чтут ее.
Вместе с небом и землей,
Вместе с солнцем и луной
Будет процветать она,
Лик являя божества.
Там, из гавани Нака,
Что известна с давних пор,
Я отчалил в дальний путь,
И когда по морю плыл,
Я, качаясь на ладье,
Ветер,
Что в прилива час набегает,—
Налетел,
Нагоняя облака.
И когда взглянул я вдаль,—
Встала за волной волна
Бесконечной чередой…
Я на берег посмотрел —
С диким ревом волны там
В белой пене поднялись.
Море мне внушало страх,
И на весла я налег,
Ударяя по волнам,
С этой стороны и той
Много было островов,
Но известен среди них
Славный остров Саминэ!
На скалистых берегах
Я раскинул свой шалаш,
Оглянулся я вокруг
И увидел:
Ты лежишь,
Распластавшись на земле,
Сделав ложем камни скал,
Вместо мягких рукавов,
Изголовьем для себя
Выбрав эти берега,
Где так грозен шум волны…
Если б знал я,
Где твой дом,
Я пошел бы и сказал,
Если знала бы жена,
Верно бы, пришла она
И утешила тебя!
Но, не зная, где тот путь,
Что отмечен был давно
Яшмовым копьем,
Вся в печали и слезах,
Верно, ждет еще тебя
И тоскует о тебе
Милая твоя жена!
* “Лик являя божества…” — в японской мифологии провинция олицетворялась в виде божества.
* “Путь, что отмечен был давно яшмовым копьем” (см. п. 79).
塩干乃
三津之海女乃
久具都持
玉藻将苅
率行見
しほひの
みつのあまの
くぐつもち
たまもかるらむ
いざゆきてみむ
В заливе Мицу
В час отлива
Рыбачки юные, держа в руках мешки,
Наверно, водоросли-жемчуга срезают.
Идемте же взглянуть на них!
* “Держа в руках мешки” (кугуцу) — речь идет о плетеных сетках в виде мешков, куда складывают водоросли.
塩干去者
玉藻苅蔵
家妹之
濱L乞者
何矣示
しほひなば
たまもかりつめ
いへのいもが
はまづとこはば
なにをしめさむ
Когда схлынет прилив,
Собери ты жемчужные травы морские.
Если дома любимая спросит тебя
О подарке из дальней страны,
Что тогда ей покажешь?
* Собирать морские травы, водоросли — см. п. 72.
* Привозить подарок с побережья было широко распространенным обычаем, существовало даже специальное слово “хамадзуто” — “подарок с побережья”.
軽池之
汭廻徃轉留
鴨尚尓
玉藻乃於丹
獨宿名久二
かるのいけの
うらみゆきみる
かもすらに
たまものうへに
ひとりねなくに
Ведь даже утки дикие, что кружат
В извилинах спокойных берегов
Пруда Кару, ведь даже и они
Среди прибрежных трав жемчужных
Не спят одни…

勝壮鹿乃
真々乃入江尓
打靡
玉藻苅兼
手兒名志所念
かつしかの
ままのいりえに
うちなびく
たまもかりけむ
てごなしおもほゆ
Вот в Кацусика, в дальней стране,
В тихой бухте Мама,
Верно, здесь, наклонившись,
Срезала жемчужные травы морские
Тэкона. — Все о ней нынче думаю я…
* Одна из двух песен, сочиненных Акахито во время путешествия в Кацусика, где находилась могила легендарной красавицы Тэкона.
風高
邊者雖吹
為妹
袖左倍所<沾>而
苅流玉藻焉
かぜたかく
へにはふけども
いもがため
そでさへぬれて
かれるたまもぞ
Ветер бушевал у берегов,
Но меня не испугал тот ветер:
Для любимой,
Даже омочив рукав,
Я жемчужные срезала травы…
* В песне отражен обычай, широко распространенный в те времена в Японии, судя по песням М.: когда подносили подарок (водоросли и т. п.), то вместе с ним посылали песню, в которой говорилось, как трудно достать этот подарок, чтобы подчеркнуть свою любовь к данному лицу. Кому был послан подарок, неизвестно.
安見知之
和期大王之
常宮等
仕奉流
左日鹿野由
背<匕>尓所見
奥嶋
清波瀲尓
風吹者
白浪左和伎
潮干者
玉藻苅管
神代従
然曽尊吉
玉津嶋夜麻
やすみしし
わごおほきみの
とこみやと
つかへまつれる
さひかのゆ
そがひにみゆる
おきつしま
きよきなぎさに
かぜふけば
しらなみさわき
しほふれば
たまもかりつつ
かむよより
しかぞたふとき
たまつしまやま
Из долины Саига,
Где покорно служим мы
В вечном храме — во дворце,
Где правление вершит
Мирно правящий страной
Наш великий государь,
Из долины Саига,
Позади бегущих волн
Виден взору вдалеке
Остров средь морских равнин.
И у чистых берегов,
Лишь подует ветерок,
Волны белые шумят.
А отхлынет вдаль прилив,
Водоросли-жемчуга
Собирают на ладьях.
Это вечно было так —
Чтили со времен богов,
С незапамятных времен
Горы острова Тама,
Что за красоту свою
Дивной Яшмой назван был!
* “Водоросли-жемчуга собирают на ладьях” — собирание водорослей — обычное занятие рыбачек и рыбаков (водоросли идут в пищу, или из них выпаривают соль), одновременно один из видов развлечения в придворной среде; часто водоросли собирали для подарка возлюбленной или жене, который привозили из странствования или приносили с прогулки.
* “Дивной яшмой назван был” — речь идет об о-ве Тамацусима (Яшмовый остров или остров Яшма), сейчас остров слился с берегом.
奥嶋
荒礒之玉藻
潮干満
伊隠去者
所念武香聞
おきつしま
ありそのたまも
しほひみち
いかくりゆかば
おもほえむかも
Там, где остров на взморье,
У брегов каменистых
Поднялись, зеленея, жемчужные травы морские,
И когда наступает прилив и от глаз их скрывает,
Как о них я тогда безутешно тоскую!

鯨魚取
濱邊乎清三
打靡
生玉藻尓
朝名寸二
千重浪縁
夕菜寸二
五百重<波>因
邊津浪之
益敷布尓
月二異二
日日雖見
今耳二
秋足目八方
四良名美乃
五十開廻有
住吉能濱
いさなとり
はまへをきよみ
うちなびき
おふるたまもに
あさなぎに
ちへなみよせ
ゆふなぎに
いほへなみよす
へつなみの
いやしくしくに
つきにけに
ひにひにみとも
いまのみに
あきだらめやも
しらなみの
いさきめぐれる
すみのえのはま
Так красивы берега…
Оттого к траве морской,
Что у моря поднялась
И сгибается к земле,
Лишь затишье поутру,—
Набегает вмиг волна
Сразу в тысячи рядов.
Лишь затишье ввечеру,—
Набегает вмиг волна
Сразу сотнями рядов.
Словно волны, что бегут
К этим чистым берегам,
Все сильнее и сильней,—
Все сильнее и сильней,
С каждым месяцем и днем,
День за днем любуюсь я
Этой дивной красотой.
Но в короткий этот миг
Разве насмотреться мне
На крутые берега
В Суминоэ стороне,
Где кругом, вздымаясь ввысь,
Волны белые шумят?..

名寸隅乃
船瀬従所見
淡路嶋
松<帆>乃浦尓
朝名藝尓
玉藻苅管
暮菜寸二
藻塩焼乍
海末通女
有跡者雖聞
見尓将去
餘四能無者
大夫之
情者梨荷
手弱女乃
念多和美手
俳徊
吾者衣戀流
船梶雄名三
なきすみの
ふなせゆみゆる
あはぢしま
まつほのうらに
あさなぎに
たまもかりつつ
ゆふなぎに
もしほやきつつ
あまをとめ
ありとはきけど
みにゆかむ
よしのなければ
ますらをの
こころはなしに
たわやめの
おもひたわみて
たもとほり
あれはぞこふる
ふなかぢをなみ
В Накидзуми,
В Фунасэ
Виден остров, что зовут
Авадзисима.
Слышал я, что в бухте там Мацухо
Рыбачки есть,
Что в затишье поутру
Собирают на ладьях
Водоросли-жемчуга,
А в затишье ввечеру
Жгут из водорослей соль.
Но надежды нет уплыть
Мне туда,
Чтоб видеть их,
Словно нет уже во мне
Сердца рыцаря теперь,
Словно слабая жена,
Подчинился я тоске
И хожу, блуждаю здесь…
О, как полон я тоски!
Оттого, что нет весла,
Оттого, что нет ладьи…

玉藻苅
海未通女等
見尓将去
船梶毛欲得
浪高友
たまもかる
あまをとめども
みにゆかむ
ふなかぢもがも
なみたかくとも
Я в море плыть хочу, чтоб увидать
Рыбачек юных, что срезают
Морские водоросли-жемчуга…
О, если б весла мне, о, если бы ладью,
Пусть даже на море бушуют волны!

時風
應吹成奴
香椎滷
潮干汭尓
玉藻苅而名
ときつかぜ
ふくべくなりぬ
かしひがた
しほひのうらに
たまもかりてな
Срок наступил: подует скоро ветер,
Что в час прилива начинает дуть.
Ах, в бухте Касии,
Пока прилива нету,
Мне жемчуг-водоросли хочется собрать!
* “Мне жемчуг-водоросли хочется собрать” — см. п. 917.
八千桙之
神乃御世自
百船之
泊停跡
八嶋國
百船純乃
定而師
三犬女乃浦者
朝風尓
浦浪左和寸
夕浪尓
玉藻者来依
白沙
清濱部者
去還
雖見不飽
諾石社
見人毎尓
語嗣
偲家良思吉
百世歴而
所偲将徃
清白濱
やちほこの
かみのみよより
ももふねの
はつるとまりと
やしまくに
ももふなびとの
さだめてし
みぬめのうらは
あさかぜに
うらなみさわき
ゆふなみに
たまもはきよる
しらまなご
きよきはまへは
ゆきかへり
みれどもあかず
うべしこそ
みるひとごとに
かたりつぎ
しのひけらしき
ももよへて
しのはえゆかむ
きよきしらはま
В бухте дальней Минумэ,
Что считали с давних пор,
Со времен, когда был бог,
Славный бог Ятихико,
Сотни разных моряков
Разных стран и островов
Славной гаванью,
Куда
Приставали всякий раз
Сотни разных кораблей,
Поутру — от ветерка
Волны белые шумят,
Ввечеру — с морской волной
Прибивает к берегам
Водоросли-жемчуга.
О морские берега,
Где песок кристально чист,
В море иль домой плывешь,—
Сколько ни глядишь на них,
Не устанет жадный взор!
Верно люди говорят,
Будто каждый человек,
Что хоть раз взглянул на них,
Будет век передавать
Сказ о дивных берегах,
Восхищаясь их красой!
И пройдут пусть сотни лет,
Восхищаться будет вновь
Этой дивной красотой
Чистых белых берегов!

時風
吹麻久不知
阿胡乃海之
朝明之塩尓
玉藻苅奈
ときつかぜ
ふかまくしらず
あごのうみの
あさけのしほに
たまもかりてな
Хоть и не знаю я, когда подует
Попутный ветер, всё равно
У моря синего в Аго,
Пока прилив отхлынул, в час рассвета
Хочу срезать я водоросли-жемчуга…
* Срезание водорослей в часы отлива было не только занятием рыбаков, но и служило развлечением для путешественников.
今日毛可母
奥津玉藻者
白浪之
八重折之於丹
乱而将有
けふもかも
おきつたまもは
しらなみの
やへをるがうへに
みだれてあるらむ
И сегодня, наверно,
Жемчужные травы морские
Поломались от белой бегущей волны,
Что нахлынула в восемь рядов,
И лежат в беспорядке у моря…

海底
奥玉藻之
名乗曽花
妹与吾
此何有跡
莫語之花
わたのそこ
おきつたまもの
なのりそのはな
いもとあれと
ここにしありと
なのりそのはな
Там, на дне, глубоко под водой,
Жемчуг-водоросли в глубине,
Там растет не-говори-трава.
С милою моей вдвоем
Мы пришли сюда тайком от всех,
Никому не говори, трава!
* Не-говори-трава (см. п. 1279) — древняя вера в магию слов отражена в М. и в названиях растений, и в названиях раковин, местностей, гор и т. д.
珠藻苅
敏馬乎過
夏草之
野嶋之埼尓
舟近著奴
たまもかる
みぬめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
ふねちかづきぬ
Мы прошли Минумэ,
Где жемчужные травы срезают морские,
И корабль приближается
К мысу Нудзима теперь,
Где поля покрывают зеленые летние травы…
* В примечании к тексту приводится вариант песни, указывающий на её народные истоки
處女乎過而
夏草乃
野嶋我埼尓
伊保里為吾等者
をとめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
いほりしあれば.
Минуя Отомэ, где юные девы
Срезают жемчужные травы морские,
На мысе Нудзима,
Что славится летней травою,
Устрою ночлег я себе ненадолго…
См. п. 3606 (перевод оттуда)

Первая строка та же, たまもかる.
明日香川
湍瀬尓玉藻者
雖生有
四賀良美有者
靡不相
あすかがは
せぜにたまもは
おひたれど
しがらみあれば
なびきあはなくに
Хоть в текущих струях Асука-реки
Зеленеют водоросли-жемчуга,
Но воздвигнуты плотины на воде,
Потому друг к другу не склониться им,
Не соединиться никогда…
* Водоросли-жемчуга — автор песни и его возлюбленная.
* Плотина (сигарами) — вбитые в дно колья, обитые поперек бамбуком или другим деревом, символ препятствий, помех, которые мешают их встрече.
荒礒超
浪者恐
然為蟹
海之玉藻之
憎者不有手
ありそこす
なみはかしこし
しかすがに
うみのたまもの
にくくはあらずて
Заливающие дикий берег волны
Ныне страшны,
Но не для меня,
В море водоросли-жемчуга
Ненавистными от этого не стали.
* Песня юноши. Волны—символ преград, помех. Водоросли— метафора возлюбленной.
玉藻苅
辛荷乃嶋尓
嶋廻為流
水烏二四毛有哉
家不念有六
たまもかる
からにのしまに
しまみする
うにしもあれや
いへおもはずあらむ
На острове этом Карани,
Где срезают жемчужные травы морские,
Если был бы бакланом,
Что ищет добычу,
Я не думал бы столько, наверно, о доме!
* “Где срезают жемчужные травы морские” — см. п. 917.
あらたまの
年は經ねども
猿澤の
池の玉藻は
見つべかりけり
あらたまの
としはへねども
さるさはの
いけのたまもは
みつべかりけり
С яшмой схожие
Годы еще и не прошли,
Но в Сарусава-
Пруду водоросли
Стали видны тебе[57].
原文頭注:拾遺集に「わぎも子がねくたれ髪を猿澤の池の藻屑と見るぞ悲しき」
57. Содержание танка связано с преданием о девушке, утопившейся в пруду Сарусава, когда ее покинул возлюбленный (см. 150-й дан). Поэтесса сравнивает себя с этой девушкой. «... годы хоть и не прошли, но водоросли... стали видны» – считалось, что водоросли растут только в старых прудах, при этом водоросли – метафора волос утопившейся девушки. Офунэ хочет сказать, что и она, подобно той деве из легенды, собирается утопиться.
難波方
塩干尓出<而>
玉藻苅
海未通<女>等
汝名告左祢
なにはがた
しほひにいでて
たまもかる
あまをとめども
ながなのらさね
Схлынут волны — и в заливе Нанива
Собирают водоросли-жемчуга
Девушки-рыбачки…
Я хочу узнать,
Как по имени мне вас назвать?
* Это песни-диалоги — мондо, или “песни вопросов и ответов”. В них отражен древний обычай, когда сказать свое имя для девушки было равносильно согласию на брак или на близкие отношения (см. п. 1).
おきへにも
よらぬたまもの
浪のうへに
みたれてのみや
こひ渡りなむ
おきへにも
よらぬたまもの
なみのうへに
みたれてのみや
こひわたりなむ
Близ родных берегов
колышутся травы морские
меж бушующих волн —
так и мне в смятении страсти
суждено по жизни влачиться…

なにはかた
おふるたまもを
かりそめの
あまとそ我は
なりぬへらなる
なにはかた
おふるたまもを
かりそめの
あまとそわれは
なりぬへらなる
Мнится мне иногда,
что где-то у берега моря
в бухте Нанива, в Цу,
собираю морские травы
вместе с бедными рыбаками…

池水の
世々にひさしく
澄みぬれば
底の玉藻も
光見えけり
いけみづの
よよにひさしく
すみぬれば
そこのたまもも
ひかりみえけり
Пусть на века
Пребудет чистой и прозрачной
Вода в твоём пруду,
Где даже водоросли на дне
Сверкают яшмой!
* Сложена в 1049 г., во время правления императора Горэйдзэя, на поэтическом турнире во дворце. Чистая и прозрачная вода символизирует просвещённое правление императора, а сверкающие на дне водоросли символизируют его мудрость.

水底
生玉藻
打靡
心依
戀比日
みなそこに
おふるたまもの
うちなびき
こころはよりて
こふるこのころ
Как жемчуг-водоросли,
Встав с морского дна
Склоняются, поднявшись над водою,
Все эти дни тянусь к тебе душою,
Тоскуя беспрестанно о тебе.

敷栲之
衣手離而
玉藻成
靡可宿濫
和乎待難尓
しきたへの
ころもでかれて
たまもなす
なびきかぬらむ
わをまちかてに
Расставшись с рукавом моим,
Что раньше стлался в изголовье,
Склонившись, как жемчужная трава,
Ты, верно, будешь спать теперь одна,
Не дожидаясь моего прихода?..
* “Расставшись с рукавом моим…” — в старину рукава обычно стелили в изголовье любимому. Здесь подразумевается, что возлюбленные уже расстались друг с другом.
玉藻苅
井<堤>乃四賀良美
薄可毛
戀乃余杼女留
吾情可聞
たまもかる
ゐでのしがらみ
うすみかも
こひのよどめる
あがこころかも
Оттого ли что слаба преграда
У плотины, где срезать должны
Жемчуг-водоросли,
Или сердце виновато,
Что любовь так переполнила его?
* “Где срезать должны жемчуг-водоросли…” — обычное занятие рыбачек, собирающих водоросли, которые идут в пищу. Однако песня имеет скрытый подтекст: “Слаба преграда у плотины”, т. г. у сердца не было сил сопротивляться.
* “Где срезать должны жемчуг-водоросли” — где хотят завладеть чувствами девушки.
水底尓
生玉藻之
生不出
縦比者
如是而将通
みなそこに
おふるたまもの
おひいでず
よしこのころは
かくてかよはむ
Жемчуг-водоросли,
Что растут на дне,
Не выходят на поверхность вод,—
Буду так же от людей тайком
Приходить к возлюбленной моей.

浪之共
靡玉藻乃
片念尓
吾念人之
言乃繁家口
なみのむた
なびくたまもの
かたもひに
わがおもふひとの
ことのしげけく
Вместе с набегающей волной
Клонятся лишь к стороне одной
Жемчуг-водоросли возле берегов.
Так любовь с моей лишь стороны видна,
И молва напрасно о тебе шумит!

海若之
奥津玉藻乃
靡将寐
早来座君
待者苦毛
わたつみの
おきつたまもの
なびきねむ
はやきませきみ
またばくるしも
Словно жемчуг-водоросли возле берегов,
Что принадлежат владыке вод,
Мы, склонившись, будем спать с тобой,
Приходи скорей, любимый мой,
Тяжко, если нужно долго ждать!

筑紫道之
荒礒乃玉藻
苅鴨
君久
待不来
つくしぢの
ありそのたまも
かるとかも
きみがひさしく
まてどきまさぬ
Быть может, водоросли-жемчуга
Срезаешь ты на каменистых берегах,
Там, где лежит в Цукуси дальний путь?
Давно я жду тебя, любимый мой,
Но до сих пор ты не пришёл ко мне…
* Срезание водорослей — обычное занятие рыбаков, употреблявших эти водоросли в пищу; одновременно срезание водорослей часто служило развлечением в чиновничьей и в придворной среде.
春去者
花咲乎呼里
秋付者
丹之穂尓黄色
味酒乎
神名火山之
帶丹為留
明日香之河乃
速瀬尓
生玉藻之
打靡
情者因而
朝露之
消者可消
戀久毛
知久毛相
隠都麻鴨
はるされば
はなさきををり
あきづけば
にのほにもみつ
うまさけを
かむなびやまの
おびにせる
あすかのかはの
はやきせに
おふるたまもの
うちなびき
こころはよりて
あさつゆの
けなばけぬべく
こひしくも
しるくもあへる
こもりづまかも
Как жемчужная трава
Наклоняется к земле
От теченья быстрых вод
Светлой Асука-реки,
Что, как пояс, обвила
Горы Каминаби там,
Где подносят на алтарь
В жертву сладкое вино,
Где, когда придет весна,
Зацветут кругом цветы,
А как осень настает,
Цветом киновари вмиг
Заалеет вся листва,
Словно водоросли те,
Сердце сразу поддалось,
Покорилось вмиг тебе.
И пускай теперь в тоске
Жизнь растает, как роса
Рано поутру,
Лишь бы встретиться с тобой,
Тайная моя жена.

天地之
初時従
宇都曽美能
八十伴男者
大王尓
麻都呂布物跡
定有
官尓之在者
天皇之
命恐
夷放
國乎治等
足日木
山河阻
風雲尓
言者雖通
正不遇
日之累者
思戀
氣衝居尓
玉桙之
道来人之
傳言尓
吾尓語良久
波之伎餘之
君者比来
宇良佐備弖
嘆息伊麻須
世間之
Q家口都良家苦
開花毛
時尓宇都呂布
宇都勢美毛
<无>常阿里家利
足千根之
御母之命
何如可毛
時之波将有乎
真鏡
見礼杼母不飽
珠緒之
惜盛尓
立霧之
失去如久
置露之
消去之如
玉藻成
靡許伊臥
逝水之
留不得常
枉言哉
人之云都流
逆言乎
人之告都流
梓<弓>
<弦>爪夜音之
遠音尓毛
聞者悲弥
庭多豆水
流涕
留可祢都母
あめつちの
はじめのときゆ
うつそみの
やそとものをは
おほきみに
まつろふものと
さだまれる
つかさにしあれば
おほきみの
みことかしこみ
ひなざかる
くにををさむと
あしひきの
やまかはへだて
かぜくもに
ことはかよへど
ただにあはず
ひのかさなれば
おもひこひ
いきづきをるに
たまほこの
みちくるひとの
つてことに
われにかたらく
はしきよし
きみはこのころ
うらさびて
なげかひいます
よのなかの
うけくつらけく
さくはなも
ときにうつろふ
うつせみも
つねなくありけり
たらちねの
みははのみこと
なにしかも
ときしはあらむを
まそかがみ
みれどもあかず
たまのをの
をしきさかりに
たつきりの
うせぬるごとく
おくつゆの
けぬるがごとく
たまもなす
なびきこいふし
ゆくみづの
とどめかねつと
たはことか
ひとのいひつる
およづれか
ひとのつげつる
あづさゆみ
つまびくよおとの
とほおとにも
きけばかなしみ
にはたづみ
ながるるなみた
とどめかねつも
С той поры, как в мире есть
Небо и земля,
Установлено, что все
Люди смертные земли
Славных воинских родов
Подчиняются всегда
Государю своему —
В этом служба состоит.
Потому, приказу я
Государя подчинясь,
Распростертые кругом
Горы, реки перешел,
Чтобы управлять страной
Дальней от столичных мест.
Разлучен с тобою я,
С ветром, облаком небес
Шлю всегда тебе привет —
Ведь прошло немало дней,
Как не виделись с тобой,
Оттого вздыхаю я
И в печали я живу.
И когда я о тебе
Здесь томился и вздыхал,
Люди, шедшие сюда
По дороге, что давно
Здесь отмечена была
Яшмовым копьем,
Передали мне, придя,
Эту горестную весть.
Твой любимый, близкий друг
Нынче омрачен душой
И горюет без конца —
В горе и печали он.
Этот бренный жалкий мир
Полон скорби и тоски.
Ах, цветы, что в нем цветут,—
Минет быстро их расцвет.
Люди смертные земли —
Их недолог краткий век.
И с достойнейшей твоей
Матушкой родной твоей,
Что случилось нынче там,
Ведь еще не вышел срок?
Словно зеркало была,
Что кристально, как вода,
Любоваться на нее
Можно было без конца.
Ведь еще была она
Эти дни в расцвете сил,—
Жаль, когда в такие дни
Рвется яшмовая нить…
Как поднявшийся туман,
Вдруг исчезла с наших глаз,
Как упавшая роса,
Вмиг растаяла она,
Как жемчужная трава,
Надломилась вдруг, упав,
Как поток текущих вод,—
Не остановить ее.
То не ложь или обман
Люди рассказали мне?
То не выдумку иль бред
Люди передали мне?
Словно ясеневый лук,
Ночью прогудел струной…
И хотя далек был звук,
Но его услышал я.
Глубока была печаль…
И стремительный поток
Слез внезапных, что текут,
Как в садах поток дождя,
Я не в силах удержать!
27-й день 5-й луны
河瀬
激乎見者
玉藻鴨
散乱而在
川常鴨
かはのせの
たぎつをみれば
たまもかも
ちりみだれたる
かはのつねかも
Когда смотрю, как вниз несутся в пене
Потоки горные, мне кажется тогда:
Не жемчуг ли,
Рассыпавшись, сметался,
Ужели предо мной обычная река?
* Перевод сделан по тексту СН, НКБТ.
中々尓
君尓不戀波
留<牛馬>浦之
海部尓有益男
珠藻苅<々>
なかなかに
きみにこひずは
なはのうらの
あまにあらましを
たまもかるかる
Чем сильно так
Грустить мне о тебе,
Хотел бы лучше рыбаком я стать,
Живущим в отдаленной бухте Хира,
И водоросли-жемчуга срезать…

春の池の
玉藻に遊ぶ
にほ鳥の
足のいとなき
戀もするかな
はるのいけの
たまもにあそぶ
にほとりの
あしのいとなき
こひもするかな


後居而
戀乍不有者
田籠之浦乃
海部有申尾
珠藻苅々
おくれゐて
こひつつあらずは
たごのうらの
あまならましを
たまもかるかる
Чем, проводив тебя,
Все время мне грустить,
Хотела б лучше я рыбачкой стать,
Живущей в бухте отдаленной Таго,
И водоросли-жемчуга срезать…

明日香河
瀬湍之珠藻之
打靡
情者妹尓
<因>来鴨
あすかがは
せぜのたまもの
うちなびき
こころはいもに
よりにけるかも
Как жемчужная трава
От течения быстрых вод светлой Асука-реки
Гнётся долу,
Так теперь сердце бедное моё
Покоряется тебе.

多麻藻可流
乎等女乎須疑弖
奈都久佐能
野嶋我左吉尓
伊保里須和礼波
たまもかる
をとめをすぎて
なつくさの
のしまがさきに
いほりすわれは
Минуя Отомэ, где юные девы
Срезают жемчужные травы морские,
На мысе Нудзима,
Что славится летней травою,
Устрою ночлег я себе ненадолго…
* “Срезают жемчужные травы морские…” — т. е. срезают водоросли. Срезание водорослей, которые идут в пищу и на другие надобности, — одно из обычных занятий рыбачек.
多<麻>母能須蘇尓
たまものすそに
„На подолы одежды жемчужной”

安里蘇夜尓
於布流多麻母乃
宇知奈婢伎
比登里夜宿良牟
安乎麻知可祢弖
ありそやに
おふるたまもの
うちなびき
ひとりやぬらむ
あをまちかねて
Как жемчужная трава,
Что растет на диком берегу,
Клонится к земле,
Так, склоняясь, наверно, спишь одна,
Не дождавшись друга своего…
* Образ девушки, склоняющейся, как морская водоросль, часто встречается в песнях М. Из народной поэзии он проник и в произведения лучших поэтов того времени.
巨礼也己能
名尓於布奈流門能
宇頭之保尓
多麻毛可流登布
安麻乎等女杼毛
これやこの
なにおふなるとの
うづしほに
たまもかるとふ
あまをとめども
Ах, не это ль они — молодые рыбачки,
О которых народ говорит, что срезают они,
Жизнью рискуя, жемчужные травы морские
В знаменитом проливе,
Где пенится водоворот?
* Срезают жемчужные травы морские — см. п. 3606.
多可思吉能
多麻毛奈<婢>可之
己<藝>R奈牟
君我美布祢乎
伊都等可麻多牟
たかしきの
たまもなびかし
こぎでなむ
きみがみふねを
いつとかまたむ
Твой корабль,
Что уходит из бухты Такасики ныне,
По дороге сгибая морские жемчужные травы,
Буду ждать я с одной лишь единственной мыслью
“О, когда он вернется сюда?”

玉もかる
あまのゆき方
さすさをの
長くや人を
怨渡らん
たまもかる
あまのゆきかた
さすさをの
なかくやひとを
うらみわたらむ


梅松かる
方ぞ近江に
なしと聞く
玉藻をさへや
蜑は潜かぬ
みるめかる
かたぞあふみに
なしときく
たまもをさへや
あまはかつかぬ


名のみして
逢事なみの
繁きまに
いつか玉藻を
蜑は潜かむ
なのみして
あふことなみの
しげきまに
いつかたまもを
あまはかつかむ



玉藻かる
蜑にはあらねど
渡津海の
底ひもしらず
入る心哉
たまもかる
あまにはあらねと
わたつみの
そこひもしらず
いるこころかな


万葉集 > #3890 (КНИГА СЕМНАДЦАТАЯ)
和我勢兒乎
安我松原欲
見度婆
安麻乎等女登母
多麻藻可流美由
わがせこを
あがまつばらよ
みわたせば
あまをとめども
たまもかるみゆ
В час, когда я, друга ожидая,
Из сосновой рощи
Вдаль взглянул,
Я увидел, как рыбачки собирают
Жемчуг-водоросли возле берегов…

之良奈美能
与世久流多麻毛
余能安比太母
都藝弖民仁許武
吉欲伎波麻備乎
しらなみの
よせくるたまも
よのあひだも
つぎてみにこむ
きよきはまびを
Как красивы морские жемчужные травы,
Что приносит с собою одетая пеной волна!
Постоянно, пока буду жить я на свете,
Буду я приходить любоваться сюда
Дивным берегом этим.
Каэси-ута
何せむに
へだのみるめを
思けむ
沖つ玉もを
潜く身にして
なにせむに
へだのみるめを
おもひけむ
おきつたまもを
かつくみにして


年をへて
濁だにせぬ
さび江には
玉も返りて
今ぞすむべき
としをへて
にごりだにせぬ
さびえには
たまもかへりて
いまそすむべき


わきもこか
ねくたれかみを
さるさはの
池のたまもと
見るそかなしき
わきもこか
ねくたれかみを
さるさはの
いけのたまもと
みるそかなしき
Любимой моей
Эти спутанные волосы
В Сарусава-
Пруду драгоценными водорослями
Кажутся, и как это печально!
Перевод: Ермакова Л. М. 1982 г. (Ямато-моногатари)
多麻久之氣
伊都之可安氣牟
布勢能宇美能
宇良乎由伎都追
多麻母比利波牟
たまくしげ
いつしかあけむ
ふせのうみの
うらをゆきつつ
たまもひりはむ
Ларчик дорогой
Когда откроют?
О, когда же будет рассветать?
Плавая в Фусэ, в морском заливе,
Соберу я водоросли-жемчуга.
* “Соберу я водоросли-жемчуга” — в данном случае один из видов развлечения во время увеселительных прогулок. Иногда их собирают для подарка любимой, близким.
玉もかる
いらこかさきの
いはねまつ
いく代まてにか
としのへぬらん
たまもかる
いらこかさきの
いはねまつ
いくよまてにか
としのへぬらむ


古尓
有家流和射乃
久須婆之伎
事跡言継
知努乎登古
宇奈比<壮>子乃
宇都勢美能
名乎競争<登>
玉剋
壽毛須底弖
相争尓
嬬問為家留
𡢳嬬等之
聞者悲左
春花乃
尓太要盛而
秋葉之
尓保比尓照有

身之壮尚
大夫之
語勞美
父母尓
啓別而
離家
海邊尓出立
朝暮尓
満来潮之
八隔浪尓
靡珠藻乃
節間毛
惜命乎
露霜之
過麻之尓家礼
奥墓乎
此間定而
後代之
聞継人毛
伊也遠尓
思努比尓勢餘等
黄楊小櫛
之賀左志家良之
生而靡有
いにしへに
ありけるわざの
くすばしき
ことといひつぐ
ちぬをとこ
うなひをとこの
うつせみの
なをあらそふと
たまきはる
いのちもすてて
あらそひに
つまどひしける
をとめらが
きけばかなしさ
はるはなの
にほえさかえて
あきのはの
にほひにてれる
あたらしき
みのさかりすら
ますらをの
こといたはしみ
ちちははに
まをしわかれて
いへざかり
うみへにいでたち
あさよひに
みちくるしほの
やへなみに
なびくたまもの
ふしのまも
をしきいのちを
つゆしもの
すぎましにけれ
おくつきを
こことさだめて
のちのよの
ききつぐひとも
いやとほに
しのひにせよと
つげをぐし
しかさしけらし
おひてなびけり
Ах, в далекие года
Это все произошло,
И теперь рассказ идет
О чудесных тех делах.
Был там юноша Тину,
Юноша Унаи был,
Жарко спорили они
Из-за славы, говорят,
Бренной славы на земле!
Даже жизни не щадя,
Что лишь яшмою блеснет,
Состязалися они,
Сватая себе жену.
И когда об их делах
Услыхала дева вдруг,—
Что была там за печаль!
Словно вешние цветы,
Хороша была она.
Словно осенью листва,
Удивляла красотой.
И в расцвете юных лет,
Самой дорогой поры,
Оттого что жалко ей
Стало рыцарей своих,
Попрощалася она
С матерью, отцом родным
И, оставив милый дом,
Вышла на берег морской!
Жизнь бренная ее,
Что короткою была,
Как коленце трав морских,
Трав жемчужных,
Что к земле
Низко клонятся с волной,
Набегающей на брег
С моря в множество рядов
Ввечеру и поутру
В час, когда придет прилив,—
Жизнь бренная ее,
Словно иней иль роса,
Навсегда исчезла вдруг
В набегающих волнах…
И решил тогда народ,
Чтобы здесь стоял курган
В память девы молодой,
И чтоб шел
Из века в век
Сказ о гибели ее,
И чтоб помнили о ней
Люди будущих времен,
Взяли гребень из цуга
И воткнули в землю там.
И в том месте поднялось
Вскоре дерево цуга
И склонилось до земли
Зеленеющей листвой…
* Данная песня сложена Якамоти на сюжет старинного народного предания. Песня о деве Унаи — один из вариантов популярного сюжета о любви двух (иногда трех) юношей к одной красавице. В М. этому сюжету посвящен ряд песен (см. п. 3786–3790). О деве Унаи в М. помещены записи народных песен в обработке Такахаси Мусимаро (см. п. 1801, 1809–1811).
* Дерево цугэ — японский самшит.

* Вариант сказания можно посмотреть в Ямато-моногатари, 147
玉藻刈る
ゐでの志がらみ
春かけて
咲くや川瀬の
山吹の花
たまもかる
ゐでのしがらみ
はるかけて
さくやかはせの
やまぶきのはな


戀をのみ
すまの汐干に
玉藻刈る
餘りにうたて
袖な濡しそ
こひをのみ
すまのしおほし
にたまもか
るあまりにうた
てそでなぬらしそ


石見がた
人の心は
思ふにも
よらぬ玉藻の
みだれかねつゝ
いしみがた
ひとのこころは
おもふにも
よらぬたまもの
みだれかねつつ


小舟さし
わたのはらから
知べせよ
何れか蜑の
玉藻かる浦
をぶねさし
わたのはらから
しるべせよ
いづれかあまの
たまもかるうら


はらの池は、「玉藻な刈りそ」といひたるも、をかしうおぼゆ。

Пруд Ха̀ра[99] — это о нем поется в песне: «Трав жемчужных не срезай!» Оттого он и кажется прекрасным.
99. В народной песне поется о том, чтоб не срезали водоросли на пруду, ведь на него слетаются дикие утки.
君を思ふ
心を人に
こゆるぎの
磯の玉藻や
いまもからまし
きみをおもふ
こころをひとに
こゆるぎの
いそのたまもや
いまもからまし


荒磯の
玉藻の床に
かりねして
われから袖を
濡しつるかな
あれいその
たまものとこに
かりねして
われからそでを
ぬらしつるかな


月清み
せゞの網代に
よるひをは
玉藻にさゆる
氷なりけり
つききよみ
せぜのあじろに
よるひをは
たまもにさゆる
こほりなりけり
Луна красива!
И к вершам на мелководье
Стремятся рыбки хио,
Но холодно в водорослях-жемчугах,
И льдом становятся они!
Рыбки хио — ледяные, пишутся как лёд-рыба 氷魚.
少女子が
玉ものすそや
しをるらむ
野島がさきの
秋の夕露
をとめこが
たまものすそや
しをるらむ
のじまがさきの
あきのゆふつゆ
Не дев ли юных
С подолов жемчужных осталась
Как путеводная нить
На мысе Нудзима
Осеннего вечера роса.
をとめこ = это обычно или юная дева, не замужем, или танцовщица госэти
しをる = заломить ветку, пометить путь
數々に
みがく玉藻の
あらはれて
御代靜かなる
わかの浦浪
かずかずに
みがくたまもの
あらはれて
みよしづかなる
わかのうらなみ


石見がた
恨ぞ深き
沖津なみ
よする玉藻に
うづもるゝ身は
いしみがた
うらみぞふかき
おきつなみ
よするたまもに
うづもるるみは


我妹子が
玉藻の床に
よる浪の
よるとはなしに
ほさぬ袖哉
わぎもこが
たまものとこに
よるなみの
よるとはなしに
ほさぬそでかな


玉藻刈る
野島が崎の
夏草に
ひともすさめぬ
露ぞこぼるゝ
たまもかる
のじまがさきの
なつくさに
ひともすさめぬ
つゆぞこぼるる


蜑のすむ
浦の玉藻を
假初に
見しばかりにも
ぬるゝ袖かな
あまのすむ
うらのたまもを
かりはつに
みしばかりにも
ぬるるそでかな


卷向の
あなしの河の
かは風に
なびく玉藻の
亂れてぞ思ふ
まきむくの
あなしのかはの
かはかぜに
なびくたまもの
みだれてぞおもふ
Как в Макимуку
На реке Анаси
Под ветром
Клонятся жемчужные травы,
Так и разметались чувства мои!

玉もかる
ゐでの川風
吹きにけり
みなわにうかぶ
山吹の花
たまもかる
ゐでのかはかぜ
ふきにけり
みなわにうかぶ
やまぶきのはな
В Идэ,
Где собирают жемчужные травы,
Подул ветер!
И в пене на воде плавают
Цветы ямабуки...


玉もかる
のしまの浦の
あまたにも
いとかく袖は
ぬるるものかは
たまもかる
のしまのうらの
あまたにも
いとかくそては
ぬるるものかは


池水の
底の玉藻の
みがくれて
なびく心を
たれによすらむ
いけみづの
そこのたまもの
みがくれて
なびくこころを
たれによすらむ


御祓河
瀬々の玉藻の
水隱れて
志られぬ秋や
今宵立つらむ
みそぎかは
せぜのたまもの
みがくれて
しられぬあきや
こよひたつらむ


このたびかく撰び置きぬれば、濱千鳥久しき跡をとゞめ、浦の玉藻磨ける光を殘して、葦原や亂れぬ風代々に吹き傳へ、敷島の正しき道を尋ねむ後の輦、迷はぬ志るべとならざらめかも。



山川の
みなそこきよき
夕波に
靡く玉藻ぞ
見るもすゞしき
やまかはの
みなそこきよき
ゆふなみに
なびくたまもぞ
みるもすずしき


霜にだに
上毛は冴ゆる
芦鴨の
玉藻の床は
つらゝゐにけり
しもにだに
うはげはさゆる
あしかもの
たまものとこは
つららゐにけり


玉藻刈る
としまを過ぎて
夏草の
野島が崎に
舟ちかづきぬ
たまもかる
としまをすぎて
なつくさの
のじまがさきに
ふねちかづきぬ


いつまでか
思ひ亂れむ
徒に
おきつ玉藻の
みがくれにして
いつまでか
おもひみだれむ
いたづらに
おきつたまもの
みがくれにして


河の瀬に
生ふる玉藻の
行く水に
なびきてもする
夏禊かな
かはのせに
おふるたまもの
ゆくみづに
なびきてもする
なつみそぎかな


霜にだに
上毛はさゆる
葦鴨の
玉藻の床に
つらゝゐにけり
しもにだに
うはげはさゆる
あしかもの
たまものとこに
つらゝゐにけり


蜑のかる
磯の玉藻の
下亂れ
知らせ初むべき
波の間もがな
あまのかる
いそのたまもの
したみだれ
しらせそむべき
なみのまもがな


むかし今
ひろへる玉藻
數々に
光をそふる
わかのうらなみ
むかしいま
ひろへるたまも
かずかずに
ひかりをそふる
わかのうらなみ


玉藻苅る
いちしの海士の
ぬれ衣
夕日もさむく
霰降るなり
たまもかる
いちしのあまの
ぬれころも
ゆふひもさむく
あられふるなり


なにことの
ふかき思ひに
いつみ川
そこの玉もと
しつみはてけん
なにことの
ふかきおもひに
いつみかは
そこのたまもと
しつみはてけむ


玉藻苅る
おきべはゆかし
敷妙の
枕せし人
わすれかねつも
たまもかる
おきべはゆかし
しきたへの
まくらせしひと
わすれかねつも


君住めば
寄する玉藻も
磨きいでつ
千世も傳へよ
和歌の浦風
きみすめば
よするたまもも
みがきいでつ
ちよもつたへよ
わかのうらかぜ


靑柳の
みどりうつろふ
川の瀬に
なびく玉藻も
數やそふらん
あをやぎの
みどりうつろふ
かはのせに
なびくたまもも
かずやそふらん


おきべにも
よらぬ玉藻の
とことはに
うきて聞ゆる
水鳥の聲
おきべにも
よらぬたまもの
とことはに
うきてきこゆる
みづとりのこゑ


こやの池の
玉藻の床や
氷らん
うきねの鴨の
聲さはぐなり
こやのいけの
たまものとこや
こほるらん
うきねのかもの
こゑさはぐなり
В пруду Коя
Не постель из водорослей ли
Замёрзла?
Утки дремавшие
Подняли гам...