世間乎
何物尓将譬
<旦>開
榜去師船之
跡無如
よのなかを
なににたとへむ
あさびらき
こぎいにしふねの
あとなきごとし
Этот бренный мир!
С чем сравнить могу тебя?..
Рано на заре
Так от берега ладья
Отплывает без следа…
* В песне отражен один из популярнейших мотивов — непрочность, эфемерность (мудзё) этого мира, навеянный буддийскими учениями.
世間者
空物跡
将有登曽
此照月者
満闕為家流
よのなかは
むなしきものと
あらむとぞ
このてるつきは
みちかけしける
Недаром говорят,
Что бренный этот мир —
Непрочная такая вещь, пустая!
Вот и луна, сияющая здесь,—
То малая она, то вновь она большая!
* В песне звучит грусть об изменчивости мира, непрочности земного существования, навеянная буддийскими учениями.
虚蝉之
代者無常跡
知物乎
秋風寒
思努妣都流可聞
うつせみの
よはつねなしと
しるものを
あきかぜさむみ
しのひつるかも
Хоть знаю я, что этот мир невечен,
Где смертные живут,
И все же оттого,
Что дышит холодом теперь осенний ветер,
С такой тоской я вспоминал ее!

吾屋前尓
花曽咲有
其乎見杼
情毛不行
愛八師
妹之有世婆
水鴨成
二人雙居
手折而毛
令見麻思物乎
打蝉乃
借有身在者
<露>霜乃
消去之如久
足日木乃
山道乎指而
入日成
隠去可婆
曽許念尓
胸己所痛
言毛不得
名付毛不知
跡無
世間尓有者
将為須辨毛奈思
わがやどに
はなぞさきたる
そをみれど
こころもゆかず
はしきやし
いもがありせば
みかもなす
ふたりならびゐ
たをりても
みせましものを
うつせみの
かれるみなれば
つゆしもの
けぬるがごとく
あしひきの
やまぢをさして
いりひなす
かくりにしかば
そこもふに
むねこそいたき
いひもえず
なづけもしらず
あともなき
よのなかにあれば
せむすべもなし
Возле дома моего
Пышно расцвели цветы,
И любуюсь я на них,
Но без радости в душе.
Если бы жива была
Милая моя жена,
Неразлучны были б с ней,
Словно утки, что всегда
Плавают вдвоем.
Как хотел бы я теперь
Для нее сорвать цветы,
Дать полюбоваться ей!
Но в непрочном мире здесь
Бренен жалкий человек,
Словно иней иль роса,
Быстро исчезает он,
Быстро скроется из глаз,
Словно солнце, что лучом
Озарив на склоне дня
Путь средь распростертых гор,
Исчезает навсегда…
Оттого-то каждый раз,
Как подумаю о ней,
В сердце чувствую я боль…
И не в силах я сказать,
И не знаю, как назвать
Этот жалкий, бренный мир,
Что исчезнет без следа.—
Ведь помочь нельзя ничем

瀧上之
三船乃山尓
居雲乃
常将有等
和我不念久尓
たきのうへの
みふねのやまに
ゐるくもの
つねにあらむと
わがおもはなくに
Нет, не надеюсь я
Жить вечно на земле,
Подобно облакам, что пребывают вечно
Над водопадом
Среди пиков Мифунэ…
* Мотив недолговечности всего земного (мудзё), появившийся под влиянием буддийских учений, получил развитие лишь в последующей классической поэзии и не характерен для поэзии М.
吾屋戸之
草上白久
置露乃
壽母不有惜
妹尓不相有者
わがやどの
くさのうへしろく
おくつゆの
みもをしくあらず
いもにあはずあれば
Как белая роса, что, засверкав, легла
На травах возле дома моего,
Так жизнь
Недолговечна, как роса,
Но мне ее не жаль, раз нет с тобою счастья!
* Сравнение недолговечности жизни с росой — влияние буддийских учений о бренности земной жизни. Это сравнение получило широкое распространение в классической японской поэзии Х— XIII вв.
宇知比佐受
宮弊能保留等
多羅知斯夜
波々何手波奈例
常斯良奴
國乃意久迦袁
百重山
越弖須<疑>由伎
伊都斯可母
京師乎美武等
意母比都々
迦多良比遠礼騰
意乃何身志
伊多波斯計礼婆
玉桙乃
道乃久麻尾尓
久佐太袁利
志<婆>刀利志伎提
等許自母能
宇知<許>伊布志提
意母比都々
奈宜伎布勢良久
國尓阿良婆
父刀利美麻之
家尓阿良婆
母刀利美麻志
世間波
迦久乃尾奈良志
伊奴時母能
道尓布斯弖夜
伊能知周<疑>南
(一云
和何余須疑奈牟)
うちひさす
みやへのぼると
たらちしや
ははがてはなれ
つねしらぬ
くにのおくかを
ももへやま
こえてすぎゆき
いつしかも
みやこをみむと
おもひつつ
かたらひをれど
おのがみし
いたはしければ
たまほこの
みちのくまみに
くさたをり
しばとりしきて
とこじもの
うちこいふして
おもひつつ
なげきふせらく
くににあらば
ちちとりみまし
いへにあらば
ははとりみまし
よのなかは
かくのみならし
いぬじもの
みちにふしてや
いのちすぎなむ
(わがよすぎなむ)
Во дворец собрался я,
Где указывают нам
День работ.
Идя туда,
Мать, вскормившую меня,
Я покинул и ушел
В незнакомые края,
В глубь страны моей родной…
Через сотни гор я шел,
Сотни гор я миновал,
О, когда же, наконец,
На столицу я взгляну? —
Думал неустанно я
И расспрашивал людей.
Но в пути я занемог
И не стало сил идти.
У дороги, что давно
Здесь отмечена была
Яшмовым копьем,
Я нарвал зеленых трав
И валежник я собрал,
Разложил их в стороне
И как будто на постель
Я улегся и лежал
И все думал про себя,
Лежа в горе и тоске:
Был бы я в родном краю,
Холил бы меня отец,
Был бы в доме я родном,
Холила бы мать меня.
Бренный и непрочный мир!
Верно, ты всегда таков!
Как собака, лежа здесь,
У окраины дорог,
Неужели кончу я
Жизнь недолгую свою?
* Песня 886 начинает цикл, посвященный печальной участи молодого Отомо Кумагори и сложенный от его лица.
霊剋
内限者
謂瞻州人<壽>一百二十年也
平氣久
安久母阿良牟遠
事母無
裳無母阿良牟遠
世間能
宇計久都良計久
伊等能伎提
痛伎瘡尓波
<鹹>塩遠
潅知布何其等久
益々母
重馬荷尓
表荷打等
伊布許等能其等
老尓弖阿留
我身上尓
病遠等
加弖阿礼婆
晝波母
歎加比久良志
夜波母
息豆伎阿可志
年長久
夜美志渡礼婆
月累
憂吟比
許等々々波
斯奈々等思騰
五月蝿奈周
佐和久兒等遠
宇都弖々波
死波不知
見乍阿礼婆
心波母延農
可尓<可>久尓
思和豆良比
祢能尾志奈可由
たまきはる
うちのかぎりは
たひらけく
やすくもあらむを
こともなく
もなくもあらむを
よのなかの
うけくつらけく
いとのきて
いたききずには
からしほを
そそくちふがごとく
ますますも
おもきうまにに
うはにうつと
いふことのごと
おいにてある
あがみのうへに
やまひをと
くはへてあれば
ひるはも
なげかひくらし
よるはも
いきづきあかし
としながく
やみしわたれば
つきかさね
うれへさまよひ
ことことは
しななとおもへど
さばへなす
さわくこどもを
うつてては
しにはしらず
みつつあれば
こころはもえぬ
かにかくに
おもひわづらひ
ねのみしなかゆ
Этой жизни краткий срок,
Что лишь яшмою блеснет,
Как хотелось бы прожить
Тихо и спокойно мне,
Как хотелось бы прожить
Мне без горя и беды.
Но в непрочном мире здесь
Горько и печально все,
А особенно тяжка
Наша доля, если вдруг,
Как в народе говорят,—
В рану, что и так болит,
Жгучую насыплют соль;
Или на тяжелый вьюк
Бедной лошади опять
И опять добавят груз.
Так в слабеющем моем теле
В старости еще
Вдруг добавился недуг.
Дни в страданьях я влачу
И вздыхаю по ночам.
Годы долгие подряд
Лишь в болезнях проводя,
Неустанно плачу я,
Проклиная жребий свой.
Думаю лишь об одном:
Как бы умереть скорей,
Но не знаю, как смогу
Я покинуть этот мир.
Разве брошу я детей,
Что вокруг меня шумят,
Будто мухи в майский день?
Стоит поглядеть на них —
И горит огнем душа.
В горьких думах и тоске
Только в голос плачу я!
* “В рану, что и так болит, жгучую насыпят соль, или на тяжелый вьюк бедной лошади опять и опять добавят груз” — здесь Окура использует народные поговорки — прием, характерный для его песен.
* В этой и сопутствующих ей шести песнях отражены характерные черты поэзии Окура: его думы о бедняках и сочувствие им, обращение к образам, взятым, с одной стороны, из народных песен, с другой, — навеянных буддизмом; здесь отражена его глубокая скорбь по поводу своей горькой участи и в то же время всегда присущий ему оптимизм, любовь к жизни, любовь к детям, желание долго, долго жить.
水沫奈須
微命母
栲縄能
千尋尓母何等
慕久良志都
みなわなす
もろきいのちも
たくづなの
ちひろにもがと
ねがひくらしつ
Словно пена на воде,
Жизнь мгновенна и хрупка,
И живу я, лишь молясь:
О, когда б она была
Прочной, крепкой, что канат!

世人之
貴慕
七種之
寶毛我波
何為
和我中能
産礼出有
白玉之
吾子古日者
明星之
開朝者
敷多倍乃
登許能邊佐良受
立礼杼毛
居礼杼毛
登母尓戯礼
夕星乃
由布弊尓奈礼<婆>
伊射祢余登
手乎多豆佐波里
父母毛
表者奈佐我利
三枝之
中尓乎祢牟登
愛久
志我可多良倍婆
何時可毛
比等々奈理伊弖天
安志家口毛
与家久母見武登
大船乃
於毛比多能無尓
於毛波奴尓
横風乃
<尓布敷可尓>
覆来礼婆
世武須便乃
多杼伎乎之良尓
志路多倍乃
多須吉乎可氣
麻蘇鏡
弖尓登利毛知弖
天神
阿布藝許比乃美
地祇
布之弖額拜
可加良受毛
可賀利毛
神乃末尓麻尓等
立阿射里
我例乞能米登
須臾毛
余家久波奈之尓
漸々
可多知都久保里
朝々
伊布許等夜美
霊剋
伊乃知多延奴礼
立乎杼利
足須里佐家婢
伏仰
武祢宇知奈氣<吉>
手尓持流
安我古登<婆>之都
世間之道
よのなかの
たふとびねがふ
ななくさの
たからもわれは
なにせむに
わがなかの
うまれいでたる
しらたまの
あがこふるひは
あかぼしの
あくるあしたは
しきたへの
とこのへさらず
たてれども
をれども
ともにたはぶれ
ゆふつづの
ゆふへになれば
いざねよと
てをたづさはり
ちちははも
うへはなさがり
さきくさの
なかにをねむと
うつくしく
しがかたらへば
いつしかも
ひととなりいでて
あしけくも
よけくもみむと
おほぶねの
おもひたのむに
おもはぬに
よこしまかぜの
にふふかに
おほひきたれば
せむすべの
たどきをしらに
しろたへの
たすきをかけ
まそかがみ
てにとりもちて
あまつかみ
あふぎこひのみ
くにつかみ
ふしてぬかつき
かからずも
かかりも
かみのまにまにと
たちあざり
われこひのめど
しましくも
よけくはなしに
やくやくに
かたちつくほり
あさなさな
いふことやみ
たまきはる
いのちたえぬれ
たちをどり
あしすりさけび
ふしあふぎ
むねうちなげき
てにもてる
あがことばしつ
よのなかのみち
Семь родов сокровищ есть
Драгоценных на земле,
Но зачем богатства мне,
Раз у нас родился сын —
Фурухи, подобный сам
Драгоценным жемчугам!
По утрам, в рассвета час,
В час, когда еще видна
Предрассветная звезда,
В мягкой ткани покрывал
На постели у себя
То сидел он, то вставал,
И, бывало, вместе с ним
Забавлялся я всегда.
А лишь вечер приходил
И вдали, на небесах,
Звезды появлялись вновь,
За руки меня он брал,
Говорил: “Идемте спать,
Папа, мама не должны
Сына покидать!
В серединку лягу к вам!” —
Он ласкался, говоря,—
И, казалось, расцветали
Травы счастья для меня!
Думал я тогда, любуясь:
“Время минет, подрастешь,
Ждет ли радость, ждут ли беды,
Встретим их с тобой!”
Как большому кораблю,
Доверяли мы ему,
Но подул тогда нежданно
Ветер злой со стороны,
Заболел малютка наш,
Как нам быть, не знали мы.
Перевязь из белой ткани
Мы надели на себя,
И кристальной чистоты
Зеркало в руке держа,
Мы богов небес молили,
К небу взоры обратив,
Мы богам земли молились,
Низко головы склонив.
“Будет жив или не будет,—
Все зависит от богов”,—
Думал я и всей душою
Им молиться был готов.
И в отчаянье и горе
Заклинал богов, молил,
Но напрасно было, — вскоре
Потеряли мы тебя…
Постепенно становился
Все прозрачнее твой лик,
С каждым утром, с каждым утром,
Все слабее был язык.
И блеснувшая, как яшма,
Жизнь прервалась навсегда…
И вскочил я, как безумный,
Закричал от горя я!
То катался по земле я,
То смотрел на небеса,
То в отчаянье и горе
Ударял я в грудь себя.
Ведь дитя, что я лелеял,
Упорхнуло — не вернуть!
Вот он, этой жизни бренной
Горький и тяжелый путь!
* “Семь родов сокровищ есть” — говорится о семи буддийских сокровищах. В сутре Амида это: золото, серебро, изумруд, агат, жемчуг, горный хрусталь, перламутр. В разных сутрах эти драгоценности перечисляются по-разному, но обычно не совпадают лишь две или три из них.
* Травы счастья (сакикуса от “саки” — “счастье”, “куса” — “травы”, “растения”) — в старину так называли хиноки (см. п. 45). Однако Мотоори Норинага в “Кодзики-дэн” (“Комментарии Кодзики”) высказал мнение о том, что травы счастья — это горные лилии (яма-юри) — СН. Судя по песням М., горные лилии использовались в обрядах гадания о судьбе, счастье, о счастливом возвращении и т. п. Возможно, что оба мнения справедливы, разница лишь в том, что сначала только хиноки имели значение благожелательных символов, а потом и другие растения.
世間乎
常無物跡
今曽知
平城京師之
移徙見者
よのなかを
つねなきものと
いまぞしる
ならのみやこの
うつろふみれば
О, этот мир и суетный, и бренный!
Как он не вечен,
Ныне понял я,
Когда увидел я столицу Нара,
Что стало с ней теперь и чем она была!
[Неизвестный автор]
* В песне отмечается влияние буддийских учений о непрочности всего земного (СН).
巻向之
山邊響而
徃水之
三名沫如
世人吾等者
まきむくの
やまへとよみて
ゆくみづの
みなわのごとし
よのひとわれは
Как пена на волнах прозрачных рек,
Что с грохотом бегут по склону гор
Макимукуяма,—
Таков и человек, что в мире здесь живет,
Таков и я!
* Песня проникнута буддийскими настроениями о бренности человеческого существования. Сравнение человеческой жизни с пеной на воде встречается и в других песнях М.
隠口乃
泊瀬之山丹
照月者
盈ち為焉
人之常無
こもりくの
はつせのやまに
てるつきは
みちかけしけり
ひとのつねなき
Среди гор Хацусэ,
Скрытых ото всех,
Светлая луна, что в небесах сияет,
Уменьшаясь, вырастает вновь,—
Человек же вечности не знает!
* Песня о бренности земного существования, навеянная буддийскими учениями, сходна с п. 442.
世間
常如是耳加
結大王
白玉之緒
絶樂思者
よのなかは
つねかくのみか
むすびてし
しらたまのをの
たゆらくおもへば
О этот мир, мир горя и обмана,
Не вечно ль ты таков, мир суеты и зла?
И в мыслях вижу
Рвущуюся нить,
С которой падает нанизанная яшма…
* Рвущаяся нить — символ непрочности человеческого существования.
中ぞらに
たちゐるくもの
あともなく
身のはかなくも
なりにけるかな
なかぞらに
たちゐるくもの
あともなく
みのはかなくも
なりにけるかな
Как в небе чистом
облака плывущие бесследно
исчезают,
так и мой удел —
быстротечным станет

奥の細道 > 飯塚温泉の章段 (Горячие ключи в Иидзука)
羇旅辺土の行脚、捨身無常の観念。
羇旅きりょ辺土へんど行脚あんぎゃ捨身しゃしん無常むじょう観念かんねん
коль скоро решился я пуститься в скитания по глухой провинции смиренным паломником, коль скоро отказался от мирской тщеты и постиг бренность суетных устремлений, то,

數ならぬ
身に置くよひの
白玉は
光見えさす
ものにぞありける
かずならぬ
みにおくよひの
しらたまは
ひかりみえさす
ものにぞありける
На мое ничтожное
Тело выпавшая вечерняя
Роса, с белой яшмой схожая,
И та, сверкнув, гаснет,
Таков мой удел[59] —
59. Стихотворение помещено в Госэнсю, 16 [1169], где его авторство приписано фрейлине Мусаси. Есть толкование, что Мусаси и Вакаса-но го – одно лицо, но эта гипотеза нуждается в дополнительных аргументах.
いひつつも
世ははかなきを
かたみには
あはれといかで
君に見えまし
いひつつも
よははかなきを
かたみには
あはれといかで
きみにみえまし
Вот беседуем мы,
А жизнь так быстротечна.
Чтобы облик мой
Приятен был вам,
Как бы мне хотелось![114]
114. Стихотворение помещено в Синтёкусэнсю, 18, под авторством того же Минамото Киёкагэ.
かくれにし
月はめぐりて
いでくれど
影にも人は
見えずぞありける
かくれにし
つきはめぐりて
いでくれど
かげにもひとは
みえずぞありける
Скрывшаяся
Луна, сделав круг,
Появляется снова.
А человек даже тенью
Не является более[252].
252. Какурэ – «скрыться» (о луне) и метафорическое «скончаться». Кагэ – «свет луны» и «тень», «облик», «силуэт». Слова какурэ, цуки, мэгури, кагэ составляют энго. Танка встречается в Сёкугосэнвакасю, 18.
わが乗りし
ことをうしとや
消えにけむ
草にかかれる
露の命は
わがのりし
ことをうしとや
きえにけむ
くさにかかれる
つゆのいのちは
Тот, кто меня возил...
Как это грустно!
Он уж исчез.
Жизнь – как роса,
Выпавшая на траву[297].
297. Танка обыгрывает омонимы: уси – «печальный», «бык», т.е. две первые строки нужно понимать так: «Ах, бык, тот, что меня возил...» «Трава» появляется в танка по предметной связи с быком. Стихотворение содержится в Косэнвакасю, 16.
玉手次
不懸時無
氣緒尓
吾念公者
虚蝉之
<世人有者
大王之>
命恐
夕去者
鶴之妻喚
難波方
三津埼従
大舶尓
二梶繁貫
白浪乃
高荒海乎
嶋傳
伊別徃者
留有
吾者幣引
齊乍
公乎者将<待>
早還万世
たまたすき
かけぬときなく
いきのをに
あがおもふきみは
うつせみの
よのひとなれば
おほきみの
みことかしこみ
ゆふされば
たづがつまよぶ
なにはがた
みつのさきより
おほぶねに
まかぢしじぬき
しらなみの
たかきあるみを
しまづたひ
いわかれゆかば
とどまれる
われはぬさひき
いはひつつ
きみをばまたむ
はやかへりませ
Нету часа, чтобы снял
Перевязи жемчугов,
Нету часа, чтоб я был
И без дум, и без тревог
О тебе, кого люблю,
Не жалея жизни нить…
Бренно тело на земле!
Так как грозен был приказ,
Ты покинул в Мицу мыс
В бухте дивной Нанива,
Где вечернею порой
Жён сзывают журавли…
У большого корабля
Много весел закрепив,
Ты оставил нас и плыл
Мимо цепи островов
По бушующим морям,
Где высоко поднялась
Белопенная волна…
Я же, что остался здесь,
В руки я возьму дары
И, неся мольбу богам,
Буду ждать тебя, мой друг,
Возвращайся поскорей!
* “Нету часа, чтобы снял перевязи жемчугов” — т. е. не молился. Во время молитвы надевали на себя перевязи типа современных тасукэ, которые надеваются крест накрест поверх платья и поддерживают рукава, чтобы они не мешали во время работы.
* “Бренно тело на земле” — мотив бренности человеческого существования — влияние буддийских учений.
世間毛
常尓師不有者
室戸尓有
櫻花乃
不所比日可聞
よのなかも
つねにしあらねば
やどにある
さくらのはなの
ちれるころかも
О этот мир!
Всегда он был невечным! —
Цветами той вишни, что цвела
У дома твоего,
Опасть пришла пора!

嵯峨日記 > 十九日 (19-й день)
うきふしやうきふしや
竹の子となる
人の果
うきふしや
たけのことなる
ひとのはて
Печально!
Каждый станет ростком бамбука - таков
Удел человека.

塩氣立
荒礒丹者雖在
徃水之
過去妹之
方見等曽来
しほけたつ
ありそにはあれど
ゆくみづの
すぎにしいもが
かたみとぞこし
Хоть и очень каменист этот одинокий брег,
И всегда там пенится вода,—
Но ведь память он о деве дорогой,
Той, что навсегда ушла от нас,
Как уходит вдаль текущая вода…
* “Как уходит вдаль текущая вода”… — образ текущей воды под влиянием буддийских учений о бренности всего земного стал в песнях М. образом всего уходящего безвозвратно, в частности, образом уходящего навсегда человека, человеческой жизни.
毎年
梅者開友
空蝉之
<世>人君羊蹄
春無有来
としのはに
うめはさけども
うつせみの
よのひとわれし
はるなかりけり
Ах, каждый год прекрасные цветы
На белоснежной сливе расцветают,
Но для тебя в непрочном мире суеты
Весна, что раз прошла,
Не наступает снова…
* В песне отражено влияние буддийских учений о бренности человеческой жизни, уже сказавшееся, хотя и в малой мере, в песнях М.
寒過
暖来者
年月者
雖新有
人者舊去
ふゆすぎて
はるしきたれば
としつきは
あらたなれども
ひとはふりゆく
Когда проходит зимняя пора
И дни весенние повсюду наступают,
Года и месяцы
Вновь круг свой начинают,
И только человек все к старости идет…
* Полагают, что мотив бренности человеческой жизни навеян буддийскими учениями.
秋芽子之
上尓置有
白露之
消鴨死猿
戀<乍>不有者
あきはぎの
うへにおきたる
しらつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне
Исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса
На лепестках осенних хаги…
* СН толкует эту песню иначе.

Песня совпадает с песней 1608.
秋穂乎
之努尓<押>靡
置露
消鴨死益
戀乍不有者
あきのほを
しのにおしなべ
おくつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса,
Сгибающая тяжестью своею
Колосья риса на полях…

はかなさを
ほかにもいはじ
桜花
咲きては散りぬ
あはれ世の中
はかなさを
ほかにもいはじ
さくらばな
さきてはちりぬ
あはれよのなか
Как ненадёжен этот мир!
Живущий в нём —
Цветку подобен вишни,
Что расцветает, чтобы вмиг отцвесть
И унесённым быть весенним ветром.

結ぶ手に
にごる心を
すすぎなば
浮世の夢や
さめが井の水
むすぶてに
にごるこころを
すすぎなば
うきよのゆめや
さめがゐのみづ
Пригоршней
зачерпни да омой
взбаламученное сердце,
и развеют сны мира суеты —
пробуждающие воды Самэгаи.
"Самэ" — это и пробудиться, и часть топонима "Самэгаи"
朝露之
消安吾身
雖老
又若反
君乎思将待
あさつゆの
けやすきあがみ
おいぬとも
またをちかへり
きみをしまたむ
Пусть с годами на земле стареют люди,
Что, подобно утренней росе,
Исчезать легко способны на земле,
Но опять верну я молодость себе
И тебя, любимый, ждать я буду!
* Считается, что сравнение человеческой жизни с росой навеяно буддийскими учениями о бренности земного существования. Этот образ получил широкое хождение в позднейшей классической поэзии Х—XIII вв.
露霜乃
消安我身
雖老
又若反
君乎思将待
つゆしもの
けやすきあがみ
おいぬとも
またをちかへり
きみをしまたむ
Пусть на земле стареют люди,
Что бренны,
Словно иней иль роса,
Но молодость ко мне вернется снова,
Тебя, любимый, буду ждать!

これ、無常の調子、祇園精舎の無常院の声なり。

Тон этот символизирует быстротечность. Это – звук колокола из Уголка Быстротечности в Обители Чистоты Священного Сада.

秋芽子之
上尓置有
白露乃
消可毛思奈萬思
戀管不有者
あきはぎの
うへにおきたる
しらつゆの
けかもしなまし
こひつつあらずは
Чем жить и тосковать на этом свете,
Не лучше ль мне
Исчезнуть навсегда,
Как исчезает белая роса
На лепестках осенних хаги…
* Так как песня полностью совпадает с анонимной п. 2254, возможно, принц был только исполнителем ее (СН).
高山
与海社者
山随
如此毛現
海随
然真有目
人者<花>物曽
空蝉与人
たかやまと
うみとこそば
やまながら
かくもうつしく
うみながら
しかまことならめ
ひとははなものぞ
うつせみよひと
Вот высокая гора
И моря. Смотри:
Вот гора — всегда горою
Будет так стоять.
Вот моря — всегда морями
Будут так лежать.
Человек же, что цветы,—
Бренен в мире человек!
* Плач, сложенный под влиянием буддийских учений о бренности человеческого существования.
鯨魚取
海哉死為流
山哉死為流
死許曽
海者潮干而
山者枯為礼
いさなとり
うみやしにする
やまやしにする
しぬれこそ
うみはしほひて
やまはかれすれ
Там, где ловят чудище-кита, — Море. Разве знает смерть оно?
Горы, разве знают смерть они?
Но придется умереть и им.
У морей с отливом убежит вода,
На горах завянут листья и трава…
* Песня в форме вопроса и ответа передает буддийское представление о недолговечности всего земного. Ничего нет вечного в этом мире — вот основная идея песни, даже моря и горы подвержены закону неизбежных перемен.
家尓底母
多由多敷命
浪乃宇倍尓
思之乎礼波
於久香之良受母
いへにても
たゆたふいのち
なみのうへに
おもひしをれば
おくかしらずも
И дома
Спокойною жизнь не бывает,
А если качает тебя на волнах,
Как можешь ты знать,
Что тебя ожидает?..
* В песне комментаторы отмечают ощущение непрочности, бренности этой жизни (МС СН). Этот мотив в песнях М. обычно объясняется влиянием буддийских учений о непрочности всего земного (см. также п. 3897, 3898). Однако полагаем, что в данном случае это настроение объясняется другими причинами (см. п. 3897).
阿里佐利底
能知毛相牟等
於母倍許曽
都由能伊乃知母
都藝都追和多礼
ありさりて
のちもあはむと
おもへこそ
つゆのいのちも
つぎつつわたれ
Я продолжаю жить,
И только оттого,
Что встретиться с тобой мечтаю снова,
Я жизнь, непрочную, как белая роса,
На годы долгие продлить еще готова.

世間波
加受奈枳物能可
春花乃
知里能麻我比尓
思奴倍吉於母倍婆
よのなかは
かずなきものか
はるはなの
ちりのまがひに
しぬべきおもへば
Этот бренный жалкий мир!
Как в нем мало дней и лет суждено нам жить.
“Лишь цветы мои весной опадут,
За ними вслед мне придется умереть…” —
Думаю с тоской…

憶保枳美能
弥許等可之古美
安之比奇能
夜麻野佐<波>良受
安麻射可流
比奈毛乎佐牟流
麻須良袁夜
奈邇可母能毛布
安乎尓余之
奈良治伎可欲布
多麻豆佐能
都可比多要米也
己母理古非
伊枳豆伎和多利
之多毛比<尓>
奈氣可布和賀勢
伊尓之敝由
伊比都藝久良之
餘乃奈加波
可受奈枳毛能曽
奈具佐牟流
己等母安良牟等
佐刀毗等能
安礼邇都具良久
夜麻備尓波
佐久良婆奈知利
可保等利能
麻奈久之婆奈久
春野尓
須美礼乎都牟<等>
之路多倍乃
蘇泥乎利可敝之
久礼奈為能
安可毛須蘇妣伎
乎登賣良<波>
於毛比美太礼弖
伎美麻都等
宇良呉悲須奈理
己許呂具志
伊謝美尓由加奈
許等波多奈由比
おほきみの
みことかしこみ
あしひきの
やまのさはらず
あまざかる
ひなもをさむる
ますらをや
なにかものもふ
あをによし
ならぢきかよふ
たまづさの
つかひたえめや
こもりこひ
いきづきわたり
したもひに
なげかふわがせ
いにしへゆ
いひつぎくらし
よのなかは
かずなきものぞ
なぐさむる
こともあらむと
さとびとの
あれにつぐらく
やまびには
さくらばなちり
かほどりの
まなくしばなく
はるののに
すみれをつむと
しろたへの
そでをりかへし
くれなゐの
あかもすそびき
をとめらは
おもひみだれて
きみまつと
うらごひすなり
こころぐし
いざみにゆかな
ことはたなゆひ
С трепетом приказу вняв
Государя своего,
Распростертые кругом
Горы, долы миновав,
Править стал селеньем ты,
Дальним, как небесный свод.
Рыцарь доблестный,
О чем
Ты тоскуешь и грустишь?
Неужели перестал
Приходить к тебе теперь
С веткой яшмовой гонец,
Что из Нара приходил,
Дивной в зелени листвы?
Скрывшись нынче ото всех,
Ты тоскуешь взаперти
И живешь, скрывая вздох
В тайниках своей души…
О печальный, дальний друг.
С древних пор
До сей поры
Говорят из века в век,
Что непрочный и пустой
Этот жалкий бренный мир!
Но, однако, есть и в нем
Утешение для нас.
Люди нашего села
Нынче мне передают,
Что на вешних склонах гор
Опадает вишни цвет,
Птицы каодори там
Распевают без конца.
И в весенние поля
За фиалками идут
Девы юные теперь,
Белотканые свои
Отогнувши рукава,
Платья алого
Подол красный волоча…
Говорят, что думы их
Беспокойны от тоски,
Говорят, что ждут тебя
В сердца тайной глубине
И полны к тебе любви.
Грустно сердцу твоему,
Так пойди взгляни на них!
Только все, что я сказал,
Хорошо пойми, мой друг.
5-й день 3-й луны
[Песня Отомо Икэнуси, посланная в ответ Отомо Якамоти]
隱れゐて
わがうき樣を
水の上の
沫とも早く
思ひ消えなむ
かくれゐて
わがうきさまを
みづのうへの
あわともはやく
おもひきえなむ


露の命
消えなましかば
かくばかり
降る白雪を
ながめましやは
つゆのいのち
きえなましかば
かくばかり
ふるしらゆきを
ながめましやは
Если растает
Жизнь моя — росинка,
Уж не придется больше мне
Задумчиво смотреть
На этот белый снег...

草の庵を
いとひてもまた
いかがせむ
露の命の
かかる限りは
くさのいほを
いとひてもまた
いかがせむ
つゆのいのちの
かかるかぎりは
Положим, захотел бы я покинуть
Жалкую хижину из трав,
Но где бы ни жил я,
Едва ль продлится дольше
Моя росинка-жизнь!

天地之
初時従
宇都曽美能
八十伴男者
大王尓
麻都呂布物跡
定有
官尓之在者
天皇之
命恐
夷放
國乎治等
足日木
山河阻
風雲尓
言者雖通
正不遇
日之累者
思戀
氣衝居尓
玉桙之
道来人之
傳言尓
吾尓語良久
波之伎餘之
君者比来
宇良佐備弖
嘆息伊麻須
世間之
Q家口都良家苦
開花毛
時尓宇都呂布
宇都勢美毛
<无>常阿里家利
足千根之
御母之命
何如可毛
時之波将有乎
真鏡
見礼杼母不飽
珠緒之
惜盛尓
立霧之
失去如久
置露之
消去之如
玉藻成
靡許伊臥
逝水之
留不得常
枉言哉
人之云都流
逆言乎
人之告都流
梓<弓>
<弦>爪夜音之
遠音尓毛
聞者悲弥
庭多豆水
流涕
留可祢都母
あめつちの
はじめのときゆ
うつそみの
やそとものをは
おほきみに
まつろふものと
さだまれる
つかさにしあれば
おほきみの
みことかしこみ
ひなざかる
くにををさむと
あしひきの
やまかはへだて
かぜくもに
ことはかよへど
ただにあはず
ひのかさなれば
おもひこひ
いきづきをるに
たまほこの
みちくるひとの
つてことに
われにかたらく
はしきよし
きみはこのころ
うらさびて
なげかひいます
よのなかの
うけくつらけく
さくはなも
ときにうつろふ
うつせみも
つねなくありけり
たらちねの
みははのみこと
なにしかも
ときしはあらむを
まそかがみ
みれどもあかず
たまのをの
をしきさかりに
たつきりの
うせぬるごとく
おくつゆの
けぬるがごとく
たまもなす
なびきこいふし
ゆくみづの
とどめかねつと
たはことか
ひとのいひつる
およづれか
ひとのつげつる
あづさゆみ
つまびくよおとの
とほおとにも
きけばかなしみ
にはたづみ
ながるるなみた
とどめかねつも
С той поры, как в мире есть
Небо и земля,
Установлено, что все
Люди смертные земли
Славных воинских родов
Подчиняются всегда
Государю своему —
В этом служба состоит.
Потому, приказу я
Государя подчинясь,
Распростертые кругом
Горы, реки перешел,
Чтобы управлять страной
Дальней от столичных мест.
Разлучен с тобою я,
С ветром, облаком небес
Шлю всегда тебе привет —
Ведь прошло немало дней,
Как не виделись с тобой,
Оттого вздыхаю я
И в печали я живу.
И когда я о тебе
Здесь томился и вздыхал,
Люди, шедшие сюда
По дороге, что давно
Здесь отмечена была
Яшмовым копьем,
Передали мне, придя,
Эту горестную весть.
Твой любимый, близкий друг
Нынче омрачен душой
И горюет без конца —
В горе и печали он.
Этот бренный жалкий мир
Полон скорби и тоски.
Ах, цветы, что в нем цветут,—
Минет быстро их расцвет.
Люди смертные земли —
Их недолог краткий век.
И с достойнейшей твоей
Матушкой родной твоей,
Что случилось нынче там,
Ведь еще не вышел срок?
Словно зеркало была,
Что кристально, как вода,
Любоваться на нее
Можно было без конца.
Ведь еще была она
Эти дни в расцвете сил,—
Жаль, когда в такие дни
Рвется яшмовая нить…
Как поднявшийся туман,
Вдруг исчезла с наших глаз,
Как упавшая роса,
Вмиг растаяла она,
Как жемчужная трава,
Надломилась вдруг, упав,
Как поток текущих вод,—
Не остановить ее.
То не ложь или обман
Люди рассказали мне?
То не выдумку иль бред
Люди передали мне?
Словно ясеневый лук,
Ночью прогудел струной…
И хотя далек был звук,
Но его услышал я.
Глубока была печаль…
И стремительный поток
Слез внезапных, что текут,
Как в садах поток дождя,
Я не в силах удержать!
27-й день 5-й луны
世間之
<无>常事者
知良牟乎
情盡莫
大夫尓之氐
よのなかの
つねなきことは
しるらむを
こころつくすな
ますらをにして
О, верно, знаешь ты,
Что жизнь на земле —
Непостоянная, непрочная, пустая,
Но все же сердце пощади свое,
Будь стойким рыцарем, держись достойно!

宇都世美波
加受奈吉身奈利
夜麻加波乃
佐夜氣吉見都々
美知乎多豆祢奈
うつせみは
かずなきみなり
やまかはの
さやけきみつつ
みちをたづねな
Люди смертные земли
Ни в какой не входят счет…
Как хотел бы я,
Чистотой любуясь рек и гор,
Истинный найти для сердца путь.
* “Истинный найти для сердца путь” — полагают, что в данном случае Якамоти думал о пути Будды, т. е. о буддизме.
美都煩奈須
可礼流身曽等波
之礼々杼母
奈保之祢我比都
知等世能伊乃知乎
みつぼなす
かれるみぞとは
しれれども
なほしねがひつ
ちとせのいのちを
Хоть знаю я,
Что бренно наше тело,
Подобно легкой пене на воде,
И все же я опять прошу себе
Жизнь долгую, чтоб длилась бесконечно…
* Песня сложена под влиянием буддийских представлений о бренности земного существования, и в то же время жизнелюбие, которым проникнута в целом поэзия М., выражено и здесь в виде пожелания долгой жизни.
佐久波奈波
宇都呂布等伎安里
安之比奇乃
夜麻須我乃祢之
奈我久波安利家里
さくはなは
うつろふときあり
あしひきの
やますがのねし
ながくはありけり
Цветам цветущим
Суждено увянуть —
Таков закон земли с древнейших пор,
Ах, долговечны только корни лилий
На склонах дальних распростертых гор…
* Песня носит аллегорический характер.
* “Цветам цветущим суждено увянуть…” — Якамоти имеет в виду судьбу блестящих царедворцев Татибана Нарамаро и других высоких сановников и государственных деятелей, которые погибли, будучи жертвами придворных интриг.
* “Ах, долговечны только корни лилий на склонах дальних распростертых гор!”—Якамоти намекает на себя и других чиновников, служивших в далеких от императорского двора глухих провинциях. В примечании к тексту сказано, что “песня сложена Отомо Якамоти в печали об изменчивости вещей”.
時花
伊夜米豆良之母
<加>久之許曽
賣之安伎良米晩
阿伎多都其等尓
ときのはな
いやめづらしも
かくしこそ
めしあきらめめ
あきたつごとに
О, дивен и хорош
Любых времен цветок.
Поэтому
Любуйся, наслаждайся
Ты каждый раз, как осень к нам придет!
* Песня была сложена 23 июня, по лунному календарю это считалось уже осенью (МС).
* В песне выражены те же настроения Якамоти, что и в предыдущих песнях. Все меняется, но природа прекрасна во все времена! Любуйся же ею, и она утешит тебя! — таков подтекст песни.
けふ来ずは
見でややままし
山里の
もみぢも人も
常ならぬ世に
けふこずは
みでややままし
やまざとの
もみぢもひとも
つねならぬよに
Сегодня не приди,
И этого листа уж не застал бы, верно.
И листья алые в горах,
И люди — все мимолетно
В этом мире.
* Песня — намек на уже упоминавшуюся
(см. коммент. 134, т. 1) танка Аривары Нарихира из антологии «Кокинсю» (свиток «Песни весны»):
Сегодня не приди
Назавтра, верно бы,
Осыпались, как снег,
И хоть не тает он,
Разве могу его принять я за цветы?
昔だに
昔と思ひし
たらちねの
なほ恋しきぞ
はかなかりける
むかしだに
むかしとおもひし
たらちねの
なほこひしきぞ
はかなかりける
Родимая мать...
О жизни её мимолетной
Скорбел я и в юные годы,
И ныне, как прежде,
Скорблю...

ささがにの
いとかかりける
身のほどを
思へば夢の
心地こそすれ
ささがにの
いとかかりける
みのほどを
おもへばゆめの
ここちこそすれ
Когда о жизни размышляю
О своей,
Непрочной, словно паутинка,
Мне кажется,
Что я во сне...

光待つ
枝にかかれる
露の命
消えはてねとや
春のつれなき
ひかりまつ
えだにかかれる
つゆのいのち
きえはてねとや
はるのつれなき
Висят на веточке
Росинки,
Сиянья солнца ожидая,
Так тает жизнь моя...
Жестока ты, весна!

思ひ出でて
もしも尋ぬる
人もあらば
ありとないひそ
定めなき世に
おもひいでて
もしもたづぬる
ひともあらば
ありとないひそ
さだめなきよに
Коль обо мне вдруг кто-то вспомнит
И навестить задумает,
Не говори, что жив:
Ведь этот мир
Так ненадёжен!

世の中を
思ひつらねて
ながむれば
むなしき空に
消ゆる白雲
よのなかを
おもひつらねて
ながむれば
むなしきそらに
きゆるしらくも
Задумаешься,
Прошлое припомнив:
Что есть на самом деле этот мир
Белое облако,
Что тает в небесном просторе.

暮るるまも
待つべき世かは
あだし野の
末葉の露に
あらし立つなり
くるるまも
まつべきよかは
あだしのの
すゑばのつゆに
あらしたつなり
Дождусь ли вечера
И до заката доживу ли?
Ведь наша жизнь — роса в полях Адати:
Ветер подует и сметет её
С кончиков листьев.

津の国の
ながらふべくも
あらぬかな
短き蘆の
よにこそありけれ
つのくにの
ながらふべくも
あらぬかな
みぢかきあしの
よにこそありけれ
О жизнь моя!
Продлишься ты, наверное, не доле,
Чем это вот короткое коленце
У тростника
На побережье Цу.

風はやみ
荻の葉ごとに
おく露の
おくれ先だつ
ほどのはかなさ
かぜはやみ
をぎのはごとに
おくつゆの
おくれさきだつ
ほどのはかなさ
По листьям оги за окном
Стремительно пронесся ветер,
Сметая капельки росы,
Одни упали раньше, другие — вслед:
Вот — наша жизнь!

世の中は
とてもかくても
おなじこと
宮も藁屋も
はてしなければ
よのなかは
とてもかくても
おなじこと
みやもわらやも
はてしなければ
Наш мир
Он хрупкий и непрочный:
Ни в хижине убогой,
Ни во дворце —
Не бесконечна жизнь.

いつ歎き
いつ思ふべき
ことなれば
後の世知ら
で人の過ぐら
いつなげき
いつおもふべき
ことなれば
のちのよしら
でひとのすぐら
Как в этом мире жить,
Не сожалея
О горестях его,
С надеждою не помышляя
О радостях в грядущей жизни?
* Сайгё был истинным, глубоко верующим буддистом, о чем свидетельствует данная песня. Он искренне верил в последующие перерождения и радости в грядущей жизни как воздаяние за страдания в этом мире.
末の露
もとのしづくや
世の中の
おくれ先だつ
ためしなるらむ
すゑのつゆ
もとのしづくや
よのなかの
おくれさきだつ
ためしなるらむ
Роса, что на траве,
Исчезнет раньше,
А капли, просочившиеся вниз,
Поздней, но и они — недолговечны,
Не это ли пример живущим в этом мире?

これや夢
いつれかうつつ
はかなさを
おもひわかても
すきぬへきかな
これやゆめ
いつれかうつつ
はかなさを
おもひわかても
すきぬへきかな


なにか思ふ
なにとか歎く
世の中は
ただ朝顔の
花の上の露
なにかおもふ
なにとかなげく
よのなかは
ただあさがほの
はなのうへのつゆ
О чем ты думаешь?
О чем твоя печаль?
Все в этом мире — лишь роса
На лепестках цветка
«Утренний лик».

花のもと
露のなさけは
ほどもあらじ
酔ひなすすめそ
春の山風
はなのもと
つゆのなさけは
ほどもあらじ
ゑひなすすめそ
はるのやまかぜ
Весенний ветер с гор!
Не соблазняй собравшихся под сенью вишен
Привычке милой уступить:
Ведь радость эта, как роса,
Лишь краткий миг!

世の中を
何にたとへむ
朝ぼらけ
漕ぎ行く船の
あとの白浪
よのなかを
なににたとへむ
あさぼらけ
こぎゆくふねの
あとのしらなみ
Мир этот —
С чем сравнить?
Следы из белых волн,
Что оставляет на рассвете
Рыбачий челн.
Мир этот... - Песня из антологии "Сюивакасю", свиток 20-й, "Разные песни" [1327], автор - Сая-но Мицусэй. Является аллюзией на песню "Манъёсю" (№ 351):
Мир этот
С чем сравнить?
Рыбачий челн,
Что уплыл на рассвете,
Не оставив следа.
のこりなく
ちるそめてたき
桜花
ありて世中
はてのうけれは
のこりなく
ちるそめてたき
さくらはな
ありてよのなか
はてのうけれは
Как мне милы цветы
вешних вишен, что уж опадают,
не успев расцвести!
Никого в нашем бренном мире
тот же скорбный конец не минует…

空蝉の
世にもにたるか
花さくら
さくと見しまに
かつちりにけり
うつせみの
よにもにたるか
はなさくら
さくとみしまに
かつちりにけり
Как похоже на них
все сущее в суетном мире —
вешней вишни цветы!
Только что красовались на ветках,
а сегодня глядь — и опали…

つくづくと
思へばかなし
いつまでか
人のあはれを
よそに聞くべき
つくづくと
おもへばかなし
いつまでか
ひとのあはれを
よそにきくべき
Уходят друг за другом
Те, с кем близок был.
Печалюсь, думая об этом.
Ах, скольких мне ещё осталось
С тоскою проводить?

玉の緒の
長きためしに
引く人も
消ゆれば露に
ことならぬかな
たまのをの
ながきためしに
ひくひとも
きゆればつゆに
ことならぬかな
Даже и тот,
Чьей жизни яшмовая нить
Тянется долго, — даже он
Росе мимолетной
Подобен.
* ...Тянется долго... — министр дожил до 90 лет. Яшмовая нить — постоянная метафора, образ-символ жизни.
さゝがにの
糸のとぢめや
あだならむ
綻びわたる
藤袴かな
ささがにの
いとのとぢめや
あだならむ
ほころびわたる
ふぢばかまかな
Непрочные,
Как ниточка паутинки
Рвётся,
Никнут повсеместно
Фудзибакама!
Примерный перевод

新玉の
年こえつらし
つねもなき
はつ鶯の
ねにぞなかるゝ
あらたまの
としこえつらし
つねもなき
はつうぐひすの
ねにぞなかるる


はかなしな
千世おもひし
むかしをも
ゆめのうちにて
過ぎにける代は
はかなしな
ちよおもひし
むかしをも
ゆめのうちにて
すぎにけるよは


ささがにの
いとにつらぬく
露のたまを
かけてかざれる
世にこそありけれ
ささがにの
いとにつらぬく
つゆのたまを
かけてかざれる
よにこそありけれ


うつつをも
うつつとさらに
おもへねば
夢をも夢と
何かおもはん
うつつをも
うつつとさらに
おもへねば
ゆめをもゆめと
なにかおもはん


さらぬことも
あとかたなきを
わきてなど
露をあだにも
いひもおきけん
さらぬことも
あとかたなきを
わきてなど
つゆをあだにも
いひもおきけん


ともしびの
かかげぢからも
なくなりて
とまるひかりを
待つわが身かな
ともしびの
かかげぢからも
なくなりて
とまるひかりを
まつわがみかな


みづひたる
いけにうるほふ
しただりを
命にたのむ
いろくづやたれ
みづひたる
いけにうるほふ
しただりを
いのちにたのむ
いろくづやたれ


みぎはちかく
ひきよせらるる
おほあみに
いくせのものの
命こもれり
みぎはちかく
ひきよせらるる
おほあみに
いくせのものの
いのちこもれり


うらうらと
しなんずるなと
おもひとけば
心のやがて
さぞとこたふる
うらうらと
しなんずるなと
おもひとけば
こころのやがて
さぞとこたふる


いひすてて
後のゆくへを
おもひ出でば
さてさはいかに
うらしまのはこ
いひすてて
のちのゆくへを
おもひいでば
さてさはいかに
うらしまのはこ


よの中に
なくなる人を
きくたびに
おもひはしるを
おろかなる身に
よのなかに
なくなるひとを
きくたびに
おもひはしるを
おろかなるみに


我庵は
小倉の山の
近ければ
憂世をしかと
なかぬ日ぞなき
わがいほは
をぐらのやまの
ちかければ
うきよをしかと
なかぬひぞなき
Моя лачуга
От горы Огура
Недалеко,
И нет такого дня, чтоб не звучал
Оленя голос об этом бренном мире.
Примерный перевод

たのめおく
言の葉だにも
なき物を
何にかゝれる
露の命ぞ
たのめおく
ことのはだにも
なきものを
なににかかれる
つゆのいのちぞ


くるゝまも
定めなき世に
逢事を
いつ共志らで
戀ひ渡る哉
くるるまも
ささめなきよに
あひことを
いつともしらで
こひわたるかな


仇野や
風まつ露を
よそに見て
消えむ物とも
身をば思はず
あだのや
かぜまつつゆを
よそにみて
きえむものとも
みをばおもはず


聞きそふる
世のはかなさに
驚かで
偖いつ迄の
身と思ふらむ
ききそふる
よのはかなさに
おどろかで
さていつまでの
みとおもふらむ


末遠く
思ひし人を
さきだてゝ
しばし浮世に
殘るはかなさ
すゑとほく
おもひしひとを
さきだてて
しばしうきよに
のこるはかなさ


色香をば
思ひも入れず
梅花
無常世に
寄へてぞ見る
いろかをば
おもひもいれず
むめのはな
つねならぬよに
よそへてぞみる


色香をば
思ひも入れず
梅の花
常ならぬ世に
よそへてぞ見る
いろかをば
おもひもいれず
うめのはな
つねならぬよに
よそへてぞみる
Ни красота цветов,
Ни аромат
Мне не волнуют сердце:
Ведь мир, в котором они цветут,
Непостоянен!

世中は
兔ても角ても
同事
宮も藁屋も
果てしなければ
よのなかは
とてもかくても
おなじこと
みやもわらやも
はてしなければ


觀身岸額離根草
論命江頭不繫舟



年年歲歲花相似
歲歲年年人不同



生者必滅
釋尊未免栴檀之煙
樂盡哀來
天人猶逢五衰之日



雖觀秋月波中影
未遁春花夢裏名



朝有紅顏誇世路
暮為白骨朽郊原



末露
本の雫や
世中の
遲れ先立つ
例なるらむ
すえのつゆ
もとのしづくや
よのなかの
をくれさきだつ
ためしなるらむ


手に結ぶ
水に宿れる
月影の
有か無きかの
世にこそ有けれ
てにむすぶ
みづにやどれる
つきかげの
あるかなきかの
よにこそありけれ


手に結ふ
水にやとれる
月影の
あるかなきかの
世にこそありけれ
てにむすふ
みつにやとれる
つきかけの
あるかなきかの
よにこそありけれ


幾度か
斯く住み捨てゝ
出でつらむ
定めなき世に
結ぶ假庵
いくたびか
かくすみすてて
いでつらむ
さだめなきよに
むすぶかりいほ


常ならぬ
浮世の嵯峨の
野邊の露
消にし跡と
尋ねてぞとふ
つねならぬ
うきよのさがの
のべのつゆ
きえにしあとと
たづねてぞとふ


澄むとても
頼なき世と
思へとや
雲がくれぬる
有明のつき
すむとても
たのみなきよと
おもへとや
くもがくれぬる
ありあけのつき


ここにきえ
かしこにむすふ
水のあわの
うきよにめくる
身にこそ有りけれ
ここにきえ
かしこにむすふ
みつのあわの
うきよにめくる
みにこそありけれ


さためなき
身はうき雲に
よそへつつ
はてはそれにそ
なりはてぬへき
さためなき
みはうきくもに
よそへつつ
はてはそれにそ
なりはてぬへき


行く末を
思ふに袖の
ぬるゝかな
つひにのがれぬ
道芝の露
ゆくすゑを
おもふにそでの
ぬるるかな
つひにのがれぬ
みちしばのつゆ


朝ぼらけ
漕ぎ行く跡に
消ゆる泡の
哀れ誠に
うき世なりけり
あさぼらけ
こぎゆくあとに
きゆるあはの
あはれまことに
うきよなりけり


初瀬川
結ぶ水泡の
うき身世に
消返りても
絶えじとぞ思ふ
はつせかは
むすぶみなはの
うきみよに
きえかへりても
たえじとぞおもふ


遂に行く
道も今はの
時なれや
ひつじの歩み
身にぞ近づく
つひにゆく
みちもいまはの
ときなれや
ひつじのあゆみ
みにぞちかづく


世のうさも
如何計かは
歎かれむ
はかなき夢と
思爲さずば
よのうさも
いかばかりかは
なげかれむ
はかなきゆめと
おもためさずば


世の中の
うつゝの闇に
見る夢の
驚く程は
寐てか覺めてか
よのなかの
うつつのやみに
みるゆめの
おどろくほどは
ねてかさめてか


さを鹿の
立馴らすを野の
秋萩に
おける白露
我もけぬべし
さをしかの
たちならすをのの
あきはぎに
おけるしらつゆ
われもけぬべし
Я тоже исчезну
Как выпавшая белая роса
На осенних хаги,
Что растут на поле,
Где начал кричать олень...
Примерный перевод

ちる花を
なにかうらみむ
世中に
わか身もともに
あらむものかは
ちるはなを
なにかうらみむ
よのなかに
わかみもともに
あらむものかは
Что сегодня скорбеть
о цветах, опадающих втуне? —
Разве в мире земном
плоть моя заодно с цветами
не исчезнет, не расточится?..

さをしかの
なきてしからむ
あきはきに
おけるしらつゆ
われもけぬへし
さをしかの
なきてしからむ
あきはきに
おけるしらつゆ
われもけぬへし


つまこふる
しかのしからむ
あきはきに
おけるしらつゆ
われもけぬへし
つまこふる
しかのしからむ
あきはきに
おけるしらつゆ
われもけぬへし


わひわたる
我身はつゆを
おなしくは
君かかきねの
くさにきえなん
わひわたる
わがみはつゆを
おなしくは
きみかかきねの
くさにきえなん

4イ:君かあたりの
侘び渡る
我が身は露を
同じくば
君が垣根の
草にきえなむ
わびわたる
わがみはつゆを
おなじくば
きみがかきねの
くさにきえなむ


いのちやは
なにそはつゆの
あた物を
あふにしかへは
をしからなくに
いのちやは
なにそはつゆの
あたものを
あふにしかへは
をしからなくに
Эту бренную жизнь,
что росой на ветру испарится,
не оставив следа,
я бы отдал всю без остатка
за одно лишь свиданье с милой!..

いのちかも
なにそも露の
あたものは
あふにしかへは
をしからなくに
いのちかも
なにそもつゆの
あたものは
あふにしかへは
をしからなくに


みつのあはの
消えてうきみと
しりなから
なかれても猶
たのまるゝかな
みつのあはの
きえてうきみと
しりなから
なかれてもなほ
たのまるるかな


水のあわの
きえてうき身と
いひなから
流れて猶も
たのまるるかな
みつのあわの
きえてうきみと
いひなから
なかれてなほも
たのまるるかな
Я пока еще здесь,
не рассеялся пеной бесплотной —
и с течением дней,
увлеченный бурным потоком,
весь в слезах живу лишь надеждой…

うきなから
きえせぬ泡と
なりなゝん
なかれてとたに
たのまれぬ身は
うきなから
きえせぬあはと
なりななん
なかれてとたに
たのまれぬみは


うきなから
けぬるあわとも
なりななむ
流れてとたに
たのまれぬ身は
うきなから
けぬるあわとも
なりななむ
なかれてとたに
たのまれぬみは
Словно пена в волнах,
что вмиг исчезает бесследно,
я из мира уйду —
ибо в бурном теченье жизни
мне уж не за что ухватиться…

稻妻の
光の程か
あきの田の
なびく末葉の
つゆのいのちは
いねつまの
ひかりのほどか
あきのたの
なびくすゑはの
つゆのいのちは


おとにのみ
きくの白露
よるはおきて
ひるは思ひに
あへすけぬへし
おとにのみ
きくのしらつゆ
よるはおきて
ひるはおもひに
あへすけぬへし
Только голос во мгле…
Как роса на цветке хризантемы,
ты растаешь к утру —
так и я исчезну навеки,
не снеся страданий разлуки!..

山深く
結ぶ庵りも
荒ぬべし
身のうきよりは
世み歎くまに
やまふかく
むすぶいほりも
あれぬべし
みのうきよりは
よみなげくまに


玉ゆくも
世にをきがたき
白露の
消なばきえね
光なき身は
たまゆくも
よにをきがたき
しらつゆの
きえなばきえね
ひかりなきみは

イ:玉ゆらも
世の中は
とてもかくても
ありぬべし
宮も藁屋も
はてしなければ
よのなかは
とてもかくても
ありぬべし
みやもわらやも
はてしなければ
Мир сей таков:
Где бы вы ни были
Так или иначе,
Но и дворец, и хижина
Исчезнут без следа.
Примерный перевод

世の中は
とてもかくても
すごしてむ
みやもわらやも
はてしなければ
よのなかは
とてもかくても
すごしてむ
みやもわらやも
はてしなければ


昔せし
身のあらましの
末の露
かはれば袖の
雫とぞなる
むかしせし
みのあらましの
すゑのつゆ
かはればそでの
しずくとぞなる


みし人の
なきが數そふ
春をへて
花もあだなる
世とや知らん
みしひとの
なきがかずそふ
はるをへて
はなもあだなる
よとやしるらん


なき跡の
哀を人の
とふたびに
我もなみだの
露ぞ落そふ
なきあとの
あはれをひとの
とふたびに
われもなみだの
つゆぞおちそふ


我こそは
あらき風をも
ふせぎしに
獨や苔の
露はらはまし
われこそは
あらきかぜをも
ふせぎしに
ひとりやこけの
つゆはらはまし