玉手次
畝火之山乃
橿原乃
日知之御世従
(或云
自宮)
阿礼座師
神之<盡>
樛木乃
弥継嗣尓
天下
所知食之乎
(或云
食来)
天尓満
倭乎置而
青丹吉
平山乎超
(或云
虚見
倭乎置
青丹吉
平山越而)
何方
御念食可
(或云
所念計米可)
天離
夷者雖有
石走
淡海國乃
樂浪乃
大津宮尓
天下
所知食兼
天皇之
神之御言能
大宮者
此間等雖聞
大殿者
此間等雖云
春草之
茂生有
霞立
春日之霧流
(或云
霞立
春日香霧流
夏草香
繁成奴留)
百礒城之
大宮處
見者悲<毛>
(或云
見者左夫思毛)
たまたすき
うねびのやまの
かしはらの
ひじりのみよゆ
(みやゆ)
あれましし
かみのことごと
つがのきの
いやつぎつぎに
あめのした
しらしめししを
(めしける)
そらにみつ
やまとをおきて
あをによし
ならやまをこえ
(そらみつ
やまとをおき
あをによし
ならやまこえて)
いかさまに
おもほしめせか
(おもほしけめか)
あまざかる
ひなにはあれど
いはばしる
あふみのくにの
ささなみの
おほつのみやに
あめのした
しらしめしけむ
すめろきの
かみのみことの
おほみやは
ここときけども
おほとのは
ここといへども
はるくさの
しげくおひたる
かすみたつ
はるひのきれる
(かすみたつ
はるひかきれる
なつくさか
しげくなりぬる)
ももしきの
おほみやところ
みればかなしも
(みればさぶしも)
Возле склонов Унэби,
Той горы, что звал народ
Девой чудной красоты
В перевязях жемчугов,
В Касивара, со времен
Славных древних мудрецов,
Понимавших солнца знак,
Боги здешней стороны,
Что рождались на земле,
Каждый, каждый сын богов, —
Так же, как растут в веках
Ветви дерева цуга,
Друг за другом вслед, —
Друг за другом во дворце
Правили из века в век.
Но покинуть довелось
Нам Ямато — милый край,
Что узрели в небесах
Боги в ясной высоте;
Перейти нам довелось
Горы Нара, что стоят
В дивной зелени листвы.
Почему изволил он
Так задумать и решить?
Дальним, словно неба свод,
Было новое село,
Но решил он управлять
Поднебесной во дворце
В Оцу, в Садзанами, здесь,
В Оми, дальней стороне,
Где со скал бежит поток.
И хоть слышу: “Это здесь
Был прославленный дворец
Внука славного богов,
Управителя земли”,
И хотя мне говорят:
“Это здесь дворец царей”, —
Но, когда взгляну кругом
На места, где был дворец,
А теперь один туман
Заслоняет солнца луч
В дни весны,
И все вокруг
Густо, густо заросло
Свежей вешнею травой,
Как душою я скорблю!
* “Со времен мудрейших, тех, что знавали солнца знак” (“хидзири”; “хи” “солнце”; “дзири” от “сиру” “знать”; впоследствии стадо обозначать “мудрец”) — здесь: со времен первых японских правителей, определявших по солнцу время посева и начало земледельческих работ.
* Боги — здесь: первые японские правители.
* Цуга (Tsuga Sieboldi) — вечнозеленое дерево из семейства пихт.

味酒
三輪乃山
青丹吉
奈良能山乃
山際
伊隠萬代
道隈
伊積流萬代尓
委曲毛
見管行武雄
數々毛
見放武八萬雄
情無
雲乃
隠障倍之也
うまさけ
みわのやま
あをによし
ならのやまの
やまのまに
いかくるまで
みちのくま
いつもるまでに
つばらにも
みつつゆかむを
しばしばも
みさけむやまを
こころなく
くもの
かくさふべしや
Сладкое вино святое,
Что богам подносят люди…
Горы Мива!
Не сводя очей с вершины,
Буду я идти, любуясь,
До тех пор, пока дороги,
Громоздя извилин груды,
Видеть вас ещё позволят,
До тех пор, пока не скроют
От очей вас горы Нара
В дивной зелени деревьев.
О, как часто, О, как часто
Я оглядываться буду,
Чтобы вами любоваться!
И ужель в минуты эти,
Не имея вовсе сердца,
Облака вас спрятать могут
От очей моих навеки?

日本霊異記 > 卷上 > 卷上 十二 人畜所履髑髏救收示靈表而現報緣 (Слово о том, как череп был спасен от попрания людьми и зверьми, и о чуде воздаяния в этой жизни)
髑髏在于奈良山溪、為人畜所履。

Когда он однажды проходил по долине в горах Нара-то увидел череп, который попирали люди и звери.

君尓戀
痛毛為便無見
楢山之
小松之下尓
立嘆鴨
きみにこひ
いたもすべなみ
ならやまの
こまつがしたに
たちなげくかも
Любя тебя,
Страдая безысходно,
У Нарских гор
Под маленькой сосной
Стою, исполненная горя и тоски!

平山乃
峯之黄葉
取者落
<鍾>礼能雨師
無間零良志
ならやまの
みねのもみちば
とればちる
しぐれのあめし
まなくふるらし
На пиках Нарских гор
Листву осенних кленов
Лишь тронешь — сразу опадет она,
Наверно, там все время неустанно
Осенний мелкий дождик моросил…

平山乎
令丹黄葉
手折来而
今夜挿頭都
落者雖落
ならやまを
にほはすもみち
たをりきて
こよひかざしつ
ちらばちるとも
Осенних алых кленов листья,
Сверкавшие на склонах Нарских гор,
Сорвал, принес —
И этой ночью украсил я венком себя…
И если опадет теперь листва, пусть опадает!

青丹吉
奈良乃山有
黒木用
造有室者
雖居座不飽可聞
あをによし
ならのやまなる
くろきもち
つくれるむろは
ませどあかぬかも
В этом новом доме, что сложили
Из нетёсанного дерева с корою,
Средь Нарских гор,
Прекрасных зеленью густою,
Сколько в нём ни жить — не надоест!

平山
子松末
有廉叙波
我思妹
不相止<者>
ならやまの
こまつがうれの
うれむぞは
あがおもふいもに
あはずやみなむ
Ты ведь не верхушки сосенок зеленых
На горах тех Нарских,—
Почему же я
Брошу и оставлю, даже не увидев,
Милую, которую люблю?

戀衣
著<楢>乃山尓
鳴鳥之
間無<時無>
吾戀良苦者
こひごろも
きならのやまに
なくとりの
まなくときなし
あがこふらくは
Одеяние любви надев,
Горы Нара высятся вдали,
И как птицы, что на них поют,
Не знавая срока и конца,
Так не знает срока и моя любовь!

空見津
倭國
青丹吉
常山越而
山代之
管木之原
血速舊
于遅乃渡
瀧屋之
阿後尼之原尾
千歳尓
闕事無
万歳尓
有通将得
山科之
石田之社之
須馬神尓
奴左取向而
吾者越徃
相坂山遠
そらみつ
やまとのくに
あをによし
ならやまこえて
やましろの
つつきのはら
ちはやぶる
うぢのわたり
たぎつやの
あごねのはらを
ちとせに
かくることなく
よろづよに
ありがよはむと
やましなの
いはたのもりの
すめかみに
ぬさとりむけて
われはこえゆく
あふさかやまを
В дивной зелени листвы
Горы Нара перейдя,
Здесь, в Ямато-стороне,
Что увидели с небес
Боги много лет назад,
И долину Цуцуки,
Что в стране Ямасиро,
Переправу на реке
Удзи,—
Где известен род
Близостью своей к богам
И вершит обряд святой
Взмахиваньем тихая,—
И долину Агонэ
В местности Такиноя,
Чтобы мог я проходить
Много, много тысяч лет,
Чтобы тысячи веков
Мог благополучно я,
Даже дня не упустив,
Проходить весь этот путь.
Приношу священный дар
Я богам, живущим здесь
В рощах, что святыми чтут
В Ивата, в Ямасина,
И готовлюсь перейти
Гору я Заставу Встреч.
* В песне описывается путь из Нара в провинцию Оми. Песня носит характер “дорожного народного заговора”, чтобы путь был благополучен.
* Гора Застава Встреч (Аусака-Осака) — см. Осака. Тихая — священная накидка, которую надевают жрецы или представители определенного рода (удзико), изображающие в священных обрядах богов. Взмахивая “тихая”, они исполняют священные танцы.
緑丹吉
平山過而
物部之
氏川渡
未通女等尓
相坂山丹
手向草
絲取置而
我妹子尓
相海之海之
奥浪
来因濱邊乎
久礼々々登
獨<曽>我来
妹之目乎欲
あをによし
ならやますぎて
もののふの
うぢかはわたり
をとめらに
あふさかやまに
たむけくさ
ぬさとりおきて
わぎもこに
あふみのうみの
おきつなみ
きよるはまへを
くれくれと
ひとりぞわがくる
いもがめをほり
В дивной зелени листвы
Горы Нара миновав,
Воды Удзи перейдя,
Где военный славный род,
У горы Застава Встреч,—
Встречи с девой молодой,—
Драгоценные дары —
Ветви сосен,
Пряжу я
Подношу богам с мольбой.
И, кружа по берегам,
Где волна с морских долин
Набегает на песок
В Оми — дальней стороне,
Чтобы встретить в тишине
Деву милую мою,
Я совсем один пришел.
И хочу увидеть я
Очи девы дорогой!
* Вариант п. 3236, которому придан характер любовного заговора.

命恐
雖見不飽
楢山越而
真木積
泉河乃
速瀬
<竿>刺渡
千速振
氏渡乃
多企都瀬乎
見乍渡而
近江道乃
相坂山丹
手向為
吾越徃者
樂浪乃
志我能韓埼
幸有者
又反見
道前
八十阿毎
嗟乍
吾過徃者
弥遠丹
里離来奴
弥高二
山<文>越来奴
劔刀
鞘従拔出而
伊香胡山
如何吾将為
徃邊不知而
おほきみの
みことかしこみ
みれどあかぬ
ならやまこえて
まきつむ
いづみのかはの
はやきせを
さをさしわたり
ちはやぶる
うぢのわたりの
たきつせを
みつつわたりて
あふみぢの
あふさかやまに
たむけして
わがこえゆけば
ささなみの
しがのからさき
さきくあらば
またかへりみむ
みちのくま
やそくまごとに
なげきつつ
わがすぎゆけば
いやとほに
さとさかりきぬ
いやたかに
やまもこえきぬ
つるぎたち
さやゆぬきいでて
いかごやま
いかにかわがせむ
ゆくへしらずて
С трепетом приказу вняв
Государя своего,
Ненаглядные
Горы Нара перейдя,
Струи быстрые реки
Идзуми,
Где грузят лес,
Вынув весла,
Переплыл,
Переплыл, любуясь я
На стремительный поток
Переправы Удзи,
Где род всегда известен был
Своей близостью к богам,
Что вершил обряд святой
Взмахиванием тихая.
По дороге в Оми я,
Жертву принеся богам,
Перешел Заставу Встреч.
Если только буду жив,
Карасаки-мыс опять
В Сига, в Садзанами, я
Снова посмотреть вернусь!
На извилинах дорог
Множество извилин я
Миновал,
И каждый раз
Я, горюя, проходил.
И все дальше от меня
Было милое село,
И все выше предо мной
Были горы на пути.
Коль из ножен
Бранный меч
Вынут,
Как же быть тогда?
Вот и горы Как-Же-Быть —
Горы Икаго…
Как же быть,
Что делать мне?
И куда идти теперь? —
Неизвестны мне пути…
* Песня анонимная, но предполагают, что это произведение некоего Ходзуми Ою в звании асоми, сосланного на о-в Садо. Песня сложена в период изгнания, как и последующая каэси-ута, о которой сказано, что она является песней Ходзуми Ою и близка по содержанию к его песне 288. Здесь описан путь из столицы Нара в провинцию Оми.
* Тихая — см. п. 3236.
* У горы Застава Встреч обычно приносятся дары богам с мольбой о благополучном пути… Мыс Карасаки — одно из красивейших мест в Садзанами в Сига.
奈良山乃
兒手柏之
兩面尓
左毛右毛
<侫>人之友
ならやまの
このてかしはの
ふたおもに
かにもかくにも
こびひとがとも
Как средь гор Нараяма
Лист конотэкасива
Этой стороной и той
Вертится во все концы,
Так обычно и льстецы.
* Конотэгасива — разновидность дуба (букв. “дуб — детская ладонь”, так как молодые листочки дуба напоминают ладонь ребенка).
安麻射加流
比奈乎佐米尓等
大王能
麻氣乃麻尓末尓
出而許之
和礼乎於久流登
青丹余之
奈良夜麻須疑氐
泉河
伎欲吉可波良尓
馬駐
和可礼之時尓
好去而
安礼可敝里許牟
平久
伊波比氐待登
可多良比氐
許之比乃伎波美
多麻保許能
道乎多騰保美
山河能
敝奈里氐安礼婆
孤悲之家口
氣奈我枳物能乎
見麻久保里
念間尓
多麻豆左能
使乃家礼婆
宇礼之美登
安我麻知刀敷尓
於餘豆礼能
多<波>許登等可毛
<波>之伎余思
奈弟乃美許等
奈尓之加母
時之<波>安良牟乎
<波>太須酒吉
穂出秋乃
芽子花
尓保敝流屋戸乎
(言斯人為性好愛花草花樹而多<植>於寝院之庭
故謂之花薫庭也)
安佐尓波尓
伊泥多知奈良之
暮庭尓
敷美多比良氣受
佐保能宇知乃
里乎徃過
安之比紀乃
山能許奴礼尓
白雲尓
多知多奈妣久等
安礼尓都氣都流
(佐保山火葬
故謂之佐保乃宇知乃佐<刀>乎由吉須疑)
あまざかる
ひなをさめにと
おほきみの
まけのまにまに
いでてこし
われをおくると
あをによし
ならやますぎて
いづみがは
きよきかはらに
うまとどめ
わかれしときに
まさきくて
あれかへりこむ
たひらけく
いはひてまてと
かたらひて
こしひのきはみ
たまほこの
みちをたどほみ
やまかはの
へなりてあれば
こひしけく
けながきものを
みまくほり
おもふあひだに
たまづさの
つかひのければ
うれしみと
あがまちとふに
およづれの
たはこととかも
はしきよし
なおとのみこと
なにしかも
ときしはあらむを
はだすすき
ほにいづるあきの
はぎのはな
にほへるやどを
あさにはに
いでたちならし
ゆふにはに
ふみたひらげず
さほのうちの
さとをゆきすぎ
あしひきの
やまのこぬれに
しらくもに
たちたなびくと
あれにつげつる
さほのうちの
さとをゆきすぎ
В дальней, как небесный свод,
В стороне глухой велел
Управлять страною мне
Наш великий государь.
И, приказу покорясь,
Сразу тронулся я в путь.
Ты сопровождал меня.
Горы Нара миновав
В дивной зелени листвы,
Я остановил коня
В поле, возле чистых вод
Быстрой Идзуми-реки,
И простились мы с тобой.
На прощанье я сказал,
Пусть счастливым будет путь —
И вернусь я вновь домой.
Ты спокойно ожидай
Этот день, молясь богам.
С той поры
Далек был путь,
Путь, отмеченный давно
Яшмовым копьем.
Горы, реки пролегли
Между нами,
Милый брат.
Долги очень были дни,
Проведенные в тоске.
И в тот час, когда мечтал
О свидании с тобой,
С веткой яшмовой гонец
Вдруг пришел, и думал я:
Может, радость мне принес?
Но когда спросил его,
Ожиданием томясь,—
То не ложь или обман?
Что сказал он мне в ответ?
Почему случилось так,—
Ведь еще не вышел срок?..
“Осенью, когда камыш
Пышным колосом цветет,
Рано поутру
Из дому, где аромат
Слышен хаги,
Никогда
Он не выйдет больше в сад,
Божество — родной твой брат.
Он не будет там стоять,
Любоваться на цветы.
Вечерами не пойдет
Он бродить по саду вновь,
Он покинул то село
И теперь уже в Сахо
Белым облаком он встал
Между распростертых гор
И исчез среди ветвей
Меж верхушками вдали…”
Вот что передал гонец.
18-й год [Тэмпё (746)]. Осень, 25-й день 9-й луны
Отомо Якамоти
* С веткой яшмовой гонец — см. п. 2548.
* Хаги — см. 1538.
* “Белым облаком он встал…” — говорится о погребальном обряде сожжения.
日本霊異記 > 卷中 > 卷中 四十 好於惡事者以現所誅利銳得惡死報緣 (Слово о злодее, наказанном в этой жизни мучительной смертью от меча)
諾樂麻呂之奴、於諾樂山為鷹鳥獵而見之、

Когда раб Нарамаро охотился с соколом в горах Нара,

奈良山乃
峯尚霧合
宇倍志社
前垣之下乃
雪者不消家礼
ならやまの
みねなほきらふ
うべしこそ
まがきがしたの
ゆきはけずけれ
На пики гор вблизи столицы Нара
Туман опять спустился и осел,
И вижу я теперь — недаром
В тени забора снег
Растаять не успел.