天ざかる
ひなの長路を
漕ぎくれば
明石の門より
大和島見ゆ
あまざかる
ひなのながぢを
こぎくれば
あかしのかどより
やまとしまみゆ
С окраины,
Далекой, как небеса,
Приплыл я,
И вот уж из бухты Акаси
Виднеется остров Ямато...
* Песня взята из «Манъёсю». Она входит в число восьми песен странствий поэта. Пролив Акаси находится на территории нынешней префектуры Хёго между островом Авадзи и г. Акаси.

* Остров Ямато — имеется в виду провинция Ямато.

安麻射可流
比奈尓毛月波
弖礼々杼母
伊毛曽等保久波
和可礼伎尓家流
あまざかる
ひなにもつきは
てれれども
いもぞとほくは
わかれきにける
И глушь далекую,
Как дальний свод небес,
Ведь озаряет эта же луна,
И все же, о любимая моя,
Как далека ты от меня в разлуке!

安麻射加流
比奈尓月歴奴
之可礼登毛
由比氐之紐乎
登伎毛安氣奈久尓
あまざかる
ひなにつきへぬ
しかれども
ゆひてしひもを
ときもあけなくに
Я дни и месяцы в тоске провел
В глуши далекой, как небесный свод,
И все же шнур мой,
Что завязан был тобой,
Заветный шнур я развязать не мог!

安麻射加流
比奈尓安流和礼乎
宇多我多毛
比<母>登吉佐氣氐
於毛保須良米也
あまざかる
ひなにあるわれを
うたがたも
ひもときさけて
おもほすらめや
Тоскуя обо мне, что здесь живет в глуши,
Далекой, как небесный дальний свод,
Ах, даже и на миг
Ужели сможешь ты
В разлуке шнур заветный развязать?
* “Шнур заветный развязать…” — значит нарушить обет верности (см. п. 3938). Содержание и тема песни 3949 вызваны предыдущей песней Якамоти на эту тему (сложена от лица Якамоти и обращена к его жене).
安麻射加流
比奈乎佐米尓等
大王能
麻氣乃麻尓末尓
出而許之
和礼乎於久流登
青丹余之
奈良夜麻須疑氐
泉河
伎欲吉可波良尓
馬駐
和可礼之時尓
好去而
安礼可敝里許牟
平久
伊波比氐待登
可多良比氐
許之比乃伎波美
多麻保許能
道乎多騰保美
山河能
敝奈里氐安礼婆
孤悲之家口
氣奈我枳物能乎
見麻久保里
念間尓
多麻豆左能
使乃家礼婆
宇礼之美登
安我麻知刀敷尓
於餘豆礼能
多<波>許登等可毛
<波>之伎余思
奈弟乃美許等
奈尓之加母
時之<波>安良牟乎
<波>太須酒吉
穂出秋乃
芽子花
尓保敝流屋戸乎
(言斯人為性好愛花草花樹而多<植>於寝院之庭
故謂之花薫庭也)
安佐尓波尓
伊泥多知奈良之
暮庭尓
敷美多比良氣受
佐保能宇知乃
里乎徃過
安之比紀乃
山能許奴礼尓
白雲尓
多知多奈妣久等
安礼尓都氣都流
(佐保山火葬
故謂之佐保乃宇知乃佐<刀>乎由吉須疑)
あまざかる
ひなをさめにと
おほきみの
まけのまにまに
いでてこし
われをおくると
あをによし
ならやますぎて
いづみがは
きよきかはらに
うまとどめ
わかれしときに
まさきくて
あれかへりこむ
たひらけく
いはひてまてと
かたらひて
こしひのきはみ
たまほこの
みちをたどほみ
やまかはの
へなりてあれば
こひしけく
けながきものを
みまくほり
おもふあひだに
たまづさの
つかひのければ
うれしみと
あがまちとふに
およづれの
たはこととかも
はしきよし
なおとのみこと
なにしかも
ときしはあらむを
はだすすき
ほにいづるあきの
はぎのはな
にほへるやどを
あさにはに
いでたちならし
ゆふにはに
ふみたひらげず
さほのうちの
さとをゆきすぎ
あしひきの
やまのこぬれに
しらくもに
たちたなびくと
あれにつげつる
さほのうちの
さとをゆきすぎ
В дальней, как небесный свод,
В стороне глухой велел
Управлять страною мне
Наш великий государь.
И, приказу покорясь,
Сразу тронулся я в путь.
Ты сопровождал меня.
Горы Нара миновав
В дивной зелени листвы,
Я остановил коня
В поле, возле чистых вод
Быстрой Идзуми-реки,
И простились мы с тобой.
На прощанье я сказал,
Пусть счастливым будет путь —
И вернусь я вновь домой.
Ты спокойно ожидай
Этот день, молясь богам.
С той поры
Далек был путь,
Путь, отмеченный давно
Яшмовым копьем.
Горы, реки пролегли
Между нами,
Милый брат.
Долги очень были дни,
Проведенные в тоске.
И в тот час, когда мечтал
О свидании с тобой,
С веткой яшмовой гонец
Вдруг пришел, и думал я:
Может, радость мне принес?
Но когда спросил его,
Ожиданием томясь,—
То не ложь или обман?
Что сказал он мне в ответ?
Почему случилось так,—
Ведь еще не вышел срок?..
“Осенью, когда камыш
Пышным колосом цветет,
Рано поутру
Из дому, где аромат
Слышен хаги,
Никогда
Он не выйдет больше в сад,
Божество — родной твой брат.
Он не будет там стоять,
Любоваться на цветы.
Вечерами не пойдет
Он бродить по саду вновь,
Он покинул то село
И теперь уже в Сахо
Белым облаком он встал
Между распростертых гор
И исчез среди ветвей
Меж верхушками вдали…”
Вот что передал гонец.
18-й год [Тэмпё (746)]. Осень, 25-й день 9-й луны
Отомо Якамоти
* С веткой яшмовой гонец — см. п. 2548.
* Хаги — см. 1538.
* “Белым облаком он встал…” — говорится о погребальном обряде сожжения.
大王能
麻氣能麻尓々々
大夫之
情布里於許之
安思比奇能
山坂古延弖
安麻射加流
比奈尓久太理伎
伊伎太尓毛
伊麻太夜須米受
年月毛
伊久良母阿良奴尓
宇<都>世美能
代人奈礼婆
宇知奈妣吉
等許尓許伊布之
伊多家苦之
日異益
多良知祢乃
<波>々能美許等乃
大船乃
由久良々々々尓
思多呉非尓
伊都可聞許武等
麻多須良牟
情左夫之苦
波之吉与志
都麻能美許登母
安氣久礼婆
門尓餘里多知
己呂母泥乎
遠理加敝之都追
由布佐礼婆
登許宇知波良比
奴婆多麻能
黒髪之吉氐
伊都之加登
奈氣可須良牟曽
伊母毛勢母
和可伎兒等毛<波>
乎知許知尓
佐和吉奈久良牟
多麻保己能
美知乎多騰保弥
間使毛
夜流余之母奈之
於母保之伎
許登都氐夜良受
孤布流尓思
情波母要奴
多麻伎波流
伊乃知乎之家騰
世牟須辨能
多騰伎乎之良尓
加苦思氐也
安良志乎須良尓
奈氣枳布勢良武
おほきみの
まけのまにまに
ますらをの
こころふりおこし
あしひきの
やまさかこえて
あまざかる
ひなにくだりき
いきだにも
いまだやすめず
としつきも
いくらもあらぬに
うつせみの
よのひとなれば
うちなびき
とこにこいふし
いたけくし
ひにけにまさる
たらちねの
ははのみことの
おほぶねの
ゆくらゆくらに
したごひに
いつかもこむと
またすらむ
こころさぶしく
はしきよし
つまのみことも
あけくれば
かどによりたち
ころもでを
をりかへしつつ
ゆふされば
とこうちはらひ
ぬばたまの
くろかみしきて
いつしかと
なげかすらむぞ
いももせも
わかきこどもは
をちこちに
さわきなくらむ
たまほこの
みちをたどほみ
まつかひも
やるよしもなし
おもほしき
ことつてやらず
こふるにし
こころはもえぬ
たまきはる
いのちをしけど
せむすべの
たどきをしらに
かくしてや
あらしをすらに
なげきふせらむ
Наш великий государь
Приказал уехать мне.
И, приказу покорясь,
Как отважный смелый муж,
Полный бодрости и сил,
Много распростертых гор
И застав я перешел.
Наконец, пришел в село,
Дальнее, как свод небес.
И, совсем не отдохнув
И дыханье ни на миг
Не переводя в труде,
Столько месяцев и лет
Жил в селенье этом я!
Но в непрочном мире здесь
Бренен жалкий человек.
Надломился вскоре я,
Заболел и слег в постель,
И проходит день за днем —
Все сильнее мой недуг.
О божественная мать,
Мать, вскормившая меня!
Как большой корабль в пути
Беспокойно на волнах
Все качается, плывя,
Так в сердечной глубине
У тебя теперь живет
Беспокойная тоска.
Ожиданием томясь,
Верно, думаешь всегда:
“О, когда ж вернется он?”
И болеешь всей душой.
И красавица моя —
Божество — моя жена,
Верно, как начнет светать,
Все стоишь ты у ворот,
Прислонившись,
И зовешь,
Отгибая рукава…
А как вечер настает,
Оправляешь нам постель
И, вздыхая, распустив
Пряди длинные волос,
Ягод тутовых черней,
Вопрошаешь ты с тоской:
“О, когда ж вернется он?”
Дочь родная, милый сын,
Дети малые мои,
Верно, дома по углам
Горько плачут и шумят.
Как далек теперь к ним путь —
Путь, отмеченный давно
Яшмовым копьем.
Не могу послать гонца,
Не могу я дать им знать,
Как тоскую и люблю.
От тоски по ним давно
Сердце сожжено дотла.
И хотя до боли жаль
Эту жизнь на земле,
Что лишь жемчугом блеснет,
Но не знаю, как мне быть,
Выхода не видно мне…
О, ужели даже я,
Грозный, словно шторм морской,
Я, отважный, стойкий муж,
Обречен теперь лежать
Распластавшимся,
Без сил
И лишь молча горевать?
* “Отгибая рукава…” — по народным приметам, отогнутые рукава должны вернуть назад уехавшего или ушедшего из дома.
憶保枳美能
弥許等可之古美
安之比奇能
夜麻野佐<波>良受
安麻射可流
比奈毛乎佐牟流
麻須良袁夜
奈邇可母能毛布
安乎尓余之
奈良治伎可欲布
多麻豆佐能
都可比多要米也
己母理古非
伊枳豆伎和多利
之多毛比<尓>
奈氣可布和賀勢
伊尓之敝由
伊比都藝久良之
餘乃奈加波
可受奈枳毛能曽
奈具佐牟流
己等母安良牟等
佐刀毗等能
安礼邇都具良久
夜麻備尓波
佐久良婆奈知利
可保等利能
麻奈久之婆奈久
春野尓
須美礼乎都牟<等>
之路多倍乃
蘇泥乎利可敝之
久礼奈為能
安可毛須蘇妣伎
乎登賣良<波>
於毛比美太礼弖
伎美麻都等
宇良呉悲須奈理
己許呂具志
伊謝美尓由加奈
許等波多奈由比
おほきみの
みことかしこみ
あしひきの
やまのさはらず
あまざかる
ひなもをさむる
ますらをや
なにかものもふ
あをによし
ならぢきかよふ
たまづさの
つかひたえめや
こもりこひ
いきづきわたり
したもひに
なげかふわがせ
いにしへゆ
いひつぎくらし
よのなかは
かずなきものぞ
なぐさむる
こともあらむと
さとびとの
あれにつぐらく
やまびには
さくらばなちり
かほどりの
まなくしばなく
はるののに
すみれをつむと
しろたへの
そでをりかへし
くれなゐの
あかもすそびき
をとめらは
おもひみだれて
きみまつと
うらごひすなり
こころぐし
いざみにゆかな
ことはたなゆひ
С трепетом приказу вняв
Государя своего,
Распростертые кругом
Горы, долы миновав,
Править стал селеньем ты,
Дальним, как небесный свод.
Рыцарь доблестный,
О чем
Ты тоскуешь и грустишь?
Неужели перестал
Приходить к тебе теперь
С веткой яшмовой гонец,
Что из Нара приходил,
Дивной в зелени листвы?
Скрывшись нынче ото всех,
Ты тоскуешь взаперти
И живешь, скрывая вздох
В тайниках своей души…
О печальный, дальний друг.
С древних пор
До сей поры
Говорят из века в век,
Что непрочный и пустой
Этот жалкий бренный мир!
Но, однако, есть и в нем
Утешение для нас.
Люди нашего села
Нынче мне передают,
Что на вешних склонах гор
Опадает вишни цвет,
Птицы каодори там
Распевают без конца.
И в весенние поля
За фиалками идут
Девы юные теперь,
Белотканые свои
Отогнувши рукава,
Платья алого
Подол красный волоча…
Говорят, что думы их
Беспокойны от тоски,
Говорят, что ждут тебя
В сердца тайной глубине
И полны к тебе любви.
Грустно сердцу твоему,
Так пойди взгляни на них!
Только все, что я сказал,
Хорошо пойми, мой друг.
5-й день 3-й луны
[Песня Отомо Икэнуси, посланная в ответ Отомо Якамоти]
妹毛吾毛
許己呂波於夜自
多具敝礼登
伊夜奈都可之久
相見<婆>
登許波都波奈尓
情具之
眼具之毛奈之尓
波思家夜之
安我於久豆麻
大王能
美許登加之古美
阿之比奇能
夜麻古要奴由伎
安麻射加流
比奈乎左米尓等
別来之
曽乃日乃伎波美
荒璞能
登之由吉我敝利
春花<乃>
宇都呂布麻泥尓
相見祢婆
伊多母須敝奈美
之伎多倍能
蘇泥可敝之都追
宿夜於知受
伊米尓波見礼登
宇都追尓之
多太尓安良祢婆
孤悲之家口
知敝尓都母里奴
近<在>者
加敝利尓太仁母
宇知由吉氐
妹我多麻久良
佐之加倍氐
祢天蒙許万思乎
多麻保己乃
路波之騰保久
關左閇尓
敝奈里氐安礼許曽
与思恵夜之
餘志播安良武曽
霍公鳥
来鳴牟都奇尓
伊都之加母
波夜久奈里那牟
宇乃花能
尓保敝流山乎
余曽能未母
布里佐氣見都追
淡海路尓
伊由伎能里多知
青丹吉
奈良乃吾家尓
奴要鳥能
宇良奈氣之都追
思多戀尓
於毛比宇良夫礼
可度尓多知
由布氣刀比都追
吾乎麻都等
奈須良牟妹乎
安比氐早見牟
いももあれも
こころはおやじ
たぐへれど
いやなつかしく
あひみれば
とこはつはなに
こころぐし
めぐしもなしに
はしけやし
あがおくづま
おほきみの
みことかしこみ
あしひきの
やまこえぬゆき
あまざかる
ひなをさめにと
わかれこし
そのひのきはみ
あらたまの
としゆきがへり
はるはなの
うつろふまでに
あひみねば
いたもすべなみ
しきたへの
そでかへしつつ
ぬるよおちず
いめにはみれど
うつつにし
ただにあらねば
こひしけく
ちへにつもりぬ
ちかくあらば
かへりにだにも
うちゆきて
いもがたまくら
さしかへて
ねてもこましを
たまほこの
みちはしとほく
せきさへに
へなりてあれこそ
よしゑやし
よしはあらむぞ
ほととぎす
きなかむつきに
いつしかも
はやくなりなむ
うのはなの
にほへるやまを
よそのみも
ふりさけみつつ
あふみぢに
いゆきのりたち
あをによし
ならのわぎへに
ぬえどりの
うらなけしつつ
したごひに
おもひうらぶれ
かどにたち
ゆふけとひつつ
わをまつと
なすらむいもを
あひてはやみむ
И любимая, и я —
Сердцем мы едины с ней.
Хоть и рядом были мы,
Все сильней была любовь,
И когда смотрели мы
Друг на друга,
Каждый раз,
Словно первому цветку,
Умилялись мы душой,
Глядя в милые глаза.
Любоваться и любить
С ней не уставали мы.
Но с любимой нежно так
Милою моей женой
Я расстался, чтя приказ,
Тот приказ, что отдал мне
Наш великий государь.
Распростертых гор простор
Миновав и перейдя
Долы,
Я пришел сюда,
Чтоб отныне управлять
Темной и глухой страной,
Дальней, как небесный свод.
С той поры, как прибыл я
В это дальнее село,
Новояшмовый не раз
Год, сменяясь, уходил.
Отцвели уже цветы,
Рассцветавшие весной,
Но с любимой до сих пор
Не пришлось встречаться мне…
И от этого теперь
Нестерпима сердца боль…
Как мне быть, не знаю я…
Каждой ночью, как ложусь,
В изголовье я кладу
Белотканый свой рукав.
И нет ночи ни одной,
Чтоб не видел я во сне
Милую мою жену.
Наяву же мне никак
С ней не встретиться теперь.
И в тоске скопилась здесь
В тысячи слоев любовь.
Если б близко ты была,
Возвращаясь, каждый раз
Я бы мог зайти к тебе,
Изголовьем были б нам
Руки, что переплели б
Мы в объятиях с тобой,
И уснули б вместе мы…
Но, отмеченный копьем
Яшмовым,
Далек тот путь.
И заставами с тобой
Мы разлучены теперь…
Хорошо, пусть будет так,
Выход мы с тобой найдем!
О, когда же, пусть скорей
Наступает месяц май,
Чтоб кукушка, прилетев,
Песни начала здесь петь.
Глядя вдаль, на склоны гор,
Где начнут сверкать кругом,
Расцветя, унохана,
По дороге я пойду
К морю Оми
И домой
Поплыву к тебе скорей.
Дивна в зелени листвы
Нара,
В ней мой милый дом.
Птицей нуэдори там
Стонет милая жена
И, полна в душе тоски
И тревоги,
У ворот
Все стоит и ждет меня…
Спрашивая о судьбе,
Там гадает ввечеру…
И, не в силах больше ждать,
Возвращается домой…
Поспешу навстречу к ней,
На нее скорей взглянуть!
Ночь 20-го дня 3-й луны
* В 19-м г. Тэмпё (747) Якамоти собирался поехать в столицу в качестве представителя от провинции Эттю с документацией по налогам (дзэйтёси) и поэтому надеялся встретиться с женой.
* “В изголовье я кладу белотканый свой рукав” — в старину была примета: если положить вывернутый рукав в изголовье, приснится любимый человек.
* Море Оми — имеется в виду известное своей красотой оз. Бива в провинции Оми. В старину морем (уми) называли всякое большое водное пространство.
* “Птицей нуэдори…” — птица нуэдори обладала резким, громким голосом, напоминающим громкий стон, поэтому образ ее связан с горем и отчаянием.
* “Там гадает ввечеру” — речь идет об особом вечернем гадании (юкэ), когда идут на перекресток дорог и слушают разговоры прохожих, загадывая о своей судьбе.
安麻射可流
比奈尓名可加須
古思能奈可
久奴知許登其等
夜麻波之母
之自尓安礼登毛
加波々之母
佐波尓由氣等毛
須賣加未能
宇之波伎伊麻須
尓比可波能
曽能多知夜麻尓
等許奈都尓
由伎布理之伎弖
於<婆>勢流
可多加比河波能
伎欲吉瀬尓
安佐欲比其等尓
多都奇利能
於毛比須疑米夜
安里我欲比
伊夜登之能播仁
余<増>能未母
布利佐氣見都々
余呂豆餘能
可多良比具佐等
伊末太見奴
比等尓母都氣牟
於登能未毛
名能未<母>伎吉氐
登母之夫流我祢
あまざかる
ひなになかかす
こしのなか
くぬちことごと
やまはしも
しじにあれども
かははしも
さはにゆけども
すめかみの
うしはきいます
にひかはの
そのたちやまに
とこなつに
ゆきふりしきて
おばせる
かたかひがはの
きよきせに
あさよひごとに
たつきりの
おもひすぎめや
ありがよひ
いやとしのはに
よそのみも
ふりさけみつつ
よろづよの
かたらひぐさと
いまだみぬ
ひとにもつげむ
おとのみも
なのみもききて
ともしぶるがね
Средь глухих, далеких мест,
Дальних,
Как небесный свод,
Громко славится она.
И хотя в стране Коси
В каждой, каждой стороне
Гор полным-полно кругом,
И хотя прозрачных рек
Много, много там течет,
Но одна там есть гора
Удивительной красы,
То гора —
Татияма
В Ниикава, где живет,
Правит божество небес,
Жаркой летнею порой,
Падая, ложится снег,
И над чистою струёй
На реке Катакаи,
Что, как пояс обвила
Горное подножье там,
Поутру и ввечеру
Каждый раз встает туман
И проходит…
Но пройти
Сможет ли любовь моя?..
Ах, ведь каждый, каждый год
Буду приходить не раз
И хоть издали смотреть,
Взор подняв свой в небеса,
На прекрасную гору.
И чтоб шел о ней рассказ
Много, много тысяч лет,
Людям я о ней скажу,
Что не видели ее,
Так,
Чтоб только звук один,
Только имя услыхав,
Восторгались бы они
Ее дивной красотой.

安遠邇与之
奈良乎伎波奈礼
阿麻射可流
比奈尓波安礼登
和賀勢故乎
見都追志乎礼婆
於毛比夜流
許等母安利之乎
於保伎美乃
美許等可之古美
乎須久尓能
許等登理毛知弖
和可久佐能
安由比多豆久利
無良等理能
安佐太知伊奈婆
於久礼多流
阿礼也可奈之伎
多妣尓由久
伎美可母孤悲無
於毛布蘇良
夜須久安良祢婆
奈氣可久乎
等騰米毛可祢氐
見和多勢婆
宇能婆奈夜麻乃
保等登藝須
<祢>能未之奈可由
安佐疑理能
美太流々許己呂
許登尓伊泥弖
伊<波><婆>由遊思美
刀奈美夜麻
多牟氣能可味尓
奴佐麻都里
安我許比能麻久
波之家夜之
吉美賀多太可乎
麻佐吉久毛
安里多母等保利
都奇多々婆
等伎毛可波佐受
奈泥之故我
波奈乃佐可里尓
阿比見之米等曽
あをによし
ならをきはなれ
あまざかる
ひなにはあれど
わがせこを
みつつしをれば
おもひやる
こともありしを
おほきみの
みことかしこみ
をすくにの
こととりもちて
わかくさの
あゆひたづくり
むらとりの
あさだちいなば
おくれたる
あれやかなしき
たびにゆく
きみかもこひむ
おもふそら
やすくあらねば
なげかくを
とどめもかねて
みわたせば
うのはなやまの
ほととぎす
ねのみしなかゆ
あさぎりの
みだるるこころ
ことにいでて
いはばゆゆしみ
となみやま
たむけのかみに
ぬさまつり
あがこひのまく
はしけやし
きみがただかを
まさきくも
ありたもとほり
つきたたば
ときもかはさず
なでしこが
はなのさかりに
あひみしめとぞ
Нара в зелени листвы
Я оставил и ушел,
И хотя живу сейчас
Я в глуши, что далека,
Словно неба дальний свод,
Но, когда я видел здесь,
Друг мой дорогой, тебя,
Я всегда в печальный час
Утешенье находил.
Но теперь, приказы чтя,
Что великий государь
Отдал,
Взял ты на себя
Управление страной.
И из молодой травы
Сделал шнур и подвязал
Нижние края одежд.
И как стаи певчих птиц
Улетают поутру,
Так ушел ты поутру
От меня в далекий путь.
И, оставленный тобой,
О, как был печален я,
И, ушедший в дальний путь,
Как наверно, ты грустишь!
Небо горьких дум моих
Неспокойно с этих пор.
И когда не стало сил
Горевать и слезы лить,
Оглянулся я кругом
И увидел:
На горе
Расцвели унохана,
И кукушка вдалеке
Громко плачет средь цветов.
Словно утренний туман
В сердце горестном моем,
Рассказать словами все
Страх не позволяет мне…
Оттого и приношу
Я священные дары
Покровителям-богам
Там, где горный перевал
У горы у Тонами,
И молю я об одном:
С другом, сердцу дорогим,
С глазу на глаз быть хочу,
Будет счастлив пусть в пути
И воротится назад.
И когда пройдут, сменясь,
Месяцы разлуки злой,
Сразу,
Лишь придет расцвет
Алых полевых гвоздик,
Дайте встретиться мне с ним!
* “Сделал шнур и подвязал нижние края одежд…” — текст имеет два толкования: 1) сплетя из травы шнур, ты приподнял и подвязал нижние края одежд (обычно хакама — широкие штаны в виде плиссированной в крупную складку юбки, которые подвязывают у колен; 2) ты сделал из травы наколенники (кяхан — точнее, своеобразные обмотки, которые плетут из травы, из соломы) и подвязал их к ногам. Мы используем в переводе первое толкование как наиболее подходящее для данной ситуации.
大王乃
等保能美可度曽
美雪落
越登名尓於敝流
安麻射可流
比奈尓之安礼婆
山高美
河登保之呂思
野乎比呂美
久佐許曽之既吉
安由波之流
奈都能左<加>利等
之麻都等里
鵜養我登母波
由久加波乃
伎欲吉瀬其<等>尓
可賀里左之
奈豆左比能保流
露霜乃
安伎尓伊多礼<婆>
野毛佐波尓
等里須太家里等
麻須良乎能
登母伊射奈比弖
多加波之母
安麻多安礼等母
矢形尾乃
安我大黒尓
大黒者蒼鷹之名也
之良奴里<能>
鈴登里都氣弖
朝猟尓
伊保都登里多氐
暮猟尓
知登理布美多氐
於敷其等邇
由流須許等奈久
手放毛
乎知母可夜須伎
許礼乎於伎氐
麻多波安里我多之
左奈良敝流
多可波奈家牟等
情尓波
於毛比保許里弖
恵麻比都追
和多流安比太尓
多夫礼多流
之許都於吉奈乃
許等太尓母
吾尓波都氣受
等乃具母利
安米能布流日乎
等我理須等
名乃未乎能里弖
三嶋野乎
曽我比尓見都追
二上
山登妣古要氐
久母我久理
可氣理伊尓伎等
可敝理伎弖
之波夫礼都具礼
呼久餘思乃
曽許尓奈家礼婆
伊敷須敝能
多騰伎乎之良尓
心尓波
火佐倍毛要都追
於母比孤悲
伊<伎>豆吉安麻利
氣太之久毛
安布許等安里也等
安之比奇能
乎氐母許乃毛尓
等奈美波里
母利敝乎須恵氐
知波夜夫流
神社尓
氐流鏡
之都尓等里蘇倍
己比能美弖
安我麻都等吉尓
乎登賣良我
伊米尓都具良久
奈我古敷流
曽能保追多加波
麻追太要乃
波麻由伎具良之
都奈之等流
比美乃江過弖
多古能之麻
等<妣>多毛登保里
安之我母<乃>
須太久舊江尓
乎等都日毛
伎能敷母安里追
知加久安良婆
伊麻布都可太未
等保久安良婆
奈奴可乃<乎>知<波>
須疑米也母
伎奈牟和我勢故
祢毛許呂尓
奈孤悲曽余等曽
伊麻尓都氣都流
おほきみの
とほのみかどぞ
みゆきふる
こしとなにおへる
あまざかる
ひなにしあれば
やまたかみ
かはとほしろし
のをひろみ
くさこそしげき
あゆはしる
なつのさかりと
しまつとり
うかひがともは
ゆくかはの
きよきせごとに
かがりさし
なづさひのぼる
つゆしもの
あきにいたれば
のもさはに
とりすだけりと
ますらをの
ともいざなひて
たかはしも
あまたあれども
やかたをの
あがおほぐろに
しらぬりの
すずとりつけて
あさがりに
いほつとりたて
ゆふがりに
ちとりふみたて
おふごとに
ゆるすことなく
たばなれも
をちもかやすき
これをおきて
またはありがたし
さならへる
たかはなけむと
こころには
おもひほこりて
ゑまひつつ
わたるあひだに
たぶれたる
しこつおきなの
ことだにも
われにはつげず
とのくもり
あめのふるひを
とがりすと
なのみをのりて
みしまのを
そがひにみつつ
ふたがみの
やまとびこえて
くもがくり
かけりいにきと
かへりきて
しはぶれつぐれ
をくよしの
そこになければ
いふすべの
たどきをしらに
こころには
ひさへもえつつ
おもひこひ
いきづきあまり
けだしくも
あふことありやと
あしひきの
をてもこのもに
となみはり
もりへをすゑて
ちはやぶる
かみのやしろに
てるかがみ
しつにとりそへ
こひのみて
あがまつときに
をとめらが
いめにつぐらく
ながこふる
そのほつたかは
まつだえの
はまゆきくらし
つなしとる
ひみのえすぎて
たこのしま
とびたもとほり
あしがもの
すだくふるえに
をとつひも
きのふもありつ
ちかくあらば
いまふつかだみ
とほくあらば
なぬかのをちは
すぎめやも
きなむわがせこ
ねもころに
なこひそよとぞ
いまにつげつる
И далек же этот край
Государя моего!
Далека, как свод небес,
Глушь, в которой я живу,
Что зовут страной Коси,
Где идет чудесный снег.
Высоки здесь склоны гор,
Плавны здесь теченья рек,
Широки кругом поля,
И густа трава на них.
В лета солнечный разгар,
Когда юная форель
Мчится в светлых струях рек,
Собирается народ,
Чтоб бакланов покормить —
Птицу здешних островов.
Разжигают вмиг костры
На шестах меж чистых струй
И, промокшие в реке,
По теченью вверх плывут.
А лишь осень настает,
С белым инеем — росой
Прилетает много птиц
На пустынные поля,
И охотиться зовут
Рыцари своих друзей.
И хоть соколов у нас
Много есть,
Лишь у него,
У Окура моего,
С пышным и большим хвостом,
Словно оперенье стрел,
Прикреплен был бубенец
Из литого серебра.
На охоте поутру
Догонял он сотни птиц,
На охоте ввечеру
Тысячи ловил он птиц,
Каждый раз, как догонял,
Не давал им улететь.
Выпустишь его из рук,
Тотчас он летит назад.
Он один на свете был,
И, пожалуй, не найти
Сокола другого мне,
Равного во всем ему.
Так я думал и, в душе
Соколом своим гордясь,
Проводил беспечно дни.
В это время мой слуга —
Отвратительный старик,
Вовсе потерявший ум,—
Мне и слова не сказав,
В день, когда на землю лил
Дождь и все заволокло,
Под предлогом, что идет
На охоту,
Он ушел
Вместе с соколом моим.
И, вернувшись, рассказал,
Кашляя,
Что сокол мой,
Глядя вдаль,
Где перед ним
Расстилалися поля
Мисима,
И пролетев
Над горой Футагами,
Скрылся в белых облаках
И совсем исчез из глаз…
Приманить его сюда
Нету способов теперь.
Оттого что я не знал,
Что сказать ему в ответ,
А в душе моей тогда
Лишь огонь один пылал,
Тосковал я и вздыхал.
Думал я:
А может быть,
Снова встретимся мы с ним?
И средь распростертых гор
Тут и там расставил я
Сети для поимки птиц,
И расставил стражей я.
В храмы славные богов,
Сокрушающих миры,
Вместе с тканями принес
Зеркало сверкавшее.
Поднеся, богов молил
И все время ждал его.
И тогда, придя во сне,
Дева мне передала:
“Слушай,
Сокол дивный твой,
О котором ты грустишь,
Улетел на берега
В Мацудаэ.
Пролетел
Бухту он Химиноэ,
Там, где ловят
Мелких рыб,
Облетел кругом не раз
Остров Таконосима
И к заливу Фуруэ,
Где в зеленых тростниках
Утки стаями живут,
Прилетал позавчера.
Там вчера он снова был.
Если близкий будет срок,
С этих пор
Пройдет два дня,
Если дальний будет срок,
Может быть, пройдет семь дней.
Но вернется он к тебе.
Не тоскуй же сильно так,
Всей душою, глубоко”.
Так сказала дева мне.
26-й день 9-й луны
Отомо Якамоти
* Эту песню Отомо Якамоти сложил, когда его любимый сокол из-за оплошности слуги, кормившего его, был упущен, и Якамоти, услышав во сне, что сокол вернется, преисполнился радости. В примечании к тексту указано, что она была сложена 26-го дня 9-го месяца, после того как Якамоти выполнил обязанности посланца по делам налогов в столице и вернулся в провинцию Эттю.
安麻射可流
比奈等毛之流久
許己太久母
之氣伎孤悲可毛
奈具流日毛奈久
あまざかる
ひなともしるく
ここだくも
しげきこひかも
なぐるひもなく
Я знаю хорошо, что это глушь,
Далекая, как дальний свод небес.
О, как сильна
И глубока моя тоска,
И нету дня, чтобы утешиться я мог!

安万射可流
比奈能<夜都>故尓
安米比度之
可久古非須良波
伊家流思留事安里
あまざかる
ひなのやつこに
あめひとし
かくこひすらば
いけるしるしあり
Пусть жалок раб в селении глухом,
Далеком от тебя, как своды неба эти,
Но если женщина небес грустит о нем,—
Я вижу в этом знак,
Что стоит жить на свете.
* Любовная переписка Отомо Саканоэ и Отомо Якамоти толкуется по-разному: 1. Преувеличенное выражение чувств в песнях и письмах было в обычаях того времени. В качестве примера указывается на переписку друзей — Табито и Мансэя, носящую порой характер любовных посланий. 2. Отомо Саканоэ писала от лица дочери, не обладавшей поэтическим даром, а Якамоти, посылая письма жене, адресовал их ее матери, у которой она жила, когда Якамоти был в отъезде. Первое, судя по письмам и песням, помещенным в М., характерно для нравов и обычаев того времени. Но в данном случае второе объяснение очень убедительно, так как дочь знаменитой поэтессы не владела ее искусством и, кроме того, имеющиеся в М. песни Якамоти, сложенные по просьбе жены от ее лица и посылаемые ее матери, дают основание думать, что с такой же просьбой она обращалась раньше к матери при переписке с женихом, а затем мужем.
於保支見能
等保能美可等々
末支太末不
官乃末尓末
美由支布流
古之尓久多利来
安良多末能
等之<乃>五年
之吉多倍乃
手枕末可受
比毛等可須
末呂宿乎須礼波
移夫勢美等
情奈具左尓
奈泥之故乎
屋戸尓末<枳>於保之
夏能<々>
佐由利比伎宇恵天
開花乎
移<弖>見流其等尓
那泥之古我
曽乃波奈豆末尓
左由理花
由利母安波無等
奈具佐無流
許己呂之奈久波
安末射可流
比奈尓一日毛
安流部久母安礼也
おほきみの
とほのみかどと
まきたまふ
つかさのまにま
みゆきふる
こしにくだりき
あらたまの
としのいつとせ
しきたへの
たまくらまかず
ひもとかず
まろねをすれば
いぶせみと
こころなぐさに
なでしこを
やどにまきおほし
なつののの
さゆりひきうゑて
さくはなを
いでみるごとに
なでしこが
そのはなづまに
さゆりばな
ゆりもあはむと
なぐさむる
こころしなくは
あまざかる
ひなにひとひも
あるべくもあれや
О далекий край глухой
Государя моего!
Я по должности своей,
Что назначил государь,
В путь отправился туда,
И приехал я в Коси,
Где идет чудесный снег.
Новояшмовых годов
Пять прошло,
Пять лет не спал
Я в объятьях милых рук
На расстеленных шелках,
Не развязывал я шнур,
В одиночестве я жил,
Потому и грустно мне.
Для утехи сердца я
Возле дома своего
Вырастил гвоздику здесь,
Посадил у дома я
Лилий нежные цветы,
Что растут среди полей
Летом в зарослях травы.
Каждый раз, как выхожу,
Я любуюсь на цветы:
Алая гвоздика мне
Мнится милою женой,
Лилий нежные цветы,
Утешая, говорят,
Что “увидимся потом”.
И когда бы сердце я
Этим здесь не утешал,
Разве мог бы я в глуши,
Дальней, как небесный свод,
Даже день один прожить?
* “Утешая, говорят, что „увидимся потом"”.— Лилия — по-японски “юри”, что омонимично слову “юри” — “после”, “потом”. На этом часто строится игра слов, один из характерных приемов японской поэзии.
霍公鳥
来喧五月尓
咲尓保布
花橘乃
香吉
於夜能御言
朝暮尓
不聞日麻祢久
安麻射可流
夷尓之居者
安之比奇乃
山乃多乎里尓
立雲乎
余曽能未見都追
嘆蘇良
夜須<家>奈久尓
念蘇良
苦伎毛能乎
奈呉乃海部之
潜取云
真珠乃
見我保之御面
多太向
将見時麻泥波
松栢乃
佐賀延伊麻佐祢
尊安我吉美
御面謂之美於毛和
ほととぎす
きなくさつきに
さきにほふ
はなたちばなの
かぐはしき
おやのみこと
あさよひに
きかぬひまねく
あまざかる
ひなにしをれば
あしひきの
やまのたをりに
たつくもを
よそのみみつつ
なげくそら
やすけなくに
おもふそら
くるしきものを
なごのあまの
かづきとるといふ
しらたまの
みがほしみおもわ
ただむかひ
みむときまでは
まつかへの
さかえいまさね
たふときあがきみ
Как прекрасные цветы
Померанцев, что цветут
В мае солнечном,
Когда
Прилетает громко петь
К нам кукушка,
Как цветы,
Ты прекрасна,
Мать моя!
Много, много долгих дней
Ни в ночи, ни поутру
Я не слышу речь твою,
Без тебя живу в глуши,
Дальней, как небесный свод.
И лишь издали смотрю
Я с тоской на облака,
Что встают на гребне гор,
Распростертых вдалеке.
Небо тяжких дум моих
Лишь страдания полно,
Небо горестей моих
Неспокойно у меня!
Облик сердцу дорогой,
На который я хочу
Любоваться каждый раз,
Как на жемчуг дорогой,
Что находят рыбаки
Из селения Наго
На глубоком дне морском,
Этот облик дорогой
До тех пор, пока сама
Не увижу,
До тех пор,
Благоденствуя, живи,
Чтимый глубоко мой друг!

天離
夷等之在者
彼所此間毛
同許己呂曽
離家
等之乃經去者
宇都勢美波
物念之氣思
曽許由恵尓
情奈具左尓
霍公鳥
喧始音乎

珠尓安倍貫
可頭良伎氐
遊波之母
麻須良乎々
等毛奈倍立而
叔羅河
奈頭左比泝
平瀬尓波
左泥刺渡
早湍尓
水烏乎潜都追
月尓日尓
之可志安蘇婆祢
波之伎和我勢故
あまざかる
ひなとしあれば
そこここも
おやじこころぞ
いへざかり
としのへゆけば
うつせみは
ものもひしげし
そこゆゑに
こころなぐさに
ほととぎす
なくはつこゑを
たちばなの
たまにあへぬき
かづらきて
あそばむはしも
ますらをを
ともなへたてて
しくらがは
なづさひのぼり
ひらせには
さでさしわたし
はやきせに
うをかづけつつ
つきにひに
しかしあそばね
はしきわがせこ
Далека, как свод небес,
Эта глушь.
И здесь, и там —
Всюду, где бы ни был ты,
Одинаково в душе!
От родных теперь вдали
Годы долгие идут,
Много горя суждено
Смертным людям на земле!
И поэтому хочу
Для утехи сердца я
Первый голос соловья
С померанцевым цветком,
Словно жемчуг, нанизать
И плести себе венки,
Забавляться и гулять.
Ты же рыцарей возьми,
И плывите по реке,
Поднимаяся с трудом
По теченью Сикура,
Там, где тихая струя,
Ты ловушки ставь садэ,
Там, где быстрая струя,
Дай нырять бакланам ты,
Каждый месяц, каждый день
Забавляйся ловлей рыб,
Мой любимый, нежный друг!
9-й день
* Ловля рыбы с помощью бакланов была одним из любимых развлечений в те времена, и Якамоти, посылая бакланов другу, хочет отвлечь его от грусти по родным местам.
* “Первый голос соловья с померанцевым цветком, словно жемчуг, нанизать…” — см. п. 1465, 1490, 1542. “И плести себе венки…” — см. п. 4035.
天離
夷之荒野尓
君乎置而
念乍有者
生刀毛無
あまざかる
ひなのあらのに
きみをおきて
おもひつつあれば
いけるともなし
Среди полей, заброшенных в глуши
Далекой, словно вечный свод небес,
Оставила тебя —
И от тоски и дум
Нет больше сил на этом свете жить!
* Есть предположение, что это запись песни Тадзихи, сложенная на этот раз от лица Ёсами (см. п. 226), жены Хитомаро.
天離
夷之長道従
戀来者
自明門
倭嶋所見
あまざかる
ひなのながちゆ
こひくれば
あかしのとより
やまとしまみゆ
Дорогой долгою из дальнего селенья,
Далекого, как эти небеса,
Когда я плыл в тоске
Через пролив Акаси,
Страна Ямато показалась вдалеке!
* В примечании к тексту приводится вариант концовки, указывающий на народные истоки песни.
臣女乃
匣尓乗有
鏡成
見津乃濱邊尓
狭丹頬相
紐解不離
吾妹兒尓
戀乍居者
明晩乃
旦霧隠
鳴多頭乃
哭耳之所哭
吾戀流
干重乃一隔母
名草漏
情毛有哉跡
家當
吾立見者
青旗乃
葛木山尓
多奈引流
白雲隠
天佐我留
夷乃國邊尓
直向
淡路乎過
粟嶋乎
背尓見管
朝名寸二
水手之音喚
暮名寸二
梶之聲為乍
浪上乎
五十行左具久美
磐間乎
射徃廻
稲日都麻
浦箕乎過而
鳥自物
魚津左比去者
家乃嶋
荒礒之宇倍尓
打靡
四時二生有
莫告我
奈騰可聞妹尓
不告来二計謀
おみのめの
くしげにのれる
かがみなす
みつのはまべに
さにつらふ
ひもときさけず
わぎもこに
こひつつをれば
あけくれの
あさぎりごもり
なくたづの
ねのみしなかゆ
あがこふる
ちへのひとへも
なぐさもる
こころもありやと
いへのあたり
わがたちみれば
あをはたの
かづらきやまに
たなびける
しらくもがくる
あまさがる
ひなのくにべに
ただむかふ
あはぢをすぎ
あはしまを
そがひにみつつ
あさなぎに
かこのこゑよび
ゆふなぎに
かぢのおとしつつ
なみのうへを
いゆきさぐくみ
いはのまを
いゆきもとほり
いなびつま
うらみをすぎて
とりじもの
なづさひゆけば
いへのしま
ありそのうへに
うちなびき
しじにおひたる
なのりそが
などかもいもに
のらずきにけむ
Как на чистый блеск зеркал,
Что в ларцах своих хранят
Жены нежные у нас,
На чудесных берегах
Мицу любовались все,
Глядя на морскую гладь.
На чудесных берегах
Свой заветный красный шнур
Не развязываю я,
Все тоскую о жене,
О возлюбленной своей,
И поэтому в тоске,
Словно плачущий журавль,
Что бывает поутру
Скрыт туманом на заре,
Только в голос плачу я…
И мечтая в тишине,
О, хотя бы часть одну
Среди тысячи частей
Той тоски, что полон я,
В сердце заглушить своем,
Я решил пойти взглянуть
На места, где дом родной.
Но когда я посмотрел:
Там, средь Кацураги гор,
Вставших флагом голубым,—
В дальних белых облаках,
Протянувшихся грядой,
Спрятан был от глаз мой дом…
В дальнюю, как свод небес,
В глушь далёкую страны
Отправляюсь я теперь,
Остров Авадзисима,
Что лежал передо мной,
Я оставил позади —
И гляжу все время я
В сторону, где на пути
Остров Авасима есть.
Там, в затишье,
Поутру
Лодочников голоса
Раздаются над водой,
Там, в затишье,
Ввечеру
Звуки весел слышны мне,
И по волнам я плыву,
Рассекая их в пути,
И кружусь, плывя меж скал…
Проплываю бухту я
Инабидзума.
Будто птица на воде,
Я качаюсь на волнах…
Вот и Наносима —
Остров, что зовется “Дом”.
На скалистых берегах
Пышным цветом расцвела,
Наклонясь к земле, трава,
Что зовут “не — говори”.
О, зачем я, уходя,
Словно слушая траву,
Ничего жене своей
На прощанье не сказал?
* “Свой заветный красный шнур не развязываю я…” — т. е. храню обет верности (см. п. 251).
* Трава “не-говори” (нанорисо) (Sargassum fulvellum) — вид морских водорослей, растущих в глубинных местах.
* Название травы свидетельствует о древней вере в магию слов, о существовании народных заклинаний и заговоров. В М. встречается ряд подобных названий трав и раковин.
阿麻社迦留
比奈尓伊都等世
周麻比都々
美夜故能提夫利
和周良延尓家利
あまざかる
ひなにいつとせ
すまひつつ
みやこのてぶり
わすらえにけり
В далёкой, словно свод небесный,
Пять долгих лет я жил в стране глухой,
И вот теперь
Столичные приметы, привычки, нравы —
Всё забыто мной!

石上
振乃尊者
弱女乃
或尓縁而
馬自物
縄取附
肉自物
弓笶圍而

命恐
天離
夷部尓退
古衣
又打山従
還来奴香聞
いそのかみ
ふるのみことは
たわやめの
まどひによりて
うまじもの
なはとりつけ
ししじもの
ゆみやかくみて
おほきみの
みことかしこみ
あまざかる
ひなへにまかる
ふるころも
まつちのやまゆ
かへりこぬかも
О вельможа славный наш
Исоноками Фуру!
Слабой женщиной
Ты был очарован, искушен,
Оттого привязан ты,
Как веревкой бедный конь,
Как олень иль дикий вепрь,
Стрелами ты окружен,
С трепетом приказу вняв
Государя своего,
Удалился ты тогда
В отдаленье мест глухих,
Дальних, как небесный свод.
Платье постирав свое,
Колотушкою побив,
С гор далеких Мацути
Не вернешься ль ты домой?
* Песни посвящены придворному чиновнику Исоноками Отомаро или Исоноками Фуру (второе его имя связано с названием местности Фуру, где жил его род).
* В песне отражена печальная история Отомаро. За связь с женой Фудзивара Умакая (Кумэ-Вакамэ) он был сослан в провинцию Тоса, а его возлюбленная — в Симодзукэ. Но на следующий год она была помилована и возвращена в столицу. Он же был прощен позже и вернулся в столицу только через год.
* По поводу авторства песни есть разные мнения: одни считают, что она сочинена женой Отомаро, другие — что она сложена одним из его друзей, сочувствовавших ему в его несчастье; СН полагает, что песня сложена кем-то из народа, сочувствовавшим Отомаро.
* “Оттого привязан ты, как веревкой бедный конь, как олень или дикий вепрь, стрелами ты окружен” — здесь говорится о том, что он был отправлен связанным и под конвоем. Однако некоторые комментаторы сомневаются в первом и приписывают это шуму, который был поднят по поводу инцидента, отчего народная песня и получила такую широкую популярность в то время (СН).
* “Платье постирав свое, колотушкою побив” — по-видимому, иносказательно говорится об отбывании наказания, после чего можно будет вернуться домой.
人跡成
事者難乎
和久良婆尓
成吾身者
死毛生毛
<公>之随意常
念乍
有之間尓
虚蝉乃
代人有者
大王之
御命恐美
天離
夷治尓登
朝鳥之
朝立為管
群鳥之
群立行者
留居而
吾者将戀奈
不見久有者
ひととなる
ことはかたきを
わくらばに
なれるあがみは
しにもいきも
きみがまにまと
おもひつつ
ありしあひだに
うつせみの
よのひとなれば
おほきみの
みことかしこみ
あまざかる
ひなをさめにと
あさとりの
あさだちしつつ
むらとりの
むらだちゆかば
とまりゐて
あれはこひむな
みずひさならば
В этом мире на земле
Человеку трудно жить!
Вот и я, случайно здесь
Появившийся на свет,
Жил пока,
Все размышлял,
Что и жить, и умирать
Будем вместе мы с тобой,
Но, увы, и ты и я —
Люди бренные земли.
И, приказу подчинясь
Государя своего,
Будто птицы поутру,
Утром тронулся ты в путь,
Чтоб селеньем управлять
Дальним, как небесный свод.
Словно стая резвых птиц,
Удалились все с тобой,
И, оставшись здесь один,
Как я буду тосковать,
Если много долгих дней
Не увидимся с тобой!

三芳野之
真木立山尓
青生
山菅之根乃
慇懃
吾念君者
天皇之
遣之万々
(或本云

命恐)
夷離
國治尓登
(或本云
天踈
夷治尓等)
群鳥之
朝立行者
後有
我可将戀奈
客有者
君可将思
言牟為便
将為須便不知
(或書有
足日木
山之木末尓
句也)
延津田乃
歸之
(或本無歸之句也)
別之數
惜物可聞
みよしのの
まきたつやまに
あをくおふる
やますがのねの
ねもころに
あがおもふきみは
おほきみの
まけのまにまに
(おほきみの
みことかしこみ)
ひなざかる
くにをさめにと
(あまざかる
ひなをさめにと)
むらとりの
あさだちいなば
おくれたる
あれかこひむな
たびならば
きみかしのはむ
いはむすべ
せむすべしらに
(あしひきの
やまのこぬれに)
はふつたの
ゆきの
わかれのあまた
をしきものかも
Там, где Ёсину,
В горах,
Где деревья хиноки,
Густо, густо там растут
Лилии ямасугэ,
Корни лилий глубоки,—
Глубоко любимый мной
Муж мой,
Службе покорясь,
Что великий государь
Предназначил для него,
Словно стая птиц, вспорхнув,
Утром в дальний путь ушел,
Чтобы управлять страной,
Дальней от столичных мест.
Я, оставшаяся здесь,
Как я буду тосковать!
Раз в дороге будешь ты.
Как ты будешь там грустить!
Что сказать, что делать мне?
Выхода не знаю я…
Ах, средь распростертых гор
На деревьях в вышине
Обвивающий их плющ
Ветви в сторону пустил,
Разлучив друг с другом их.
Так и мы теперь с тобой.
Как печально в мире то,
Что разлукою зовут!
* Песня женщины, опечаленной разлукой с мужем.
安麻射可流
比奈乃奈我道乎
孤悲久礼婆
安可思能門欲里
伊敝乃安多里見由
あまざかる
ひなのながちを
こひくれば
あかしのとより
いへのあたりみゆ
Дорогой долгою из дальнего селенья,
Далекого, как эти небеса,
Когда я плыл в тоске
Через пролив Акаси,
Увидел я места, где дом стоит родной!

君があたり
見つゝ忍ばむ
天ざかる
鄙のなか山
雲な隔てそ
きみがあたり
みつつしのばむ
あまざかる
ひなのなかやま
くもなへだてそ
Туда, где ты,
Я буду смотреть и смотреть,
В далёкой, как небо,
Провинции, облака
В горах Нака, не преграждайте вид!